Через край

С той поры пролетело несколько лет, начиненных совершенно бытовыми невзгодами. За это время я успела понять, что – было ли все это со мной на самом деле или только привиделось – я стала практически другим человеком. Вы наверняка спросите меня - скучала ли я по Карибам и Джеку? А скучали бы вы по лучшей части своей жизни, которую оставили… где-то за пределами родного мира? Тайно протосковав несколько месяцев по безвозвратно ушедшему (в одиночку эта ноша казалась мне непосильной, но по понятным причинам я не могла поведать о своих приключениях ни одной живой душе), я решила взять себя в руки. Как-никак, жить дальше мне предстояло в своем мире. И жизнь, учитывая мое «Карибское наследство», обещала стать гораздо веселее и приятнее. Та жизненная сила, что была великодушно пожалована мне Джеком, со временем сгладилась, сжилась со мной, но отныне я, казалось, была неутомима. Что бы не случалось со мной за день, к вечеру я была все такой же бодрой, словно только что выспалась. Теперь я, не колеблясь ни секунды, соглашалась на все предложения друзей, даже такие, которые раньше сочла бы чистой воды авантюрой. Также я с легкостью угадывала все резкие перемены погоды и каким-то загадочным шестым чувством, как компас, настраивалась на стороны света. То ли дело раньше, когда я с легкостью могла заблудиться в торговом центре! От прискорбной привычки делать бровь «домиком» при взгляде на сияющую под ярким летним солнцем водную гладь я отделаться так и не смогла, несмотря на то, что она, эта привычка, едва ли красила девушку. Еще все знакомые наперебой отмечали, что у меня изменилась походка, она стала более раскрепощенной и уверенной. И изумлялись моей внезапно прорезавшейся тяге к морю. Знали бы они, кому я была обязана всем этим! С головой бросаясь во все, что приносил мне каждый новый день, я преследовала и свои цели, а именно – всячески старалась забыть Джека. Но воспоминания, как назло, давали о себе знать в самый неподходящий момент… Не раз я ловила себя на том, что на скучных лекциях, рассеянно черкая на последней странице тетради, я то и дело получаю в результате легкий, летучий силуэт «Черной Жемчужины». Закрывая глаза и слушая шелест листвы, я представляла себе, что это пальмы покачиваются на легком ветерке, что это шепчет о чем-то набегающая на берег волна, видела глазами души темные глаза, ощущала знакомые объятия... Кто бы знал, как ужасно, до боли мне не хватало его! А все тем временем шло своим чередом. Учеба, диплом… Житейские неурядицы больше не задевали меня так, как раньше. Возможно, потому, что я побывала в куда более серьезных передрягах, которые немыслимо сравнивать с предэкзаменационным стрессом, например. Но на всякое действие есть свое противодействие. Я успела влюбиться в человека, которого долгие годы считала своим другом (да, с Джеком его смешно было даже сравнивать), но… роман не завершился ничем хорошим. Да и «новая я», как ни странно, устроила мало кого из моих знакомых. Они привыкли к скромной «серой мышке», боязливой и немногословной, и, как это не прискорбно, «пиратка» пришлась не ко двору. Ну, а после моей неудачной влюбленности численность моих друзей и вовсе резко сократилась. А в свете тех полузабытых приключений вода влекла меня к себе с силой столь неумолимой, что я не имела возможности сопротивляться ей… Вот почему в тот вечер я бродила по пустынному речному берегу совершенно одна. Вода была неподвижной и ровной, как зеркало, и безупречно четко отражало в себе заходящее солнце и небо без единого облачка... Здесь было пустынно, единственными обитателями этого берега были чайки, водившиеся здесь на прибрежных камнях в удивительных количествах. Где-то метрах в трехстах позади меня грохотала музыка, оттуда доносился ребячий визг – то восторженный, то испуганный, а то и все сразу. Да, здесь, почти на берегу, располагался парк аттракционов. Но карусели не привлекали меня, напротив, я старалась отдалиться от людского общества… Внезапно мое внимание привлек слаженный многоголосый вопль: “Джек Воробей! Самый настоящий!”. Обернувшись, я увидела стайку ребятишек от пяти лет и старше. В пестрой толпе попадались даже подростки, а то совсем взрослые люди. Джек же… то есть, конечно же, актер в костюме Джека, мысленно поправила я себя - как мог, форсировал эту преграду. Показалось ли мне – но, увидев меня, “пират” просиял, словно меня-то и разыскивал по всему парку. “Действительно, очень похож”, – подумала я равнодушно, отворачиваясь и продолжая путь. - Айрин… - раздалось за моей спиной. Я застыла, как громом поражённая. Пауза, а затем знакомый голос произнёс: - Быстро же ты все позабыла… - Джек… - негромко проговорила я, оборачиваясь. Вокруг пирата уже никого не было. И как только ему удалось спровадить эту толпу зевак? Посулил гору золота тому, кто найдет его клад, запрятанный где-то между американскими горками и комнатой смеха? – Ты здесь… ты настоящий? В смысле… Откуда ты взялся? - Неужели ты мне не рада? – надулся пират. - Но я… ты… в смысле тебя не было столько времени… три года прошло, Джек! Где ты был? Джек, очевидно, уловил в моих словах скрытую горечь. - Это у вас прошло три года. Ты же знаешь, у нас время течёт совсем по-другому, - ответил он с достоинством. Я медленно, как во сне, подошла к пирату и уткнулась лицом в его камзол, жадно вдыхая аромат моря, рома и, чего греха таить, стойкий запах мужского пота. Джек обнял меня, прижавшись подбородком к моему затылку. - Давно бы так… - шепнул он. А я вспоминала, как давно и отчаянно мечтала об этой минуте. - Джек, за это время столько всего произошло…столько страшного… Это уже не я. Та, кого ты знал, умерла. Почти год назад… - призналась я. – Да, наверное, это глупо звучит, но все так и есть. - Умерла, говоришь? Знакомо, - усмехнулся Джек. – В таком случае, с кем я разговариваю? - Спроси что полегче, капитан… Мы спустились к реке, уселись рядом на выброшенное на берег бревно. Древесина его была белой и гладкой, отполированной волнами. Пират не перебивал, пока я торопливо пересказывала ему историю своих злоключений. Как от меня отвернулись друзья, как я умудрилась неудачно влюбиться… Закончила я на том, как, наконец, получила контрольный выстрел в сердце в Новый год – праздник, когда все мы надеемся на чудо. - Теперь ты понимаешь меня, я надеюсь… - завершила я свой рассказ. - А тот мальчишка, о котором ты говорила… неужели он лучше меня? – поинтересовался Джек немного обиженно. - Что?.. нет, конечно. Даже сравнения никакого не может быть… - Так, может, он... - и Джек многозначительно умолк, продолжив фразу красноречивым жестом – тем самым, с которым он рассказывал об Уилле туземцам племени пелегостов. - Что ты имеешь в ви… Фу, Джек! – прикрикнула я, покраснев. - Он просто слабак, вот и все. А раз так, то не о чем и переживать, - неожиданно выдал пират. – Наплюй на него с грот-мачты… Это предложение прозвучало так внезапно и было настолько в духе Джека, что я засмеялась. Ах, как давно я не смеялась вот так… непринужденно… – Я уже не та, что была два года назад. Я… устала от этой жизни, - пробормотала я, снова становясь серьезной. - Неужели? А вот я вижу тебя прежнюю. Ты немного изменилась внешне – стала взрослее, что ли… грусти в глазах прибавилось. Обросла всякими чудесами, - Джек бесцеремонно потянул за шнурок, свободно свисавший из кармана моей ветровки, и извлёк плеер, на который уставился, как зачарованный. - Пойми, важна лишь суть. У тебя в крови уже есть немного морской соли. Скажи, ты ведь помнишь Карибы? Ты ведь хотела вернуться? - Больше всего на свете… - прошептала я. - А раз так, за чем дело стало? Та прежняя ты – часть тебя. И она не умерла, она просто спит. А дабы пробудить ее ото сна, я предлагаю одно не лишенное приятности занятие… Не успела я опомниться и переварить это предложение, как оказалась в плену рук пирата. - Нет, Джек, не надо… - я отталкивала его, сопротивляясь. Но не настолько решительно, как могла бы ожидать от себя. - Ты так в этом уверена? – пират усмехнулся, наклонил голову и поцеловал меня со всей страстью, на которую был способен. Я словно воспарила в небеса…. - Ну как? Понравилось? – Джек приложил к моим губам палец. – Молчи, я по глазам вижу, что да. Ещё один поцелуй… его губы, оставив мои, скользили вниз по моей шее. Задыхаясь от душной волны желания, захлестнувшей меня с головой, я запуталась пальцами в пышной гриве длинных волос, в которых уже кое-где мелькали тонкие седые ниточки. Их, впрочем, было немного. Сколько времени прошло с нашей последней встречи? У нас – три года, и кто знает, сколько у них… - Джек, я так скучала… - выдохнула я, прекращая всяческое сопротивление. Как в тумане, я ощутила, как его правая рука скользнула мне под юбку и неуклонно поднимается вверх по моему бедру. Но внезапно он сам первым отстранился от меня. - Не рассчитал времени… - пробормотал пират в ответ на мой вопросительный взгляд, делая пару шагов назад. И сама его фигура, и окружающее нас пространство стали как-то расплываться, словно из ниоткуда наползал туман… - Что это? – прошептала я. - Что-что… Ты просыпаешься, вот что. У вас уже утро, пора вставать, – буркнул пират. - Так ты мне просто снишься? – разочарованно спросила я. - Снюсь. Но, будь добра, милочка, воздержись от определений вроде “просто”. Ничто на свете не происходит просто так. - Мы еще встретимся? – задала я последний вопрос. - Откуда мне знать, я же не Тиа Далма… То есть не Калипсо… В общем, ни та и ни другая… И перед тем, как исчезнуть окончательно, на прощание он поцеловал мне руку – так изящно, словно происходил из старинного благородного рода. А я проснулась – и резко села в кровати. Из-за занавесок пробивался свет раннего утра. Я все еще чувствовала прикосновение его губ к своей руке – словно оно отпечаталось на ней, как знак любви. Но это чувство медленно таяло, покуда в ушах у меня все звучали слова, произнесенные им на прощание: “Жизнь – игра. Играй, рискуй. И никогда ничего не бойся”.

2008-2015 гг.