Влюбиться в тебя

Ким и Порше не часто ходят на свидания, во всяком случае, вдвоем. Просто так безопаснее и веселее, если во время свидания их не сопровождает дюжина охранников. Порше не расстраивается, что он не может ходить на милые свидания или в бар со своим парнем, как другие студенты университета. Иногда он мечтает об этом, но Ким балует его другими способами, и этого достаточно. Он предпочитает, чтобы его мужчина оставался в безопасности и с ним, а не втягивал их в глупые и опасные ситуации. Обычно они обходятся едой на вынос и такими мелочами, как кино или даже танцы в большой гостиной под шикарный проигрыватель, который Ким купил специально для этого события. Порше не возражал, эти интимные свидания все равно были для него особенными. К тому же у него не было большого опыта свиданий, так что это было лучшее, что у него когда-либо было. К тому же, ему всегда было весело, когда он проводил время с Кимом. Однажды он испачкал свой фартук, когда готовил для Кима. Вы, наверное, подумали, что фартуки предназначены для того, чтобы быть испачканными, но не по мнению Кима. Этот розовый след от вареной свеклы был лично для него оскорбительным. По словам Кима, это было напоминание о том, что на Порше попала горячая жидкость, и он чуть не обжегся. Ничего страшного, Порше выкинул его, потому что это расстроило его мужчину. Обычно он не любил избавляться от вещей, если они были в полном порядке, но если это расстраивало его мужчину, то оно должно было исчезнуть. Ким расстроился еще больше, потому что теперь между Порше и тем, что в него плюнуло, не было дополнительного слоя ткани. Порше фыркнул от смеха и в лицо назвал его смешным, потому что это было правдой. Это привело к ссоре между ними, что было удивительно, потому что они были вместе уже несколько месяцев и почти никогда не ссорились друг с другом. — Ты не должен готовить, ты можешь пораниться! — настаивал Ким, его тон был гораздо более сердитым, чем когда-либо до этого с Порше. Это одновременно возбуждало и выводило из себя. Порше был чрезвычайно странной смесью возбуждения и сопротивления. До этого момента Киму никогда не было так трудно с ним общаться. — Я люблю готовить, а ты любишь есть то, что я готовлю! В чем твоя проблема сегодня, я избавился от этого, потому что тебе это не понравилось, и теперь ты расстроен, что этого нет! — Порше закричал. У него на глаза навернулись слезы, и он расстраивался с каждой секундой все больше. Ким никогда не повышал на него голос. Даже если его это заводило, все равно это было ужасно. — Я куплю тебе новый, пойдем, выберешь, и завтра он будет здесь, — неожиданно заявил Ким, похоже, наконец-то поняв, насколько это расстроило Порше. Вероятно, его глаза были мокрыми от навернувшихся слез. Ким уже однажды предлагал убивать людей за то, что они заставляют Порше плакать, что же он сделает в этом случае? — Ким, мы можем сделать это после ужина. Только дай мне сначала закончить здесь, и мы даже можем подобрать подходящий комплект или сексуальный. — Порше покачал головой и попытался разобраться в ситуации. Он чувствовал себя слабым от того, что ему хотелось плакать. За то, что дрожал под жестким взглядом Кима. За то, что его мужчина сердится на него. — Порше! Это небезопасно, я не позволю тебе обжечься! — Ким снова зарычал, но на этот раз более осторожно. Он толкнул Порше вперед и прижал его к кухонному острову. Его руки оказались по обе стороны, фиксируя его на месте. За несколько недель до этого у них был примерно такой же секс. — Ты просто издеваешься! — Порше надулся и захныкал. Ким никогда раньше не пытался заставить Порше перестать что-то делать. Он никогда не был властным, несмотря на свою работу и характер. Ему обычно нравится, что Порше веселый и свободолюбивый. Ему обычно нравится, что Порше готовит для него, танцует в гостиной и пробирается с ним в душ. — Я не позволю, ты не должен пострадать, — прорычал Ким, прижимаясь все ближе. Как будто это было возможно, когда он был полностью прижат к телу Порше. Может, он хотел пробраться внутрь? Порше почувствовал, как в его теле утихает сопротивление. Может быть, дело было в том, как близко и тепло Ким прижимался к нему. Все это было так глупо, и он знал, что Ким просто беспокоится о том, что ему будет больно. Его мужчина был смешным, заботливым и горячим, как сейчас. Порше облизал губы и улыбнулся Киму, в этот момент он бы выключил плиту, если бы она была включена. — Что ж, полагаю, я был бы заинтересован в компромиссе, — Порше прошептал Киму на ухо, воспользовавшись моментом, чтобы также дать ему пинка. Он почувствовал, как Ким вздрогнул всем телом, и понял, что он заполучил его именно так, как хотел. Побеждать было легко, когда твой мужчина буквально всегда был для тебя желанным. — Чего ты хочешь, малыш? — спросил Ким, прижимаясь губами к лицу Порше. Оставляя легкий влажный след от каждого выразительного движения. Он лизал лицо Порше, как какое-то собственническое животное, и смеялся при этом. — Мы всегда можем пойти поужинать через несколько часов, а потом лично отправиться за фартуками? — Трудно было не хихикнуть от ощущения, что Ким ласкает губами его щеку. Это было даже не сексуально, просто возмутительное количество языка, от которого он стал мокрым. Ким остановился и вместо этого чмокнул Порше в нос, в губы и, наконец, в шею. Он вдруг перестал выглядеть напряженным, как раньше, его глаза потемнели, а брюки слегка приподнялись. О, тогда он прекрасно понимал Порше. — И что же нам делать со всем этим дополнительным временем? — спросил Ким тоном, которым он практически напевает. Порше любит, когда он так разговаривает, хотя он уверен, что это притворство. Ловушка, чтобы заманить людей в ложное ощущение безопасности. Голос щенка Кима, если угодно. — Я уверен, что ты сможешь придумать что-нибудь веселое, Ким, я тебе доверяю, — искренне ответил Порше, облизывая губы и проводя взглядом по подтянутому телу Ким. Ким с радостью набросился на него, целуя и игриво покусывая так, что Порше постоянно стонал от удовольствия. Пытаясь сдвинуться с места и не прекращая целоваться, они наткнулись на стену, и этот удар потряс Порше. Ким издал рычащий звук, повернул их так, что он оказался у стены, и провел рукой по волосам Порше. Ким со смехом отстранился, закончив свои манипуляции. Они оба выглядели потрепанными, хотя прошло меньше минуты. — Мы должны избавиться от этой стены, ты всегда бьешься об нее по дороге в спальню, — поддразнил Ким, угрожающе ударяясь о нее затылком. То, как он выгнулся, выставило напоказ его шею, и Порше не мог удержаться от поцелуев и укусов. — Ты не можешь просто снести стену, потому что она тебя раздражает. Кроме того, я хорошо помню, как я прижимался к ней, разве ты не помнишь? — Порше заигрывал в ответ. Он провел зубами по коже и впился в горло Кима. Его мужчина не сможет это скрыть. Да он и не стремится. Ким был склонен с гордостью принимать каждую отметину, которую Порше оставлял на его теле. — О, я продемонстрирую свою хорошую память, — произнес Ким, потянув Порше вперед в спальню. Они вместе смеялись, снимая одежду. — Это даже не имеет никакого смысла! — Это была последняя связная мысль Порше. После этого остался только Ким и его собственные ощущения изнутри. Несколько часов спустя Ким и Порше рука об руку шли в ресторан. Два телохранителя следовали за ними, тоже рука об руку. В вечер свиданий всегда было проще сделать так, чтобы охранники выглядели так, будто они тоже на свидании. Это привлекает меньше внимания, чем если бы мужчины в костюмах следовали в двух шагах позади. Это заставляло Порше меньше нервничать, но также означало, что они не были так хорошо защищены. Технически это был всего лишь второй раз, когда они ходили на свидание такого рода. Ким выбрал место и сказал им, что на эту ночь там никого не будет. Порше надеялся, что это не повлияет на продажи ресторана или что-то в этом роде. Мафиози наверняка не забыл бы выплатить зарплату и тому подобное. У Порше были друзья, которые раньше работали официантами, и было грустно от того, как мало они зарабатывали. По крайней мере, ужин был вкусным и быстро подавался к их столу. Порше заказал что-то настолько причудливое, что он не знал, как это произнести, даже после того, как Ким произнес название в третий раз. Они разделили десерт, и Ким подвинул свой стул, чтобы прижаться к его боку. Конечно, не обошлось и без поцелуев. Идеальное свидание за ужином. Порше был так счастлив. В тот вечер все произошло так быстро. Они вышли из ресторана счастливые, улыбающиеся и прижавшиеся друг к другу. Порше окликнул какой-то здоровенный придурок, который посмел сказать, что Порше следует бросить своего парня и повеселиться с ним. Как будто это когда-нибудь случится. Порше просто отвернулся, чтобы проигнорировать это, и хотя Ким зарычал, Порше был полон решимости просто увести его. Дальше стало только хуже. — Эй, что за игнор, шлюха? Разве ты не знаешь, что с кем-то с большим членом будет лучше? Или ты слишком смущен, чтобы оставить своего возлюбленного, чтобы получить настоящее удовольствие? — Парень быстро стал противным, когда понял, что не получит желаемого внимания, и Порше расстроенно заскулил. В чем была проблема этого парня? Неужели его в детстве уронили на голову? И Порше действительно ненавидел, когда его называли шлюхой. Ким отпустил его руку и ласково поцеловал в щеку. — Я позабочусь об этом, детка, жди меня здесь, — Ким провел рукой по спине Порше, чтобы успокоить его, а затем отвернулся и подал сигнал охранникам. Его взгляд стал жестким, как только он перестал смотреть на Порше. Он был готов убить. Один жест рукой, и двое охранников поставили здоровенного придурка на колени и удерживали на месте. Ким подошел к нему, оскалившись в своей безумной ухмылке. Насколько Порше мог видеть, его мужчина выглядел просто диким. Он… Порше знал, что дело кончится кровью, но это не помешало ему возбудиться от такого выражения. Ким был таким для него, все для него. Было странно, что люди внезапно исчезли с улицы, на которой они находились, когда Ким избивал парня до крови. Странно, что никто из полицейских не приехал, когда они бросили его на улице, когда все закончилось. Порше все еще не понимал, насколько могущественны Ким и его семья, но сейчас это было неважно. Не сейчас, когда Ким снова приближается к нему со свежей кровью, все еще стекающей по костяшкам пальцев. — Ты в порядке, малыш? — спросил Ким, его голос был мрачным и взволнованным. Он звучал так же, как и тогда, когда Порше устраивал ему какой-нибудь сексуальный сюрприз, и от этого Порше задрожал. Боже, он был так влюблен. — Я в порядке? — переспросил Порше, на самом деле ничего не слыша, но все еще не в силах оторвать взгляд от Кима. Он опустил взгляд на кровь, а затем посмотрел на лицо Кима. Ким нахмурился и выглядел немного обеспокоенным. — Малыш? Ты хочешь пойти домой? Я напугал тебя, любимый? — мягко спросил Ким, протягивая руку, но не прикасаясь. Как будто он не хотел расстраивать Порше еще больше. А может быть, он не хотел, чтобы на кожу Порше попала кровь. — Поцелуй меня, — Порше практически умолял. Он нуждался в этом. — Что? — Ким отступил назад, выглядя немного шокированным. — Поцелуй меня, Ким, — потребовал Порше, потянув его за расстегнутую рубашку так, что их губы оказались в дюймах друг от друга. Ким повиновался, захватив губами губы Порше и, наконец, позволив себе прикоснуться к ним. — Что побудило тебя к этому? — спросил Ким, когда он наконец отстранился, оставив свой лоб прижатым ко лбу Порше. — Просто захотелось, — прошептал Порше с улыбкой. — И ты выглядишь сексуально, защищая меня. Ким на мгновение приостановился, а затем отстранился и позволил своему взгляду медленно блуждать по всему телу Порше. Затем он снова посмотрел ему в глаза, и Ким улыбнулся ему. Он взглянул на здание, перед которым они стояли. Какой-то маленький бутик, в витрине которого висели симпатичные фартуки, сшитые вручную. — Давай освободим этот магазин, чтобы мы могли побыть одни. Две минуты, любимый. — Что… Нет! Просто отвези меня домой. — Порше почти кричал, пытаясь вырваться из хватки Кима. Его мужчина снова начал вести себя нелепо. — Максимум 90 секунд, там даже нет покупателей. Я просто спокойно куплю все и отпущу их домой, — умолял Ким, возбужденно подпрыгивая. — Я… хорошо. Но не пугай работников, работа в сфере торговли и так отстойная.