Пятьдесят оттенков Амбридж

Даже если вы работаете именно на той работе, о которой мечтали всю сознательную жизнь, у вас всё равно иногда будут моменты, которых вы бы предпочли избежать. Те неприятные, но неизбежные обязанности, от которых никуда не деться. Пусть даже они будут незначительны на общем фоне, но… скажем так, это всё равно будет немного раздражать. Теперь представьте себе, что вы не так уж и любите свою работу. Что это вынужденный компромисс, на который вам пришлось пойти в силу непреодолимых обстоятельств. Что, по большому счёту, чего-то весёлого и интересного в вашей работе не так уж и много. А теперь представьте себе, что те самые «неприятные моменты» представляют собой общение с воскресшим из мёртвых психопатом, который когда-то собственноручно отправил на тот свет любовь всей вашей жизни. И в ходе этого общения вы должны притворяться, что являетесь верным слугой этого самого психопата. Представили? Замечательно. Если это действительно у вас получилось, то вас вряд ли удивит тот факт, что в это утро Северус Снейп был… чуть более раздражителен, чем обычно, назовём это так. Совсем чуть-чуть. Капельку. Если называть вещи своими именами, ему хотелось убивать. Медленно и мучительно. С применением всего арсенала пыточных средств и приспособлений, до которых только сумело додуматься человечество. Мало того, что он не выспался. Мало того, что он пропустил завтрак. Мало того, что сейчас ему нужно будет засунуть свои эмоции куда-нибудь поглубже, чтобы этот чокнутый психопат их случайно не учуял… Нет, видимо всего этого ещё было недостаточно. Сегодня явно был не его день. В качестве долбаной вишенки на торте через пару часов ему ещё предстояло увидеть, как сборная его любимого Слизерина в очередной раз с треском проиграет Гриффиндору из-за того, что сопляк Поттер снова поймает снитч. Просто замечательно. Лучший день, который только можно было себе представить. Ладно, сейчас нужно успокоиться. Насколько бы ситуация дерьмовой ни была, она всегда может стать ещё хуже. Если Волдеморт что-то заподозрит… лучше об этом не думать. – Пойдём, Северус, – сказал вошедший в комнату Люциус. – Повелитель зовёт тебя. Поднимаясь на ноги, Снейп невольно поморщился. Раньше никто не называл Волдеморта «повелителем», эта милая традиция появилась лишь после его второго пришествия. Да уж… если раньше Пожиратели Смерти были подобием рыцарского ордена, то теперь они были чем-то вроде религиозной секты. Со свихнувшимся зомби в качестве лидера. Просто великолепно. И да, если он в ближайшие пару секунд не восстановит полный контроль над своим сознанием, то не доживёт до сегодняшнего квиддича. Если даже его лицо позволяет себе непроизвольные мимические выражения эмоций… это плохой знак. Они вошли в кабинет и замерли, склонив головы в почтительных поклонах. Хотя бы становиться на колени от них пока что не требовалось. Пока что. Но, если задуматься, то всё к тому шло. – Северус… – тихий ядовитый голос, на грани со змеиным шипением. – Надеюсь, ты пришёл с чем-то интересным. Мне не хотелось бы думать, что мой слуга в Хогвартсе так увлёкся вознёй с детишками, что забыл о своей главной функции. Знакомое покалывание в висках означало, что Волдеморт сразу же начал ментальное сканирование. Ну да, чего церемониться… К счастью, рефлексы сработали правильно, и барьеры, заблаговременно воздвигнутые Северусом, и на этот раз остались неприкосновенными. Поставить их было не так уж и сложно, намного труднее было сделать их незаметными. Тонкая, поистине ювелирная работа. Даже жаль, что некому оценить. – Мой лорд, я не забываю о ваших указаниях ни на минуту, – бесстрастно произнёс Снейп, не поднимая головы. – К сожалению, из новостей могу сообщить лишь то, что вы и так, наверное, уже знаете. Орден Феникса установил наблюдение за Залом Пророчеств. Они надеются поймать Пожирателей, которые попытаются туда проникнуть. – Мы не будем рисковать, отправляя туда тех, кто представляет ценность, – вкрадчиво прошипел Волдеморт. – Подними-ка глаза, Северус. Снейп послушно поднял голову и встретился с Волдемортом взглядом. Зрительный контакт облегчал легилименцию, но в данном случае особой разницы не было. Слишком много практики, слишком отточенные навыки. Плюс природный талант. Годы, проведённые рядом с Альбусом Дамблдором, послужили отличной тренировкой. Даже такой опытный легилимент, как Волдеморт не мог не то, что взломать его оборону… он даже не чувствовал, что какая-то оборона вообще имела место быть. – Расскажи, кто именно там дежурит, – слегка разочарованно произнёс, наконец, Волдеморт. Он прикрыл глаза и опустил ладонь на голову своей змеи, которая, как всегда, лежала рядом с его креслом, свернувшись в клубок. – Грюм, Кингсли, кто ещё? – Те, кто работает в Министерстве и, благодаря этому, могут не привлекать особого внимания, – сказал Северус. Внешне его лицо было абсолютно спокойным. Его разум был таким же, но только снаружи. Глубоко внутри, где-то на самом дне тлела тщательно замаскированная ненависть. Так глубоко, что её невозможно было учуять. – Грюм – нет. Кингсли, Уизли… Тонкс. – Тонкс? – Волдеморт открыл глаза и нахмурился. – Андромеда Тонкс? Или её грязнокровый муженёк? – Нет, их дочь, – бесстрастно ответил Северус. Он знал, что этими словами ставит Нимфадору под удар… но это была та цена, которую они с Дамблдором готовы были уплатить. – Нимфадора Тонкс, аврор. Недавно примкнула к Ордену Феникса. Несколько минут Волдеморт глядел куда-то в пространство и гладил свою змею по голове. Нагайна жмурилась и довольно шипела, явно получая огромное удовольствие от ласки хозяина. Северус невольно подумал, что сейчас огромная змея чем-то похожа на милую домашнюю кошечку. – Мы используем эту информацию, – сказал Волдеморт, наконец. Он посмотрел на Снейпа и криво усмехнулся. – Неплохо, Северус, неплохо. От тебя, определённо есть некоторый толк. Дамблдор что-то подозревает? – Нет, милорд, – покачал головой Северус. – Напротив, он полностью мне доверяет. Я редко присутствую на заседаниях их Ордена… но когда присутствую, от меня ничего не скрывают. Пока что они в растерянности. Не знают, чего ждать от нас дальше. – Прекрасно, – кивнул Волдеморт. – Пусть так будет и впредь. А пока что… Можешь скормить им информацию о Боуде. Люциус, объясни ему. – Недавно я наложил Империус на сотрудника Министерства, Бродерика Боуда, – нервно сглотнув, произнёс Малфой. Судя по его тону, он пытался замаскировать свой страх, но получалось это так себе. – Он попытается достать для нас пророчество. – Я передам это Дамблдору, но… – Северус сделал небольшую паузу. Сейчас он должен был сказать то, что ему совершенно не хотелось говорить. То, что напрямую угрожало тому, кого он когда-то поклялся защищать. Чёртов Альбус… – Когда мы обсуждали вашу прошлую попытку, Дамблдор сказал, что это всё равно не имеет смысла. Что пророчество нельзя забрать без соблюдения определённого условия. На мгновение в комнате воцарилась мертвенная тишина. Даже Нагайна перестала шипеть. – И что же это за условие, Северус? – вкрадчиво спросил Волдеморт. – Ты не говорил об этом раньше. – Дамблдор сказал об этом лишь недавно, – пожал плечами Северус. – Я не придал этому большого значения, так как был уверен, что вы и сами об этом прекрасно знаете. Пророчество может взять лишь тот, кого оно касается напрямую. – О да, мне об этом известно, – сказал Волдеморт после секундной паузы. Северус с трудом удержался от ухмылки. Известно, как же… Было бы известно, не заставлял бы Люциуса накладывать Империусы на всех этих бедолаг. – Все наши попытки достать его – просто способ спровоцировать Орден. – Вряд ли я смогу рассказать ещё что-то интересное, повелитель, – вздохнув, сказал Северус. – Мне жаль, но обязанности декана действительно отнимают много времени. Как-никак, на мне весь факультет… А сегодня ещё и матч с Гриффиндором. Это был довольно прозрачный намёк на то, что пора бы и честь знать. Довольно опасный намёк, честно говоря, но через полчаса начиналось Зельеварение у шестого курса Когтеврана. Опоздать было бы признаком дурного тона. – Матч с Гриффиндором? – ухмыльнувшись, переспросил Волдеморт. – И как, есть хоть какие-то шансы? Или этот паршивец Поттер снова поймает снитч прямо перед носом твоего сынка, а, Люциус? – Надеюсь, что нет, повелитель, – поморщившись, ответил Малфой. Квиддичные успехи Гарри Поттера были для него больной темой. Как, впрочем, и для Северуса. – Не может же ему везти бесконечно. Драко ещё себя покажет. – Конечно, покажет, – насмешливо протянул Волдеморт. – Непременно. Но, боюсь, не сегодня. Честно сказать, Люциус, я бы не поставил на Драко и ржавого кната. Кишка у него тонка против Поттера. Видимо, гены подкачали, что поделать...

***

Если бы Гарри знал, что сам Тёмный Лорд был столь высокого мнения о его квиддичном таланте, он бы, наверное, был польщён. К сожалению, он даже об этом не подозревал. Честно говоря, ему даже в голову не могло прийти, что Волдеморт в принципе может интересоваться квиддичем. А вот кто явно интересовался квиддичем, так это Минерва МакГонагалл. Конечно, она бы никогда не стала завышать оценки за спортивные успехи… но вот влепить кому-нибудь двойку за то, что он немного замешкался и не поймал вовремя снитч – легко. Так что к предстоящему матчу у Гарри была двойная мотивация. Нужна была победа, и только победа. В случае провала последствия могли быть непредсказуемыми. Матч должен был начаться уже через пару часов, и Гарри хотел использовать это время для того, чтобы успокоиться и настроиться на игру. Обычно он делал это, болтая с Роном и Гермионой, но те, как назло, куда-то подевались. Идти в раздевалку было ещё рано, поэтому он просто сидел в гриффиндорской гостиной и листал какой-то подвернувшийся под руку журнальчик. На самом деле, кое-что в окружающей обстановке было немного странным. Если точнее, то странным было поведение Лаванды и Парвати, обосновавшихся в противоположном конце гостиной. Нет, то, что они что-то негромко обсуждали, было вполне нормальным. Они постоянно что-то обсуждали. Парней, музыку, косметику, модные наряды… список можно было продолжать до бесконечности. Но в данном случае они не только перешёптывались, но и время от времени бросали оценивающие взгляды на Гарри. И хихикали, как две, кхм… юные и талантливые волшебницы. Это было странно. Странно и подозрительно. В конечном итоге, Лаванда похлопала Парвати по плечу и что-то шепнула ей на ухо. Парвати кивнула, поднялась на ноги и поправила причёску, бросив на Гарри многообещающий взгляд. Ну, то есть Гарри показалось, что этот взгляд был именно многообещающим. Он судорожно сглотнул и сделал вид, что полностью поглощён чтением журнала. Его уши предательски покраснели, хотя пока что ничего такого вроде бы не произошло. Парвати ещё раз оглянулась на Лаванду, словно сомневалась в том, что собиралась сделать. Её подруга хихикнула и показала ей большой палец. Девушка пожала плечами, прищурилась и решительно направилась к Гарри. – Эй, Гарри, – сказала она, когда подошла к креслу, в котором сидел Поттер. – Как дела? – Вроде, нормально, – неуверенно ответил оторвавшийся от журнала Гарри. – А что? – Да так, просто решила пожелать тебе удачи в сегодняшнем матче, – нервно хихикнув, сказала Парвати. – Кстати, насчёт той темы со свиданиями… Гарри почувствовал, что его ладони почему-то вспотели. Он отложил журнал и смущённо взъерошил и без того растрёпанные волосы. Ситуация как-то резко вышла из-под контроля, и было совершенно непонятно что именно от него сейчас требовалось. – В общем, я тут подумала и решила, что… – Парвати смущённо потупилась и потёрла пол носком туфли. – Если хочешь, то мы действительно могли бы сходить вдвоём в Хогсмид. Ладно, сейчас явно нужно было что-то сказать. Гарри открыл рот, но тут же с ужасом понял, что его голосовые связки просто отказываются издавать какие-либо звуки. – Но не всё так просто! – Парвати подняла палец и лукаво прищурилась. – Я пойду с тобой на свидание, только если ты поймаешь сегодня снитч. Вот такое условие. Так что смотри не облажайся! Она победно рассмеялась, повернулась на каблуках и упорхнула обратно к своей подружке. После чего хихиканья и перешёптывания тут же возобновились с утроенной силой. Гарри закрыл глаза и обречённо застонал. «Чёрт, ну почему именно сейчас?!» – с ужасом подумал он. – «Как я скажу Парвати, что уже договорился сходить в Хогсмид с Чжоу? Мне кранты!»

***

Это было реально… стрёмно. Не страшно, а именно стрёмно. Немного неуклюжее слово, но оно идеально подходило для описания эмоций, которые сейчас испытывал Рон. Он не чувствовал панического страха или чего-то в этом роде, но… ему просто не хотелось здесь быть. От слова «совсем». К сожалению, удрать он не мог. Это было не логово акромантулов. Не подземелье с василиском. Не лабиринт со смертельно опасными препятствиями. И даже не кабинет Снейпа. Это была всего лишь Астрономическая башня, а напротив него стояла обычная девушка. Ну и что, что слизеринка? Слизеринцы всё-таки лучше, чем василиски или гигантские пауки. Хоть и ненамного… – Обычно здесь устраивают свидания, – смущённо пояснила Панси. Она старалась не смотреть на Рона, а её пальцы судорожно теребили подол юбки. – Мне старшекурсницы рассказывали. Рон глубоко вздохнул и в очередной раз попытался убедить себя в том, что ничего особенного не происходит. Самое простое, самое обычное свидание с девушкой Драко Малфоя. Ничего выдающегося, они просто немного поболтают и разойдутся, а потом сделают вид, что ничего не было. Никто не пострадает. – И что мы тут будем делать? – сглотнув, спросил он. – Только давай сразу договоримся… Чтобы ничего такого… Ну, ты понимаешь… – Ну, конечно же! – вспыхнув, как маковый цвет, воскликнула Панси. – Как ты вообще мог подумать… Нет, мы просто будем… общаться. Рон почесал в затылке и смущённо кивнул. Ну вот… с самого начала всё пошло как-то по-дурацки. Обычно девушек зовут на свидания как раз для этого самого… ну, там, поцелуи, обжимания и всё такое. А тут… И угораздило же его вляпаться! – В общем, я почему-то подумала, что для среднестатистического гриффиндорца подготовиться будет слишком сложно, поэтому сама всё продумала заранее, – сказала Панси. – Ничего личного Уизли. Я не считаю особенно тупым именно тебя, с моей точки зрения вы на Гриффиндоре все идиоты. Ну ладно, может, кроме Грейнджер. «Она ведёт себя, как сука даже на свидании», – подумал Рон. – «Хотя ладно, это же Паркинсон, могло быть и хуже». – Не стой столбом, Уизли, так ты кажешься ещё тупее, чем обычно, – сказала Панси. – Не бойся, я не кусаюсь. Со мной можно разговаривать. – Я и не боюсь, – пробормотал Рон. – Просто… просто о чём нам разговаривать? Панси усмехнулась и подмигнула ему. Это было неожиданно. Рону ещё никогда в жизни не подмигивали слизеринки. Да что там, ему и не-слизеринки тоже никогда не подмигивали. – Для начала, давай устроимся поудобнее, – сказала Панси. – Не волнуйся, культурную программу я продумала. Ты же любишь сливочное пиво? «А кто его не любит?» – подумал Рон, наблюдая за тем, как Панси достаёт из своей корзинки пушистый пледик и расстилает его на полу. Вслед за пледом из корзинки появились две бутылки сливочного пива и пара омниноклей. Панси уселась на пледе, взяла в руку бутылку и улыбнулась. – Садись, Уизли, – весело сказала она. – Будем пить пиво, смотреть квиддич и болеть за своих. Ты же не думал, что ради свидания с тобой я пропущу матч? Если бы Рону предложили угадать, как именно будет проходить их свидание, он бы не угадал и с сотой попытки. Это было… чёрт, это было круто! Он ухмыльнулся, кивнул и уселся рядом с Панси. Слизеринка вручила ему бутылку пива и снова подмигнула. Рон почувствовал, что сковывающее его напряжение понемногу уходит. – Слушай, я вообще не думал, что ты любишь квиддич, – смущённо признался он, отхлебнув из бутылки. – Думал, что ты просто ходишь на стадион за компанию. – С чего бы мне не любить квиддич? – оскорблённо спросила Панси, подняв бровь. – Из-за того, что я девушка? Или из-за того, что я слизеринка? – Не знаю, – пожал плечами Рон. – Просто мне так казалось… Не знаю, почему. – О да, ответ истинного гриффиндорца! – закатив глаза, фыркнула Панси. – Не знаю, не понимаю, мне просто так показалось… Ты же в курсе, что означает слово «рефлексия»? Что некоторые люди анализируют свои реакции, чтобы разобраться в причинах своего поведения и… Хотя, кому я это говорю… Она прервалась, скорчила презрительную гримаску и махнула рукой. Рон нахмурился и негодующе посмотрел на неё. – Если ты каждую минуту будешь напоминать мне о том, что я тупой гриффиндорец, то свидание выйдет на троечку, – сказал он. – Я же не говорю, что все слизеринцы – коварные мудаки, которые за пригоршню монет мать родную продадут. Панси погрозила ему пальчиком и усмехнулась. Затем она отхлебнула из своей бутылки, взяла омнинокль и взглянула на поле. Судя по разочарованному вздоху, увиденное её не слишком впечатлило. – Пока что разминаются, – сказала она, убрав омнинокль от лица и посмотрев на Рона. – Значит так, Уизли. Во-первых, слизеринцы плевать хотели на деньги. Власть – да, мы любим власть. Но кто сказал, что быть амбициозным – это преступление? Во-вторых, мы не предаём своих. Просто понятие «свои» для нас – очень и очень интимный момент. Какой-то случайный человек, с которым ты заключаешь тактический союз своим, как ты понимаешь, не считается. И в-третьих, я не виновата, что гриффиндорцы действительно немного туповаты. Все претензии к Сортировочной Шляпе. Но если тебя это так задевает, я не стану акцентировать на этом внимание. Следующие несколько минут они молча сидели, поглядывая друг на друга и медленно потягивая пиво. Потом Рон подумал, что пауза слишком уж затянулась. – И какой у тебя любимый клуб? – нерешительно спросил он. – Катапульты Кайрфилли, – улыбнувшись, сказала Панси. – А у тебя? – Пушки Педдл! – гордо сказал Рон. – И пусть у них сейчас небольшая чёрная полоса, они всё равно всем ещё покажут! – О да… – закатила глаза Панси. – Непременно. Когда-нибудь. Они снова замолчали. Ещё через несколько минут пиво кончилось, и Панси достала из корзинки ещё пару бутылок, а также несколько аппетитно выглядящих сэндвичей. Рон невольно подумал, что это свидание не такое уж и отстойное. Пиво, сэндвичи, квиддич… Да, это определённо неплохо. А если Гарри, как всегда, поймает снитч, так и вообще… А он его поймает. – Как думаешь, твой парень сегодня снова облажается? – небрежно спросил он. – Я про хорька. – Не называй моего парня хорьком, Уизли, – нахмурилась Панси. – Драко… Я в него, конечно, верю, но этот ваш Поттер… В общем, крупную сумму я бы на Драко не поставила. – Другими словами, ты тоже думаешь, что хорёк сегодня снова отсосёт, – удовлетворённо кивнул Рон. – Что и требовалось доказать. Ты же в курсе, что у вас самый отстойный ловец из всех факультетов? – Драко старается, – дипломатично ответила Панси. Она стряхнула крошки с колен и снова приложила к глазам омнинокль. – О, кажется, они начинают! Рон глотнул пива и тоже приник к омниноклю. Матч действительно начался. Было немного странно смотреть его не на стадионе, среди орущих болельщиков, а в полной тишине рядом с Паркинсон, но… Чёрт, он-то думал, что вообще пропустит матч! – Знаешь, когда ты настояла, чтобы мы встретились именно сегодня и именно в это время, я подумал, что ты специально хочешь, чтобы я отказался, – признался он, наблюдая за тем, как Анджелина и Кэти прорываются к кольцу слизеринцев, перебрасывая друг другу квоффл. – Ну или чтобы я пропустил матч и разозлился. – Зачем бы мне тебя злить, Уизли? – удивлённо спросила Панси. – Нет, я не спорю, иногда это бывает забавно, но раз уж я согласилась, кхм, провести с тобой время, то было бы глупо злить тебя и превращать это… свидание… в что-то совсем уж безобразное. Судя по характерным паузам в речи слизеринки, а также по её порозовевшим щекам, она явно смутилась. Рон поймал себя на том, что ему нравится, когда Панси краснеет и тут же сам густо покраснел. Он не совсем понимал, что именно происходит, но это свидание уже определённо нельзя было назвать стрёмным. – Вообще-то, я в этом году пробовался на вратаря, – смущённо пробормотал он. – Тоже сейчас мог бы там летать… Если бы не этот придурок Макклаген. – Макклаген? Да, он действительно придурок, – хихикнув, сказала Панси. – Но не переживай, Уизли. Если верить нашей разведке, ты всё равно сидишь на метле, как собака на заборе. Макклаген просто избавил тебя от публичного унижения, только и всего. Это было обидно, но крыть было нечем. Рон прекрасно знал, что он далеко не самый лучший квиддичист в мире. Он и на вратаря пробовался именно потому, что на охотника всё равно бы не потянул. Просто это было семейной традицией. Все его старшие браться в своё время были в сборной факультета. Чёрт, да даже Джинни имела неплохие шансы в следующем году заменить кого-нибудь из старшекурсниц! Если бы не этот долбаный Макклаген… – Дай угадаю, о чём ты сейчас думаешь, – мелодично сказала Панси, не отрываясь от омнинокля. – Даже если бы ты облажался, Поттер всё равно поймал бы снитч. С тобой или с Макклагеном, без разницы. А так ты нарушил семейную традицию. Не попал в сборную факультета. Какой позор и всё такое. Я угадала? – Угадала, – проворчал Рон. – В самое яблочко. Ты что, мысли умеешь читать? – Нет, глупенький, конечно же, не умею, – хихикнула Панси. – Элементарная логика, только и всего. И да, мы, слизеринцы, с уважением относимся к семейным традициям. Даже если речь идёт о предателях крови. Это была неприятная реплика. Панси произнесла «предатели крови» так, словно это было не оскорбление, а невинная констатация факта, но от этого это прозвучало ещё хуже. Чёрт, а ведь он только-только поверил в то, что она нормальная… – Вся эта чушь с предателями крови, это просто… полная херня! – напряжённо сказал Рон. Он опустил омнинокль и пристально посмотрел на Панси. – Полная, мать её так, херня! Больной бред, выдуманный какими-то придурками! – Да не волнуйся ты так, Уизли, – удивлённо сказала Панси, тоже опустив омнинокль. – Это же не значит, что ты какой-то прокажённый. Ну, нравится твоему папаше цацкаться с магглами, так и что? Ты хотя бы чистокровный. Рон крепко сжал челюсти. На его скулах заиграли желваки. Панси вызывающе усмехнулась и глотнула пива из своей бутылки. – Ешь свой сэндвич, Уизли, и не смотри на меня так, словно я тебя смертельно оскорбила, – прищурившись, сказала она. – Ты прекрасно знал, кого именно приглашал на свидание. Да, я слизеринка. Да, я серьёзно отношусь к тому, что ты считаешь устаревшими чистокровными заморочками. И всё же я здесь, рядом с тобой. Пью пиво, смотрю квиддич и не плююсь ядом из-за того, что ты – предатель крови. Неужели этого недостаточно? Рон покачал головой и отвёл взгляд. Слова Панси звучали логично, но всё же… Предатель крови… Как ни крути, а звучало обидно! – Да ладно тебе, Уизли… – Панси протянула руку и коснулась руки Рона. Буквально на мгновение. Рон вздрогнул от неожиданности и удивлённо посмотрел на Панси. Слизеринка опустила глаза и покраснела, а потом глянула на Рона и робко улыбнулась. – Ты считаешь меня стервозной сукой, а я тебя – предателем крови. Ещё неизвестно, что обиднее. – Ну не такая уж ты и стервозная, – пожав плечами, сказал Рон. – Как оказалось. – Как мило, – хихикнула Панси. – Сочту это за комплимент. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, а потом вздрогнули и поспешно отвернулись. Рон приник к омниноклю, делая вид, что только что вообще ничего не произошло. Его уши предательски горели. Чёрт, чёрт, чёрт… эта Паркинсон… она же совсем не такая, какой казалась! Кто бы мог подумать? – Кстати, хотела тебя спросить… – пробормотала Панси. Она тоже смотрела в омнинокль, а её лицо было ещё румянее, чем за пару минут до этого. – С чего это ты вдруг взял и позвал меня на свидание? Да ещё и при всех? Прежде чем ответить, Рон взял небольшую паузу. Он не видел ничего такого в том, что он просто проспорил, но подозревал, что Панси это не понравится. Девушки же любят всякую романтичную дребедень. Вроде как. С другой стороны, врать неохота. Панси, вроде бы, нормальная, она не будет психовать. – В общем, мы с Гарри играли в шахматы и решили сделать ставку, – осторожно сказал он. – Если бы он проиграл, ему бы пришлось пригласить на свидание… кое-кого. А если бы проиграл я… в общем, я и проиграл. – Приемлемо, – пожав плечами, сказала Панси. – Чего-то в этом духе я и ожидала. Только не думала, что вы играли именно в шахматы. «Хорошо. Она действительно адекватная», – подумал Рон. – «А вот Гермиона точно начала бы орать». – Да твою ж мать! – громко воскликнула Панси. – Ёбаный Поттер! Опять! – Браво, Гарри, – ухмыльнувшись, сказал Рон. Да, это снова случилось. Гарри поймал снитч. И, как всегда, перед самым носом хорька. – Я в тебя верил. – Жаль, но это было предсказуемо, – вздохнула Панси. Она опустила омнинокль и улыбнулась. – Ладно, Уизли, мне пора. Хоть ты и придурок, но это было не самое худшее свидание в моей жизни. Если хочешь, можем даже как-нибудь повторить. – Повторить? – удивлённо спросил Рон. – В смысле? Ты что, хочешь… – Да, гриффиндорская ты дубина! – закатив глаза, прервала его Панси. – Я намекаю на то, что чуть позже мы могли бы ещё раз встретиться. Так обычно делают, когда первое свидание прошло нормально. Понимаешь, о чём я? – Понимаю, – кивнув, пробормотал Рон. – Я просто… Я не думал, что ты захочешь снова… Но если ты не против, то я тоже… В общем, я за. – Вот и славно, – улыбнулась Панси. – О месте и времени я тебе сообщу. Как и в этот раз, всё должно остаться в тайне. И не вздумай ко мне приставать, иначе я превращу тебя в жабу! Это было неожиданно. Очень неожиданно. Супермеганеожиданно. Рон почесал в затылке и поднялся на ноги. Панси Паркинсон, девушка Драко Малфоя… намекает, что не против… встречаться?! Что?! – А как же… – пробормотал он. – Как же Драко? Вы же с ним… – А что Драко? – деловито спросила скатывающая плед Панси. – Я не его собственность, знаешь ли. Он, конечно, парень представительный. Из хорошей семьи и всё такое. Но ты как бы тоже чистокровный. Ну а деньги… Я уже говорила, что для слизеринцев деньги далеко не главное, правда? В общем, если не будешь вести себя, как придурок, то… Она подмигнула Рону и многозначительно поиграла бровями. Рон судорожно сглотнул и отвернулся, густо покраснев. Чёрт возьми, да ведь он сейчас… он сейчас увёл у хорька девушку! Охренеть… – Только ты там себе ничего не надумай, – строго сказала Панси. – Я приличная девушка, и ничего такого не будет! И вообще, я ещё ничего не решила. Она уложила в корзинку омнинокли и пустые бутылки, а потом спрятала туда аккуратно сложенный пледик. Рон глубоко вздохнул и подумал, что сейчас нужно сказать что-то романтичное. – Наверное, ты сейчас собираешься что-то ляпнуть, – сказала Панси, выпрямляясь. – Не стоит, не порти впечатление. В общем, я побежала, а ты немного подожди. Нас не должны видеть вместе. Она шагнула к Рону и поцеловала его в щёку, после чего хихикнула, повернулась и быстро вышла, держа корзинку в руке. Рон потёр щеку и растерянно посмотрел ей вслед. Вид у него был совершенно обалдевший. – Охренеть… – чуть слышно прошептал он. – Я теперь реально встречаюсь со слизеринкой. Мама меня убьёт…