Темные Мародеры

5 ноября 1977 Ребята завтракали, когда совы принесли письма и газеты. Джеймс как обычно, обнимал за завтраком Лили, когда сова бросила перед ней пророк. На первой странице была надпись: «НАПАДЕНИЕ НА КОУКВОРТ. РАНЕНЫ МАГЛЛЫ, УБИТЫ ПОЖИРАТЕЛИ. СИТУАЦИЮ ОБЪЯСНЯЕТ АЛАСТОР ГРЮМ». Схватив газету Эванс стала читать, ее сердце дрожало. А если погибли родители? Туни? Ее глупый жених? Или друзья детства? Статья гласила: «Вечером четвертого ноября Пожиратели Смерти атаковали магловский городок — Коукворт, прямо в центре Англии. Что стало причиной атаки пожирателей смерти на это место остаётся неизвестным. Старший мракоборец Аластор Грюм, занимающий этот пост с тысяча девятьсот семьдесят второго, полагает что атака не была спланированной. Почему так, поясняет он же: «Пожиратели по воспоминаниям маглов действовали не собранно. Их действиями руководил так же некий Мистер Майкл, как и при прошлых массовых атаках, но на этот раз у него как будто не было плана. Мракоборцы прибыли через три минуты, после первой жертвы, так как заклинание было пущено в доме волшебника, что вызвало подозрение, ведь по информации он должен находиться в Хогвартсе.» Руки Лили задрожали, в ее городе жили всего двое волшебников. Она и Снейп. Но не смотря на дрожь, она продолжила читать: «По официальным данным убито семнадцать маглов, ранено около двадцати пяти. Почти все пострадавшие доставлены в больницу Мунго. Среди мракоборцев погиб, прибывший на место одним из первых Эдвард Питтерсон, талантливый дуэлянт по мнению Грюма, и тупой как пробка по мнению коллеги Эрнес Стронг. Но среди пожирателей тоже потери, найдено два тела. И по первому есть большие вопросы. Первое тело, Эймунда Эйвери Старшего, исполняющего обязанности министра магии после отставки Линча в шестьдесят восьмом, а сейчас члена либеральной части Визенгамота, что опять доказывает, что в министерстве в самом вверху сидят предатели. «Многих чистокровок можно обвинить в фанатизме от Сами-знаете-кого, но Эйвери казался белой вороной. Всегда состоявшей в либеральной части, не ненавидящий магллов…» — Приводит слова Леди Селвин Пророк. Эймунд Эйвери был сражён заклинанием молодого мракоборца Френка Долгопупса. Напомним так же, что два месяца назад погиб сын Эйвери, убийца не найден. Второе тело принадлежало Вильгему Эйвери — старшему брату Эймунда, который уже сидел в Азкабане два года с семьдесят второго по семьдесят четвертый. Позже в грехах Эйвери сознались другие люди и его отпустили. Второго Эйвери сразил уже сам Грюм, который и арестовывал его в семьдесят втором. На руках обоих Эйвери найдена темная метка, оба убили возможно сотни людей. Но теперь род Эйвери, один из самых известных, входящий в двадцать восемь священных прерван. Их место в Визенгомоте скоро будет отдано другой семье. Их голоса в Визенгомоте переданы ближайшему роду — Ноттам, входящим в консервативную часть. О темных делах Квентина Нотта и связи Эйрис Флинт и Эмануила Нотта, читайте на пятой странице. Рита Скиттер» Закончив читать, Лили выбежала из столовой, бросив газету на скамью. Джеймс тоже дочитал ее и выбежал вслед за девушкой. Поттер думал, что она отправляется в совятню написать письмо, но вот они стояли уже у ворот замка. — Лили, может возьмем с собой Бродягу? Все-таки наследник чистокровной династии… — Предложил Джеймс. — Твою мать, Поттер, ты Лорд Поттер! Твой отец был лидером либеральной части ВизенгАмота! Если они откажут тебе, значит, Блэку подавно… — Лили начинала закипать. — Я еще не Лорд… Кольцо оно, утеряно. Гоблины произведут новое через полгода минимум… а пока… — Джеймс пытался оправдываться. — Твои родители мертвы, я не могу представить, что такое будет с моими… — Лили уперлась головой в грудь Поттера. Он чувствовал, что его футболка становиться мокрой. По ее мнению, тот пережил смерть родителей стойко, она конечно не знала, что у Джеймса уже было четыре нервных срыва. Он не хотел того же Лили. Брать с собой Бродягу очень хотелось, но он принял волевое решение. — Ладно. Бежим. — Он взял Лили за руку, и они выбежали за ворота. Эванс отчетливо представила свой дом. Спустя секунду неприятных ощущений, они оказались на месте. Джеймс еще никогда не был на поле битвы. Он конечно читал о зверствах, но не представлял их так. Рядом с ними лежала человеческая рука, огражденная защитными чарами. Лили не вскрикнула, но взяла Поттера крепче. Они двинулись по тропинке, от которой мало что осталось. Повсюду была разруха, как будто прошел ураган: столбы погнуты, деревья выдернуты, у половины домов была оторвана черепица. Дом Эвансов не был исключением, черепица попадала прямо на незнакомый автомобиль, стоявший у дома. Стекла были выбиты. Дверь была на распашку. Пара осторожно вошла в дом. Прихожая Эвансов встретила их тишиной. Лили вскрикнула, на стене красовалась кровавое пятно. У Джеймса проступил холодок. — Мама! Мама! — Закричала девушка. — Лили! — Отозвался женский голос. В прихожую зашла женщина, лет сорока. Она была блондинкой, но цвета глаза были как у Лили. Одета она была в халат. Подойдя, она крепко обняла дочь. — Все хорошо. Наши не пострадали. Останься, прошу… Мы путаемся в терминах магии… Мракобесы скоро придут! — Может мракоборцы? — Не тактично встрял в разговор Джеймс. Женщина взглянула на него оценивающе. Посмотрев на его волосы, она ухмыльнулась. — Вы наверно Джеймс? — Наконец спросила она. — Лили, о вас писала. Писала, что вы хам, а еще что любит вас… — Похоже, что это я… — Поттер почесал затылок. — Ну про хама она погорячилась… — Судя по всему ни капли. Вы такой. — Женщина улыбнулась ему. — Жасмин Эванс. Или просто Жасмин, только не миссис Эванс… — Хорошо… Э…Жасмин… — Джеймс затупил. — Поттер. Джеймс… Жасмин рассмеялась. И жестом приказала им следовать за ней. Они прошли небольшой коридорчик и оказались в гостиной. Там стояло два диванчика, посреди которых был стол, на котором кроме ручки и газеты ничего не было. На первом диване сидело трое. Высокий мужчина в очках, парень с такими широкими плечами, Джеймс подумал, что он был бы идеальный вратарь для сборной, а еще высокая блондинка с короткой стрижкой, крепко сжимающая руку парня. Увидев гостей, мужчина поднялся, Джеймс обратил внимание, что его футболка была в крови, а рука забинтована. Он так же подошел к Лили, обнял ее. Жасмин указала Джеймсу на свободный диван, сев рядом на другой стороне. Мужчина подошел к Джеймсу и пожав ему руку представился: — Эдгар Эванс, или мистер Эванс. — Джеймс Поттер, или Джеймс. Мужчина рассмеялся, его усы в так рыжим волосам, слабо шевелились. — Лили была права. Вы хам, Джеймс. Спору нет. Джеймс не понимая, что хамского в его поведении, взглянул на Лили, та пожала плечами и села рядом, положив руку ему на плечо. Парень сидящий напротив протянул Джеймсу руку. — Я Вернон. Вернон Дурсль… — Ну и фамилия у тебя, грех каждому… — Гриффиндорец пожал ее в ответ. — Петунья говорит, вы в частной школе… Я тоже учился в Смелтингс. — Парень явно хотел похвастаться. — А, вы в какой, и в каком классе? — Хогвартс, заканчиваю последний… — Протянул Джеймс. — Помню свой последний год… У тебя есть средство передвижения? У меня Rover SD1… — Парень улыбался, от его улыбки Джеймсу стало не по себе. — Не слыхал о таком. А так, я владелец пятого Чистомёта, выпущенного в прошлом году… — Джеймс сказал это, не заметив ухмылку Лили. — Частамел? — Неправильно произнес Вернон. — Не слыхал о таком? Венгерский? — Нет… — Джеймс искреннее удивился. — Это наша, лучшая метла для игры в квиддич… — Что прости? Метла? — Парень закипал. — Ты что издеваешься? Я говорю о машине, бедняк… — А вот это, ты зря! — Джеймс достал палочку и направил ее в Дурсля. — Джеймс! Прекрати! — Лили, больше не улыбалась. — И что ты мне сделаешь палкой, бедняк? — Вернон снова неприятно ухмыльнулся. Взмах палочки, и под носом парня выросли усы прям, как у мистера Эванса. Семейство Эвансов заулыбалось, даже сестра Лили, которая никак не поприветствовала пару. Вернон казалось не верил, смотря на усы. — Магия… Чертов колдун… — Бормотал Дурсль. — Я предпочитаю волшебник… — Отозвался Поттер. — Да, юноша… Вы хам… — Отозвался Эванс. — Вы мне нравитесь, можете звать меня просто Эдгар… Просидев и проболтав со старшими Эвансами еще двадцать минут, Джеймс осознал, что они ему нравятся. Оба были смешные, Эдгар часто шутил. Самой главной темой шуток были усы Вернона, наконец, когда она была исчерпана и Лили объяснила Вернону кто они, Эдгар Эванс предложил гостям вина, но не успев его налить, в гостиную прошел он. Это был Аластор Грюм. Перед ними стоял мужчина с густой рыжей бородой, словно вырезанной из меди. Его волосы такие же рыжие, волнистые и растрёпанные, спадали на плечи небрежными прядями, будто их не касалась расческа уже несколько дней. Светлая кожа Грюма подчеркивала суровую открытость лица, а голубые глаза, холодные и внимательные, будто пронизывали насквозь. Черты лица были резкими, с высоким лбом, выразительными скулами и прямым носом, словно высеченные ветром севера Англии. Он казался человеком, который многое видел и о многом молчит. Увидев Джеймса в доме Эвансов, он ухмыльнулся, но не был удивлен. — Не удивлен, увидев тебя здесь, Поттер. Парень поднялся с дивана, смотря в сторону Грюма: — Я тоже не удивлен, увидев тебя… Грозный мракоборец рассмеялся, и подошел к мальчику, и крепко по медвежьи обнял его. — Рад тебя видеть, Джеймс. — Я тоже, Аластор. Видел тебя в Хогвартсе на днях… — О, клянусь, ваш турнир самое веселое за неделю… Как ты уделал Снейпа… — Грюм поддался воспоминаниям. — Что за херня происходит? — Грозно спросила Лили. — Мистер Грюм вы мракоборец или болтун? Вместо ответа, тот снова расхохотался. Правда Эвансам было не весело. Кажется, они думали, что Грюм сумасшедший. — Джеймс, теперь понимаю, почему ты выбрал ее. А вам, девушка следует знать крестного отца своего бойфренда… — Крестного отца? Вы крестный отец Джеймса? — Лили с недоверием смотрела на него, но получив кивок от Поттера, ее взгляд стал более строгим, но смотрел теперь на парня. — Джеймс Поттер! Клянусь, я убью тебя! — Джеймс, если она папина дочка, то точно сможет… — Вставил свое слово Аластор. — В смысле? — Не поняла Лили. — О, мисс Эванс, когда началось нападение, мистер Майкл — правая рука Лорда, ворвался в ваш дом, сражаясь со мной, но ваш отец из этой штуки… — Грюм достал из-под мантии пистолет. — Выстрелил в него, и клянусь Мерлином, я почти сорвал с мерзавца маску… — А, почему Мистер Майкл так важен? Простите… — Задала Лили глупый вопрос. — По нашей информации только Мистер Майкл и Воландеморт, нажимая на метку могут проявлять их у остальных, когда они живы… Потому он так важен… — Удивительно спокойно ответил Грюм. — А, вы не подумали, что информация может быть ложной? — Спросила староста. Казалось мракоборец был в замешательстве и не знал, что ответить. Но из него вырвалось: — Девочка, ты сейчас ставишь под сомнение работу мракоборцев? А может ты шпион Воландеморта? А может… — Аластор, хватит. — Отрезал Джеймс. — Ты сказал мистер Эванс ранил Мистера Майкла? — Да, причем думаю смертельно, может конечно, случиться чудо, и он выживет… Но Артур Уизли сказал, что эта штука убивает… — Это пистолет моего отца с войны… — Сказал Эдгар Эванс. — Я просто растерялся… — С вами, мистер Эванс, мы поговорим, чуть позже… Вы мисс Эванс, мистер Дурсль видели что-то? Может заметили великана, что был здесь? Его трудно не увидеть…- Обратился к ним Грюм. — Я, сэр, ничего не понимаю… Чистаметлы, великаны, Волеморт… — Вернон исковеркал слова. — Магии не бывает! Вы все из дурдома… И накачали меня какими-то таблетками… — Милый… — Начала Петунья… — Замолчи, ненормальная, твоя сестра ненормальная… Вы все уроды… — Дурсль начал орать, а его усы, которые появились недавно дрожали. Петунья потянулась к нему, чтобы обнять, но Вернон со всей силы ударил ее по руке. Та пискнула от боли. Джеймс хотел проклясть Вернона, но… — Ваддивази! — Крикнула Лили и ручка, которая лежала до этого на столе, полетела прям в Вернона. Тот начал кричать от боли, хотя его крик был похож на визг свиньи, Джеймс быстро вывел девушку из дома. Та до сих пор была в шоке, от самой себя. Когда они уже хотели отправиться в Хогвартс. Они услышали голос: — Поттер! Поттер! Стоять! — Кричал Аластор Грюм. — Лили отойди. — В голосе Джеймса больше не было веселья, сейчас он напоминал скорее голос его отца: жесткий, уверенный. Он был убежден, крестный хочет арестовать Лили. Грюм подошел к нему. С его лица не пропала улыбка. — Да, все же она папина дочка… — Сказал Грюм, смотря на Лили. — Ты бы видел, как Эдгар Эванс врезал Дурслю… Клянусь сам хотел послать проклятие, но она была раньше… Я хотел поговорить с тобой… — Если о родителях, я сказал, что знаю. В доме на следующий день был Малфой… Я думаю это он… — Нет. — Мягко ответил Аластор. — Я хотел поговорить о Эйвери. — А, ну я читал их больше нет… Не жаль… — Я говорю о убийстве Эйвери в Хогсмиде… Я знаю это ты… Не отпирайся, почему думаешь за тобой не пришли еще? — Спросил Грюм. Джеймс правда гадал, почему ни одного из них до сих не допросили. Хотя у них был прямой мотив. — Спасибо… — У него нашли метку, так что особо никто расследовать не рвётся… Его отец и дядя мертвы… Троица пожирателей… Давить никто больше не будет… Но если ты думаешь, что один раз сработало, сработает второй — ошибаешься! — Ты даже не отругаешь меня? — С издевкой спросил Поттер. — За что? Я сам убил Эйвери, разве ты не читал? — Улыбнулся крестный. — Все, тебя девушка ждет… — Насчет родителей… — Джеймс, я говорил и скажу еще раз, ты не виноват в смерти Флимонта и Юфимии… Пожиратели охотились давно за ними. Если бы твой отец заключил союз с Блэком… Я говорил ему… — Какой союз с Блэком? — Не понял Поттер. — Дела Визенгамота… Не вникай пока, получишь кольцо Лорда — вникнешь… Все, пойду поговорю с Пруэтами или Дирбоном, может их допрос удачнее… Джеймс, подошел к Лили и взял ее за руку, и через секунду они были у ворот Хогвартса. Их уход никто не заметил, как и уход другого ученика. Северуса Снейпа. *** Северус оказался в знакомом доме. Утром он читал о нападении на свой родной город. Как бы печально не было, ему плевать. Плевать на пьяницу отца, плевать на мать, что скоро умрет. Утром к нему подлетел Мартин Мальсибер и быстро приказал явиться в штаб. У ворот его встретил мистер Честер, тот молча провел его в дом. И так мрачный сейчас он казался мрачнее. Мистер Честер провел его, не в гостиную, а в кабинет Мальсибера. Ожидая увидеть, доброе почему-то к нему лицо Мальсибера, он поразился, когда увидел в кресле Воландеморта. — Мой Лорд. — Поприветствовал его Снейп. — О, наконец! Мистер Карлус! Мистер Честер, покиньте нас… - Темный Лорд явно был взволнован. В кабинете было еще двое, которых Северус не знал. — Знакомьтесь, это Мистер Карлус. А это Мистер Грин и Мистер Эдер… — Представил Воландеморт. — Так, я не говорил пока, но ты, Северус, войдешь к ним в группу… а потому не вижу смысла скрывать личности… Снимите маски, господа! — Голос был нервным, хоть Воландеморт и пытался это прятать. Двое сняли маски это были Квентин Нотт и Эгберт Булстроид. Последний был кумиром Снейпа, основатель самой известной лавки зелий, создатель болтушки для молчунов… Квентин Нотт же был главой отдела Магических происшествий и катастроф. — Когда вы представлены, пройдите к больному! Живо! — Приказал Темный Лорд. — Честер! Отвести! Тот повел их по лестнице до последнего этажа, где приоткрыл дверь. Это была маленькая комната, куда не проникал свет, и горела только одна свеча. В центре стояла кровать, на ней лежал Мейсон Мальсибер. Выглядел он ужасно, весь в крови, один глаз заплыл, нога была почти разодрана. Его дыханье сопровождалось кашлем, рука свисала с кровати, кажется, на ней не было пальца. Он был до сих пор в грязном плаще, видимо его боялись снять, чем явно ухудшали положение и загрязняли раны. — А, пришли… — Тихо проговорил он. Его обычно твердый голос был умирающим. — Лечите… Нотт сразу стал осматривать ногу Мальсибера, Булстроид стал снимать плащ и тот закричал от боли. Северус смотрел на явно умирающего Мальсибера, прежде чем Нотт окликнул его: — Что думаете, Мистер Снейп? — Дело плохо… — Смог вымолвить он. — Хорошее объяснение… Что делать? — Сжал зубы в оскал Нотт. — Экстракт бадьяна, кровеостанавливающее зелье, рябиновый отвар и… — Северус замешкался. — И укрепляющий раствор… а после зелья сна… Так же явно понадобится протез пальца, и ступни… — А, вы неплохи в зельях, юноша… — Сказал Эгберт Булстроуд. — Зелье сна… Новаторство… Я бы не додумался насчет рябинового отвара, он сложный в изготовлении, но у меня есть… Как и экстракт бадьяна, а вот кровеостанавливающее… — Значит решено. Вы за зельями и ингредиентами, Северус варит. Я пока займусь ногой… — Начал командовать Нотт. Ближе к вечеру состояние Мальсибера можно было назвать сносным. Нотт достал из него пули и залечил ногу, Булстроуд и Снейп напоили зельями. Тот больше не кряхтел от боли, а мирно спал третий час. В комнате появился Воландеморт. — Ну как? Как он? — В его голосе читалась беспокойство и волнение, еще большее чем утром. — Пока трудно сказать, мой Лорд. — Опередил всех Нотт. — Но в ближайшие сутки он не умрет, точно. — Пошли вон! Хочу с ним поговорить… — Сквозь зубы сказал их хозяин. — Хорошо, мой Лорд, после разговора дайте ему это… — Нотт указал на пузырек зелья для сна. Они быстро удалились, не желая впадать в злости хозяина. Когда они вышли он сел на пол, у Воландеморта пропала лживая уверенность, и он почти тихим голосом позвал: — Мей, Мей. Я хочу поговорить… Вставай! Мальсибер проснулся. Он оглянулся, поняв, что никого больше нет, он сказал: — Как тогда, в сорок четвертом, когда я упал с метлы, ты сидел в больничном крыле… — Вот, гаденыш… — Ответил Воландеморт. — Я тут переживаю, места не нахожу, а он о квиддиче думает… Два старых друга расхохотались. — Так, ты и тогда ответил… Когда я спросил какой счет… — Вспомнил Мейсон. — Да, а Орион… — Темный Лорд замолчал, он случайно назвал имя предателя. — Том, ты не виноват. Это я призвал, незапланированная, глупая атака. Все из-за нее… Принц… — Ты нашел ее? — Спросил, не веря Темный Лорд. — А, Северус… Вот кто тебя вывел на нее… Она жива? — Нет. — Ответил Мальсибер, кашляя. — Так, не умирать! Понял? Кто будет моей правой рукой тогда? — Розье, или Лестрейндж. Они умные… — Мальсибер, снова запнулся. — Идиоты, умные идиоты… — Ты же это хотел сказать? Так, все. Прими это. Иначе заколдую… — Улыбнулся он. Мальсибер покорно выпил зелья, взятое из рук Темного Лорда, и провалился в пучину снов. Его старый друг вышел из комнаты, погасив свечу. Уходя он обратил внимание на стену, где висела старая фотография, где четверо молодых парней в мантиях Слизерина, смотрели прямо в камеру