Waiting For Us

      — А хто это у наш такой мииилый? А хто это у наш такой шлааадкий? — тянул, специально коверкая слова, старший и трепал щеки Чонина. — Жнал бы ты, какой ты очароваааашка!       — Хей, Бинни! Опять макнэ мучаешь? — раздалось из-за приоткрытой двери. — Прекрати! Если он сбежит, мы из тебя макнэ сделаем, — пригрозил без пяти минут лидер.       — Ну, хёооон!       — Не нукай. И отойди уже от Чонина. Посмотри на его щеки, они скоро синяками от твоих лап покроются.       — Ну, хён, я же любя. Как можно пройти мимо такой булочки?       — Я против булочки, — не удержавшись, подал голос Чонин. — Но согласен быть хлебушком, — понимая, что нарывается, огрызаясь со старшими, все же сказал он.       — Чонин-а, ты не стесняйся. Если достанет, просто стукни его, — подал совет второй по старшинству хён. — Хочешь, покажу пару приемов? Для этого недоросля будет достаточно.       — Минхо-хён, спасибо тебе за заботу, но думаю, что Чанбин-хён не одобрит.       — А мы его не будем спрашивать, — подкравшись к не успевшему заметить подлянку Чанбину, Минхо сделал резкий захват со спины и дернул того на себя.       — Эй, хён! — возмутился будущий рэпер.       — Если продолжишь обижать младшеньких, то я начну обижать тебя, — серьезно произнес Минхо, сурово глядя ему в глаза.       — Да что я такого сделал? Если бы Чонину не нравилось, он бы уже давно сказал об этом, — обиженно пробурчал Чанбин.       — Он говорил, но ты плевать хотел на его слова. Надеюсь, на мои обратишь внимание, — резко выпустив добычу из рук, Минхо развернулся и направился в другой конец зала, в то время как обиженный Чанбин попытался извиниться перед макнэ.       Чонин молча кивнул на слова Со, пропустив все мимо ушей. Все его внимание было приковано только к одной единственной фигуре, которая тоже подорвалась с места, чтобы заступиться за него. Он просто не успел. Минхо находился ближе. С одной стороны, его внимание и некоторая забота грела душу, а с другой — становилось до одури обидно за прошлое.       С чего такой трамплин в чувствах? Да все просто: он оказался там же, где и его первая любовь. Давно забытая, как убеждал себя Чонин, любовь.       Отказ от его чувств сильно ударил по Чонину. Возвращаться домой в тот день совсем не хотелось, да и тревожить родных своим убитым видом в его планы не входило. В голове он перебирал имена друзей и названия мест, где можно было вволю порыдать и при этом не услышать ехидных высказываний в свой адрес. И пока все это вертелось в сознании, ноги продолжали уносить его все дальше и дальше от того места, где он оказался ненужным.       Конечно, старший ни разу не позволил ему почувствовать обиду за отказ. Все его слова были четко подобраны, а голос звучал успокаивающе. Но это не отменяло того, что признание Чонина не приняли.       Споткнувшись и с трудом удержавшись на ногах, Ян привалился к стене здания, возле которого проходил. Оторвав взгляд от носков своих кед, на которые он смотрел всю дорогу, Чонин уставился на огромный баннер, висевший на другой стороне дороги. На рекламном щите расхваливали замечательный клуб-караоке. Решив, что это идеальное место, чтобы выплакать все слезы и накричаться до хрипа, он гордо задрал голову, распугивая встречных прохожих опухшим и покрасневшим лицом, и направился по указанному на баннере адресу. Благо, он находился буквально в трех шагах.       Менеджер с подозрением посмотрела на парнишку, но, видимо, поняв его состояние, решила не выгонять. Только уточнила у расстроенного парня о наличии денег и его возраст, дабы не продать, случайно, ребенку алкоголь. Но Чонину и не требовалось что-то крепкое. Он уже был пьян от своей боли и разочарования.       Проорав в микрофон безостановочно полтора часа, Ян почувствовал себя лучше. На очередном треке даже смог получить реальное удовольствие, отдаваясь песне. А спустя еще три композиции, по залу разнеслись аплодисменты. Резко обернувшись, он уставился на стоящую у входа девушку. Первоначальная мысль, что его побеспокоил обслуживающий персонал, тут же отлетела: на лацкане очень дорогого темно-синего жакета отсутствовал бейдж с именем. Да и выглядела она очень обеспеченной. Такие не пачкают руки, они просто поглядывают на окружающих свысока, просиживая кожаные обивки кресел в офисах, расположенных не ниже десятого этажа в высотке. И обязательно с панорамным окном, чтобы весь город как на ладони.       Чонин обреченно выдохнул, не зная, что ожидать от нарушителя его отрыва для души, и уже хотел спросить, что ей нужно, когда девушка сделала шаг вперед, вальяжно переставляя ноги в черных лакированных лодочках на высоченной шпильке. «Чтоб не выглядеть слишком маленькой», — подумал Ян.       — Вам очень хорошо удаются баллады и трот, — похвалила девушка, рассматривая Чонина в упор.       — Спасибо, — выдохнул он, удержав себя от того, чтобы отшатнуться.       — Не желаете присоединиться к агентству и стать айдолом? — закончив осмотр, вдруг спросила она.       — Что? — сказать, что Чонин удивился, ничего не сказать. Он всегда немного с презрением поглядывал на знаменитых айдолов, считая их безвольными куклами, которые имели миллионы ограничений и только единицы прав. А потому, становиться одним из них никогда не желал. Да и не обладал он всеми нужными качествами. Уж самооценка у него была самая правдивая из всех возможных. Чонин прекрасно видел как свои плюсы, так и минусы. И последних, к сожалению, было больше.       — Я представитель компании. Вот моя визитка, — девушка протянула Яну сверкающий глянцем кусок картона. — Сейчас мы проводим набор трейни. Интересно?       — Вряд ли я подойду под требования компании, — горько усмехнулся парень.       — Отчего же? Главное требование — красивый голос и привлекательная внешность. Голос у тебя в наличии. Учитель вокала поможет правильно его развить. Да и внешность очень даже… Миленькая.       — Конечно, — фыркнул Чонин, — милее не придумаешь.       — Не нужно сомневаться в моем профессионализме, — хмыкнув в ответ, произнесла девушка. — Это оскорбительно, — видя, что парнишка перед ней не собирается поддаваться уговорам, девушка решила закончить пустой разговор. — В общем, мое предложение для тебя актуально. Если вдруг передумаешь, позвони мне.       — Так Вы и вспомните истеричного мальчишку из караоке, — пробубнил Ян, а девушка вдруг рассмеялась.       — Тогда, когда решишься мне позвонить, представься как истеричный мальчишка из караоке. Уж подобное я точно не забуду, — не прекращая усмехаться, она развернулась на своих шпильках (как только не падает?) и направилась к выходу, бросив «До встречи» и помахав задранной рукой даже не оглянувшись на прощание.       Чонин запихнул визитку в рюкзак и, решив, что с него достаточно пения, направился домой, благополучно забыв о встрече на полгода.