Огненная Арка

Зал заседаний было не узнать. Привычная официальная атмосфера испарилась. А может, просто исчезли последние иллюзии насчет коллег. Совет гильдмейстеров сейчас выглядел не всесильной группой магов, правящих Айламадой через синархат, а компанией старых приятелей в сборе. Были все атрибуты — беспорядок, море выпивки, некие подсохшие подобия бутербродов, извлеченные Ксарьеном из кафетерия гильдии… Агнесса хотела уточнить, не промахнулся ли тот и не запустил ли руку через связной портал в мусорное ведро, но передумала. Настроение царило безрадостное. Компания приходила в себя после переделки. А Логгета спасти так и не удалось. Хлопала дверь. То и дело входили новые и новые маги. Чьи-то заместители, группа незнакомых магполицейских… Была здесь и Эвелина, укрывшаяся в углу с чашкой кофе и, к облегчению Агнессы, нисколько не пострадавшая в драке, и Бордмар, который, сидя за столом верхом на стуле, рюмка за рюмкой вливал в себя яичный ликер. До сих пор Агнесса не представляла, что эту приторную клейкую жижу вообще можно пить, да еще в таких количествах. Сама она пришла сюда лишь недавно, после разговора с Мелли. Мелани Райсен, так звали сообщницу Лаочера. Она не сопротивлялась, когда ее схватили, скрутили руки за спиной и отвели в здание совета, не зная толком, где содержать и что с ней делать. Агнесса вызвала Смирлану, Мэри и Наталлин, чтобы те подстраховывали ее во время разговора с Мелли. Но пленница ни разу не пыталась напасть. Только смотрела с откровенной ненавистью. …— Так, значит, это была ее псевдореальность? — нарушил молчание Дальтер. — Разве туда не закрыт ход всем, кроме ее обладателя? — Нет. Она меняется в соответствии с желаниями обладателя… как выяснилось, не со всеми… и если он захочет впустить туда кого-то, то ход будет. Именно так Мелани познакомилась с Лаочером, когда он был призраком, — сказала Агнесса. — Хм-м… — протянул Дальтер. На его лице читалось смутное сожаление — наверное, раньше он не задумывался о возможностях псевдореальностей. Когда в прошлый раз энергия, творящая их, вырвалась из Арки, гильдмейстеры поспешили защитить себя магической броней. Теперь же только хмыкали, размышляя о чем-то своем. — Что значит — не со всеми желаниями? — заинтересовался Аджарн. — Речь о законах физики? — Не только. Насколько о псевдореальностях известно мне… — Агнесса ненадолго умолкла, пытаясь понять, откуда ей стало известно о них что-то новое, если раньше она знала только то, чему сама была свидетелем. Наверное, продолжало проявляться наследие Безликой Сущности. — Это почти полностью самостоятельный мир. В котором все так, как хочет его обладатель. Но да, законы природы и логики продолжают действовать и там. Мелани могла впустить призрака Лаочера в свою псевдореальность и дать ему тело, но раз он погиб там, то воскреснуть не может. Ни в каком виде. Не может захватить другое тело, может только остаться призраком. Мелани способна создать себе новую псевдореальность, но там будет и новый Лаочер. С которым придется знакомиться повторно. Настоящий уже погиб. Кстати, ваши двойники, которых он убил. Они были такими копиями, о которых я говорю. — То есть он все же восстановит тело, если кто-то другой позаботится? — обеспокоился Ларадер. — Думаю, да, — кивнула Агнесса. — Но сделать это некому. К тому же будут сложности. Призрак будет обладать телом в чужой псевдореальности, в которую совсем не обязательно пустят и Мелани. А она, судя по всему, действительно его любит… Впрочем, это все теории. Меня больше заинтересовали другие свойства псевдореальностей. Агнесса набрала воздуха в грудь, собираясь разразиться тирадой о своем открытии, но ее перебили. — Как это — некому сделать? А толпа сообщников? — уточнил Васселен. Она коротко рассмеялась. — Вы еще не догадались? Скажите, господа, в архиве сохранилась информация о последней битве с гильдией снов? — Кажется, нет, — с сомнением ответил Дальтер. — При чем здесь… или вы имеете в виду… — Я только пытаюсь реконструировать события, — медленно заговорила Агнесса. Последние кусочки головоломки становились на место у нее в уме. — Насколько я поняла, во время последней битвы уцелевших загнали на кладбище. Уж не знаю, почему именно туда… — Они могли укрываться в роще, но их выкурили оттуда, — заметил Васселен. — Там была удобная роща в то время. — Пусть так. Их загнали, набросили заклинание всесожжения. Или собирались набросить. Лаочер остался их прикрывать. Он выигрывал для них время, пока они создавали псевдореальности и уходили в них. Потом все же попал под удар. — Псевдореальности? — переспросил Лейдер. — Псевдореальности? — прокатилось по залу. Кто-то вскочил, кто-то схватился за бутылку. Кто-то задумался… — Гильдия снов. Почему она так называлась? Потому что кому-то показалось, будто умения ее магов вышли прямиком из чьего-то бредового кошмара? — произнесла Агнесса. — Сны — это псевдореальности. Под таким названием их знали в те времена. Кто-то ругнулся себе под нос. Гильдмейстеры долго молчали. Наконец Дальтер прокашлялся и выдавил: — Вы можете как-то еще это доказать? — У меня есть только догадки. Действительность подтверждает их. Если помните, не так давно понятия «сон» и «мечта» обозначало одно и то же слово. Моя бабка еще говорила так. Потом, существование Лаочера в виде призрака. Попасть в чужую псевдореальность можно только через свою. Агнесса снова понятия не имела, откуда знает это. Арка начинала раскрывать бесчисленные секреты. Пока трудно было предсказать, к чему это могло привести и что сулило. — Но вы же говорили, можно впустить кого угодно, — нахмурился Ларадер, присваивая недопитую четвертушку коньяка и присасываясь к ней. — Да, но через его собственную псевдореальность. Без этого ваша создаст лишь копию нужного человека. Так вот, Лаочер все же смог сбежать в псевдореальность. Но призраки не способны их творить, а он был… уже мертв, но еще не полностью призрак. Господин Ларадер объяснит лучше. Поэтому его псевдореальность получилась урезанной, неполноценной. Он мог существовать только в пределах кладбища, то и дело выпадая в наш мир. Единственное, что он сумел выцарапать у Арки, это отсутствие боли. Остались только раны на коже, следы заклятия, которое его убило. Когда Лаочер сбежал, оно еще не успело разъесть личность до конца. — Значит, магия дала сбой, — резюмировал Васселен. — Жертва не может сбежать из тела даже в виде призрака. До полного распада личности. — Арка сильнее, — сказала Агнесса. — А псевдореальности создаются с ее помощью. — Любопытно, — пробормотал Дальтер. — Очень любопытно… Пожалуй, стоит пересмотреть наши материалы по гильдии снов… Ларадер, что с призраком Лаочера? Он ведь снова стал призраком, не так ли? Вы его поймали? — Конечно, нет, — раздраженно буркнул гильдмейстер духоловов. — Наши артефакты все еще в заморозке. И мы не можем их разморозить без чуждой магии, которой, как я понял, владели только Мелани и Лаочер. Мадам Инайт, вам случайно не удалось выбить из этой идио… ведьмы ее секрет? — Выбивать не пришлось, — покачала головой Агнесса, удобнее устраиваясь на мягком стуле. Оглянулась на Эвелину — та вся обратилась в слух. — Она ничего не скрывала. Признаться, меня это настораживает. Она рассказала, как добраться до источника чуждой магии. Если хотите, можем пойти прямо сейчас. — Три часа ночи — самое время совершить вояж, — развеселился Аджарн. — Это далеко? Что вообще собой представляет этот источник? — Пещера какая-то. Вход в нее придется поискать… — Пещера, — зловеще повторил Дальтер. — Ксарьен, почему вы не заметили, что в какой-то пещере повышенная концентрация неизвестной магии? — Проклятие, забудьте вы о придирках, Дальтер! — подвыпивший гильдмейстер стабилизаторов оказался довольно агрессивным. — Почему никто ничего не заметил? Претензии можно предъявлять до бесконечности! Откуда взялась ведьма, не прошедшая через Центр контроля? — По доброй воле туда отправляются очень немногие, — ядовито заметила Агнесса. — Мелани родилась в семье обычных людей. Такое ведь не редкость. Но ей повезло. Кроме нее, в семье было еще девять детей, и за каждым их шагом никто не следил. Поняв, что она обладает магией, Мелани смогла это скрыть. Ей не хотелось ни на завод, ни замуж. В той глуши на окраине Малдиса, где она росла, ее считали умственно отсталой. Она ни с кем не разговаривала и могла часами сидеть на чердаке или на завалинке в лесу… или на кладбище. — Проклятие! — послышалось от Ларадера. Агнесса усмехнулась. — Да. Среди ваших магов есть такие? Врожденная способность к общению с призраками. Родись Мелани мужчиной, она бы рано или поздно вступила в гильдию духоловов. Но как женщину ее ждали не такие радужные перспективы, и она пряталась от всех, кроме своих любимых призраков. И вот однажды, сбежав исследовать кладбище гильдмейстеров… — А! Так она встретила Лаочера, еще находясь в нашем мире? Агнесса кивнула. — Он учил ее создавать псевдореальности… а потом, когда ей это удалось и он обрел там тело и вернул магию, то и многому другому. Они прожили в псевдореальности несколько лет, а потом нашли этот источник чуждой магии, сумели использовать его и задумали месть. Отыскали или создали психотропное растение, препарат из которого называли «пылью»…Примерно тогда же Мелани, совершая вылазку из своего мира в наш, познакомилась с Рут Тардман. И склонила ее на свою сторону. Лаочер давно тронулся на почве мести, его идеей-фикс было убийство всего совета гильдмейстеров, и неважно, что тот состав совета, который физически уничтожал гильдию снов, давно в могилах; Мелани просто ненавидела систему, из-за которой оказалась выброшена из жизни… Сама она вряд ли стала бы мстить, она просто жила в своем мире. Но Лаочера поддержала. Агнесса помолчала, припоминая все то, о чем рассказала Мелани — невыразительным тоном, но с издевательской усмешкой, точно предвкушая эффект от своих откровений. Она рассказывала и рассеянно облизывала пальцы, которыми недавно касалась израненного лица покойника. На ее руках еще кое-где оставалась его кровь. Такая привычка, пояснила Мелани. Вы не поверите, но его раны не болели, только кровоточили. И они покрывали все тело. Вот и появилась привычка… И она добавила пару скабрезных подробностей. …Агнесса подавила желание отобрать у Бордмара ликер, чтобы мерзостный вкус отвлек от рисуемых воображением картин. — Вход в пещеру-источник — в Вулканической Цепи, — она встала. — Будем искать? Мелани дала довольно точные координаты. — Ну, если нам не придется обыскивать горы от скал Тодод до самой Вулканики, то ладно, — сказал Дальтер. — То есть она отдала секрет чуждой магии нам? Агнесса вновь кивнула. — Так, господа, помогайте, я не знаю, как телепортироваться в место, которого ни разу не видела. Это южное подножье Аройского пика. В районе оползня, так сказала Мелани. — Оползень? Отлично, — оживился Ксарьен. — Просто телепортируйтесь ко мне. И он исчез в тонкой пелене сгустившегося воздуха. …Аройский пик нависал над головами угрожающей темно-серой глыбой. Небо здесь тоже было темно-серым: не день, не ночь и не сумерки — безвременье. Оползень оказался грудой камней, уже успевших порасти мхом после давнего обрушения. Выше по склону чернели многочисленные пещеры, большие и маленькие. — Не беспокойтесь, все объединено в общую пустоту внутри горы, — сказал Ксарьен и телепортировался к ближайшему отверстию. — А чувствуете? Действительно похоже на чуждую магию. Да, нечто трудноопределимое уже ощущалось у входа. Мелани говорила, что нужно спуститься под землю, что поток магии шел из глубины. Но спуск оказался неожиданно легким. Шершавый каменистый пол, по которому не скользили ноги, узкий, местами осыпавшийся лаз, который маги расчищали по мере продвижения; световые шарики, созданные Аджарном… — Если псевдореальность — такое чудесное место, — задумчиво пробормотал пьяненький Барнинг, — то, может, и вправду лучше переселиться туда? — Все равно она вторична. Арки там нет, только ее копия на момент создания псевдореальности, причем копия, лишенная сущностей и прочих свойств. Как та, в которую я угодила, когда прыгнула в воронку. Да и создать ее не так уж просто. Если вы заметили, Мелани использовала совсем мало энергии, наши же псевдореальности распадались, стоило ей исчерпаться, — Агнесса переступила через очередной валун. — А раны все равно сохранялись, — добавил Ферелейн. — Выходит, тела захватывали с помощью чуждой магии? Любопытный эффект — когда точно такие же раны проступали на здоровых захваченных телах. Жаль, что я не смогу его исследовать. — Может, и сможете, если вернутся все, кто успел спрятаться в своих псевдореальностях, — мрачно буркнул Дормитт. Тело его сына нашли — гроб выбросило на кладбище вместе с живыми. Сам гильдмейстер погодников понемногу приходил в себя от потрясений. Среди повелителей снов оказалось немало таких, как Лаочер, чьи души успела разъесть магия всесожжения. Их раны были чуть легче. Немало было и невредимых. Лишившись своих тел, выходить из псевдореальностей они могли, только захватывая чужие. Фальджен Дормитт пал жертвой кого-то из повелителей снов, которому вздумалось развлечься в публичном доме и заодно вызвать скандал. Узнав об этом, Агнесса в очередной раз почувствовала угрызения совести. Подумать только, а она злорадствовала про себя и осуждала Дормитта-младшего… — А вот, наверное, и оно, — заметил шедший впереди Ксарьен. Спуск закончился. Они стояли в просторном гроте. В конце грота исходил паром небольшой источник. Со сводов спускались мелкие сталактиты. — Странное чувство, — поежился Лейдер. — И ведь магия, судя по всему, безвредная… Магия не угнетала, не пила силы и не подавляла. Она просто была. Окутывала мягким паром, покалывала кожу, не прикрытую одеждой, немного согревала и в то же время холодила, как мятная эссенция. Ее можно было черпать, сколько угодно… и самым странным казалось то, что этот источник до сих пор никто не обнаружил. — Отлично. Завтра разморозим артефакты, — бодро заявил Дальтер. — Все ясно, телепортируемся отсюда, господа. Ах да, ведьма… Ее необходимо изолировать. — И еще Рут Тардман, — добавил Бордмар. — Мы нашли ее в старом центре, она бежала к сообщникам, но не нашла вход в псевдореальность. Придется вам, мадам Инайт, взять на себя ответственность и за нее. Агнесса обреченно кивнула. Рут вернуть домой, пусть налаживает отношения с мужем, и учить магии понемногу; Мелани поселить в сторожевой особняк к кому-нибудь из ведьм… Это как раз несложно. А вот что делать с их ненавистью? — Вы хотели, чтобы не было тюрьмы для ведьм? — Дальтер будто прочитал ее мысли. — Теперь получайте. Он шагнул в сторону, собираясь телепортироваться. Пещера уже наполовину опустела. — Господин Дальтер! — окликнула Агнесса. — Ответьте на один вопрос. А тюрьма для магов в вашем Прибежище есть? *** — Показать тебе сторожевой особняк? — изумилась Эвелина? — Да зачем? Там еще даже мебели нет! Хотя в одном, кажется, что-то было… — Не мебель, а особняк, — уточнил Интан. — Там же и трещина в земле рядом? И из нее прорывается энергия Арки? И можно угодить в псевдореальность… Ты просто подстрахуй меня, пока я буду смотреть! Лайна закатила глаза, встала из-за стола и принялась собирать посуду. Эвелина молча отобрала у нее чашку с недопитым чаем и смочила пересохшее горло. Она даже не ожидала, что сдержанная и с виду нелюбопытная младшая сестренка накинется с расспросами, стоит переступить порог. А потом нелегкая принесла еще и Интана. С той же целью! Эвелина поняла, что имела в виду мама, жалуясь на гильдмейстеров с их любопытством. Хотя в чем-то оно было даже лестным. — Лайна, — сказала она, — тебе случаем не надо экскурсия в сторожевой особняк? Ответом послужило насмешливое фырканье. Узнав все, что хотела, сестра, по привычке, не стала навязываться. — Ладно. Пойдем разглядывать трещину из Арки, — мрачно буркнула Эвелина. — В центральном особняке еще, кажется, и ту ведьму содержат? Которая устроила это все? — Интан выбрался из-за стола. В тесной кухне приходилось прикладывать усилия, чтобы устроиться за ним более или менее удобно. — Так вот что тебе нужно! — возмутилась Эвелина. — Посмотреть на ведьму! Только вряд ли ты увидишь что-то интересное! Все устроил призрак, а она почти ни с кем не разговаривает, и если даже разговаривает, то несет полный бред или рассказывает всякую гадость о своей жизни с ним! Про кровь и… Она осеклась, увидев совершенно круглые глаза Лайны. — Все вы ненормальные, — проворчала Эвелина и телепортировалась в особняк Мэри и Смирланы, предоставляя Интану самому следовать за ней. *** Хозяйки обнаружились на улице. Они яростно мели тротуар. Мэри с одной стороны, Смирлана с другой. Магию ни одна не использовала, обе с остервенением шаркали вениками и сбрасывали мусор на проезжую часть. Потом смели две кучи к алеющему разлому посреди дороги. Пыль, обломки веток, сухие листья и смятые бумажки вспыхнули веселым рыжим костерком и пропали. Лишь тогда Мэри отбросила со лба спутанные волосы и заметила Эвелину. — Только не говори, что вы тоже пришли поглазеть! — воскликнула она, глядя, как рядом возникает Интан. — Вообще-то поглазеть… — повинилась Эвелина. — А что такое? — Ничего. Просто маги шатаются здесь с самого утра. То маголекари, то духоловы. Сами смотрите. И Мэри зашагала во двор особняка с такой решимостью, точно намеревалась вымести с клумб всю землю вместе с мусором. Смирлана сочувственно поморщилась и кивком указала на второй этаж. Интан долго ходил вокруг разлома, заглядывал внутрь, пытался ловить энергию псевдореальностей, но Эвелина предусмотрительно накрыла трещину незаметным защитным куполом. Неприятности ни к чему. Когда он начал очередной круг, рассеянно посматривая на окна особняка, она не выдержала. — Так интересно поглазеть на ненормальную?! Ладно, пойдем! Голоса они услышали еще на лестнице. Эвелина остановилась, прислушиваясь. Мелани ведь должна была остаться одна! Потом она сорвалась с места и, перескакивая через ступеньку, подбежала к самой двери одной из комнат. Застыла посреди верхней площадки. — Нет-нет, малышка, здесь ничего обсуждать не нужно. Вообще не нужно ничего обсуждать, уши есть везде. Я найду другой способ. Этот приятный низкий голос Эвелина после пережитого страха узнала бы даже в шуме водопада или в хоре сотни других. Лаочер! Точнее, призрак! Вернулся к Мелани все-таки, не побоялся Ларадера с его артефактами! — Меня тошнит от всего этого, — это уже хрипловатый и вечно усталый голос Мелани. — Они тебя ищут, ты в курсе? Они разморозили артефакты духоловов. Призрак насмешливо выдохнул через нос. — Пусть ищут. За дверью, кстати, уже подслушивают. Я вернусь. Молчание. Фыркнув, Интан открыл дверь. Мелани с отсутствующим видом сидела на полу. Одна. Призрак исчез. Эвелина закусила губу. Одержимый сбежал, а значит, ничего еще не закончилось. *** Разговор с Мелани оставил непонятное послевкусие. Было в ней что-то гнетущее, но притягательное. Эвелина слышала, что безумие может быть притягательным, но Мелани не выглядела безумной. Она казалась не более чем просто странной. Привлекало в ней другое. Эта ее сосредоточенность на чем-то в своем внутреннем мире. Понятно на чем — видимо, еще не успела смириться, что планы рухнули, а Лаочер снова — и надолго, если не навсегда — стал призраком. А может, и нет. Может, Мелани от природы была «вещью в себе». Не просто замкнутой, а замкнутой на чем-то, недоступном всем остальным. Лайна бы поняла. Лайна иногда казалась точно такой же. По счастью, редко и только казалась. Покинув особняк, Эвелина распрощалась с Интаном, которому нужно было на работу. Но прежде он вырвал у нее обещание повторить их безумную прогулку по ночному Малдису. Эвелина сама не знала, зачем согласилась. Наверное, чтобы неприятные воспоминания о тех событиях сменились новыми. Или ей просто недоставало духа вседозволенности, с которым она успела соприкоснуться совсем мимолетно. Потом она позвонила отцу. — Хочешь забрать еще какие-то вещи? — спросил тот. На заднем плане слышались разговоры. — Вы с мамой разве что-то оставили? — Нет, я хотела прийти просто так. К тебе. Можно? Или ты занят? Раньше отец непременно сослался бы на недостаток времени и заявил бы, что ведьме вообще не нужно появляться там, где располагается гильдия, но сейчас он ответил только: — Конечно, можно. — Пойдешь со мной? — спросила Эвелина у Лайны, создавая связной портал. Мамы опять не было дома, и опять Эвелина понятия не имела, где она. — М-м… наверное, нет. В другой раз. У меня зелье варится, нужно постоянно помешивать. Передавай привет, — сказала Лайна и убежала на кухню. — Я в редакции «Магического вестника». Что-то срочное? — встревоженно спросила мама. — Нет? И она убрала портал, едва получив ответ. Городской дом окончательно превратился в официальное учреждение. Ремонт здания гильдии затягивался, пояснил отец. Теперь не только в его кабинете, но везде, во всех комнатах столы были завалены бумагами и бумажками, а в холле сидели в очереди посетители с очередными жалобами на драконьи атаки. Отец все-таки оказался занят. Но Эвелине никто не мешал устроиться в сторонке и ждать, пока закончится какая-то летучка заклинателей драконов. Говорили о деревне Вуинд, которую ящеры облюбовали для кладки яиц. Распоряжения отца Эвелина понимала через слово, но слушать было интересно. Где-то в глубине души маленькой обиженной мышкой ворочалось сожаление о том, что побывать на совещании магов позволили только сейчас. Потом они пили чай в столовой. Она временно превратилась в кафетерий гильдии. Странно было видеть здесь ряд столиков, две небольшие компании замотанных магов и все те же старые обои и картины на стенах. — Прости меня, — снова проговорил отец. — Это было помешательство какое-то. Я… не знаю, что сказать. Что не следовало даже думать отправлять тебя в скалы Тодод? Что я был не прав? Все это не компенсирует… — Это в прошлом, — ответила Эвелина, чувствуя, что своей мольбой о прощении отец дает ей власть над ним. Но она не собиралась пользоваться такой властью. — Я тебя уже простила. Ты только постарайся поверить, что ведьмы вовсе не так бесполезны, как тебе казалось. Если бы ты так не считал, то тебе бы и не пришло в голову, что бесполезную дочь нужно куда-то там отправить. Лицо отца исказилось в гримасе боли. — Я уже понял. Я видел, на что ты способна. Все вы, — сказал он. — Ты умница. Хотел бы я гордиться тобой, но не имею права. — Ну что за ерунда? Я же твоя дочь, — Эвелина улыбнулась, допила чай и встала. — Можно я еще приду? Мне интересно, как работает гильдия. — Приходи, — чуть удивленно согласился отец. — Если в этом есть что-то интересное, приходи, конечно. И тут Эвелина сделала то, что давно собиралась. Подошла и обняла его. И ей сразу стало легко и спокойно. *** Волнение улеглось, и очередное заседание совета уже не походило на военный привал. Теперь это было то же унылое мероприятие, что и всегда. Вопросы, претензии, обсуждения, нагоняи… Когда все это успело превратиться в рутину? Агнесса не знала. Но факт оставался фактом. Стоило ей в ходе поиска пришлых получить наконец признание гильдмейстеров, как она стала одной из них, и… Она вдруг улыбнулась, за что удостоилась изумленного взгляда Дальтера: как раз согласовывали дату похорон Логгета. Рутина? Нет, никакая это не рутина. — Как продвигается изучение чуждой магии? — спросила она, когда закончилась основная повестка дня. — Вы не отчитались, господин Дальтер. Что решила комиссия? — Пока ничего. Мы были слишком заняты восстановлением артефактов и лечением членов гильдий. Пользоваться этой магией действительно легко… Раз уж об этом речь, не выделите ли пару ведьм в комиссию, мадам Инайт? — Хорошо, — Агнесса снова улыбнулась. Даже Дальтер перестал смотреть на нее волком, хоть иногда и не сдерживал ехидство. Синяк у него под глазом проходил очень медленно. А Аджарн так и не ответил, когда Агнесса по совету Эвелины спросила у него, что это значит… Заседание закончилось. И, конечно, стоило вспомнить об Аджарне, как он оказался тут как тут. — Агнесса, можно вас на пару слов? — сказал он, пока остальные телепортировались. Агнесса кивнула, неспешно направляясь к выходу из зала. — Да, конечно. Что, вы решили все-таки поделиться информацией о… — она украдкой показала глазами на перебирающего бумаги Дальтера. — Нет. Я хотел сказать, что разговоры исключительно по делу быстро надоедают. Почему бы нам с вами не пойти в театр, к примеру? — В театр? — Агнесса с трудом сдержала смех. — Простите, Кайрен, я его не люблю. Предпочитаю книги. Если хотите меня куда-нибудь пригласить, покажите мне лабораторию. Ту, что у вас в гильдии на четвертом этаже. Эвелина говорила, там проводятся интересные исследования. Аджарн остановился посреди пустого коридора и пристально посмотрел на нее. Потом негромко рассмеялся. — Вы необычная женщина, мадам Инайт. Я вам это уже говорил? Хорошо, пусть будет лаборатория. Хотя я надеюсь еще привить вам любовь к театру. *** — Одним словом, это просто сравнительный анализ характеристик горения и его зависимости от магических токов, — сказал Аджарн, отпирая дверь. — Ничего сверхъестественного. — Что-то же он должен дать, — Агнесса ступила на порог. Аджарн не сразу пропустил ее, убирая руку, которой опирался о стену над ее плечом. Казалось, он хотел что-то добавить, но в последний момент передумал. Агнесса послала ему предостерегающий взгляд, затем улыбнулась уголком рта. Позже. Все подождет. — Опять же, ничего глобального, — Аджарн прошелся вдоль железных шкафов и конструкции из подставок и тиглей. — Может, поможет создать артефакт, гасящий самовозгорания или страховочный… Будни. Если вы начнете исследовать энергии из Арки, это будет важнее. — Потому мне и интересно это место, — сказала Агнесса. — Что там вы говорили о самовозгораниях? Недавние должны быть связаны с чуждой магией. — Разберемся, когда к ее источнику спустится комиссия, — Аджарн обернулся к ней. — Обычная магия, разве что несколько иная. Даже не конфликтует больше ни с чьей. Почему она вас так беспокоит? — Потому что я не верю, что она появилась в пещере сама по себе, — медленно произнесла Агнесса. — Вполне вероятно, что ее действительно не замечали. Тем более, оползень случился совсем недавно, и источник мог быть запечатан. Но я в это не верю. — Что вы хотите сказать? Взгляд Аджарна сделался настороженным и колючим. Агнесса поморщилась, вспомнив Прибежище и сожжение захваченных тел. — Что пришлые существуют, Кайрен. Просто до сих пор они действовали чужими руками. Они нашли Мелани, — возможно, это даже было случайностью, — вышли на Лаочера, создали им условия для мести, направляли, корректировали, заботились о том, чтобы жертвы неизменно попадали в руки мстителям, которые были слишком безумны, чтобы всерьез что-то планировать… Мне рассказывали, что случилось в подвале резиденции синарха в первый раз. Вам подсунули вопиющие улики, указывающие на пришлых, чтобы вы сами заподозрили неладное. Вы и заподозрили, только, кажется, до сих пор не поняли, на что должна указывать такая явная фальшивка. Так вот, по-моему, я догадалась. Ни на что. Это просто запутывание следов, чтобы все подозревали всех. Сами организаторы до сих пор скрываются в тени. Я не знаю, чего они хотят, но они существуют. И ждут новой возможности напасть. КОНЕЦ КНИГИ 2 __________________________ Уважаемые читатели! Третья книга появится в этом же файле в ближайшие дни. Следите за обновлениями:)