Ты не бросишь на пол пути. Я не позволю.

— Ань, зайди еще раз, мне не нравится толчок. — Голос Трусовой раздается надо льдом, разрезая тишину. Щербакова снова заходит на тройной сальхов, подсаживается на ногу и отталкивается делая мах правой ногой. Выезд получается неплохим, но тренер неодобрительно качает головой, подзывая спортсменку к себе. — Что не так? Нормально же приземляю. — Аня недовольно хмурится смотря на Сашу, которая невозмутимо смотрит на нее в ответ. Иногда разделять личную жизнь и спорт было сложно. Казалось, что недостатки в идеальных прыжках находятся несуществующий, как будто специально. Какие бы крепкие отношения у них не были, никто не застрахован от ссор. Самое обидное, когда ссорятся на пустом месте. Еще более обидно, когда ссорятся по вине других людей. — Ань, смени тон, пожалуйста. Мы на тренировке, если тебе что-то не нравиться обсудим дома. — Серьезно? Теперь мы можем обсудить проблему? Или это только льда касается? — Шатенка немного повышает голос, что привлекает лишнее внимание к их персонам. Саша строго смотрит на остальных, заставляя их вернуться к работе. — Щербакова, покинь лед. — Трусова смотрит прямо в карие глаза, которые округляются от неожиданности. — Возвращайся, когда вспомнишь что такое субординация. — Просто прекрасно. До свидания, Александра Вячеславовна. — Аня открывает калитку бортика, и громко хлопает ею выходя со льда. Саша провожает ее тяжелым взглядом, возвращая все внимание на остальных спортсменок, которые стояли на льду раскрыв рты. На их глазах, самая крепкая пара всея «Хрустального», впервые поссорилась.

***

— Ну и что это было? — Когда все уже переоделись и разошлись по домам, в раздевалке остались только Аня, Камила и Алина с Майей. — Да, накипело просто. Видели ту статью, которую на спортсе выложили? — Трое помотали головой давая отрицательный ответ. Аня лезет в телефон и находит нужный заголовок, передавая подругам. Уже давно по сети гуляют слухи о романе Олимпийской чемпионки Пекина Анны Щербаковой и ее бывшей соперницы, ныне тренера группы Этери Тутберидзе, Александры Трусовой. Недавно, нашему корреспонденту удалось заснять пару, выходящую из подъезда одной московской многоэтажки. Они вместе сели в машину и уехали в направлении центра. На безымянном пальце Щербаковой, можно было с легкостью увидеть кольцо. Очевидно, что отношения девушек уже давно перешли за грань дружеских, но как реагировать на это родителям, которые ведут к тренеру своих детей. Какое влияние может произвести кумир, который состоит в неправильных, греховных отношениях. Я считаю в спорте давно пора провести чистку кадров, и такое событие, лишний раз доказывает необходимость тщательного подбора кадров, которым люди доверяют воспитание своих детей.

Автор статьи — Дмитрий Кузнецов.

В раздевалке повисла тишина, нарушаема лишь тяжелым дыханием. Аня нервно теребила ремешок спортивной сумки, ожидая когда ее подруги дочитают статью и выскажут све мнение относительно всей ситуации. — Пиздец, — произносит Камила, после того как видит подпись автора — это тот Кузнецов, который нас на преске после ЧР дебильными вопросами заваливал? — Он самый. Урод. После олимпиады еще веник мне какой-то подарил. Извинялся за те свои слова. Теперь вот портит мне отношения. — Ну фактически, не он вам отношения портит. — Спокойно начинает Майя, ловя злой взгляд Ани. — Нет, послушай. Ты прекрасно знаешь характер Саши. То, как она изменилась с момента травмы невероятно, в этом есть и твоя заслуга. Но человек никогда не избавится от своих принципов полностью. Саша всегда была закрыта, предпочитая решать проблемы самостоятельно и своими методами. Ты знаешь это лучше нас всех вместе взятых. — Хромых делает паузу, позволяя словам дойти до адресата. — Я понимаю, очень удобно видеть только взрослую, рассудительную Александру Вячеславовну, но в ней, все еще Сашка, которая хотела прыгнуть пять квадов и выиграть Олимпиаду. — Майя берет девушку напротив за руки. — Внутри ей семнадцать. И она НЕ выиграла олимпиаду. Она на нее даже не попала. Она была вынуждена учится заново ходить, свыкнуться с мыслью, что никогда больше не выйдет на лед. Поэтому снаружи ей уже даже не восемнадцать. Ань, она взвалила на себя слишком много, а ты слишком просто это приняла. Теперь твоя очередь повзрослеть. Твоя очередь стать для нее опорой. Потому что одна, она со всем этим не справиться. — Но она сама отказалась говорить со мной на эту тему. Просто уехала на такси. Что я должна была делать? — Аня растеряно смотрит на девочек ища ответа. — Как минимум дать ей спокойно провести тренировку, не смешивая работу, в которой она может контролировать ситуацию, с тем, что творится у вас в семье, из-за одного идиота. — В разговор вступает молчавшая до этого Алина. Она садится рядом с Аней, приобнимая ту за плечи. — Еще дать ей немного времени, чтобы осознать что делать дальше. И да, Ань, есть моменты, когда нужно дать человеку пространство. И ты, лучше меня знаешь, что Саше нужно чуть больше времени. Чуть больше места. Я согласна с Майей на все сто процентов. Побудь сильной для нее сейчас. Аня вытирает слезы рукавом кофты и встает со своего места. Она закидывает сумку на плечо и с улыбкой кивает своим подругам. — Спасибо вам всем большое. Я и правда виновата. Но думаю, смогу все это исправить. — Конечно сможешь. — Камила улыбаясь обнимает шатенку и целует в висок. — Если что, всегда можно извиниться в спальне. — Боже, ребенок, Косторная слишком плохо на тебя влияет. Она выходит из раздевалки под заразительный смех своих подруг.

***

— Сань, ну и что это все значит? Ты зачем Анюту со льда выгнала? — В тренерскую заходит Медведева, за которой хвостиком плетутся Косторная и Усачева, которые замерли в дверях. — Ну и что вы там застыли? Проходите давайте. — Ну мы тут не работаем и с тренерами не встречаемся, поэтому как-то непривычно. — Протягивает Даша заходя в помещение и оглядываясь. — А где Этери Георгиевна? — Она пошла к Лайшеву, решать что-то относительно времени тренировок. — Рыжеволосая устало прикрывает глаза откидываясь на спинку стула. — Так и все-таки, почему ты выгнала невесту с тренировки? — Алена бесуеремонно садится на край стола, пож неодобрительный взгляд Трусовой. — Потому что она забыла где находится. Личное остается за бортом. Я не могу решать с ней семейные проблемы в ущерб тренировкам. Это повлияет не только на ее результат. Но и на ваши. Не думаю что вы хотите пролететь мимо пьедестала из-за того что ваш тренер отвлекался на разговоры с другой спортсменкой. Женя внимательно смотрит в уставшие зеленые глаза, кажется начиная понимать причину ее злости. — Саш, ты же ведь не думаешь, что из-за твоих разговоров с Аней кто-то может получить травму? — А почему нет? — Трусова встает с места, опираясь на стол — Я просто выполняла дурацкий прыжок, который стоил мне карьеры. Что будет с вами, если я буду отвлекаться на пустую болтовню, даже не о работе? — Так, стоп. — Даша кладет руки на плечи рыжеволосой, усаживая ее обратно на стул. — Рассмотрим две ситуации. Первая с тобой. Ты выполняла тройной аксель и неудачно приземлилась с него головой об лед. Правильно? — Саша кивает, невольно вспоминая свои ощущения в тот момент. — Хорошо. В этот момент, за тобой следил тренер? — Да, мы с Этери Георгиевной пытались поработать над ребром, она глаз с него не сводила. — Значит, тренер от тебя не отвлекался, но ты все равно получила травму. Значит, возможно, лишние пару слов, которые ты подаришь кому-то не сыграют особо большой роли? Саша задумчиво трет подбородок, размышляя над рассуждением подруги. Даша, понимая, что движется в нужном направлении, продолжает. — Или вот, моя травма. Я просто прыгнула прыжок и у меня оторвалась связка. На разминке. Там, где три тренера не спускают с тебя взгляда. Но это не спасло меня от, почти, полугода восстановления. — Даша легонько поглаживает рыжеволосую по плечам — Просто пойми, что многие вещи от нас не зависят. Ты не сможешь уберечь нас от травм, но ты можешь поговорить с невестой о той дебильной статье и решить, что вам делать дальше. — Вы тоже это читали? — Саша закрывает ладонями лицо, но их тут же убирают нежные ладони ее подруги. — Саш, это желтая статейка, одного идиота, который не умеет думать головой. Я думаю, решить этот вопрос не составит особого труда. — Алена дарит поддерживающую улыбку — и уж он точно не заслуживает того, чтобы самая сопливая парочка «Хрустального» ссорилась. Так что, бери ноги в руки и шуруй мириться со своим Ангелом. Дверь в неожиданно открывается и в ней показывается голова кареглазой шатенки. Она смущенно окидывает взглядом присутствующих, останавливая взор на родном лице. — Саш, прости меня, пожалуйста. Я была не права и очень сожалею, что подвергла твой авторитет и профессионализм сомнению. — Она неловко топчется на пороге, замечая улыбки подруг. — Поехали, пожалуйста, домой. Саша встает со стула, берет в руки трость и подходит к вешалке, надевая на плечи любимую куртку. Обводит подруг благодарственным взглядом и улыбается, поворачиваясь лицом к своей невесте. — Поехали домой, родная.