Память

Их отношения нельзя было назвать любовными или дружественными. Они чувствовались… по-другому. По-особенному. У них не было сексуального влечения. Они Архонты, отличающиеся от людей. Им это незачем. Выражение эмоций совсем другое. Но находясь в компании друг друга, Моракс и Барбатос чувствовали… легкость, облегчение и умиротворение. Похожие чувства Венти испытывает в Долине Ветров у дерева. Просто они были чем-то бо́льшим, чем-то… близким. Они не заставляли себя испытывать нежеланные чувства, притворяться кем-то. Они были самими собой. Они остались последние из старой Семерки Архонтов. Было ощущение, что Венти и Моракс уже лишние в этом мире. На их смену должны прийти новые, полные горящих надежд и решительности Архонты. Да и эрозию никто не отменял. С каждым днем все четче и четче приближалось ощущение неизбежного. Хоть столетние сновидения Барбатоса и смогли отодвинуть болезнь, но это не означало, что его не схватит. Все в этом мире когда-то уходит. И они не исключение. С этими мыслями одетый в зеленое бард поднялся с земли. Он лежал в корнях своего излюбленного дерева. «Пора бы навестить этого болвана», — с улыбкой вспомнил Венти, направляясь в сторону Мондштата за хорошенькой бутылочкой вина. Жаль не османтусового. Прогулочным шагом, любуясь пейзажами, он дошел до моста и пронесся незаметным легким ветерком мимо птиц, чтобы не спугнуть. Он дошел до Доли Ангелов и вошел внутрь, где его встретил усталым взглядом Дилюк. — Привет, дружище Дилюк, — заулыбался Архонт, строя невинные глазки. Рагнвиндр просек: этому пьянице что-то надо от него. — Чего тебе? — буркнул он, протирая стаканы. — Ты еще за прошлое не расплатился. — Знаю, знаю! — поспешил заверить Дилюка Венти. — Я отдам, честно! — Он залез на барный стул. — Сможешь мне еще занять одну бутылочку самого вкусного вина? Пожалуйста? — Дилюк видел: еще чуть-чуть, и Архонт превратиться в кота — настолько печально он смотрел на мужчину. Это удивило Рагнвиндора. — Удивительно, что ты не собираешься напиваться снова здесь или бренчать на своей лире, — приподнял он брови. — Зачем тебе? — Хочу навестить одного давнего друга. Сразу к делу и честно. Дилюк скептически посмотрел на него, но затем в его взгляде появилось понимание. Какого «давнего друга» может навещать Архонт? Только если другого Архонта или же адепта какого-нибудь. Мужчина подумал-подумал, а затем удалился в подсобку. Через несколько минут вернулся с бутылкой. Глаза Венти загорелись. Дилюк поставил вино перед бардом. — Спасибо, Дилюк! Я обязательно верну и за него! — Венти схватил бутылку и, спрыгнув со стула, направился к двери. — Эта бутылка за счет заведения, — отвернулся Рагнвиндр. Неизвестно какую эмоцию он испытывал. Венти был тронут. — Спасибо! Ехе, — закрыв глаза, он улыбнулся самой милой улыбкой. Счастье так и сквозило из всех щелей. — Иди уже, — пробурчал Дилюк, но в его интонации прослеживалась тоже улыбка. Одно дело сделано. Теперь Венти осталось поймать Путешественника, и… И Итер стоял у Катерины, забирая награды за поручения. Да ему везет! — Ах! Это же бард бродяжка! — увидела издалека Паймон, дергая Итера за рукав. — Ехе, как всегда внимательна, наша дорогая Паймон! — подмигнул Барбатос. Они отошли от людей. — Можете мне помочь? Ох, лицо Путешественника так и выражало отказ. Но он ведь даже не узнал, чего хочет Венти… Но Паймон заговорила первой. — Нет! — Она скрестила руки на груди и прищурила глаза. Что ж, придется выпускать козырь. — Эх, а я так хотел придумать новую песню про отважных Паймон и Путешественника, которые стали героями всего Тейвата. Эта песня бы разлетелась ко всем, все бы подносили восхваления этим двоим, — мечтательно произнес Венти, стреляя взглядом на Паймон, которая после «отважных Паймон и…» вся разнервничалась. — И вкусную еду. — добавил быстро он. — Итер, давай поможем ему! — А Паймон долго не думает. Парень же устало выдохнул. — Хорошо. Его летающий компаньон радостно закружилась, в своем воображении рисуя их двоих и людей вокруг, приподносящих дары. Барбатос благодарно кивнул. — Переместите меня в Ли Юэ. Паймон и Итер замерли. — И все..? — Ну да, а вы что ожидали, — выгнул бровь бард, рисуя рукой с бутылкой вина непонятный жест в воздухе. — Ну… — Паймон неловко потыкала указательными пальчиками друг об друга (Путешественник на фоне который раз выдохнул устало), тут же меняясь. — Давайте, побежали! Анемо Архонт взялся за плечо Итера, тот раскрыл ливитирующую карту и навел палец на телепорт около Ли Юэ. Венти зажмурился. А когда открыл глаза, перед ним был уже совсем другой город. — Спасибо! — улыбнулся Барбатос им и отошел. Они помахали ему и таким же способом куда-то переместились. Ли Юэ очень отличался от Мондштата. Даже люди. Венти в своем зеленом костюме знатно выделялся. Ну и все равно. Ему бы просто найти кое-кого. «…Моракса можно узнать по глазам, светящимся самым чистым кор ляписом. Ищем…» — задумчиво шел бард, разглядывая лица. Гео Архонт мог поменять внешность. Но глаза оставались неизменными. «Надеюсь он в городе, а не в горах каких-то…» Архонт вышел к какому-то фонтану. Он очень внимательно всматривался в глаза прохожих. Пока его внимание не привлек мужчина, сидящий за столиком и пьющий из кружки что-то («Наверняка это его противный горький чай.») в гордом одиночестве. Его прикрытые глаза манили, поэтому Венти терпеливо ждал, когда он откроет их. И вот он встретил тот самый взгляд. Глупая улыбка сама полезла на лицо, а встречная реакция состояла из удивления. И… чуточки радости? Барбатос подошел к Гео Архонту, с удовольствием ставя бутылку на столик перед ним. — Посидим где-нибудь, Моракс? Властелин Камня удовлетворенно кивнул с легкой улыбкой. — Конечно, Барбатос. Пусть пройдут года, столетия, пусть они не часто видятся. Но они будут помнить друг о друге до самого конца, пока эрозия не сожрет их окончательно.