Последний стук сердца.

Чонгук сидел у ног герцога и не мог понять откуда в нем столько дерзости для столь откровенных и неправильных действий. - Вы позволите?- граф осторожно поднял длинную ножку герцога на уровень свой груди и в ожидание посмотрел в глаза Сокджина. - Я уже позволил...- Сокджин томно выдохнул. - Вы говорили, что вас ко мне тянет, так что поверьте, если бы это не было взаимно, меня бы здесь уже не было. Молодой граф притянул к себе длинную идеальную ногу и медленно растигнул ботинок, стягивая его. Его взору открылся вид на изящную бледную лодыжку. Чонгук приблизился к маленькой ступне и мягко подул на пальчики, которые от этого действия сразу сжались, а сверху раздался одобрительный смех. Не встретив сопротивления граф поцеловал косточку большого пальца и обвел его языкам, пробуя на вкус. Затем поцелуями поднялся выше, задрав немного штанины белых брюк. - Вы читали граф? До того как я пришёл. - Чонгук недоуменно поднял глаза и проследил за взглядом Сокджина. Рядом с креслом лежала брошенная им книга и листок с шифром. "Черт! " Герцог потянулся к книге, но вместо неё взял листок и заглянул в него. - Интересный язык. Значит вы увлекаетесь языками? - Не думаю, что сейчас это настолько важно... - Но вы же сами предложили узнать друг друга... Знаете граф, порой вся правда лежит на поверхности, стоит лишь открыть глаза и посмотреть в отражение, как тут же нашему взору открывается то, что скрыто...- гипнотический взгляд карих глаз напрямую посмотрел на удивлённого графа. Чонгук, ничего не понял, и решил не заострять на этом внимание. Он поднялся на ноги, и взял руки герцога в свои. Освободил вторую руку из перчатки и поцеловал каждую. Затем повёл его в сторону кровати. Он понимал что его поведение крайне неприличное и претит правилам этикета. Дело даже не в том, что он целовал мужчину, а в том что сделал это уже на второй день. Не было долгих встреч месяцами, пылких взглядов, лёгких прикосновений. Позволить столь интимную близость влюблённые могут только после брака. В противном случае это не любовь, а услуга за деньги, без чувств. Но граф не хотел так и по-другому не мог, его безумно сильно тянуло к Сокджину. Он аккуратно потянулся к пуговицам рубашки герцога и осторожно начал растегивать их. Его глаза зачарованно следили за каждой открывавшейся ему клеточки кожи. Дойдя до конца и потянув края рубашки из брюк, его остановили тонкие пальчики схватив за запястья. - Граф, вы же знаете что я мужчина? У меня мужское тело и нет ничего такого, что есть у леди. - Я прекрасно это понимаю, милый Сокджин. Разве я похож на глупца? Не волнуйтесь, у меня есть опыт, как с мужчинам, так и с мужчинами. Поверьте, я вас не разочарую и вознесу на вершину блаженства. Только позвольте и вы забудет обо всём, кроме нас в этой комнате. Немного подумав, Сокджин сам скинул с себя рубашку, показывая таким действием положительный ответ. Стройное тело мужчины освещалось светом луны из окна, единственным источником света номера, и было будто бы нереальным. Как буд-то произведение исскуства, слепленное из воска. Чонгук осторожно взял герцога за талию приближаясь лицом к лицу и запрокидывая его голову, прижавшись уста к устам, поцеловал — сначала нежно, потом со стремительно нарастающей страстью, заставившей Сокджина прижаться к нему, как к своему единственному спасению. В этом хмельном, качающемся мире жадный рот графа раздвинул дрожащие губы партнера, по нервам побежал ток, будя в нем ощущения, которых он раньше не знал и не думал, что способен познать. И прежде чем отдаться во власть закрутившего его вихря, он понял, что герцог тоже целует его, сминая в лёгком головокружительном поцелуе. Затем постепенно, медленно граф отпускает губы партнера на свободу. Этот поцелуй не долгий, а быстрый словно миг. Они стоят в оцепенение, лицо герцога выражает блаженство, полное погружение и отчуждение от окружающего мира. И прежде чем мысли герцога вернуться из далеких странствий, Чонгук снова потянулся прикасаясь губами, на этот раза их губы трутся друг о дружку, нажим становится сильнее, жестче, пока граф не применяет юркий язык и не приоткрывает кончиком губы герцога. Теперь уже касаются и трутся не только губы, но и языки. Этот поцелуй более глубокий, долгий, кажется, что мужчины исследуют друг друга, лишь на мгновение отрываясь, чтобы глотнуть воздуха. Внутри графа поднимался зверь, поцелуй становился все требовательнее. Ему уже было мало, он хотел больше, он хотел всего герцога, поэтому он оторвался от столь соблазнительных губ. Возбуждение уже нельзя было скрыть, но никто из них и не пытался. Полностью погружённый герцог и не заметил как его аккуратно положили на ложе, полностью обнажая тело от такой ненужной сейчас одежды. Граф тоже скинул одежду на пол и склонился над мужчиной возобновляя поцелуй. Он ласково вбирает и покусывает губы Сокджина. Он как будто бы сжимает то верхнюю, то нижнюю губу своими губами, усиливая или ослабляя захват. Его зверь прорывается наружу и он кусает сладкие губы до крови, тут же слизывая вытекающие капли из ранки. Герцог вздрогнул и тихо простонал, но даже и не думал остановить это безумие. Граф начал медленно опускаться поцелуями ниже. Он обвел скулу, лизнул подбородок, затем лизнул языком раковинку ушка, и прикусил мочку, снова вызывая из глубин нутра Сокджина одобрительный стон. Наконец-то он добрался до шеи, и начал с еще большим рвение покрывать ее укусами, вперемешку с засосами и поцелуями. Эмоции обоих уже были на пределе. - П-прошу вас... граф...я...хочу большего...- тяжело дыша простонал, проговорил Сокджин. - Милый Сокджин, я кажется никогда не перестану говорить о вашей красоте. От вас у меня не то что дух захватывает, от вас я будто умираю, а после возрождаюсь вновь. Позвольте, прошу позволить, я готов подарить вам любовь, я хочу вас... - Прекратите, я ведь уже дал согласие... Граф плавно спускается по гладкому телу ниже, терзая своими губами и не оставляя ни одно живого места на нем. Не обращая внимание на поднявшуюся плоть герцога утыкающуюся ему в живот, он отдал все свое внимание маленьким розовым бусинкам. Вобрав в рот правый сосок, он начал посасывать его, а левой рукой щипал и крутил другой. Герцог задергался, издавая все больше сладких стонов, он не выдержал пытку и пополз своей рукой ниже в попытке облегчить свое возбуждение. - Вы такой нетерпеливый.- руку герцога перехватили и отвели подальше. - Это слишком... Ч-чонгук... Молю...-Сокджин издал всхлип. - Шшш, успокойтесь, не думайте сейчас ни о чем, просто наслаждайтесь... Граф опустился ниже на уровень бедер, его взору предстала великолепная в своей наготе и откровенности картина. Упругая плоть члена, маленькая покрасневшая головка с кончика которой текла естественная смазка. Подавшись воле зверя он слизнул ее. Герцог вскрикнул, запрокинул голову и прогнулся в спине. - Еще...прошу еще... Чонгука конкретно вело от податливости герцога, он такой открытый сейчас перед ним, соблазнительный. Мягко челуя чужую горячую плоть, он языком спустился к пульсирующего нутру мужчины, собираясь познать всю глубину его тела. Язык плавно раздвигал края плоти чуть давя, открывая герцога для ещё больших ласк. Не удержавшись, Граф добавил один палец к языку и услышал ещё больше сладких стонов и всхлипов Сокджина. Это была как музыка для его ушей, он мог слушать её вечно. В последний раз поцеловал заласканый вход, он отстранился и оценил вид перед собой. Герцог лежал схватившись за простынь обеими руками, кое-где были видны полосы разорваной ткани. Ноги широко разведены, из члена сочится естественная смазка, голова запрокинула, лицо и шея красные и покрытые испариной. От такой картины член графа встал ещё сильнее. Чонгук неторопливо поднялся вновь выше по телу, впился губами затягивая в новый страстный поцелуй. Рукой он помог себе найти нужный угл и стал потихоньку проталкиваться вперёд, стараясь доставить как можно меньше дискомфорта и боли его прекрасному ангелу. Он двигался медленно и плавно, стараясь растянуть удовольствие по максимуму. Тело под ним извивалось словно змея, впиваясь ногтями в его плечи и шёпотом прося о большем. Постепенно увеличивая темп, Чонгук не сдержался и стал вбивать Джина в кровать с бешеной скоростью, ловя своим ртом больше томных вздохов и стонов. Минуты превратились в часы, и вот уже герцог содрогнулся под ним, прогибаясь в спине и с криком излился пламенной страстью себе на живот. Чонгук спустя ещё пару толчок последовал за ним. Сил на то чтобы встать и одеваться не было у обоих, поэтому коротко поцеловав друг друга в губы и обнявшись оба провалились в сон. ****** Стрелки часов пробили три часа ночи, а значит пришло время уходить. Джин медленно, боясь потревожить чужой сон, выбрался из постели. Тело отозвалось приятной болью после бурной ночи. Да, давно он такого не испытывал. Да и испытывал ли когда-нибудь? Он точно не помнит. Собирая по полу свою одежду, его взгляд упал на лицо графа. Во сне оно было еще прекраснее, точно таким же, каким он запомнил его ещё тогда, двадцать лет назад. Тогда Джин был всё тем же потеряным духом, не знающим ничего, кроме его обязанностей стража. У него не было эмоций, чувств, он не знал людей, их жизнь. Но в один момент, снова бродя по земле, что-то остановило его на том кладбище. Возможно заплаканное лицо мальчика, возможно кричащая женщина, бьющая этого мальчика по щеке. Это не особо важно, важно лишь то, что когда он встретился глазами с этим мальчиком, в его груди треснуло что-то. Он не смог уйти тогда, когда нужно было, а всё также стоял и смотрел. Он увидел как женщина развернулась и ушла, как мальчик стоял один на кладбище. Он уже не плакал, а спокойно смотрел по сторонам. И вот он повернулся в сторону Джина и посмотрел прямо на него. Но мальчик не мог видеть стража, никто не мог, а даже если и мог то в живых уже не останется. Но почему тогда, он смотрел на него так будто видел его? И почему молчал? Не испугался, не закричал и не убежал? А просто стоял и внимательно разглядывал. Сокджин застыл не веря в это. Кто этот мальчик? Забывшись, страж не заметил как стал сгущаться туман, а небо чернеть. О нет, нет, что же ему делать? Они не должны увидеть этого мальчик. Если они заметят его, то ему не жить. Нужно было что-нибудь сделать и срочно. Не зная почему, но Джину стало жаль мальчика, поэтому он подбежал к нему, взял за руку и быстро сказал шёпотом на ухо, смотря по сторонам. - Беги! Затем развернул и подтолкнул его в спину. За лесом раздался жуткий вой и гром. Они приближались. Нужно было отвлечь их, пока мальчик не убежит подальше отсюда. После той встречи Джин не мог перестать думать о нём. Вопреки правилам, он связался с человеческим миром. Научился быть человеком, только бы ещё хоть раз взглянуть на него. Надевая перчатки, Сокджин подошёл к кровати и наклонившись над графом оставил нежный поцелуй на его лбу. - До встречи, граф Чон. - с этими словами он отошёл от молодого человека и подойдя к столу положил туда перстень. Джин в последний раз взглянув на спящего графа начал растворятся в сером сгутстке тумана, пока не исчезла полностью.