Возможно, всё куда лучше, чем кажется.

Шуджи Ханма. 17 лет, рост 197 см. В школе появляется редко, но из-за родителей приходится начать ходить туда чаще. Предки возлагают на того большие надежды, поэтому избежать будущей профессии в виде Юриста не выйдет. Кен Рюгуджи. 17 лет, рост 193 см. Хороший ученик, в школе появляется достаточно часто, как он считает. По просьбе родителей Шуджи и нехватки денег согласился стать временным репетитором. Шуджи.       Утро Ханмы начинается с предательски громкого звука будильника. Чуть ли не сломав предмет из ада, парень поднимается с кровати и идёт в ванную. Оказавшись там, он, первым делом, смотрит на себя в зеркало. То, что предстоит перед ним, – не особо то и радует. Губа разбита, а на левой брови засохшая кровь ощущается слишком неприятно. Шуджи хмурится, вспоминая заявление родителей, – а если быть точнее, именно отца, – о появлении его нового репетитора. Он моет лицо в холодной воде, после чего тянется к аптечке, пытаясь привести своё лицо в более-менее «подобающий вид», как любила выражаться его мать. Последствия очередной драки между старшеклассниками мало кого радовала. Ханма только сейчас заметил, нет, почувствовал запах, исходящий от него. Такое чувство, словно он подрался с бомжом за его зассанную куртку, на которой навярняка кто-то передёрнул. От этого сравнения он поморщился, даже не проявляя какие-либо попытки избавиться от отвращения, которое он испытывает к себе, чувствуя всю ту грязь, что сейчас на нём. Единственное, о чем он думает – это горячий душ. Лишь кипяток способен избавиться от этой вони, пролетело у него в голове, когда он, скинув с себя одежду, залезал в ванную и врубал воду на всю мощность. Вышел из ванной он с покрасневшей кожей от, возможно, слишком тщательного трения мочалкой. Парень только хотел было направиться на кухню, чтобы успокоить недовольные звуки, исходящие из его желудка, как у кого-то, похоже, были иные планы, учитывая звонок ровно в восемь тридцать утра. Неприятное чувство заселилось где-то внутри, отчего хотелось тут же выблевать все свои внутренности. Но даже не смотря на это, Ханма всё же был вынужден вернуться в спальню и поднять злосчастный телефон. Ответив, тот подал голос, пытаясь скрыть всё то презрение и ненависть, которое он испытывал к отцу. – Да, отец? – С другой стороны послышался низкий, грубый голос мужчины. – Думаю ты и сегодня планируешь пропускать школу, поэтому дождись своего репетитора и не смей грубить ему, – Конечно же, он сразу перешёл к делу, – В отличие от тебя, он весьма порядочный парень. Тебе всё ясно? – Последняя фраза прозвучала достаточно строго, пока мужчина на том конце терпеливо ожидал ответа от сына. – Да, я всё понял. – Голос парня дрогнул в конце, когда он вспомнил, как ненавидел его отец, когда Шуджи отвечал лишь «да». – Отлично. – Вызов завершён. Тяжело выдохнув, парень отложил телефон в сторону и пошёл, наконец, на кухню. Зайдя, он, не мешкая, подошёл к холодильнику. К сожалению, ничего съедобного парень так и не обнаружил. Подавив вздох, брюнет, взяв всё необходимое, вышел из дома. Единственный плюс быть сыном своего отца, – деньги. Неограниченное количество денег, которые он может тратить. Сейчас Шуджи не находится у старика под крылом и тот, в случае чего, не сможет его отчитать и, как обычно, избить. Оказавшись на улице, Ханма, даже не задумываясь, зашёл в кафе около дома, которое именовалось как «Кроличья нора». Он частенько здесь бывал и поэтому, менеджер, помня его, – ну или не совсем его, а скорее, его щедрые чаевые, – посадил за один из лучших столиков на втором этаже. Это кафе представляло из себя двухэтажное здание с небольшой библиотекой на втором этаже и кино-залом на первом. Как только заканчивался один фильм, среди присутствующих проводили голосование, какой ставить следующим. На втором этаже было намного тише и здесь была не менее уютная обстановка. Вдоль двух стен тянулись ряды книжных стеллажей, а рядом с ними находились диваны и кресло-мешки, по середине которых были удобно обустроены столики. Атмосфера была настолько лёгкой и приятной, что каждый, кто приходил сюда, мог просто наблюдать за окружающими и наконец расслабиться. Наслаждаться тишиной, в которой временами играла музыка Shape of You [Ed Sheeran]. Не то, чтобы её ставили так часто, но раз в день – точно. Похоже, тот, кто ставит треки был фанатом этого исполнителя и любил именно эту. Средни его многих, как любят говорить, «произведений искусств». Да, Шуджи не просто любил приходить в это кафе, он это обожал. Здесь ему удавалось забыть отца, мать, его "обязанность" и долг перед родителями. Именно в «Кроличьей норке», как бы смешно и мило это не звучало. Из приятных мыслей его вывел высокий блондин с побритым виском. Это, по правде говоря, очень бросалось в глаза. Возможно, оно и не было для того, чтобы выделяться, но так или иначе этот парень выделяется. Среди всех присутствующих, не заметить его, – почти невозможно. Его форма ни чуть не скрывала накаченное тело, наоборот, показывала его во всей красе. Ханма на время потерял дар речи, пока, возможно, чересчур жадно наблюдал за официантом. Точно новеньким, ведь раньше он его здесь не видел. На его лице, похоже, застыло слишком глупое выражение лица, потому что официант, чье имя было «Рюгуджи Кен», смотрел на него сверху вниз с почти нескрываемым презрением. Моргнув, парень пришел в себя и не глядя в меню, озвучил свой обычный заказ. Он на мгновение отвёл взгляд в сторону и увидел, как менеджер застыл на месте с открытым ртом и о, боже, с ужасом на глазах. Слова вырвались из Шуджи прежде, чем тот успел это обдумать. – Тебе не нравится, когда на тебя смотрят? – Коротко решает уточнить свою догадку брюнет. – Верно. И как ты только смог догадаться? – Язвит тот, хоть и пытался сдерживать себя. Но этот ответ, кажется, обоих устраивает и Рюгуджи разворачивается на пятках, покидая Ханму, хотя краем уха успевает уловить тихий смешок. Сам парень скрещивает пальцы вместе и кладёт на них подбородок, возвращая своё внимание на осмотр помещения и новых лиц. Это ему никогда не надоест. Однако на этот раз, его мысли занимает высокий блондин с тёмными глазами. Весьма привлекательный, что стоит признать. Парень хмыкает, переводя взгляд на свой заказ, который, кажется, поставили на стол с излишним применением силы. В кафе сейчас не так много людей из-за раннего часа, поэтому Кен, как помнит Шуджи, не торопится. Решив не сильно надоедать, он не смотрит на него и на вопрос: «что-то ещё?» лишь отрицательно качает головой и говорит тихое, но чёткое: «спасибо». Рюгуджи.              Парень кивает и пусть другой этого не видит из-за опущенных глаз, уходит с неизвестным ему чувством. Правда, он пока не понял, каким именно. Этот клиент оказался довольно странным. Самое грустное, так это то, что менеджер после поймал и допросил его о всех мельчайших деталях. «Ты не грубил ему?» или: «Ты верно выполнил заказ?» ну или: «Не угрожал выпотрошить его где-то за углом?». И много чего ещё. На все вопросы Дракен отвечал твёрдое: «нет». Не то, чтобы он не знал или не понимал причину, по которой тот так беспокоится. В последний раз он ударил клиента по лицу, сломав ему нос. И Рюгуджи соврет, если скажет, что не помнит, из-за чего он так взбесился. Хотя он и не намерен вспоминать. Когда приходит его опоздавший коллега, блондин лишь ждёт, пока тот наденет на себя форму и выйдет вместо него. Он работал вчера в ночную смену и жутко устал, хотя по нему и не скажешь. Дождавшись и наконец отдав пост парню, что проспал утреннюю смену, Дракен направляется в раздевалку и сменив одежду, выходит через черный вход. Там он опирается о стену, игнорируя чьё-то присутствие и достает пачку сигарет. Открыв её, он понимает, что осталось всего одна. Пытаясь выкинуть из головы плохие мысли, Кен роется в кармане и с горечью осознает, что где-то посеял зажигалку. Еле сдерживая тяжёлый вздох и злость, в перемешку с раздражением, Рюгуджи делает судорожный вдох. Медленный выдох. Он вздрагивает, когда неизвестный – или не совсем – человек подходит к нему, протягивая зажигалку. Парень, кажется, выше самого Кена на несколько сантиметров, что отчётливее ощущается, когда тот позволяет себе оказаться преступно близко. Дракен хмурится, но услышав щелчок, после которого последовал небольшой огонёк, который незнакомец прикрывает ладонью, кусает сигарету между зубов и послушно наклоняется, позволяя зажечь кончик. Он всё ещё настороженно относится к парню, что всё ещё стоит к нему почти вплотную. Хотя после первой затяжки тело понемногу расслабляется и это чувство улетает куда-то далеко. Также, как птицы в зимнее времени оказываются в тёплых краях, его мысли улетают туда вместе с ними со второй, более глубокой затяжкой. Он вдыхает в себя никотин, пока не ощущает, как тело словно сделалось ватным, а ноги почти перестают его держать. Правда, когда он уже готов был скатиться вниз, на грязный асфальт, крашенный брюнет подхватывает его, позволяя оставаться в вертикальном положении ещё какое-то время. Рюгуджи не благодарит незнакомца, а тот, похоже, и не ждёт благодарности от того, кто не только ему нагрубил, но и возможно, украдёт у него пару сигарет. Что, кстати говоря, и происходит. Кен роняет окурок на землю, не удосужившись его потушить и приставляет два пальца к губам, нагло намекая дать прикурить. Шуджи подобная наглость лишь забавляет и тот достает из пачки две сигареты. Одну поджигает, сжимает её между губ и прячет зажигалку в карман. На недоумение со стороны Рюгуджи брюнет тихо усмехается и сунув вторую сигарету тому в рот, приближается. Парень, будучи прижатым к стене, напрягается и уже замахивается для удара, как Ханма, приблизившись, позволяет блондину прикурить со своей. Незнакомец стоит так ещё немного, прежде чем поддается руке Кена на своей груди, что его отталкивала. Возврат личного пространства заставляет Дракена немного расслабиться. Когда он отводит взгляд и делает затяжку, хватая сигарету двумя пальцами, незнакомец исчезает, а румянец на его щеках – нет. Напоминанием недавней ситуацией стало только его слишком часто бьющееся сердце. Может, ему всё же стоит провериться у врача? Оно не должно биться так сильно, к тому же из-за присутствия или отсутствия какого-то там парня. Разве нет?... Он немного наклоняет голову вниз, словно стараясь скрыть своё смущенное лицо и засовывает свободную руку в карман брюк. Когда чувство эйфории его покидает, Рюгуджи отталкивается от стены и идёт домой, чтобы принять душ и отправиться на его, возможно, будущую работу. Если тот парень не окажется последним ублюдком, который швырнет ему деньги в лицо или того хуже, откажется изучать какой-либо материал. Именно такими он видит детей богатеев.