Боль со вкусом корицы.

— Может ли мир замереть? Просто остановиться в одном мгновении и повторяться. Как стрелка часов. Круг за кругом. Движение постоянно, но всегда на одном месте. Тихий шепот Гермионы сливался с треском дров в камине. На столике стояли пара бокалов и полупустая бутылка вина, покрытая толстым слоем пыли. На мягком ковре, вытянув руки к огню, лежала Гермиона, выхватывая нежным взглядом Драко, размеренно шагающего по комнате. — У магглов есть много фильмов и книг на эту тему — продолжила она — в один день, герой просыпается и оказывается, что его день повторяется. И так он и живёт, проживая всего один день. Пока не выучит его наизусть и не изменит что-то или не изменится сам. Я бы хотела застрять в этом дне. — Впереди ещё много счастливых моментов, зачем лишать себя их? — прошептал Драко, подхватывая бокал и опускаясь рядом с ней на пол. — Но и горьких не меньше. — Любое счастье нужно заслужить. Если стоять на месте и довольствоваться тем, что есть, то рано или поздно это наскучит. Всегда рядом должна быть неопределённость. Так счастье ощущается острее. Гермиона потянулась, дотрагиваясь кончиками пальцев до его бедра, слегка царапая. — Да, ты прав. Как всегда, в принципе. Ловко поймав её руки, Драко наклонился, целуя мурчащую от удовольствия девушку, прикрытую лишь тонким пледом. Копна волос, закрывала оголенную спину, приоткрывая лишь маленькие участки бархатной кожи, которая казалась почти бронзовой в свете огня. Малфой с восхищением взирал на неё, запоминая и впечатывает в свою память каждое движение тонких рук, каждую, даже мимолетную улыбку, звонкий смех и чарующую морщину на переносице в минуту задумчивости. За это время он сумел научиться отличать очаровательные оттенки её глаз, которые менялись в зависимости от настроения. Почти чёрные, когда злится, и цвета охры в секунды искреннего счастья. Такие мелочи складывались в его душе, как кирпичики, из которых он строил непробиваемые для тьмы стены. Она скулила, извивалась, но всё равно проигрывала и просто сжавшись в комок, замолкла. Рядом с Гермионой он чувствовал, что расплывается подтаявшей лужей у её ног, но не мог в этом до конца признаться, даже себе. Любое желание и он подобно Джину, полетит его выполнять, беря в награду лишь улыбку и тихий счастливый вздох. Но ей не стоит про это знать. Но даже если бы знала, не поверила бы. — Я придумала, как мы будем общаться. Письма вряд ли я смогу писать, но пару слов, это же уже что-то, да? — Рассказывай — проговорил Драко, двигаясь ближе, чтобы Гермиона могла положить голову на его колени. — Помнишь на пятом курсе отряд Дамблдора. Мы общались с помощью фальшивых голосов. — Да, было дело. Хватит ли магии на такое расстояние? — Не знаю, но попробовать стоит. Может послания будут доходить с задержкой, но должны доходить. — Мне нравится. Ты гений — прошептал он, целуя в макушку. — Ты меня смущаешь — покраснела Гермиона, натягивая плед по самый подбородок. — Обожаю, когда ты краснеешь. Ты словно нагреваешься. Его рука легла на её голову, заплетая пальцы в кудри и нежно сжав, потянул в бок, заставляя повернуть голову, оголяя доступ к шеи. Вздохнув от неожиданности Гермиона подчинилась, ловя носом аромат его тела, которым она не успевала насытиться и поэтому вдыхала жадно, полной грудью, утопая в нежной и властной ласке. Если бы поцелуи лечили шрамы, то их кожа давно бы стала гладкой и бархатной, но они только излечивали души. Их разговоры всегда прерывались порывами страсти, доводя до исступления и оставаясь на пике, они прерывались, продолжая беседу, смотря друг на друга горящими глазами. Игра, которая возникла сама собой. Гермиона дразнила Драко, расхаживая по дому в одной его футболке или закусывала свои губы, заставляя его тихо и утробно рычать. Драко в свою очередь, прикасался к ней кончиками горячих пальцев, заставляя стаю мурашек пробегать по телу, и всё это не прерывая разговора о сложности рун или тонкости алхимии, пока они не срывались, обдавая друг друга огненной страстью, выдавая острое желание и потребность друг в друге. Как сейчас, он не сдерживался, сжимая её бёдра, оставляя еле заметные следы пальцев, как напоминание, что всё это правда, что были эти дни, полные нежности, горячих стонов и откровенных признаний. Тонкие царапины на его спине свидетели её страсти. Разбитые тарелки на кухне, подтверждение её присутствия. Им оставалось всего пара часов. С рассветом, она уйдет, оставляя аромат зеленых яблок и тяжелую грусть. Но это будет потом. Сейчас они вдвоем, а весь мир там, за окном уютной квартиры на окраине Лондона. ******* Гермиона стояла у окна, с раздражением смотря на тонкую розовую полоску на горизонте. За спиной стоял Драко, обнимая её за плечи, выпуская клубы дыма. — Я еле сдерживаюсь, чтобы не выкинуть это кольцо — прошептал он, прижимая её крепче к себе. — Почему ты не послал всех и не уехал, куда-нибудь подальше? — Во время войны? — Да. — Мама. Я не мог позволить, чтобы она осталась одна, в том аду. Со мной бы она не ушла. Древние устои передаются с молоком. Они неискоренимы страхом, только временем и усталостью, но моя мать очень терпелива. — Она была бы счастлива, зная, что с тобой всё хорошо. — Я бы не был, зная, что покинул её. Первые робкие лучи солнца озарили Темзу. Тихий вздох, ещё один. Пора. — Мне страшно -прошептала Гермиона, уткнувшись носом в шею Драко. — Будь внимательна, при первой же возможности дай мне шанс тебя спасти. Не сможешь прямо, намекни. Я пойму. Она не поднимала лица, стыдясь признать, что боялась не Манлея или Кэти с Грегом, ей было страшно потерять себя. За эти дни, ей даже не снились кошмары и она чувствовала угрызение совести, что должное чувство вины не преследует ее, терзая совесть. Сколько оправданий придумано и принято, за чистую монету. Убить человека, хоть и урода, но не чувствовать себя убийцей. Гермиона боялась. По большей части себя. — Я буду скучать — прошептала она, смахивая непрошенные слезы. Драко приподнял её лицо за подбородок, целуя солёные губы. — Грейнджер, не пропадай. Если в течении трёх дней, от тебя не будет вестей, я подниму на уши весь Лондон. Гермиона знала, что он это может и поэтому покорно кивнула, впиваясь в его губы в прощальном поцелуе. Сделав пару шагов в глубь комнаты, она посмотрела в его глаза. Драко улыбался, словно Чеширский кот, подбадривая уже начавшую дрожать девушку. — Грейнджер, я буду скучать. Тихий голос дорогого человека заставил её улыбнуться, игнорируя начавшее нагреваться кольцо. — Малфой, я оставлю в секрете, что ты оказывается бываешь плюшевым… — Тапки — засуетился Драко, подхватывая лежащие у кресла тапки, ловко бросая их в сторону смеющейся Гермионы, которая подхватив их, исчезла, оставляя эхо задорного смеха, разносится по опустевшей без неё гостиной. Улыбка медленно сползала с его лица. Глаза горели всепоглощающей злобой. Громкий, яростный крик заглушил почти угасший смех. Маленький стол, описав дугу, влетел в окно, разбивая его на тысячи осколков. Драко аппарировал. Ледяной январский ветер, гасил огонь в камине, погружая квартиру во мрак. ******* — Как каникулы? — услышала Гермиона весёлый голос Грега, как только ноги коснулись холодного мрамора. Только сейчас она почувствовала, что ходила по мягкому ковру, босая. Такой контраст, моментально убрал её улыбку с губ. — Шикарно — ответила она, натягивая согретые камином тапочки, пропуская мимо ушей фырканье Кэти. Она развернулась, направляясь к себе в комнату, но звучный кашель за спиной, остановил. — Да? — спросила она, обернувшись и натыкаясь взглядом на Манлея, восседавшего во главе стола — Вы так рано собрались, чтобы встретить меня? Право не стоило. — Кэти, милая — тихо проговорил он, скрывая своё лицо за газетой. Гермиона мысленно фыркнула, понимая что он её не читает, а просто делает вид небрежности. Сова с Пророком, прилетит только через час, так что именно эту, он зачитал до дыр, ещё вчера. — Стоит проверить, не разболтала ли ты чего лишнего своим дружкам — сказала Кэти, улыбаясь, только ко краешком губ. — Для тебя, всё что угодно. Моя хорошая — прошипела Гриффиндорка, растягивая губы в устрашающем оскале. Кэти взмахнула палочкой, на мгновение удивившись, что Гермиона даже не сопротивлялась, но проникнув в её мысли встретила только оглушающую тишину. Звенящую, давящую, засасывающую. Испугавшись, Кэти предприняла попытку вырваться, но её разум словно прихлопнул капкан, вынуждающий остаться на месте. — Хотела посмотреть, ну так смотри, куда бежишь? — раздался голос Гермионы, звучащий словно со всех сторон, заползающий в легкие, мешая дышать. И перед глазами ошарашенной девушки понеслись образы, сплошным водоворотом, затягивающие и приносящие боль разуму.

Друзья радостно обнимающие её, Яркая новогодняя ёлка, посиделки допоздна, душевные разговоры и смех до слез. Рыжая шевелюра Рона, добрая улыбка Гарри и самые тёплые объятья Джинни и её тихий шёпот… — Я так рада, что ты рядом. Сильная руки тянущие в темноту, крепкое мужское тело, заставляющее прижаться животом к стене и горячий шепот — Ты хорошо себя вела? Серые глаза и чарующая улыбка в отражении зеркала, которое запотевало от горячего дыхания Гермионы, рука, стягивающая кружевное бельё и заставляющая прогнуться в пояснице — Смотри. Смотри на меня. Горячие пальцы, дарующий удовольствие, громкий стон и аппарация.

— Вот, что ты теряешь милая. А теперь нахрен из моей головы. Кэти пошатнувшись, упала на пол, вытирая тыльной стороной кровь, тонкой струйкой бежавшей из носа. — Понравилось? — спросила Грейнджер, склоняясь над побледневшей девушкой, которая пыталась отползти, но уперлась спиной в одно из кресел. — Как? Как? Ты? — неразборчиво шептала она, пытаясь найти поддержку у сидящих мужчин, которые с интересом наблюдали за действиями девушек. — Нашла учителя получше. Пожалуй я пойду. Вы не против? — спросила Гермиона, злобно сверля глазами хозяина дома. — Иди. Хмыкнув, она зашагала к себе, улыбнувшись и услышав жалобные всхлипы Кэти.