Перерождение с силой Спрингтрапа в МГА.

Прошло некоторое время с того случая, доктора всяческий обследовали Лёшу, и с каждым разом попадались всё сильнее, настолько что порой казалось будто они в один момент захотят его вскрыть, а ещё после этого случая его постоянно кормили какой-то странной жидкостью, что напоминала смесь мёда и молока, от которого Лёша очень хотел пить. Лёша не предпринимал больше попыток побега, в основном из-за того что ему некуда идти, а азиатским бомжом он становится не намерен. Доктора постоянно вкалывали ему различные препараты, которые то делали легче, то хуже, а то и всё сразу, но их действие быстро кончалось, из-за чего ему порой казалось что его хотят подсадить на препараты, чтобы потом его использовать в корыстных целях, но он быстро отбрасывал эти мысли. Так продолжалось день, за днём, пока в один момент они не перестали давать их, а количество обезболивающего сократилось в разы, от чего его тело постоянно скручивало, кожа под металлом горела, а мышцы болели как будто он 10 часов вечера занимался в зале, но доктора почему-то вели себя дружелюбно, будто так и надо, от чего у Лёша всё сильнее хотел их убить. И вот однажды его переводят в детский дом, чему Лёша не мог не обрадоваться, ведь он был на грани того чтобы сбежать, и перерезать весь больничный персонал. Там практический ничего не изменилось, разве что персонал был добрее, и ещё не знал на что способен Лёша, чему он был очень рад, ну и для справедливости этого он и сам не знал. Дальше секунды сменялись часами, часы днями, и ничего не предвещало беды, Лёша по-прежнему отыгрывал роль ни начто не способного ребёнка, хоть палки в колёса вставили врачи, что предупредили об опасности, но эта женщина не понимала как такая кроха как Лёша может причинить кому-то вред. — какой же ты милый зайка, не слушай что говорит эти злые докторшки, ты хороший, — говорила женщина, покачивая Лёшу на руках, — «господи, ты меня ещё и в жопу поцелуй блин». Лёша ненавидел все эти сюсюкалки с ним, каждый раз ему хотелось застрелиться, ну или хотя бы пристрелить кого нибудь, но видимо бог не слышит его молитвы, ведь с ним всё сюсюкались всё больше, и больше, от чего он даже имени своего узнать не мог, но в один момент больнице временно пришлось прекратить поставку специального обезболивающего, в основном из-за нападения злодея на больницу. — Ааааааааа!!! «Сука! Будь проклята эта больница! Доктора! Сиделки! Все!» — кричал Артём, ему начали вводить 1/3 от обычной его нормы, от чего его тело очень сильно болело. А воспитательница не могла ничего сделать, ведь коробка прибудет только через неделю, а лекарства оставалось на 2 дня, от чего она сильно нервничала, но всё же старалась успокоить Лёшу. И однажды Лёша не выдержал, когда воспитательница подумав что он наконец заснул, пошла попить чай, а Лёша в свою очередь выбравшись из своей детской кроватки, поломав деревянные ограждения. После Лёша с огромной болью по всему телу направился искать что-нибудь острое, — «лучше сдохнуть, чем терпеть это» — подумал Лёша, прокрадываясь мимо людей, что к него довольно не плохо получилось, всего один обернулся, но Лёша вовремя успел спрятаться. Спустя некоторое время Лёша нашёл крестовую отвёртку с не скользящей ручкой, чему он был очень рад, в прошлом жизни он очень много времени потратил, чтобы найти такую, ну это сейчас не важно. — «прошяй жестокий мир» — подумал Лёша, после чего совершает резкое движение к горлу, но ничего не произошло, Лёша посмотрел на отвёртку, она была сломана. — «вы серьёзно?» — подумал Артём, после чего услышал шаги, — Ааааааааа! — неожиданно его хватают и бегом куда-то несут, пока Лёша думал над своей никчёмности. По итогам его принесли к доктору, который посмотрел сначала на Лёшу, потом на воспитательницу, — и как это произошло? — Я! Я не знаю! Он каким-то образом сломал свою кроватку! А после я нашла его в кладовой! — кричала воспитательница, доктор на это лишь вздохнул, после чего схватился за что-то у Лёши, и потянув вытащил часть отвёртки, оказалось что Лёша воткнул её в свой метал.