Творец судьбы

      Остаток постельного режима длиной в неделю Леонардо воспринимал без энтузиазма, предчувствуя очень скучное времяпровождение. Хорошо хоть, что Георг не отказал в небольшой просьбе и принёс несколько книг, скрасивших время.       Также Роланд начал пускать посетителей, которые как будто того ждали, сидя под дверью. Во всяком случае, у Леонардо сложилось именно такое ощущение, когда к нему, в числе первых, скопом завалились Жанна, Геракл, Линт и Зеновия, заглянувшие по пути на утреннюю тренировку. Шума от первых двух было столько, что Роланд воспользовался авторитетом лечащего целителя и выгнал всех уже через пару минут, после чего установил правило: не больше одного посетителя за раз. Он даже поставил на дверь сигнальные чары, чтобы всегда быть в курсе.       За это Леонардо ему не был благодарен. После наполненных одиночеством и скукой дней ввалившаяся толпа показалась ему глотком свежего воздуха, которого его быстро лишили, оставив лишь тоненький сквознячок одиночных посетителей. Но они, хотя бы, приходили часто. На протяжении дня кто-нибудь из товарищей регулярно заглядывал перекинуться парой слов или полноценно поболтать. За эти постоянные визиты Леонардо был признателен каждому из них, благодаря им мальчик чувствовал, что не одинок, что всем им не безразличен. Это было очень приятное чувство.       Чаще прочих его навещали Марсилио и, как ни странно, Зигмунд. Последний, правда, поспешно отговорился тем, что из-за сломанных ног Зигфрид на время реабилитации запретил тренировки и охоту на нечисть. Лишённый привычного времяпровождения, Зигмунд внезапно осознал, что не знает, чем заняться, из-за чего зачастил к такому же страдающему от скуки сверстнику. Леонардо не мог упустить возможности подколоть это оторванное от реальной жизни дитя Церкви, но вместе с тем решил макнуть Зигмунда в современный мир по самое не могу и сделать из него нормального человека. Отправлять смотреть фильмы не стал — хотел лично понаблюдать за реакцией, — поэтому начал с художественной литературы, которой вокруг его кровати было предостаточно. Скука одолела Зигмунда настолько, что он даже почти не ворчал о бесполезном времяпровождении… а потом книги его затянули. Пришлось просить Марсилио принести ещё книг на замену утащенных Зигмундом.       Коннла заглянул лишь пару раз, которых хватило, чтобы понять, как сильно его задело, что он дважды едва не умер от одного и того же. Как он сам сказал: хочет во что бы то ни стало придумать, как избавиться от настолько очевидной слабости Ночного Отражения. Поэтому он погряз в тренировках.       Цао Цао тоже навестил Леонардо. Увидеть, что лидер действительно потерял глаз, и теперь правую глазницу закрывает повязка, было странно. До того Леонардо было сложно поверить, что кажущегося непобедимым Цао Цао смог ранить Красный дракон, который с ним даже рядом не стоял. Нет, конечно, при помощи Сунь Укуна, прозванного Непобедимым Буддой, даже у самого хилого демона есть шанс… но Леонардо до последнего думал, что это шутка. Впрочем, сам Цао Цао, кажется, по этому поводу не переживал, относясь к потере довольно-таки флегматично.       Дня, когда Роланд провёл последний осмотр и выпустил Леонардо из палаты, мальчик ждал с нетерпением. Прощай, постельный режим и надоевшие белые стены! И пусть ослабленному телу ещё требовалось время на окончательное восстановление, а Георг не спешил распечатывать Святой Механизм, но Леонардо теперь хотя бы не был ограничен в передвижениях по штабу и ему разрешалось понемногу колдовать.       Покинув палату, к своему удивлению Леонардо осознал, что вдруг стал популярен у людей фракции. Каждый третий, проходя мимо, обязательно здоровался, каждый четвёртый подбегал, чтобы поблагодарить. Как позже объяснил Георг, благодаря Крушителю Баланса Творца Уничтожения люди смогли собрать всех раненых без исключений и даже забрать павших. Многие смогли выжить благодаря тому, что частично воплощённые существа уничтожили всех нелюдей в Арасияме и не допускали новых.       Видеть искреннюю благодарность, пусть даже за то, что сделал неосознанно, было приятно, но вместе с тем Леонардо чувствовал себя не в своей тарелке и подумывал передвигаться по коридорам исключительно в капюшоне. Он никогда не любил быть в центре внимания.       Правда, времени шляться по коридорам особо не было. Георг загрузил Леонардо различными техниками по контролю мыслей, заставляя оттачивать их до совершенства. Но начать заставил ещё в палате, чтобы уменьшить вероятность даже случайного воспроизведения цепочки-триггера. Потому что легко просто сказать: не думай. На деле это оказалось весьма проблематично, ведь мысли молниеносны, а цепочка коротка и так и норовила всплыть в голове при воспоминаниях о Киото. Складывалось ощущение, что она желала оказаться воспроизведённой, потому что пыталась активировать Святой Механизм даже будучи воспроизведённой неосознанно и неосмысленно. Георгу приходилось неоднократно срываться и переноситься к ученику, когда чувствовал беспокойство печатей. Если Святому Механизму удавалось их повредить — восстанавливал и читал нотацию, если нет — только второе. Леонардо было стыдно постоянно дёргать Георга своей неосторожностью, ведь у того и без него много дел, поэтому старался освоить выданные техники и пользоваться ими. Более-менее получалось, во всяком случае в половине случаев удавалось оборвать цепочку до её полного воспроизведения и переключить мысли на другое. Вступительное слово «чудовище» мальчик постарался выкинуть из словарного запаса вообще.       Права на вольность мыслей у Леонардо больше нет, только жёсткий контроль. В этом виноват он сам, позволив себе упустить контроль над Крушителем Баланса, и теперь вынужден учиться жить с последствиями. Будет урок на всю жизнь, нечего забывать о том, что Святые Механизмы чутки к эмоциям и могут быть непредсказуемы.       Снова превращаться в кровожадную машину убийства Леонардо не хотел.       Спустя ещё неделю Георг счёл, что Леонардо достаточно восстановился и достаточно хорошо контролирует свои мысли, чтобы снять печати и начать осваивать Крушитель Баланса. Сейчас, после всего устроенного в Киото, третий Лонгин фракции Героев нужен во всей своей силе, как никогда.       Снятие печатей проходило в одном из самых больших тренировочных залов штаба. Когда они с Георгом пришли туда, Леонардо удивился, увидев ожидавшего их Цао Цао. Хотя, нет. Наверное, не должно быть ничего удивительного в том, что он решил лично понаблюдать за прогрессом одного из козырей своей организации.       — Ну как, хорошо обдумал направление Крушителя Баланса? — поинтересовался Цао Цао.       — Да, я обдумал то, что мне говорили о том, каким он был в Киото, и сформировал подходящий образ. Но неужели действительно достаточно просто сосредоточиться на нём? — не очень уверенно уточнил Леонардо.       По сути, его Крушитель Баланса был незавершённым и представлял собой сборную-солянку из наиболее часто используемых приёмов. Для максимально эффективного функционирования его нужно оформить в конкретный образ с конкретными функциями. Образ Леонардо продумал заранее, и теперь пришло время воссоздать его на практике.       — Сосредоточиться и направить волю и желание на его изменение. Не забывай, что Святым Механизмам свойственно меняться в соответствии с желаниями владельца, режим Крушителя Баланса не исключение.       Леонардо понятливо кивнул. Цао Цао в этом вопросе разбирался даже лучше Георга, потому что сам уже довольно продолжительное время настраивал свой Крушитель Баланса. Вроде как он уже близок к тому, чтобы его завершить, но не хватает проверки в реальном бою.       — В таком случае, я готов, — известил мальчик, в ожидании посмотрев на Георга.       — Хорошо, сейчас я сниму печати. Соберись, будь готов к резкому скачку силы и не позволь ей выйти из-под контроля, — предупредил маг, протягивая руки к груди Леонардо.       Кивнув, Леонардо прикрыл глаза и сосредоточился. За минувшие две с половиной недели с запечатанным Святым Механизмом он успел привыкнуть к отсутствию привычной теплящейся в груди силы, по желанию способной легко обернуться необъятным разрушительным пожаром. По сравнению с поселившейся в груди пустотой даже спокойно теплящийся огонёк станет похож на цунами, но в этот раз он будет куда больше и сильнее. Достигший режима Крушителя Баланса Святой Механизм по умолчанию увеличивает общий уровень силы артефакта и своего носителя. Поэтому даже в обычном режиме Творец Уничтожения с неразвитым Крушителем Баланса стал сильнее минимум в два раза.       Когда исчезли печати, Леонардо не сдержал судорожного выдоха и упёрся руками в колени, пытаясь привыкнуть к затопившей его силе. Если до того он ощущал себя пустой бутылкой, то теперь он стал бутылкой переполненной, из которой вода пытается вылиться через горлышко.       Нет, нельзя позволить, необходимо взять силу под полный контроль здесь и сейчас.       Вдох-выдох. Бешено забившееся сердце стало замедлиться, когда бурлящий вихрь мощи Святого Механизма начал успокаиваться и утихать, становясь мерно горящим огоньком в центре груди, как ему положено.       Да уж, сила действительно значительно возросла. Раньше Леонардо о таком влиянии Крушителя Баланса только слышал, а вот теперь довелось испытать на себе. И мальчик был в восторге. Он чувствовал, что стал намного сильнее, как такому можно не радоваться? Теперь осталось освоить Крушитель Баланса, и тогда их шансы в войне со всеми этими чудовищ…       Стоп! Забыть слово-табу. Переключиться на другое, тем более, что Георг и Цао Цао ждут от Леонардо реакции.       — Всё в порядке, — выдохнул Леонардо, медленно выпрямляясь и не переставая прислушиваться к Святому Механизму. — У вас тоже был настолько большой скачок в силе?       — Само собой. Он ощущается намного ярче, чем у обычных Святых Механизмов, всё-таки сила Лонгинов превосходит их, — отозвался Георг и внимательно всмотрелся в лицо Леонардо. — Что ощущаешь? Контроль не срывается?       — Нет, всё хорошо, никаких проблем. Меня просто немного дезориентировало от ощущений, я в полном порядке.       — Это хорошо. Значит, пора приступать к главному тесту. Если при активации Крушителя Баланса не почувствуешь угрозы разуму, постарайся продержать его столько, сколько сможешь, — распорядился Цао Цао, вынимая телефон. — Посмотрим, насколько тебя хватит. Георг…       — Да, — кивнул маг и обратился к Леонардо: — Если Крушитель Баланса выйдет из-под контроля, я сразу выключу твой Святой Механизм. Главное — сохраняй спокойствие. Приступай.       Прикрыв глаза, Леонардо сосредоточился на Святом Механизме, вызывая в памяти образ, в который нужно облечь Крушитель Баланса.       Руны и сопротивления. Первое, судя по рассказам Георга, вместило в себя если не все, то почти все руны футарка, которые Леонардо знал и применял, причём даже те, которые он никогда не использовал с Творцом Уничтожения за ненадобностью. Ведь зачем существам та же поисковая Беркана? Но Георг заметил её в числе прочих. Пораскинув мозгами, Леонардо пришёл к выводу, что даже на первый взгляд непригодные для боя руны не лишние. Каждая повышает ту или иную характеристику или придаёт дополнительные свойства, которые улучшат и разнообразят возможности существ. Та же Беркана усилит чутьё, за счёт которого враг рядом не сможет скрыть своего присутствия и за счёт которого существо сможет найти кого угодно без помощи создателя. Или усиливающая обучаемость Манназ повысит существам интеллект и даст возможность обучаться по ходу боя.       Леонардо намеревался максимально эффективно использовать все двадцать четыре руны. Потянет он их все сейчас? Как знать. Если нет, придётся часть перевести в неактивный режим, чтобы не расходовать на них энергию.       Вторым отличительным признаком существ Крушителя Баланса в Киото были четыре невосприимчивости: ёкаи, ангелы, падшие и демоны. В два раза больше, чем Леонардо мог до того. Но Крушитель Баланса на то и нужен, чтобы превзойти планку и открыть новые возможности. Получится придать больше четырёх невосприимчивостей? Нужно выяснять на практике.       И третья функция Крушителя Баланса, про которую не знал Георг, но которую Леонардо сумел вытащить из недр памяти. Он плохо помнил происходящее после пробуждения Крушителя Баланса, но, если поднапрячься, мог выудить какие-нибудь обрывки. Главное, ненароком не запустить триггер. И кое-что очень важное мальчик таки смог вытащить, хоть не уверен, было ли это на самом деле. Но попробовать просто обязан, потому что возможность менять свойства активной тени, не тратя лишние секунды на деактивацию и расширение с новыми настройками для новой партии существ, бесценна.       Итого у Крушителя Баланса три функции, которые он должен выполнять. Если не сейчас, то в будущем, но обязательно.       Пора его воспроизвести.       — Крушитель Баланса.       Творец Уничтожения полыхнул мощью, затопившей каждую клеточку тела. Сила, много большая, чем когда-либо, устремилась вниз. Открыв глаза, Леонардо увидел, как тень в мгновение ока покрыла весь тренировочный зал, а на её чёрной поверхности беспорядочно вспыхивали бесчисленные руны.       Поймав пристальный взгляд Георга, Леонардо кивнул ему, мол, всё в порядке. Мальчик не чувствовал, что Святой Механизм хочет выйти из-под контроля. Можно продолжать.       Прислушиваясь к Святому Механизму, Леонардо с досадой понимал, что все руны с несколькими невосприимчивостями одновременно не потянет. Всё-таки придётся деактивировать часть из них. С этой мыслью погасли девять наименее важных рун. А потом ещё одна — атака элементом Ансуз легко воспроизводится соответствующей настройкой на основе имеющихся в Творце Уничтожения данных.       Итого четырнадцать рун, нацеленных на магическое и физическое усиления атаки и защиты, плюс обучающая Манназ, от которой Леонардо упрямо не захотел отказываться.       Теперь сами существа. Антимонстры, по уже использованному в Киото примеру. Пятнадцать метров, четыре невосприимчивости, но лишь пять штук, чтобы сразу не свалиться с истощением. Всё-таки энергии Крушитель Баланса жрёт много, а Леонардо не до конца восстановился.       — Они слабее, чем в прошлый раз, — отметил Георг, изучая антимонстров.       — Убрал десять рун, — Леонардо устало упёрся руками в колени, чувствуя, как стремительно тают его силы, питая всё ещё активную тень. — Они не влияют на боевые характеристики. Так же, как тогда, я могу отсечь их от тени, и они не исчезнут. Они работают на собственном запасе энергии, который я в них вложил при создании, просуществуют где-то часа три. Ещё немного потренируюсь и смогу лучше усиливать их резервы через Феху.       — Прошлые бушевали примерно столько же, при этом мы не знаем, сколько они продержались в Пространственном разрыве, — маг подошёл к ближайшему антимонстру и попытался просканировать его магически. Он усмехнулся и кивнул в жесте одобрения, когда заклинания не прошли через защиту. — Что ещё можешь о них сказать?       — Кроме физической и магической неуязвимости? Обучаются по ходу боя, ускорение, защита от переподчинения, усиленные физические и магические атаки с проникающим эффектом, даже регенерация на случай, если кому-то удастся их повредить. Времени на создание тратится не больше, чем на среднеуровневых однотипных антимонстров в обычном режиме. И ещё… — Леонардо создал ещё несколько существ меньше размером и с другими невосприимчивостями, которые не были заложены изначально. Против скандинавской магии, греческой, драконьей, огненной, ледяной — новые существа выскакивали одно за другим. — Я могу менять характеристики активной тени. В обычном режиме вряд ли получится, но Крушитель Баланса даёт такую возможность. Частично воплощённые существа по функционалу те же…       Леонардо прервался на полуслове, когда в глазах потемнело, и сильнее вцепился в колени. Его хватит самый максимум ещё на минуту, если не производить новых существ.       — Леонардо, с тебя хватит. Выходи из Крушителя Баланса, — скомандовал Цао Цао, и Леонардо с облегчением последовал распоряжению. Лидер посмотрел на экран телефона и убрал его в карман. — Три минуты сорок восемь секунд. Учитывая, что не так давно ты лежал с критическим истощением, неплохо, но ты всё равно должен увеличить предел выносливости в Крушителе Баланса. Через полтора месяца ты должен держать его минимум полчаса.       — А что будет через полтора месяца?       — Пока ничего. Но всё может измениться, — задумчиво протянул Цао Цао, касаясь повязки на глазу. В том, что он уже что-то планирует, сомнений не было. Наверное, он ещё не составил план до конца, и потому не хочет говорить раньше времени.       — Приложу все усилия. Кстати, — Леонардо вспомнил об одном очень важном моменте, которым хотел заняться уже очень давно. — Раз мой Святой Механизм распечатан, могу я получить флакон Слёз Феникса на изучение?