Хранитель любви

В Норе каникулы проходили быстро. Гарри с Роном летали на метлах, выдворяли гномов и играли в плюй-камни. Целыми днями носиться по заросшему саду и не работать… Гарри ещё никогда не был так счастлив летом! Он даже перестал постоянно думать о Хогвартсе, из Норы жалко было уезжать. Гарри очень хотел бы проводить так каждое лето. На вокзал семейство выдвинулось на фордике мистера Уизли. Он очень хотел полететь, но миссис Уизли была непреклонна в своем недоверии. Поехали по-магловски. И уже начинали опаздывать. Все торопились, Перси проскочил на платформу первым. Он стал старостой и очень переживал из-за своей задержки. Джинни с родителями пошла следующая, все боялись, что она не найдет хорошее купе в свой первый год. Фред с Джорджем не стали пропускать Гарри и Рона. Когда пришла их очередь случилось неожиданное: проход оказался закрыт. Гарри с Роном с ужасом смотрели на вокзальные часы, стрелка неумолимо приближалась к отбытию Хогвартс-экспресса. — Давай вернемся к машине, подождем твоих родителей там? — понуро предложил Гарри, когда стрелка встала ровно и озвучила свой приговор. — Машина! Мы можем полететь за Хогвартс экспрессом! — восторженно предложил Рон. Его гриффиндорская натура желала приключений. И лето за играми на природе наложило свой отпечаток. — А ты умеешь водить? — неуверенно спросил Гарри. — Там ничего сложного. Пошли! В этот момент перед ними возник мистер Уизли. — Вот вы где, мы уже волноваться начали! — сказал он. — С проходом что-то случилось, он заперт. Молли вся извелась, думала, Гарри украли. — И меня, — буркнул Рон. — Ты не омега, — возразил мистер Уизли, будто это все объясняло. Гарри в очередной раз задумался, что такого особенного в омегах. Стоило спросить Гермиону. — Идемте, вернемся домой. Думаю, Дамблдор разрешит вам пройти камином. Окажетесь в школе первыми! Гарри был рад, что все безопасно разрешилось. Но грустил, что не смог проехаться на поезде. Он был по-своему особенным. Они дождались Молли в машине, она обещала отправить Фреду и Джорджу громовещатель за то, что те не пропустили младших вперед. С проходом случилось что-то странное: стоило только мальчикам уйти с вокзала, он открылся. В Норе красивый серебристый призрак животного объявил, что Гарри с Роном смогут воспользоваться камином через три часа. У мальчиков появилось свободное время на прогулку в саду. — Что это было? Волшебный способ связи? — поинтересовался Гарри. — Первый раз вижу, — признался Рон. Гарри полез на дерево, где они с Роном устроили свою базу. Можно было возвращаться к игре.

***

Снова путешествовать камином было страшно. Гарри боялся, что его не туда занесет, и он окончательно потеряется. Миссис Уизли уверяла, что около Хогвартса гораздо меньше каминов, чем в центре Лондона, и он не промахнется. В этот раз Гарри был готов к завихрениям магии и смог четко произнести: «Хогвартс!».

***

Снейп смотрел на директора недовольно, впрочем, в этом не было ничего необычного. — Он омега, Альбус. Боюсь, этот ребенок не исполнит пророчества, — как только Дамблдор передал ему содержание письма миссис Уизли, зельевар стал сам не свой. — Ты предвзят. Омеги исключительны, они не равны по силам и возможностям мужчинам и женщинам. Они нас превосходят! Сила любви… как никому другому, она подвластна омегам… — Вот именно — они исключительны. И рисковать омегой все равно что совершать преступление против магии! — настаивал Снейп, которого не впечатляли надоевшие разговоры о любви. Он был бы рад больше не участвовать в жизни этого несуразного ребенка, отпрыска придурка Поттера. А для этого нужно было убедить директора найти другого героя. Чем Лонгботтом плох? Хоть он и раздражал своей неловкостью, терпеть его было бы гораздо легче. — Любовь — та сила, что мы можем противопоставить Тому. А омеги само воплощение любви! Все сходится, разве ты не видишь, Северус? — Это просто нелепо, — пробурчал про себя Снейп. Дамблдор мог из чего угодно сделать складную красивую историю. — Они скоро прибудут. Ты можешь первым поздороваться с одним из трех омег Хогвартса, — лукаво сверкнул глазами Дамблдор. Он всегда знал, что Снейп скрывает свою романтическую сторону. И верил, что тот в тайне обожал сказки про омег и истинность. Северус очень аккуратно относился к тем двум омегам, что уже учились в Хогвартсе. Он даже не назначил отработок мистеру Эдвардсу, когда тот прогулял его урок. Это было совсем не свойственно ворчливому зельевару. — Обойдусь, — прошипел Снейп и, не прощаясь, вышел.

***

Гарри и Рон встретились с Гермионой лишь на праздничном ужине. До этого они еще успели погулять вокруг озера, пока не приехал Хогвартс-экспресс. Погода была на редкость хороша. За факультетским столом завязалось живое обсуждение, почему мог закрыться проход. — Признайся, Поттер, — послышался голос Малфоя, который специально решил пройтись рядом с Гарри. — Ты испугался ехать со всеми на поезде, маленькая беззащитная омежка, — дразнил слизеринец, который не смог стерпеть, что Поттер в очередной раз отказал ему в союзничестве. Сейчас это казалось даже более обидным, неужели только Драко почувствовал их связь? Его подпевалы противно загоготали. — Ничего я не испугался! — возмутился Гарри. — Отвали, Малфой! — вступился Рон. Потом началось распределение, Джинни счастливо уселась рядом с Гарри и стала здороваться с остальными. Рон не мог дождаться пира, хотя миссис Уизли хорошо покормила их перед отправкой в Хогвартс. Гермиона потом возмущалась, что он неаккуратно ест. Рон привычно спорил с ней. Гарри чувствовал счастье, конец лета выдался очень хорошим. Он даже не обратил внимания на внимательный и хмурый взгляд профессора Снейпа.

***

— Первым же уроком Зелья! — возмущался Рон за завтраком на следующий день. — Со слизеринцами! Почему всегда с ними, а? — Это Снейп специально так расписание составляет, — Гарри был уверен в мелочности профессора. — Профессор Снейп, — без энтузиазма поправила его Гермиона. Они вошли в темный класс зельевара. Света тут всегда не хватало, особенно гриффиндорцам, привыкшим к уюту и солнечности собственной гостиной. Гарри бросил сумку на предпоследнюю парту, на последнюю он садиться перестал, когда понял, что у Снейпа есть привычка стоять за спиной. Это сильно напрягало, когда он бесшумно подходил к тебе сзади. От неожиданных язвительных комментариев под ухо и сердце могло остановиться. Поттер частенько думал, что Снейпу бы больше подошло быть наемным убийцей, чем преподавателем. Тихая и безжалостная огромная летучая мышь. Снейп как всегда резко вошёл в класс, хлопая дверью, чтобы его приход был замечен. Класс притих, даже слизеринцы, которым он явно потворствовал, не позволяли себе разговоров. Малфою пришлось прервать пародию на Гарри-омежку. Поттер тем временем зло сжимал в руках перо. — Достали пергаменты, — приказал Снейп. Он махнул палочкой на доску, и там появился рецепт, который все тут же начали переписывать. — Бодрящая настойка. Простое зелье, с которым бы справился даже первокурсник, умей он пользоваться палочкой, — слизеринцы захмыкали, смотря на гриффиндорцев. На змеином факультете все умели пользоваться палочкой до школы, родители учили их нескольким простым заклинаниям летом, а до этого могли давать свои палочки для тренировок. — Ошибки могут приводить к разнообразным неприятным осложнениям, — Снейп с такой интонацией произнёс слово «неприятным», что Гарри передёрнуло. — В конце урока я предложу некоторым из вас выпить получившийся вариант. Гарри был абсолютно уверен, что он будет первым, кому это предложат. Омега старательно варил зелье, не отвлекаясь даже на ворчание Рона. Снейп по классу не ходил, а что-то быстро писал за столом. Это было хорошо, он здорово сбивал Гарри рабочий настрой своими комментариями. Слизеринцы тихо хихикали между собой. Через полчаса многие из них закончили и стали отправлять Гарри записки в виде птичек, которые клевали его то в нос, то в щеку. Пока Поттер молча отбивался, стараясь не нарваться на снятие баллов на первом же уроке в году, его зелье стало серо-голубым, что было далеко от нужного коричневого цвета. — Минус пять баллов гриффиндору, Поттер, — прошипел Снейп. — Прекратите махать руками. Как будто он просто так! Тут целый бой с бумажными птицами! Сдавать зелье Снейпу он не спешил. Невилл тоже в ужасе медленно шел к столу профессора. Слизеринцы собрали вещи, но не уходили, надеясь на представление. Больше половины гриффиндорцев уже покинули темный класс, не имея желания задерживаться. И еще никого не заставили хлебать собственное зелье. — Мистер Лонгботтом, прошу, — Снейп вернул колбу трясущемуся Невиллу, противно ухмыляясь. — Пейте, если не можете сказать, в каком месте ошиблись. И лучше сразу после этого бегите в уборную. Гарри усердно перечитывал рецепт, пытаясь понять, где была ошибка у него, пока потеющий от страха Невилл отвинчивал крышку на своем пузыре с зельем. Он сделал глоток, жмурясь, и сразу убежал из класса, держась за рот. Рон встретился глазами с Гарри для поддержки и пошел к столу. — Вы настолько умудрились испортить зелье, мистер Уизли, что пить это опасно. Так что жду вас на отработках сегодня вечером, если не назовете все свои ошибки. Рон попробовал и был отослан почти сразу. Гарри был последний. Он старался смотреть на Рона, а не на ухмыляющихся слизеринцев, пока шел к профессору. Встав рядом со столом, Гарри протянул свой пузырек на обзор Снейпу, надеясь на отработки. — В чем же ошибка, мистер Поттер? — язвительно спросил Снейп, однако не так раздраженно, как обычно. Гарри что-то пробормотал. Сзади смеялись над его неуверенностью, но у омеги будто вышибло дух. Он чувствовал магию профессора, приятную свежесть, которая ассоциировалась с прохладной водой в жаркий день. Ощущения были такими же странными, как тогда рядом с Драко. Но в этот раз Гарри стоял ближе. Профессор тоже витал в своих мыслях и не спешил оглашать наказание. — Отработки, — сказал Снейп севшим голосом. Потом быстро исправился и прежним противно-командным тоном объявил, — жду вас вечером вместе с мистером Уизли драить грязные котлы. Слизеринцы, так и не дождавшиеся обычного разноса Поттера, стали выходить из кабинета. Гарри все стоял, не в силах отойти от стола преподавателя. — Вам нужно особое приглашение на выход, мистер Поттер? — вернул его Снейп с небес на землю. — Нет, — пробормотал Гарри, резко разворачиваясь к выходу. Он поспешил к столу за сумкой и вылетел из класса вместе с удивленным Роном.