Холодное сердце Блэк

      Особняк де Ро. Декабрь 1987 год.             Как я уставала после изнурительных тренировок с Исидой! Зато я стала намного выносливее, могла бегать несколько километров, не уставая, или применять стихийную магию около получаса. Это был успех, ведь раньше моей силы едва хватало на пять минут. Бабуля учила правильно ее направлять, мы оттачивали точность и изящество, но не забывали и о грубых приемах.       Моей отдушиной стала переписка с близнецами по вечерам. В основном со мной общался Фред, так как им было неудобно писать вдвоем на одной тетрадке, и Джордж уступил. Каждый вечер я рассказывала своему другу, что новое успела освоить, какие приемы выучить и какие книги прочитать. Фредди всегда увлеченно «слушал» мои рассказы, удивляясь тому, какая я необыкновенная, умная и сильная ведьма (это по его скромному мнению). Он также разделял мою любовь к полетам. Исида все же подарила мне метлу, но наказала быть очень острожной и не пытаться делать опасные финты. Честно говоря, мне и не хотелось этого. Я любила само чувство свободы, когда ты паришь в воздухе. Фред же обожал рисковые трюки. Один из его старших братьев, Чарли, был капитаном сборной Гриффиндора и учил близнецов играть в квиддич, а также всякими необыкновенным финтам известных волшебников. Я очень долго сомневалась, стоит ли рассказывать Фреду о моем пристрастии к игре на гитаре. Все же это маггловский инструмент, и не все волшебники его одобряли. Мои терзания оказались напрасны. Фредди восхищенно воспринял новость о том, что я играю и даже пою. Он захотел как-нибудь послушать мою игру. Мне начало казаться, что, что бы я ни рассказала ему о себе еще, он все воспримет с восторгом. Это было так волнующе. Неужели это и есть настоящая дружба?

***

      Рим, поместье Забини. 4 Марта 1988 год.       Исида заявила, что мне необходимо отдохнуть от обучения и немного развеяться, иначе мой мозг и тело просто расплавятся. Это правда. Я наконец достроила прочную дверь в своем сознании, надежно спрятав все воспоминания. Теперь нас ждало противостояние вторжению легилимента, которое мы начнем изучать сразу же после возвращения из Италии.       — Блейз! — я побежала навстречу другу, как только завидела его на горизонте.       — Вау, Цефея, какая ты красотка. Мы не виделись всего три года, а ты так похорошела. Что же нас ждет в Хогвартсе, — Блейз игриво подмигнул мне, на что я лишь закатила глаза.       Мы пообедали в веселой обстановке, Исида и Изабелла трещали без умолку, как и мы с Блейзом. Было видно, что все мы соскучились друг по другу. После чая мы с Блейзиком пошли летать.       — Вау! Как круто ты летаешь! — Блейз, как и мои близнецы, любил опасные приемы. — Ты будешь пробоваться в команду по квиддичу?       — Конечно, я стану лучшим охотником Слизерина! Ладно, даже если и не лучшим, то самым красивым уж точно.       — Да, скромности тебе не занимать, — я рассмеялась. — Если никто не согласится присвоить тебе этот титул, то ты сделаешь это самостоятельно.       — Как так? Ты тоже не согласишься? Ты убиваешь меня, Цефея Блэк, — Блейз хитро прищурился. — Или этот титул ты присвоишь своим близнецам?       — Почему это сразу мои, — я только сейчас заметила, что мысленно сама зову их своими. — И, если хочешь знать, Фред недавно сказал, что они собираются быть загонщиками. Твои прямые противники!       — Фред сказал? Значит Фред… — мой друг задумчиво нахмурился. — Стой, а вы общаетесь чаще, чем два раза в год?       — Да, ой, я же не рассказала тебе! Я такое нашла! — я поведала Блейзу о парном дневнике.       Остаток дня мы провели, играясь в комнате Блейза. Под вечер я не выдержала и попросила Изабеллу показать мне библиотеку, в которой бы и уснула, если бы не Блейз, который отнес меня в мою комнату.

***

      Рим, поместье Забини. 5 Марта 1988 год.       — Блейзик! Просыпайся! — я прыгала на огромной кровати друга, кидая в него подушки. — Давай, а то проспишь все самое интересное!       — Мерлин, Цеффи, зачем так громко, — Блейз сонно потянулся, стараясь прогнать дремоту.       Я знала, что его точно развеселит. Я призвала воду из графина на столике, заставила капельки отделиться друг от друга и парить в воздухе, создавая блики.       — Вау… — только и смог сказать Блейз.       В следующую секунду я устремила все капельными на своего друга.       — ААААА! ЦЕФЕЯ БЛЭК! — заорал Блейзик.       — Тебе же весело, признай, — я обняла друга. — С днем рождения, красавчик.       — Спасибо, моя прелесть. Это уже мой лучший день рождения.       После праздничного завтрака мы вместе с Изабеллой отправились по магазинам. Тетя Иза, как она разрешила мне себя называть, была настоящей модницей. Я бы назвала ее серым кардиналом всей модной индустрии Италии, так как, судя по рассказам Блейза, любая новая коллекция или показ не могли обойтись без одобрения Изы. Если ей что-то не нравилось, то дизайнеры переделывали все заново, даже если до мероприятия оставалось несколько дней. Блейзик перенял от мамы чувство стиля: всегда элегантный, аккуратно причесанный. В Хогвартсе у него не будет отбоя от девчонок, интересно, он когда-нибудь влюбится по-настоящему?       Мы обошли уже несколько бутиков, в каждом из которых нас приветствовали словно королей. Тетя Иза выбрала мне огромную кучу разнообразных повседневных нарядов. Мы даже посетили ателье самой леди Забини, в котором с меня сняли мерки.       — Никогда не знаешь, когда тебе понадобится платье. Если что, ты всегда знаешь, кому надо писать, — Изабелла подмигнула мне.

***

      Вечером мы устроились вместе с Блейзом на террасе, и он попросил меня сыграть что-нибудь на гитаре. Как я могла отказать имениннику! К тому же мне очень хотелось, чтобы песню, которую я написала сама, смог оценить кто-то в похожем положении, кто-то, для кого это тоже реальность.

Alessia Cara — How Far I'll Go

      I know everybody on this island, seems so happy on this island       Всех же устраивает их жизнь. Вся эта аристократия довольна своим положением.       Everything is by design       Все делают то, для чего они родились. Продолжают свой род.       I know everybody on this island has a role on this island       Каждый ведет собственную игру, возможно, так и должно быть?       So maybe I can roll with mine       Смогу ли я быть такой же идеальной чистокровной девушкой? Смогу ли я реализовать себя в семье и муже?       I can lead with pride, I can make us strong       Я могу напомнить всем о величии Блэков, укрепить наше положение в обществе.       I'll be satisfied if I play along       И мне это даже будет в радость.       But the voice inside sings a different song       Но в душе я хочу выбрать другой путь, хочу достигнуть высот иным способом, хочу сама стать главным героем.       What is wrong with me?       Права ли я? Смогу ли я?       — Как тебе? Я сама написала эту песню, — я с опаской посмотрела на друга. Вдруг он скажет, что это самое ужасное, что он когда-либо слышал?       — Это было сильно, Цефея. Это очень круто. Я… Я в полном шоке. В хорошем смысле, — Блейз взял меня за руку. — Эта песня отражает всю тебя, подруга. И не смотри на меня так, я не считаю твои терзания идиотскими. Наоборот. Ты очень крепкая и храбрая девушка, а еще умная и обаятельная, что тоже немаловажно. Этот мир твой, Цефея Блэк. Так возьми у него все, что хочешь.       Блейз понял меня. Я была так растеряна.       — Меня тоже обучали в соответствии со всеми чистокровными традициями, но взгляды моей мамы, как и твоих бабушек, были демократичнее. Моя мать воспитала меня настоящим джентльменом, уважающим свободу и самостоятельность девушки. Я горд тем, что дружу с тобой, Цеф, и никогда не слушай никого, кто будет думать, что твое место в доме рядом с мужем. Ты можешь сделать больше.       Я обняла Блейза. Мне действительно было важно почувствовать поддержку близкого человека.       — А какой у тебя мощный голос. Просто чудо, — Блейз лукаво посмотрел на меня. — Кстатиии, Фред слышал, как ты играешь?       — Нет, конечно, я же не могу взять гитару в магазин игрушек. Он только знает, что я умею играть.       — Получается, я первый твой слушатель? — глаза Блейза странно заблестели. — Как он будет мне завидовать, когда я ему расскажу об этом в Хогвартсе.       — Брось, почему ты так думаешь, может ему вообще все равно. Он мог просто писать мне, что ему интересны мои увлечения, только чтобы не обидеть, — я недоверчиво посмотрела на друга.       — О нет, нет. Исключено, — Блейз виновато посмотрел на меня. — Прости, но я вчера залез в ваш парный дневник. Ты уснула, а он постоянно мигал. Похоже, ты не написала Фреду, как делала это обычно, и он испугался. Там огромное количество его сообщений. И да, я уверен, ему точно не все равно, раз один пропущенный разговор его так взволновал.       — Ты что делал?! Ты читал мою переписку! Блейз! Негодник! Стоп! Фред! Я же не написала вчера… Там был такой интересный фолиант об архитектуре Рима… Я совсем зачиталась. Мэт! — я позвала домовика Блейза и попросила принести тетрадь в черной обложке из моей комнаты.       Я буквально выхватила тетрадь из рук Мэта и принялась читать сообщения Фреда.       «Цеф? Ты уже уснула? Обычно в это время ты еще не спишь…»       «Все в порядке, малышка?»       «Почему ты не отвечаешь? Я тебя чем-то обидел?»       «Ответь, прошу тебя, я сказал что-то не то?»       «Давай спокойно поговорим и разберемся! Пожалуйста, не игнорируй меня».       Мерлин! Он же и правда переживал. Надо обязательно объяснить, он поймет. Фред ответил буквально спустя минуту. Он не обижается! Просто испугался за меня. Слава Мерлину…       «Какие они милые. Интересно, когда они осознают свои чувства? Пусть Уизли только попробует обидеть мою подругу, голову за нее оторву», — думал Блейз, наблюдая за умиротворенным лицом Цеф.