Уровень 1. Рей
21 июля 2022 г., 14:02
Я замер с открытым ртом, не договорив последние слова.
В проёме застыл Андрей в замешательстве. После секундного шока его брови чуть двинулись, хмуря лоб. Он явно не хотел меня видеть. В его глазах читалось сомнение. Но мы продолжали неотрывно смотреть друг другу в глаза. В голове пусто, лишь хочу извиниться за то, что сорвался. Благо длиться это несколько секунд, прерываясь довольным голосом парня рядом. Теперь я его почти не слышу. Отвёл взгляд. Я чувствую кожей накаляющийся с каждой минутой воздух. В меня прилетает лишь последняя фраза, поймав врасплох.
—... Так, что ты говорил, о своих любовных похождениях на сцене? — Зак любит играть. Ему нравится испытывать наши нервы. Я бросаю в него гневный взгляд.
— Пошёл нахуй, Зак. — бурчу и резко встаю.
Я не собирался что-то подобное рассказывать, до этого даже и слово не сказал. И зачем ему это понадобилось? Не хочу находиться здесь ни секунды. Я пришел его проверить, но если он шутит, значит в порядке. Не представляю, что может ещё придумать Зак.
Делаю несколько шагов и натыкаюсь взглядом на Андрея. С меня слетает пелена сочувствия и я вспоминаю недавние колющие эмоции. Пошёл он куда подальше. Бесит его неопределенность.
— "Мешаешь." — метается в голове, но произносить нет смысла, чтобы не усугублять. Не люблю конфликты. Они сжирают не только конфликтующих, но и всё вокруг. Зак поймёт, но не Андрей.
Хватаю парня за руку, дёргая, втаскиваю в помещение и отпускаю. Я ему не наврежу. Знаю, что ничего не сделаю. От этого бесит ещё больше. Выхожу из палаты захлопнув дверь, из которой вылетают последние слова — с каплей разочарования, но без злобы, голос Зака. Останавливаюсь, громко вздыхаю, почувствовав воздух, и продолжаю идти. Сидеть без дела не планирую, чем дольше тяну, тем быстрее следы смешиваются, растворяясь.
За день я толком ничего не узнал. Все молчат, как рыбы, будто убьют, скажи хоть слово. Хотя за друга не жалко, но сначала нужно узнать правду. Усмехаюсь. Что же там произошло? Пока удача на его стороне, мнимый провидец уходит от темы, иногда не совсем честным способом, но в этом весь Зак. Непредсказуемый. Вливающийся в хаус с головой. В сложные моменты на него можно положиться, если примешь его способ действия. Даже сейчас, когда я ему нагрубил, он пытался меня развеселить. Может он уже поехал башкой? Но думать об этом не хочется.
Весь день проработав и одновременно ища зацепки, я утопаю в кровати, как только голова плюхается на подушку. Не успеваю подумать, как отключаюсь и сразу просыпаюсь.
Утро. Тело отзывается еле заметной болью, которая скоро пройдет, но голова по ощущениям отключилась лишь на минуту и жутко болит. Почти не отдохнув, снова за работу.
Обида за друга не оставляет. Почему он не увернулся? В него стреляли намеренно? Почему позволил ранить себя? Рой вопросов, кажется, вырисовывали ответ, но снова он ускользает в потоке работы.
— Как ты? — обеспокоенно спрашиваю Зака, когда только вхожу в палату.
— Да, да, в норме. — отнекивается тот. — Поможешь мне? — звучало не как вопрос, а как утверждение.
Как будто я бы не помог. Он резво откинул одеяло, с рычанием свесил ноги на пол. Каждое движение отдавалось болью, что было написано на его лице. От неожиданности я подхватываю за спину.
— Ты совсем обезумел? — я стараюсь его остановить. Он и не противится. — Лежи. Куда собрался?
Он снова опускается на кровать.
— Я ухожу. Пойду найду другую компанию. А то, твоё хмурое безжизненное лицо скоро сольётся со стеной, и я тебя потеряю. — он засмеялся.
Я хохотнул. Единственный, кто заставит улыбнуться, хочешь ты того или нет.
— Категоричное нет. Я обещаю тебе помочь, но ты отсюда не уйдёшь.
У Зака от моих слов глаза заблестели, но я не собирался вставать и что-то делать, упёрто сидя на месте сложа руки.
— Чего ты ждешь? — Зак вздохнул. — Пожалуйста, я сделаю всё что угодно, но не оставляй меня здесь. Я умру от скуки. — взмолился тот. — Чего ты хочешь? — потряс меня за руку.
— Для начала, чтобы ты выздоровел. А второе ты знаешь... — мой голос вдруг похолодел, указывая на важность. — Кто в тебя стрелял?
— А как там Андрей? Давно вас вместе не видел.— уклонился от вопроса, сменив тему.
— Зак, не уходи от темы. — настоял я, сложив руки на груди.
— Неужели оставил его? — покачал головой. — Он же там как цветок в асфальте, не заметят и всё...
— Зак! — он вздрогнул. — Это важно для меня. Я не хочу чтобы такое повторилось. —
Он поменялся в лице. Значит я затронул то, к чему нельзя прикасаться, есть риск обжечься. Зак несколько раз предупреждал меня, избегая темы, но я настоял, и ему придётся ответить.
— Ты не знаешь, что произошло. Так что не лезь. — он в миг потускнел. — Главное, сейчас всё хорошо.
— Расскажешь? — мне стало жаль, но если это ещё раз произойдёт, я не прощу себе.
Обстановка, поддерживаемая Заком, вмиг стала холодной, чуть пугающей. Мы зашли в зону чувств и эмоций, на в ходе которой весит кучу предупреждающих табличек "Вход запрещен. Опасно."
— Это была случайность. Просто .... спутал меня с безликим.
Я резко поднялся. Зак слишком хорошо меня знает. Специально скрыл имя, проглотил. Лучше он, чем кто-либо ещё.
— Хорошо. Я верю тебе. Думаю, тебе стоит отдохнуть. — направился к двери.
— Я сам виноват. Никто больше. — Зак потянулся за мной, ступая на холодный пол. — Рей! Подожди. — свежая рана дала о себе знать, и парень упал, но я успел его подхватить, притянув к себе.
— Я же сказал отдохни. — помогаю сесть обратно. — Если швы разойдутся, то лежать придётся дольше. — ободряюще улыбнулся.
— Если ты опять пойдёшь выяснять отношения по такому пустяку, то я не стану сидеть. — предупреждает Зак. — Лучше бы с таким рвением помирился с Андреем, и то бы больше пользы было. — он с шипением укладывается обратно.
— Как ты узнал? — спокойно спрашиваю я.
Мне искренне жаль, что наши отношения чуть подкосились, но Зак стал мне как брат, и я не позволю его трогать. Подумаю, как изменить ситуацию с Андреем позже.
— Наблюдательность. Она главный мой секрет. Ты бы ещё громче смотрел на него. Я сразу всё понял.
Как вышел от Зака, меня переполняла злость. Я уже знаю, что случилось. Догадываюсь. Но это не помешает мне. Трогать друзей, даже друг друга, я строго запрещаю. Это было первым правилом, когда только набиралась команда. Какой бы ни был конфликт, его можно решить словами.
Утро. Подскакиваю.
Вчера не стал собирать ребят, но сегодня, я встречусь с ними лицом к лицу. Они знают, что я просто спрашиваю, ничего не смогу сделать, потому что это будет перечить мне, даже если они ничего не скажут, что конечно подорвёт доверие, но если нужно скрыть это, будут молчать. Если они считают, что будет лучше сохранить такую обстановку... Значит там случилось не просто "случайность".
Я поджимаю губы. Не дам себе сдаться. Остаётся ждать, когда сам Зак скажет. Это вряд ли произойдёт.
Но тут, через несколько дней, он приходит сам. Я напрягаюсь и провожу взглядом по его телу. Он уверенно стоит на ногах.
— Чем ты вообще занимаешься, Рей? — брови непроизвольно хмурятся. — Ау-у! — щёлкает пальцами около лица, заставляя недовольно отстраниться. — А я же говорил, что если переработаешь, я тебя лично придушу, чтобы ты поспал чуток и отдохнул.
— Я в порядке. — выло отзываюсь.
Зак на ногах, а значит я тоже в норме.
— Я жду объяснений.
Объяснений чего? Непонимающе смотрю на парня, чуть прищурив глаза. Тот сердито смотрит на меня, злясь ещё больше. Он тянется ближе и даёт мне шолбан.
— Ты забыл про Андрея. — раздосадованно цедит Зак. — Как можно было оставить его одного?
Я фыркаю, слишком занят для этого. Сегодня снова вылазка, хоть и не большая, но ничуть не безопаснее. Я продолжаю складывать рюкзак.
— Иди и поговори с ним. — требует парень.
— Я сейчас занят.
— Решать это нужно было ещё тогда.
— Зак. — резко и твёрдо вырывается из меня. — Мы взрослые люди, сами разберёмся. — закидываю рюкзак на плечо, беру с собой ключ от опасной части уровня, куда сегодня нам предстоит отправиться. Сжимаю его в руке сильнее.
— А ведёте себя как дети. Куда ещё банальнее? И пока не разберётесь, я тебя никуда не пущу. — хватается за руку.
— Раз не отпустишь, придётся нести тебя на руках прямо в лапы Хелен. — заигрываю я.
Единственное что помогает от игр Зака, так принять игру и следовать правилам, осторожно обращая победу в свою сторону. Знаю, что ждут. Знаю, что уйду. Зак вяло отлипает.
Выйдя с базы, нас встречают всё те же давящие серые стены, но здесь не кипит жизнь, лишь тяжёлый звук шагов разносится на много метров вперёд, заполняя огромную пустоту, что для странников обычное явление, ощущать одиночество, мерзкие части которого обвивают душу каждого, кто попадает в неизбежную смерть.
— Блять, Зак, куда поперся? — я притормаживаю, видя запыхавшегося друга. — Тебе нужно отдыхать, а не по коридорам бегать. Ты никуда не пойдёшь. — отрезаю я, но взгляд парня не меняется. Конечно, Хелен запретила уходить Заку, ему бы пару дней ещё отлежаться, но он ускользает за нами.
— Ты же никому не скажешь? — хлопает глазками как ребёнок, на что я вздыхаю, качая головой, неудовлетворительный ответом. — Я уже устал там сидеть, а вы идёте в запретную зону без меня. Своего союзника. —
— Про тебя всё равно узнают. — вздыхаю и понимаю, что заставить Зака я не смогу. Да и он принципиально не уйдёт. — Держись рядом. — остаётся только не спускать с него глаз. — Окажешься в не подходящее время и месте, ты разлетишься по серым стенам. — я кручу дробовик в руках. Осторожность не помешает.
— Если будешь хорошим и внимательным мальчиком и помиришься с Андреем. Я сделаю всё, что захочешь. Даже.. — до моего уха долетает шепот. — Расскажу кто сделал это. — он лукаво улыбается и показывает на живот.
Я увожу взгляд. Это не проблема. Охотно соглашаюсь.
Это был наш последний разговор. Последний раз когда я видел Зака. В один момент всё рухнуло...
— Держимся рядом. — здесь нестабильно. — Не выпускаем друг друга из виду. — я тру глаза, в темноте вдвойне хочется спать.
Зак идёт следом, слышу его осторожные шаги.
Если кто-то здесь потеряется или войдёт в какую-либо развилку, он может запросто пропасть, а это гиблое дело. Я на секунду поворачиваюсь к Заку, чтобы проверить, но тут же сердце пропускает удар. Его сзади нет.
— Остановитесь. Возвращаемся. — требую я.
— Это большой риск, мы почти выбрались от сюда. Он сам виноват. — раздаётся рядом.
Я резко оборачиваюсь. На секунду наши взгляды сталкиваются. Внутри поднимается гнев плотный, горячий, жгущий. В такие моменты хочется придушить его прямо здесь, одним движением. Но группа ждёт. Все застыли, как на иголках, не решаясь ступить дальше без моего слова.
Я сжимаю челюсти и киваю вперёд. Пора двигаться. Решение принято, и никто не смеет усомниться. Лидер не имеет права колебаться.
На базе сразу отчитываюсь о проделанной работе и отпускаю ребят. Пусть отдохнут. Давно никого не теряли. Здесь каждый день кто-то уходит, а так же кто-то приходит. Глупо скорбеть по тем, кто изначально знал, что обречён на смерть. Все знают, что кто-то из их друзей, случайно встретившихся в закулисье в любой момент может не стать, не сказав ни слова. Учишься быстро забывать людей.
— Ты же догадываешься, кто подстрелил Зака? — вопрос, как гром среди ясного неба, обрушивается своей тяжестью.
Итан. Один из моих. Его голос звучит нарочито спокойно, но в нём есть что-то мерзкое.
— А что? — пытаюсь сохранить спокойствие.
— Да так, мне любопытно, какой смысл его искать, если всё равно ничего не сделаешь? — он ухмыльнулся.
— А тебе какое дело, что я буду делать?
— Эх, Зак, Зак, такой не внимательный. — качает головой, как будто жалеет.
Я срываюсь с места и оказываюсь прямо перед ним, впиваясь взглядом в его лицо.
— Я догадываюсь, что выстрелил именно ты, — мой голос звучит тише, но от этого опаснее. — но знай, что бояться меня всё равно придётся. Со мной ты можешь делать всё, что угодно, но не с моим друзьями. Ты спрашивал, что я могу сделать. Например с лёгкостью тебя скормить этим тварям. —
Он не отступает. Улыбается шире, будто только этого и ждал.
— Не переживай, у тебя они ещё остались. Одним больше, одним меньше. Какая разница? — ухмыляется.
Знаю чего он хочет, вывести меня из себя, как пытался не раз, и наконец, когда я совершу ошибку, занять моё место лидера. Я хватаю его за горло, пальцы сжимаются, хрип рвётся наружу. В его глазах мелькнул испуг — первый раз я это вижу.
— Ты думаешь, что я не смогу тебя убить. — произношу я, и собственный голос звучит чужим, глухим.
Меня останавливают из неоткуда появившаяся голоса. Я глубоко вздыхаю и отпускаю, но только на сегодня.
Через несколько часов утомительной возни, отчёта и разноса вещей я наконец свободен и снова оказываюсь в кровати, но сон не идёт, заполняя голову образами недавней работы. Я рывком привстаю, садясь, а глаза сразу же впиваются в кровать на против, чуть смятую, потому что ей никто не занимается.
Снова делаю усталый рывок, чтобы встать, и выхожу из комнаты. Нужно, сказать, чтобы на свободное место кого-нибудь разместили. Это занимает несколько минут, а в комнату возвращаться не хочу. Брожу по коридору.
— Вы уже вернулись. — отмечает Хелен, столкнувшись со мной. — Тогда веди сюда Зака на перевязку, знаю, что он сам не придёт. — я вздыхаю.
— Мы его потеряли... Так что это не требуется. — девушка кивает.
Мы расходимся в такой же тишине.
Усталость берёт своё и я сворачиваю к себе в комнату. Опускаюсь на кровать, а мысли в голове "Хоть бы заснуть". Совсем пусто. Усни, пожалуйста.
Я распахиваю глаза. Снова кровать. Снова мысли о Заке, которые старательно пытаюсь вытащить из головы, хотя бы из сознания, но он везде, слишком глубоко пустил корни в мою жизнь, пропитывая каждый сантиметр. В голове ещё одно негласное правило, трудом и болью написанное задолго до меня.
Не привязывайся. Звучит как приговор, как только попадаешь в зону действия отравляющего влияния.
Как в бреду, поднимаюсь с кровати и направляюсь к противоположной. Усмехаюсь, замечая на тумбочке протертый армейский нож, который Зак часто брал с собой. Воспоминания утягивают, ковыряя раны. Первое его оружие, нашли его именно с ним, точнее он нашёл.
Глаза застелил гнев, перемешанный со скорбью. Маленькая тумбочка с лёгкостью летит куда-то в сторону, звук падения дерева перемешивается с падением оставшихся вещей, которые приняли свою судьбу молча.
Со скрипом открывается дверь и я вижу обеспокоенный нервирующий взгляд Андрея. Зачем он сюда пришёл? Вспоминаю, что просил сделать меня Зак, но сейчас я не хочу извиняться и выяснять отношения. А нужно ли? Он хотел уйти отсюда. Так пусть валит. Благо, я слишком устал, чтобы разносить всю комнату, лишь вздыхаю, опускаясь на колени, прибирать, то что натворил.
