второй шанс для нас

терниас резко поднимает голову, слыша шаги в свою сторону. волосы на теле становятся дыбом, как у кота, он всем естеством ощущает опасность, но почему-то не шевелится, пристально следя за решётками клетки. никак не реагируя и тихо отползая в самый тёмный угол, он мысленно надеется, что идут не к нему. его раны, напоминающие извращение сумасшедшого художника, движения кистью которого были настолько резкими и грубыми, словно в порыве гнева, до сих пор не зажили, а слегка хрустящие кости звонко и отчаянно умоляли, чтобы эти психи в белых халатах прошли мимо. его не волновало, что другие образцы будут страдать таким же образом, если не хуже. главное, чтобы его не трогало это никак и ничем. но кажется его сердце замерло вместе с шагами рядом с его камерой, заставляя его в страхе сжимать рукава рубахи. - побудешь пока здесь, малышка. что? тихий удар сопровождаемый девичьим писком заставил терниаса ещё больше напрячься, ощущая как внутри всё полыхает от... злости? если в его камере будет кто-то ещё, то дженнет ведь больше не придёт. если тут будет кто-то ещё, такая хрупкая девушка как она ни за что не вернётся. дженнет нуждается в защите и опеке, она пуглива и немного осторожна и из-за постороннего может больше не вернуться. он уже хочет возразить, но останавливается, чувствуя на себе взгляд старика в белом халате. внутреннее я кричит, чтобы он никак не выдавал себя и не позволял обратить на себя внимание, поэтому терниас покорно вжимается в самый угол, надеясь слиться со стеной. мужчина закрывает решётку и только когда шаги становятся совсем не слышны, терниас свободно выдыхает. тело немного расслабляется, но он тут же вспоминает о нежеланном сожителе, от чего злобно сверлит взглядом девушку, как он понял по визгу. та не двигается, лишь тихо всхлипывает и кажется старается делать это беззвучно, на что он мысленно ухмыляется. через день она будет орать, словно у неё есть запасное горло, как он кричит чуть ли не каждый день. - всё будет хорошо,- её тихое бормотание едва доносится до него, а её слова доводят чуть ли не до истеричного смеха, но он сдерживается. жалко всё-таки дурочку, да и она быстро осознает, что всё далеко не будет хорошо. - ты справишься, только не плачь.. отец обязательно найдёт меня. терниас хмыкает себе под нос и похоже делает это слишком громко. девушка моментально вздрагивает, отползая как можно дальше от источника звука, чем бы оно не было, и видимо дрожит, потому что терниас слышит как постукивают её зубы. хотя и не понятно от чего именно, то ли от страха, то ли от безумного холода в этих уродливых, серых и сырых камерах. - кто здесь? её громкий голос заставляет его вздрогнуть. он ничего не видел, лишь едва заметные очертания тела от самого далёкого факела в коридоре, но словно на подсознательном уровне, - искренне надеялся, что он ошибается,- понимал кто это. это особенное чувство, как будто человек создан для тебя, настолько сильно переполняло его, что он едва не задыхался. даже не видя её, видя лишь простые очертания, в которых надеялся не увидеть самого волшебного для себя человека, в которых мог отличить квадратную чёлку и длинные волосы, терниас молил бога, если тот ещё есть, чтобы это была не она. - дженнет..? пожалуйста, скажи нет. умоляю. - д-да, а вы кто? пошёл к чёрту, бог.       за пару дней до этого. анастасиус мчал своего коня голопом и мысленно вообще-то надеялся, чтобы скакун не откинул копыта раньше времени. всё-таки он был ещё нужен им, так что умирать ему нельзя, и в качестве лёгкой поддержки мужчина слегка похлопал коня по шее, на что скакун раздраженно, как ему показалось, зафырчал. уже видя постепенно увеличивающийся дом, анастасиус на ходу перекинул ногу на правую сторону и покрепче схватил поводья, готовясь перекинуть их через голову жеребца, тут же спрыгивая. натренированный конь моментально замедлился, смотря как хозяин идёт широкими шагами, чтобы успевать за ним, и уже рядом с домом остановился. брюнет погладил чёрную гриву, взяв сумку, которая была пристегнута к седлу, и направился в дом. он ожидал, что дженнет тут же услышит звуки шагов или хотя бы коня, который ржал во всё горло, топча траву копытами. но даже спустя две минуты тишины, он так и не услышал голоса дочери, даже шагов не было слышно, так что анастасиус хотел надеяться, что та просто спит, но когда зашёл в её комнату, никого не застал. сердце зашумело настолько громко, что мужчина думал, что уже сейчас девочка прекрасно всё услышит и выбежит на встречу, но он продолжал стоять посреди гостиной в полном одиночестве, сжимая в руках сумку. - дженнет!- он выбегает из дома с таким громким криком, что напугал бедного коня, который тихо ел траву, и начал осматриваться по сторонам. подбежав к краю холма, мужчина нахмурился, сжав зубы. его дочь источник необычайно сильной маны и любой псих захочет заполучить её, да и найти их не составляло труда. надо было сразу поставить защитные заклинания на дом, но он был так поглощён времени с дочерью, что обо всём забыл. каждое мгновение словно картинка фильма проскальзывали в голове, заставляя его мысленно улыбаться. как она была счастлива жить в простом доме, а не огромном замке. как она каждое утро встречала с такой довольной улыбкой и вечно тянула его встать с кровати, даже если он умолял дать ему пару минуточек. как она с радостью готовила для них, и еда её была в сотню раз лучше, чем у самых искусных шеф-поваров всей империи. как же он хотел, чтобы эти моменты длились больше, чем вечность. - отец? мужчина вздрагивает, тут же помчавшись к краю холма, где протекала река, рядом с которой они часто проводили время. девочка видимо только вышла из реки, поскольку выжимала влажные волосы, да и белое простое платьев прилипло к телу. - отец, ты вернулся!- она настолько счастливо улыбается, что у анастасиуса скулы сводит от облегчения, дыхание сбивается и он сам не замечает, как срывается с места, сбегая с холма. дженнет выглядит такой же счастливой и тоже бежит навстречу, и когда анастасиус чувствует её в своих объятиях, наконец, свободно выдыхает. мокрая одежда неприятно липнет к телу, но ему абсолютно плевать, потому что чувствовать её здесь, живой и в порядке, наверное, было самым лучшим, что он ощутил за всё время. - ты напугала меня, - он ещё крепче обнимает дженнет, уткнувшись в плечо, ощущая запах апельсинов, травы и чистой реки. это настолько сильно расслабляло его, что он немного размяк, погладив аккуратно по волосам. - вы вернулись рано, сэр, - чужой голос заставляет вновь напрячься и прижать девочку к себе ближе, злобно сощурившись в сторону источника звука. высокий беловолосый парень лучезарно улыбался, рассматривая идиллию отца и дочери своими жёлтыми глазами, которые анастасиусу хотелось вырвать. - дженнет говорила, что вы должны вернуться через день. - и к чему тебе знать когда я вернусь?- ему действительно нужно было с самого начала поставить защитные чары, чёрт бы побрал этого мальца, у которого небось ещё и гармоны бьют через край. от подобной мысли анастасиус хмурится ещё больше, краем глаза замечая, что одежда прилипла к дженнет слишком уж сильно, почти даже просвечивала, на что мужчина обнял ту сильнее, закрывая по самую шею в своей мантии. - чертов маг. - пришлось постараться, чтобы уговорить его, но принцесса мне помогла, - он продолжает улыбаться и это бесит анастасиуса, который решает ответить тем же, натягивая на лицо общественную улыбку. - иезекииль приехал вчера вечером, чтобы навестить нас, - дженнет поднимает глаза на отца и так счастливо светится, а вот у анастасиуса вена на лбу вздувается от мысли, что его дочь была наедине с парнем всю ночь. - он привёз и тебе подарки, отец, а ещё передал письмо от принцессы, она шлёт тебе большой привет. - хорошо, - анастасиус выдыхает, выпрямляясь, но всё ещё прячет дочь в мантии, переводя взгляд на парня, который держал полотенце и только хотел сделать шаг к ним, как остановился под недовольно блестнувшими чёрными глазами. такая чертовски знакомая картина заставила сердце на секунду замереть и слегка прикусить щёку изнутри. анастасиус пристально следил за ним, одной рукой раскрывая мантию шире, тем самыми закрыв дженнет от глаз иезекииля, словно заставляя его оставаться позади. аж горло свело от этого, чувствуя как желудок неприятно скрутило, но он тут же натянул на лицо улыбку. - нам лучше бы вернуться в дом, иначе дженнет простудится. - он делает пару шагов вперёд и позволяет отцу с дочерью идти впереди него, дабы не создавать неловкостей для дженнет, которая видимо только сейчас заметила прозрачность своего платья. - как долго ты собираешься тут ошиваться? - вообще-то скоро пройдёт один фестивал в деревне неподалёку, весь день и ночь музыка, развлечения, вкусная еда, - иезекииль держит аккуратно сложенное полотенце в руках, периодически смотря на дженнет и анастасиуса, который с каждым его словом ощущал странный подвох. - я рассказал об этом дженнет и предложил пойти вместе. - чертов щенок, - бормоча под нос, анастасиус был свято уверен, что младший альфиус прекрасно понял, что он только что сказал, поэтому заулыбался ещё ярче. - вы никуда не пойдете. - но, отец.. - услышав грустный голос дочери, он аж остановился, чувствуя невероятное напряжение, которое уселось ему на шею, словно камень привязали. смотреть на дочь он пока не рисковал, но прекрасно ощутил как она сжала его рубашку под мантией. - я думала, что раз это просто небольшая деревушка, то мы могли бы схо.. - это очень опасно, дженнет, - он вздыхает и приседает перед ней на колено, сняв с себя мантию и надевая ту на девочку, которая опустила глаза. вина давила на анастасиуса невероятно сильно, а дочь, которая глаза ему не показывала, заставляла его нервно искусывать щёку изнутри. - пожалуйста, пойми, что для некоторых ты... ха, я понимаю, что ты хочешь сходить, но сейчас нам лучше пока оставаться тут. - да, отец, - она счастливо улыбается, держа руками края мантии, чтобы та не слетела с неё от сильного ветра, и резво побежала в сторону дома.- я всё понимаю, отец, не волнуйся! мужчина улыбается и поднимается с колена, рассматривая счастливую дочь, которая быстро бежала, махая им рукой. - вы говорили, что мы заперли её в самой глубокой части дома и просто оставили её там одну, - голос иезекииля, конечно, раздражает, но анастасиусу всё-таки интересно, что он хочет этим сказать. - вы сейчас поступаете точно также, сэр. слова парня, словно холодной водой из ведра, окатили, заставляя замереть на месте. беловолосый больше ничего не сказал и побежал к дому, догоняя весёлую дженнет, и только после словно альфиуса он заметил как грустно она периодически улыбается и насколько оказывается сильно сжимала мантию в руках, лишь бы не расплакаться. - чёрт бы побрал этих альфиусов, - тяжело вздохнул мужчина, ускоряя шаг и довольно быстро нагоняя детей, пристально смотря в глаза недоуменной дженнет, которая остановилась, чтобы дождаться отца. - вы пойдете на фестиваль. недоумение сменилось радостью, а радость самыми ярким счастьем, которое анастасиусу доводилось видеть со временем их прогулки с принцессой по рынку. она тут же подпрыгивает на месте, смотря на такого же довольного иезекииля, который если честно не надеялся, что брюнет согласится. - но, - мужчина тут же прервал их счастливые гляделки, потянув дженнет ближе к себе. - я иду с вами, от меня ни на шаг, никуда не уходим и с другими просто так не разговариваем. - конечно, отец!- когда шатенка прыгнула ему на шею, анастасиус тяжело выдохнул, но слегка позволил себе улыбнуться, крепко обняв дочь в ответ. может, иногда выбираться не так уж и плохо, особенно если дженнет так счастлива от этого.