sonder

выбежав из машины быстрее, чем пуля, чимин оказался прижатым к стеклянной двери входа в дом. чонгук принялся зацеловывать его шею, залезая руками под корсет, а после в штаны, цепляя пальцами ремень. чимин тихо заскулил, стараясь выбраться из крепкой хватки. наконец, забегая в здание и подбегая к лифту, начал судорожно нажимать на кнопки, а после, заскакивая внутрь, облокотился на зеркало, выдыхая. смеясь с того, что чон остался снизу, тот стал развязывать корсет, выдыхая, но не тут-то было. когда двери лифта открылись, там стоял охранник чимина. — «вот же» – подумал он, хрипя. — давно тут стоите? — я не имею права разговаривать с Вами, Мистер Пак. — ну словечко, пока чонгука нет... — мне нельзя. – он ткнул пальцем в свой карман, где, по всей видимости, был диктофон, который раписывал любой разговор. выйдя из лифта, Чимин встал около охранника, цепляясь рукой за его рубашку. — я могу идти? — мне запретили Вас отпускать. чим закатил глаза, усаживаясь на пол перед охраной. когда чонгук поднялся вверх и его нога ступила из лифта, сердце забилось сильнее: сейчас перед ним стоит возбужденный двухметровый возлюбленный. хватая за руку, чонгук поволок чимина в квартиру, не обращая внимания на смех. когда те зашли, чон будто озверел. усаживая своего малыша на тумбочку, тот обхватил бедра двумя руками, сильно сжимая, до боли сильно. притягивая к себе парня, он начал разрывать губы своими зубами, видя алые струйки, льющиеся вниз по подбородку. постепенно смех перешел в визг и отбивания руками. — чонгук! мне больно! – чимин упирается ладонями в грудь, а массивными ботинками ударяется о тумбочку, издавая грохот. младшего будто не слышат. — я же знаю, что тебя не было в музее. куда же мой милый мальчик убегал? – чонгук сжимает плотную ткань на бедрах парниши, на что слышит скулеж. — это ведь не твои штаны, у твоих ткань тянется, я специально выбирал. как же мин мог не заметить. — я тебе все объясню, отпусти меня. – ударяя старшего по плечам, чимин спрыгивает с тумбочки и слегка прихрамывая, убегает в спальню, прижимаясь спиной к двери, чтобы тот не вошел. какая глупость. замкóв на дверях не было, чтобы чимин не мог запереться и скрыться от любимого. затаив дыхание он слышал, как чонгук приближается, ведь обувь на нём была такая же... бляшки звенят. — открой, милый. – донесся сладостный голосок. — я выслушаю тебя. — не тронешь меня? — не трону, клянусь. – ухмылка пробегает по лицу. отходя от двери, тот подошел к креслу и скинув на него корсет, повернулся лицом к парню, который уже давно вошел. подойдя к чимину, чонгук поднимает его на руки и усаживаясь в кресло, сажает на себя, лицом к лицу, чтобы тот сильно не рыпался. — объясняйся. у тебя есть десять секунд. время пошло. – гук всегда так делал, и это пугало. — мы вышли из музея и пошли в.. в гости. я случайно запнулся о свою обувь и грохнулся на колени. джин предложил постирать штаны и.. ты просто не поверишь, мы очень похожи, поэтому я нашел такие же штаны.. – слезы навернулись на глазах, ведь в глазах напротив виднелся гнев. — секунда. — это не мои штаны, это штаны Джина! – вскликнул, приподнимаясь из-за того, что пальцы проминали насквозь кожу на бедрах. пронзительно убийственная улыбка заставила замолчать. — объясняйся теперь: где ты был, кто такие «мы» и зачем вы уходили. — я был в гостях. мы - это я и Джин. Джин - мой новый друг, которого ко мне подсадил.. Нам..Намджун? Мы уходили, потому что там было скучно. руки перешли из хватки в ласковые поглаживания. Чонгук больше не злится на своего малыша. Он поднялся на ноги, переложив Чимина на кровать и стал снимать с него одежду полностью. — «неужели сейчас отгребу?» – подумал младшенький, зажимаясь. нет. Чонгук идет отмывать Чимина от грязи и запаха другого человека. ни один парфюм не был ему приятен, кроме того, что он дарил.