Ray

Но на этот раз, я решил промолчать, ведь парень уже осознал, что успел натворить и сейчас белый как лист опустился на диван не в силах даже взглянуть на меня, всё на что он был сейчас способен это растянуть пару пуговиц на рубашке и постараться вдохнуть поглубже, чтобы прийти в себя. Я же принялся собирать осколки, прислуга наверняка уже легла и кроме меня этого сделать было некому. Собрав осколки, я взял самый крупный из них и рассмотрел - Маргаретт берегла этот сервиз, как могла… - Я едва улыбнулся даже не пытаясь скрыть горесть, в голосе, мимике, а после добавил-Однако мне он никогда не нравился - скинув последний осколок в корзину я поднял наконец взгляд на гостя, но тот вовсе отвернулся от меня, кажется он пытался скрыть, то чего я по-правде не должен был видеть, но к сожалению был весьма наблюдателен, руки юноши дрожали, как бы он не жал их, а плечи едва вздрагивали, Я тяжело вздохнул, опасаясь приближаться, но всё-же преодолев около пары метров сел на диван рядом с молодым человеком - Послушайте, мистер Харрисон-не получив никакой реакции, я пару раз кашлянул, привлекая внимание, а после почти ласково добавил-Джордж, в этом нет вашей вины, я был слишком груб и высокомерен, я обидел вас, прошу, пожалуйста, взгляните на меня, я не лгу, я искренне надеюсь, что вы простите меня-во мне проснулась какая-то нежность, нежность которой казалось во мне уже не осталось… я взял юножу за руку и накрыл похолодевшую руку ладонью, будто передо мной не мальчик вовсе, а юная леди, а он был таким, выглядит таковым сейчас, как обиденная девица, скрывающая слезы за густым чёрными волнами волос, так близко я никогда не находился рядом с другим мужчиной, не считал слабость трогательной и невинно превликательной, но слабость, что я видел сейчас, она не остталкивала, наоборот манила… Молодой человек, к счастью поверил моим словам, хотя к слову я в его возрасте и слушать бы не стал, а выбежал бы из кабинета хлопнув дверью,как и любой другой юноша на месте Джорджа, но тот кажется под влиянием эмоций или ситуации, в силу своей индивидуальности, перевёл взгляд на меня, даже не утерев слезы. Этот смелый, дерзкий с какой-то стороны поступок, заставил что-то внутри меня дрогнуть, с таким откровением смотреть мне в глаза, не скрывая себя, такого позволить себе зачастую не могла даже Маргаретт, а он будто знал, что подобного вида предо мной не избежать. Его губы, поджатые от слёз и возможно обиды, дрогнули и приоткрылись, я не мог отвести от них взгляда в тот момент, но после опомнился и протянул платок молодому господину, который к слову принял его, но использовать не стал, лишь сжал в руках, сжимая ещё подрагивающими пальцами и уставился вниз, вновь пряча взгляд, лишь после этого наконец соизволил объясниться, отбросив прилюдии в виде стандартных благодарностей и извинений, это было бы лишним - Вы наверное знаете историю моей семьи, как отец пытался сбежать с юной леди, мать после затяжной депрессии наложила на себя руки, повесившись в центре города, как старший брат выбросился из окна, не стерпев позора - слова давались ему уже с меньшим трудом, но каждое слово было пропитано горестью, я едва не задрожал от такого внезапного откровения, хотя признаться за вечер у меня было достаточно потрясений, я не решился отвечать, лишь ждал, ждал, пока Джордж соберётся с мыслями чтобы продолжить - Я остался совсем один и не в силах вынести атмосферы смерти, что окружала наше поместье покинул город… не думал, что мне предстоит сюда вернутся, но Элизабет очень того желала, я отбросил сомнения, но зря… зря, в этот вечер я стал я там один, как тогда, и я клянусь, я видел их их всех, они до сих пор там, я не мог уснуть, не мог присесть за стол, даже щедрый бокал вина… я… не знал куда бежать и как скрыться от одиночества-плечи юножа вновь задрожали, его слова, доверие, он был передо мной как на ладони, и эта власть меня пугала. Я мог осадить его, мог утешить, выставить за дверь, хотя кого я обманываю? Мои руки легли на плечи юноши и тот сам было поддаваясь порыву уткнулся в мою грудь, скрываясь от жестокой реальности. Мои руки свободно легли ему на голову, я чувствовал себя отцом, защитой, опорой для этого юнца, я едва-ли когда-то снова в своей голове вновь произнесу мистер Харрисон… он больше не был для меня таковым, он был Джорджем, а ранящая его фамилия - фальш. Для меня стала ясна попытка обратиться ко мне по имени, мальчишка не хотел слышать ничего кроме Джордж… надеялся на мою находчивость, но я оплошал, понял, но поздно, а сейчас ничего уже не изменить. Уже мои губы дрогнули и растянулись в странной ухмылке, вид Джорджа вскрыл мою рану, то, о чем я не хотел вспоминать, то, что я так старательно утаил. Маргаретт покинула меня 5 лет назад, тогда я сам был примерно в том возрасте, в каком находится Джордж, я был в отчаянии, бродил по городу, опасаясь вернуться в особняк, который перестал мне быть домом, всё чаще пропадал на недели, ночуя где попало, проводил дни в одиночестве, оттолкнул всех друзей, сорвался на каждом, кто предпринял попытку залезть в мою истерзанную душу. год я прибывал в этом состоянии, домой я возвращался конечно, без этого никак, но стены особняка так сильно давили на меня, что едва ли была возможность оставаться в здравом рассудке и что бы хоть как-то сбежать, не физически, душевно, я как сейчас помню, садился выпивать. Как же это гадко было наблюдать моей, тогда ещё живущей на этом свете матушке, в тот год я сильно испортил наши с ней отношения, не выносил её сочувствия, его жалостливого взгляда, чувствовал себя под ним, как раздавленный котёнок. Алкоголизм стал как следствие моего бкзрассудного поведения, на это моя мать не могла закрыть глаза, как её истеричный, нервозный сын, срывающийся на всё, что только можно, таким образом излечивая разорванную на клочья душу, садился на диван в гостевой комнате перед камином с бутылкой виски, как взгляд тускнел с каждым глотком всё больше, и реальность покидала меня… Как она слёзно умолял меня прекратить, я помню, пусть был пьян настолько, что едва мог стоять, я помню, как рыдала моя матушка, на тот момент я уже не помнил, когда мой ум был свободен от столь губящей привычке. О том, где я пробыл последующие пять месяцев знали только я и она… Стоило мне вырваться из пучины воспоминаний, как я встретился с глазами Джорджа, уставленными на меня я немым вопросом, который однако не заставил себя долго ждать - Вас тоже тяготит что-то? Поделитесь со мной, я пойму, вы не оттолкнул и меня, я готов выслушать - В ответ я лишь усмехнулся и отвёл взгляд, никому я не рассказывал ранее об этом, к слову и не собираюсь. Тем более ему, он последний, кто должен это слышать, мой рассказ ляжет тяжёлым грузом на каждого, кто его выслушает, поэтому я сам должен нести эту ношу, своё, отныне не с кем из живущих на грешной земле, не связанным прошлым. Кажется это прекрасно читалось в моих глазах, моя решимость оставить эту боль при себе, больше юноша не задавал мне вопросов. Часы тем временем пробили полночь, этот звук внезапно пробудил мою усталость, я всё утро и весь день провёл за работой и сейчас был на грани. Мой гость тоже кажется почувствовал тяжесть в теле, так как оно заметно обмякло в моих руках-Уже полночь-я отпустил юношу и пройдясь по кабинету отодвинул штору, на улице был настоящий ливень, а ветер почти вырвал деревья с корнем, тяжело вздохнув, я начал прикидывать куда уложить гостя, пусть комнат и было не мало, но лишь некоторые из них в самом деле годились для длительного пребывания, а у нас такая погода может продержаться до недели. - Отправьте утром уведомление супруге, сейчас не лучшее время, для возвращения из Лондона-Джордж был растерян, кажется не знал, позволю ли я остаться у себя или вышвырну его, как щенка на улицу… за кого он меня принимает-Мне наверное стоит уйти? я и так отнял у вас достаточно времени и сил. - Неплохая попытка быть тактичным, молодой человек, однако я же не монстр какой-то, чтобы позволить вам уйти - Оставайтесь, погода сейчас оставляет желать лучшего, на улице опасно, в сопровождение мне отправить с вами некого, прислуга давно спит, пойдёмте, в особняке есть пару комнат в которых вы могли бы переночевать- Я