Вовсе не с нуля

      Прошло уже полгода с тех пор, как Николай Щедрин умер в своём мире и переместился в другой, где принял облик Кадзунори Масаки, мальчика из расы нэко, который покончил с жизнью из-за несправедливого отношения к себе со стороны семьи. Коля часто видел сны из жизни паренька, а потому как никто другой знал насколько тяжело избалованному матерью отпрыску приходилось в мире, где её нет. Самым тяжелым по праву можно считать тот сон, где Коля переживал сцену с самоубийством вновь. Он ощущал острые эмоции предыдущего владельца тела, наблюдал за тем, как тот наливает смертельный яд в свой напиток. Он чувствовал эту боль, ту самую, которая разрывала изнутри любого, кто выпьет подобную отраву. Бедный Масаки совсем не знал, что блаженное забвение придет к нему такой ценой, а потому эта боль не прекращалась долгие полтора часа, за которые мальчик испытал столько страданий, сколько не испытывал даже при потере хвоста. Николаю такие ощущения тоже были в новинку, ведь раньше ему никогда не приходилось умирать от яда, в своей прошлой жизни он сам всегда нёс своим врагам подобную смерть.       Но вот, наступила и новая жизнь, в которой хоть и не с нуля, но можно было попробовать себя в совсем иных направлениях. Однако и их Коле было не суждено выбирать самому, ведь суетливая родня, ради угождения женишку, за которого выдала Масаки без его согласия, отправила беднягу в военную академию Эльвендора, на вспомогательный факультет. Любое другое направление котик бы банально не потянул, ведь только на вспомогательном можно было учиться лишь за денежный взнос, не сдавая никаких экзаменов. Коле это было только на руку, ведь всю свою прошлую жизнь мужчина посвятил войне. Правда, слишком поздно в армию подался, от чего и крутился в свои 46 лет лишь в звании прапорщика.       Но что радовало в новой жизни, так это разнообразие активностей в академии, где не приходилось постоянно думать о том, чтобы мочить террористов. Здесь Коля мог вновь ощутить себя ребенком, ведь даже его прожитые 46, уже почти 47 лет казались лишь крохами на фоне того, сколько прожили все остальные. Вернуть потерянное детство было блажью, но всё когда-нибудь должно закончиться. Вот и подходил к концу семестр, после которого Коле было суждено оказаться в плену брака по расчету. Но перед этим необходимо было пережить последнее, самое главное испытание. Многие не сумели его пережить, многие были сломлены. Лишь Лилиана и Алистер не испытывали волнения, тогда как все остальные студенты были на грани срыва. А всё потому, что шла вторая неделя экзаменов.       — Бёрг, ну давай уже! Нам ведь осталось только перейти через этот мост!       — Да он шатается, а меня эта ведьма прокляла! Как я переходить буду?!       — Возьми свои яйца в кулак и будь мужиком! Мы что, зря проходили через все эти страдания?! Мне нужен высший балл чтобы я смог выпуститься, или ты сам меня будешь из логова амазонок спасать, если мы из-за тебя провалимся?! — Николай и Бёргнан в данный момент находились на экзамене профессора Сиссоко, которая устроила забег с препятствиями в качестве последнего рубежа для студентов. Им всем необходимо было достать ингредиенты для мороженого, которые ведьма заботливо раскидала по ущелью вблизи столицы. Острые камни на дне расщелины гарантировали смерть любому, кто туда свалится, а ловушки, которые Энайола обожала прятать на путях, обезвредили уже огромное множество студентов. В одну такую попался и дракон, потеряв способность перевоплощаться. На самом деле, избежать всех ловушек было почти невозможно и из всех студентов только двое до сих пор были чисты. Вот только если Агава уже прибежала к финишу и сдала мороженое, то Коля и Бёрг пытались перейти от одного конца ущелья к другому, где ведьма спрятала последний нужный им ингредиент. Пацанам не хватало только вафель для мороженного, а их Энайола закрепила как обязательные в составе блюда. Бёрг ну никак не мог пересилить себя и без трансформации пройти через хрупкий веревочный мост. Конечно он знал, что если он свалится, то Энайола просто достанет его, но в том, что это будет до получения увечий, он уверенным быть не мог.       — Как же ты заебал! — Коля, потеряв всякое терпение, схватил друга за руку и потащил его через мост. Но сделал он это так резко, что канат просто оборвался в том же месте, где и находились нэко и дракон. Лишь чудом оба сумели зацепиться за дощечки и залезли по ним наверх.       — Что это вообще было?! Да мы из-за тебя чуть не сдохли!       — Ну не сдохли же! Да и тем более, теперь мы оба здесь, у цели.       — М-да уж, не завидую тем, кто решит пойти за вафлями после нас.       Двое забрали последний ингредиент на специальной стойке и отправились к месту сбора. Там их уже ожидала Камияна, которая наверняка получила максимально возможный балл.       — Ребят, да на вас живого места нет! Неужели Масаки опять втянул вас в авантюру, из которой вы лишь чудом выбрались? — За четыре месяца знакомства амазонка на своей шкуре поняла, что быть другом Коли бывает ну уж очень тяжело. Чаще всего это отражалось в получении различных травм, которые успела подхватить и сама Камияна.       — Ну-ну, лучше поторопитесь и поскорее дайте мне блюдо на пробу! Агава угостила меня, но это лишь раззадорило мой аппетит.       — Да Вам лишь бы пожрать! — Энайола Сиссоко являлась причиной около девяти из десяти травм у Коли и его друзей. Эта любительница плотно покушать только и делала, что травмировала своих студентов. На неё часто писали жалобы, но ни одна из них не могла даже пошатнуть позиции профессора. Всё было в рамках установленного военной академией регламента, который позволял проявлять насилие к студентам с целью повышения их боевых навыков. Да и снять побои никто никогда не мог, Энайола банально излечивала их быстрее, чем кто-либо успевал их зафиксировать.       — Котик, ты бы мне зубки не заговаривал. Я же знаю какая оценка тебе сейчас у меня нужна. Не хватит хотя бы одного из ста баллов и всё, пиши пропало. Я чисто из вредности не поставлю тебе максимальный балл, если твоё блюдо не окажется совершенным шедевром, который превзойдет даже Агаву.       — Черт, если всё мною пережитое сегодня было зря, я Вам этого не прощу! — Коля побежал к разделочному столу, где вывалил все ингредиенты из своей сумки. На самом деле, приготовить шедевр, который оценила бы даже сама Энайола он как раз мог, ведь по пути обнаружил нечто, чего никто раньше здесь никогда не пробовал. Коля очень удивился узнав, что «это» на Ксетифисе никто в пищу не употребляет. И это мог быть его билет в светлое будущее. Ну как в светлое, Николаю оставалось сдать ещё два экзамена помимо этого из уже пройденных.       Стрельбу из лука Николаю засчитали автоматом, выигрыша на соревнованиях было вполне для этого достаточно. Та же ситуация была и с теорией ведения боя, выступая в команде с Лилианой, Коля просто не мог не набрать больше всех остальных. А вот изучение магических камней давалось ему не в пример сложнее, ведь там требовался магический талант, которого у кота априори быть не могло. Сердце ведь повреждено. Но стараниями и Лилианы, и Бёргнана, нэко был вытащен на твердые 60 баллов. Имея 260 баллов, а также храня в уме, что по остальным предметам у Коли суммарно пока выходило лишь 80, для того, чтобы набрать необходимые 450 ему нужно было как минимум получить высший балл у профессора Сиссоко. В отличие от других преподавателей, ведьма до последнего не афишировала сколько баллов она ставит своим студентам, а потому Коля мог только надеяться, что мороженое ей очень понравится.       — Какой необычный цвет для мороженного, оно точно не шоколадное и не ванильное. Что же это? — Энайола рассматривала десерт, который ей предлагали Коля и Бёрг. Такой цвет у блюда она видела впервые, ведь то, что Коля добавил в него раньше здесь считалось ядом за свой цвет и форму. Ведьма попробовала мороженое на вкус и по её светящимся глазам можно было смело утверждать, что победа у парней в кармане.       — Это клубника. Почему-то многие на протяжении веков считали её ядом, хотя это абсолютно не так. Конечно, если употреблять ту клубнику, что растёт у энтов, смерть наступит быстро. Но это вовсе не значит, что вся остальная ягода так же опасна. Я провел соответствующие исследования буквально час назад и убедился, что никакого вреда клубника выращенная вне островов энтов не несет. Ну как Вам?       — Это потрясающе! Кадзунори, Речной, я была с вами не совсем честна. На самом деле, ещё до экзамена я поставила вам и Агаве максимальный балл автоматом, а сейчас хотела попробовать то, что вы мне принесете. Но я совершенно точно не ожидала такого! Теперь я обязана как-то компенсировать вам страдания, которые вы перетерпели при готовке этого блаженства, так что можете просить с меня что-нибудь, что я смогу для вас сделать.       — Да Вы… Черт, Вам это я рук точно не сойдет! Тогда я прошу… Я прошу чтобы все следующие десерты пробовали не Вы, а мы!       — Стой, котик, ты же не серьезно, да? Ты же не лишишь меня самого лучшего, что есть в моей работе?       — Надо было думать об этом раньше, как говорил один мудрец, жадность фраера сгубила! Вот и Вы теперь поплатитесь за все наши страдания!       — Я же могу сделать что-нибудь другое! Я могла бы… Могла бы устроить тебя в академии, и тогда тебе бы не пришлось выходить замуж за того, кого вовсе не любишь! Ты бы работал здесь лаборантом, получал бы зарплату. А твой отец кусал бы локти от того, что все его планы пошли тебе под хвост.       — Ну нет, с браком я смирился уже давно. И вообще, откуда Вы всё это знаете?! Я никогда Вам об этом не говорил, Вы что, следили за мной?       — У меня свои методы, я знаю гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Ведьмы знают всё, но никогда не вмешиваются. Лишь наши мужья ведут войны и завоевывают территории. Так что давай в обмен на молчание ты сменишь своё желание на более справедливое.       — Это и есть самое справедливое желание, а Ваше молчание мне покупать не нужно. Вы и без того никому ничего не скажете, таковы уж устои ведьм.       — Ты изверг, и зачем я тебе высший балл поставила?!       — За мои старания! А теперь выполняйте свою часть уговора.       Студенты стали приходить один за другим, принося свои десерты Николаю. Он злорадно пробовал их все, показательно причмокивая, чтобы ведьме было завидно. Такого лица у вечно самодовольной женщины он ещё никогда не видел. Эта возможность могла быть предоставлена лишь раз в жизни и упускать свой шанс Коля ни за что бы не стал. Вдоволь насмотревшись на муки голодного преподавателя, довольный собой Николай ушел на следующий экзамен. Но в качестве жеста доброй воли он всё же оставил Энайоле килограмм клубники, которой успел нарвать. Это с головой компенсировало для неё всё потерянное мороженое, ведь теперь из неё можно было готовить всё, что только пожелает ведьма.       Следующим предметом на очереди был уход за ранеными, который вел довольно нервный эльф. Отношения с ним у Коли сразу особо не заладились, но нэко получал свои баллы за счет уже имеющихся умений. Экзамен из себя ничего сложного не представлял и даже без магии Коле хватило и обычной бутылки спирта чтобы получить хороший балл. Достигнув нужной отметки в 450 баллов, нэко расслабился и на последний экзамен шел уже со спокойной душой.       А вот изготовление хозяйственных принадлежностей Коля с горем пополам за весь семестр сдал лишь на 20 баллов, что было катастрофически мало. Но здесь он ничего поделать не мог, ведь сам предмет был завязан на магии. Камияна и Бёргнан тянули Колю как могли, но не имея никакой даже самой маленькой возможности использовать ману для зачарования предметов, вояка был вынужден каждый раз лишь выслушивать упрёки в свой адрес от ламии, которая вела предмет. Коля понимал, что не набери он на предыдущих экзаменах требуемые ему 450 баллов, то здесь ему ловить всё равно было бы нечего. Но имея в своём запасе уже 470 заветных очков, теперь он мог вообще не обращать внимания на свою тотальную неподготовленность к этой дисциплине. Как оказалось, профессор Пак ДжуНа решила даже пойти бедняге на уступки и выдать ему экзаменационное задание связанное с зачарованием именно игл с ядом. Коля не мог не воспользоваться такой щедростью ламии и, будучи идеально ознакомленным с теоретическим материалом, смог удивить профессора так, что та поставила ему заветные 30 баллов, которых Николаю не хватало на особый, зеленый диплом, получение которого было возможно только если набрать 500 баллов за семестр.       Через двое суток началось и вручение аттестатов, на которое кроме Тодо и ещё одного слуги из дома Кадзунори любящие родственнички никого более не отправили. От факультета выступал Речной, чей аттестат красовался максимальными 1200 баллами за оба семестра. Многие преподаватели сильно расстраивались от его заявления о том, что второй год он в академии проводить не собирается, они считали, что это пустая трата его потенциала. Сам Бёргнан же так абсолютно не считал. Ему хотелось побыстрее найти работу, чтобы можно было найти стабильный уголок в своей жизни. На то было много причин, но самая главная всё же заключалась в семье, которая из-за своих убеждений долгие годы провела в бедности и нищете.       Вечером того же дня Коля повел друзей в отель, где остановился Тодо. В компании слуги и хозяев гостиницы они решили отметить окончание учебы, которое ознаменовало серьезные изменения в жизни для многих из них. Успевшие хорошо подружиться Лили и Камияна обсуждали места, куда могла бы устроиться работать амазонка. Чаще всего они обсуждали разные вакансии из Алмазного порта, города под управлением гномов, где равные права имели представители всех рас. Эльвендор, хоть и пускал в стены своей академии студентов не эльфийского происхождения, дальнейших перспектив для них потом не открывал. Все государственные рабочие места были заняты исключительно местными, а предприниматели брали иностранцев только на низкооплачиваемые позиции. Алмазный порт же был единственным местом во всем Ксетифисе, где даже низшие расы без своих кристаллов были равны по статусу всем остальным жителям, а мэр избирался из числа любых граждан, проживших в городе более десяти лет. Очень многие скитальцы со всего света стекались сюда в поисках лучшей жизни, от чего со временем Алмазный порт стал вторым городом по населению на всём Ксетифисе, ведь там проживало более 8 миллионов жителей, тогда как по всей планете в принципе можно было насчитать лишь около 400 миллионов разумных.       У этого места была очень длинная история, полная войн и кровопролитий, которая закончилась аннексией со стороны гномов. Но уже тогда регион был заселен преимущественно оборотнями, нагами и эльфами, из-за чего гномам пришлось взять совершенно иной вектор в развитии города, ведь удержать подобный регион не выдав ему большие права на автономию и особый статус не представлялось возможным. Город не подчинялся напрямую короне, однако ставил в приоритет её решения и имел с ней тесную дипломатическую и эконмическую связи. Де-юре это была автономия в составе королевства гномов, Золотых Гор, но де-факто все считали Алмазный порт независимым городом-государством, ведь сама общность и даже политика этого города развивалась самобытно, без прямого вмешательства Голдума, столицы Золотых Гор. Очень многие были недовольны таким положением дел, в особенности ведьмы, на чьих границах и располагался город. Но обладая поддержкой сразу от Голдума, Канориса и Эльвендора, Алмазный порт мог не опасаться любых нападок со стороны враждебно настроенных соседей.       — Люси, ты ведь была там, каковы твои впечатления? — Амазонке было очень интересно послушать о городе из первых уст.       — Честно говоря, Алмазный порт порадовал меня своей развитой инфраструктурой и современной архитектурой. Жители имеют совершенно иной менталитет нежели мы, эльфы. Но это не делает их менее достойными, я бы даже сказала, что наоборот, их культура являла собой некий идеальный симбиоз всех остальных. Конечно, не обошлось и без минусов. Все так тянутся в Алмазный порт, что переоценивают свои возможности и пытаются взять на себя больше, чем способны выдержать. А потому в этом городе располагаются самые большие трущобы из мною виденных. Там проживает целый миллион жителей! Но Кама, не бойся, из того что я увидела, четвертой ступени силы как у тебя вполне достаточно чтобы попасть не туда, а в цивильное место. С твоим талантом ты точно не пропадешь, уж в этом я уверена.       — Верно! Тебя наверняка сразу же заберут в повара при мэрии, я в этом уверен на все 100%! — Бёргнан тоже поспешил присоединиться к разговору, который внимательно слушали уже все. Готовившая вместе с Сильвианом Камияна наградила всех присутствующих самым вкусным ужином в их жизни, вместе они смогли преподнести компании такой стол, где каждый мог найти себе что-то по вкусу. Кроме Алистера, пожалуй, но тот сидел с Бёргнаном, так что и его закуска всегда была под носом.       — Молодой господин, Вы тоже обязаны побывать там когда-нибудь, хотя бы в рамках Вашего с мужем медового месяца! — Тодо восхищался рассказом эльфийки и Коля отлично видел, что это и желание слуги, побывать в таком чудном месте. А это значило, что город точно попадал в список мест, необходимых к посещению.       — Хорошо, хорошо. Раз уж Каму у нас заберут к мэру, то будучи мужем генерала армии и герцога я точно должен буду туда попасть! А это надо бы отметить чем-нибудь спиртным, не зря ж мне 18 уже! — Произнося последние слова, Николай особым взглядом пробурил Тодо и Лили, которые до совершеннолетия отказывали вояке в любом употреблении алкоголя. При этом Лили даже зная, что настоящему Коле 46 лет, обращала внимание лишь на возраст его тела, которое под законное употребление спиртных напитков не попадало. Но месяц назад, когда Масаки наконец-то должно было стукнуть восемнадцать лет, запрет спал и можно было пить всё что только захочешь. Однако обученный горьким опытом реального отца Николай забвенно предаваться алкогольному опьянению не спешил. Он пил с опаской, и в этом мире сегодня должен был быть лишь второй раз, когда он пробовал спиртное. Как итог, ему принесли лишь слабоалкогольное эльфийское пиво, которые те готовили только для того, чтобы гномы наконец отстали от них с их вечным «нет чести, нет пива». Эльвендорское вино Коля пить не рисковал, ведь от него иногда могло и Лили унести, а она уж точно пить умела. Это очень важный навык для того, кто живет вот уже 886 лет. На день рождения Масаки Лилиана умудрилась выдуть целую бочку красного напитка, от чего потом лезла к Коле с предложением отрастить ему хвост обратно, а потом приделать и второй, ведь «так же покрасивше, ты шо». Зрелище было не из легких, весь тот образ пай девочки слетал моментально. Но даже так, она всё ещё была способна создавать тройные заклинания и обратила Алистера в женщину на сутки. Последствия той ночи компания разгребала потом целую неделю, так что Лилиане они больше не наливали.       — Кстати, Масаки, а ты когда уже собираешься к жениху?       — А, ну, Тодо, когда там свадьба намечена?       — На самом деле, молодой господин, уже через неделю Вам необходимо быть там. Скорее всего, нам уже завтра стоит начать собираться, ведь путь неблизкий и весьма тяжелый.       — Уже так скоро? Масаки, мы же сможем увидеться? Ты будешь к нам приезжать? Хотя… К нам… А где будем мы все? — После слов амазонки веселая атмосфера будто бы сдулась ветром и друзья поняли, что скоро настанет пора расставаться. Никто из них не хотел разлуки, но был ли у них выбор? У Коли по крайней мере выбора не было точно.       — Ладно, харэ хандрить, у нас сегодня праздник! О грустном подумаем завтра, сегодня же я ещё должен набухаться так, чтобы ноги не стояли! Наливай! — Вот только думать о плохом мужчина точно не любил. Веселье вновь продолжилось с новой силой и через час все уже были довольно пьяны. Тодо всё ревел, что ему будет не хватать этих прекрасных дней в Эльвендоре, хозяева гостиницы лежали друг на друге и уже не могли встать, а Коля почувствовал зов мочевого пузыря и отправился справлять малую нужду. Но зайдя в туалет он обронил челюсть к полу и не мог её поднять. Его глазам предстала картина трущихся друг об друга вампира и дракона, которые ещё не заметили Николая, ведь были слишком поглощены собой. Они страстно целовались, чуть ли не пожирая друг друга, а левая рука вампира забралась под хвост дракона и нащупывала там что-то. Дракон же своими руками массировал два колом стоящих пениса, прижатые друг к другу между телами Алистера и Бёргнана. Коля пришел в себя только тогда, когда Речной издал низкий стон, вызванный проскользнувшим в кольцо сфинктера пальцем. Вояка захлопнул дверь с силой и спустился на этаж ниже, в соседний санузел. Невольное вторжение в личное пространство его друзей сильно шокировало парня, но на следующее утро он для себя решил, что на всё воля божья, даже если это «ебля ебучего дракона с летучей мышью». Зато с этих пор можно было утверждать, что с Блэком у Коли ничья, ведь теперь они оба палили интимные моменты жизни друг у друга.       Тодо с утра пораньше уже начал собирать вещи, а Лилианы, Камияны и Алистера уже нигде не было. Яркие засосы на шее дракона и следы от укусов рядом с ними давали Коле понять, что увиденное вчера вовсе не было сном.       — Масаки, ты уже собираешься?       — Ага, Тодо говорит, что лучше всего будет, если мы выедем уже вечером. Я буду скучать по всем вам, если честно.       — Да, если об этом. Я же могу поехать с тобой? В качестве друга жениха, это ведь возможно? — Дракон неловко выдвинул своё предложение другу, ведь очень боялся, что нить их общения оборвется. За эти шесть месяцев Бёргнан осознал, что дружба, которую они построили важнее всего на свете для него, и он просто не может вот так взять и потерять её за сутки.       — Ты правда этого хочешь? — Коля сильно обрадовался и посмотрел на Тодо, словно запрашивая у слуги разрешения.       — Если молодой господин того пожелает…       — Никак нет, я уполномочен заявить Вам, молодой господин, что старший господин Кадзунори запретил Вам брать с собой каких-либо друзей, ведь это может негативно отразиться на Вашей репутации в семье Ридов. В качестве друга жениха так и быть, выступит Ваш старший брат, Господин Нацуо. — Дворецкий, которого Кадзунори Старший отправил в Эльвендор для контроля поездки Масаки к жениху, дернул своими острыми ушами и злобно сверлил взглядом неопрятно одетого дракона, от которого разило запахом вампира. Это был ещё один знак о том, что любимый папочка просто так не даст сыну сбежать. Всё это время слуги семьи Кадзунори наблюдали за Колей издалека и были точно уверены, что друзьям его на свадьбе делать нечего.       — Но это же…       — Не обсуждается, Ваш отец ясно дал понять, что в случае неисполнения его указа Вас ожидает ссылка в Фемос, там одна из жриц племён амазонок как раз желает себе котика игрушку.       Коля и Бёрг было начали унывать, но в двери гостиницы ворвалась Лилиана в роскошном платье, а за ней стояли Камияна и Алистер в черных смокингах. Она громко, на весь холл произнесла:       — Я, Лилиана эль Фания, отправляюсь по приглашению лично от герцога Драйза Рида на церемонию бракосочетания герцога и его жениха Кадзунори Масаки! Моей свитой будут личный повар в лице Камияны Агавы, а также охраны — Алистера Блэка и Бёргнана Речного. Бёргнан, Алистер принес тебе костюм, переоденься. Моему охраннику не подлежит носить что-либо помимо специальной формы. — Эльфийка буквально сметала всё вокруг своим пафосом и взор её буравил дворецкого семьи Кадзунори, который теперь никак не мог противостоять госпоже, статус которой находился на голову выше его собственного начальника.       — Чего?! Какая нафиг Фания?! Люси, ты что несешь? Почему вдруг рыжей стала? — До дракона же ещё не дошли все детали происходящего.       — Всё просто, на самом деле, я — наследница рода Фания и мне просто нельзя было афишировать это во время учебы. Но теперь семестр закончился и я могу делать, что пожелаю. А рыжий — мой естественный цвет волос, они никогда и не были темными. Так что давай, поторопись, охранник.       — И сколько у вас у всех ещё было от меня секретов?       — Моя настоящая фамилия была Скарлет и я второй сын герцога Скарлета, который сейчас считается мертвым.       — У меня есть две жены и трое детей, я их планировала перевезти в Алмазный порт вместе с собой. — Вампир и амазонка вывалили все оставшиеся секреты на дракона, который был единственным, кто ничего из этого ещё не знал. Парень прибывал в шоке и Алистер утащил его наверх, переодеваться в форму охранников семьи Фания.       — Господин Кадзунори, раз уж мы направляемся на одно мероприятие, может быть Вы не откажете мне в сопровождении? Всё же, путь далек, а никого равного мне по статусу в дороге не будет. Мне бы хотелось разделить наше путешествие с Вами, как аристократ с аристократом.       — Лили, как же ты пиздата!       — Весьма точное описание моей персоны, благодарю. — Хитрый лисий взгляд эльфийки ознаменовал полное поражение старшего лорда Кадзунори в его попытке ограничить общение сына с друзьями, ведь соперничать с кем-то как она даже самый жадный лорд нэко в статусе графа не мог. Внучатая племянница самой королевы эльфов была против него и мало кто смог бы что-либо ей противопоставить.       — Ну что, отправляемся?       — Да! Конечно да!