Творец судьбы

      Освоение Крушителя Баланса напомнило Леонардо его первые тренировки под руководством Георга, когда наставник гонял его до потери сознания. Но теперь мальчик был сосредоточен исключительно на повышении выносливости и лимита времени пребывания в Крушителе Баланса, со всем остальным у него проблем не было. Приходилось держать режим активным практически до потери сознания, параллельно создавая существ и кому-нибудь противостоя. Подобные спарринги заканчивались очень быстро, когда Леонардо без сил падал на пол, но с каждым днём их продолжительность росла. По примерным прогнозам к указанному Цао Цао сроку Леонардо сможет сражаться в Крушителе Баланса даже дольше получаса. На пару минут, правда, но всё же.       Возможности обычного режима Леонардо также не преминул проверить, и остался доволен. Пожалуй, самое главное, на что повлияло наличие Крушителя Баланса — скорость создания существ, сократившаяся в общей сложности на три секунды, в разгаре боя воистину бесценных. Среднеуровневые антимонстры на один и два типа невосприимчивости выскакивали всего за пару секунд, слабее и вовсе почти мгновенно. Правда, время на выведение рун тратить приходилось всё равно.       Из прочих значимых достижений с участием Святого Механизма было заветное освоение Слёз Феникса. Их состав был куда сложнее яда гидры и занял почти двое суток, последние часы которых Леонардо держался на чистом упрямстве, не желая уступать дикой усталости и разыгравшейся мигрени. Когда он всё-таки добил состав, чувствовал себя так, словно вот-вот сдохнет, сил хватило только на то, чтобы отправить сигнал Роланду, который позднее не упустил шанса поворчать о том, как некоторые безумные дети плюют на своё здоровье. Шутка ли — едва выписался, чтобы через неделю вернуться.       Впрочем, ворчание целителя и пара дней паршивого состояния стоили того, чтобы фракция Героев перестала тратить бешеные деньги на каждый флакончик драгоценного лекарства.       Жаль только, что желание снабдить Слезами Феникса всех и каждого оказалось трудноосуществимо. Их воспроизведение отнимало безумно много сил, за пять флакончиков пришлось расплачиваться суточным восстановлением после истощения. Учитывая их ценность и редкость, такая партия была даже большой. Но и бойцов фракции, ежедневно сражающихся с мифологиями, было сотни. Леонардо пополнил запас фракции на пятнадцать флаконов, когда Георг постановил, что пока этого достаточно, и стоит сосредоточиться на Крушителе Баланса.       В подобном темпе изнуряющих тренировок летели смазавшиеся в единую череду дни. И они так бы не были нарушены, если бы утром в кафе Леонардо не разговорился с Марсилио. Тот больше не подрабатывал официантом, став одним из лучших разведчиков, и по уши был загружен соответствующей работой, но, как и многие обитатели штаба, любил питаться в кафе. Сегодня ему предстояло очередное задание, и он предложил Леонардо отправиться с ним, чтобы отдохнуть и размяться. Мальчик согласился сразу — он после Киото наружу не выбирался, утонув в тренировках.       Дело осталось за тем, чтобы отпроситься у Георга. Пусть угроза Асмодея давно миновала, но Леонардо всегда предпочитал ставить наставника в известность, если куда-то собирался.       Но Георг не спешил с ответом. Он какое-то время задумчиво рассматривал горы отчётов исследовательских центров, которые изучал до прихода Леонардо, прежде, чем вернуть внимание ученику.       — Ты ведь отдаёшь себе отчёт, насколько тебе опасно покидать пределы штаба? Асмодей, конечно, мёртв, но теперь ты одна из приоритетных целей для устранения у библейских фракций и их союзников.       — Я не сомневаюсь, что после Киото у них на меня большой зуб, и буду соблюдать максимальную осторожность. Я уже не тот, каким был год назад, смогу постоять за себя перед сильным врагом. Если не справляюсь, отправить сигнал тревоги — тем более.       — С этим я не спорю, с того инцидента ты значительно поднялся в силе, — маг задумчиво побарабанил пальцами по столу. Не спеша принимать решение, он уточнил: — Цель задания?       — Перехватили отчёт падших ангелов: обнаружили ещё одного владельца Святого Механизма целительного типа, — после этих слов Леонардо отметил, как посерьёзнел Георг, и понял, что теперь его держать не будут. В последнее время за целительными Святыми Механизмами устроили серьёзнейшую охоту, библейский союз прикладывает немалые усилия, чтобы не отдать их фракции Героев. Из пяти найденных пользователей упустили уже троих, причём одного нашли уже мёртвым - изъяли Святой Механизм. Других двух смогли отбить.       Исцеляющие Святые Механизмы превосходят целительную магию, потому их пользователи в условиях войны обрели огромную ценность. Упустить ещё одного нельзя.       — В таком случае, иди. Не копайтесь, опередите падших. И вот ещё что…       Звук открывшейся двери прервал Георга. Тот вскинулся, намереваясь отчитать визитёра за вторжение без стука и приглашения, но закрыл рот и удивлённо поднял брови, увидев, кто пришёл. Леонардо, обернувшись, и сам на миг потерял дар речи.       — Персей? — воскликнул он, во все глаза уставившись на парня, который как ни в чём ни бывало улыбнулся и махнул рукой. — Ты решил вернуться?       — За последние полчаса я слышу этот вопрос уже одиннадцатый раз, — хмыкнул Персей и покачал головой. — Извини, что огорчаю, но нет. Цао Цао попросил меня принести кое-что, что могу достать лишь я.       Леонардо приуныл и разочарованно поджал губы. Он уже успел обрадоваться, что Персей снова будет с ними.       — И сюда ты заглянул поздороваться? — спросил Георг.       — Почему нет? Давно ведь не виделись. Ещё и Леонардо тут нашёл. Слышал, ты достиг Крушителя Баланса. А ещё, что при этом едва не умер. Рад видеть тебя живым.       — Не представляешь, как я этому рад, — хмыкнул мальчик и чуть улыбнулся. Всё-таки он рад видеть Персея и даже не особо хотел дать ему в морду, как пообещал себе при их последнем разговоре. — Ты надолго?       — Не думаю, я уйду сразу после встречи с Цао Цао. Но перед ней я хотел кое о чём поговорить с Георгом. И с тобой, раз ты тоже здесь.       — Дай угадаю: ты снова недоволен действиями Цао Цао? — прохладно уточнил Георг, откидываясь на спинку стула. — Не пытайся, я поддержу его в любом решении.       — О, в этом я никогда не сомневался. Не переживай, я не собираюсь бухтеть о морали, хотя после новостей о том, что вы устроили в Киото, очень хочется, — едко протянул Персей, падая в кресло в стороне от заваленного отчётами стола. — Я всего лишь хотел обсудить один, в какой-то степени, философский вопрос. Как вы, двое, считаете, человек, который пересадил себе часть тела чудов…       — Персей! — резко одёрнул его Георг. — Никогда не произноси это слово при Леонардо.       Персей удивлённо посмотрел на мальчика, не понимая запрета.       — Последствия Крушителя Баланса, — поморщился Леонардо. — Скверная история, не будем об этом. Лучше вернёмся к твоему вопросу.       — Кажется, я пропустил много интересного… Ладно, не буду тебя терзать. Так вот, как вы считаете, человек, который пересадил себе часть тела… хм… монстра, может продолжать называться человеком в полном смысле слова?       Леонардо и Георг удивлённо переглянулись.       — Технически, он уже не человек, а химера, — первым ответил Георг, настороженно рассматривая Персея. — Ты не просто так задал этот вопрос. Какая подоплека?       — Ты не растерял своей проницательности, — одобрительно усмехнулся Персей, но улыбка сошла с его лица, сменившись подозрительным прищуром. — Но, раз ты спрашиваешь, значит, ещё не знаешь. Я думал, Цао Цао уже сказал тебе, что хочет пересадить себе глаз Медузы Горгоны.       Леонардо поперхнулся воздухом. Пересадить глаз той самой Медузы, которую сразил первый Персей? Похоже, Цао Цао не так уж флегматично относится к потере глаза, как кажется. И ладно бы, его решение, но после вопроса Персея и ответа Георга Леонардо не мог отмахнуться от мысли, что идея не такая уж и хорошая.       — Нет, этого я не знал, спасибо, что просветил, — после некоторого молчания ответил Георг. — Но что ты хочешь от меня? Что я пойду вместе с тобой капать ему на мозги? Персей, будь добр, избавь меня от этого. Я не разделяю твоего хобби.       — Но разве не ты только что сказал, что пересадка части тела монстра сделает человека химерой? — возразил ему Леонардо. Георг на его слова неодобрительно поджал губы, а вот Персей широко улыбнулся, довольный поддержкой. — Просто мне кажется, что это противоречит идеологии нашей фракции. Ведь мы стремимся одолеть мифологии, оставаясь людьми. Если Цао Цао отступит от установленных им же правил, не вызовет ли это недовольство и сомнения у наших людей?       — Вот именно, послушай умного ребёнка! — воодушевился Персей и привычным жестом потянулся взъерошить Леонардо волосы. Мальчик недовольно отпихнул его руку. — Не стесняется зрить в корень, а не покорно кивает на любое слово Цао Цао. Георг, я знаю, что ты не любишь спорить с Цао Цао, и знаю, насколько это тяжело, но порой необходимо. Как будто ты не знаешь, что его порой заносит. Сейчас как раз такой случай, и он напрямую касается благополучия фракции Героев. Сколько внутренних проблем породит пересадка глаза Медузы? Может, я ушёл, но мне всё ещё не всё равно.       Георг посмотрел сначала на Персея, затем на Леонардо, после чего поморщился и нехотя признал:       — Ладно, определённая доля истины в ваших словах есть, химеризация лидера действительно может внести беспокойство в ряды подчинённых. Противостояние с мифологиями набирает обороты, и внутренние распри нам на пользу не пойдут.       — Вот и помоги мне открыть ему глаза… глаз. Мои предупреждения он может проигнорировать, но к тебе он прислушивается больше, чем ко мне.       — Раз ты настолько против, зачем притащил глаз Горгоны?       — Чтобы, если не удастся переубедить, Цао Цао с головой макнулся в последствия своей гордыни. Пошло бы на пользу. А то что-то он давно не учился на своих ошибках, — хмыкнул Персей, поднимаясь с кресла следом за Георгом.       Маг смерил его холодным взглядом.       — При условии, что фракция пережила бы эти ошибки.       — А вы с Зигфридом здесь для красоты, что-ли? Втроём бы сладили.       — Помолчи, Персей. Ты больше не вправе решать судьбу фракции, особенно, экстремальными методами, — Георг кивнул на дверь и обернулся к Леонардо. — А ты марш на задание, пока падшие вас не опередили. И на всякий случай возьми с собой бойца из ближнего круга.       Леонардо отстранёно кивнул, находясь под впечатлением от финта Персея. Значит, пришёл отговаривать, а в случае провала берите, что просили, и крутитесь, как хотите? И при этом он ещё заявляет, что печётся о благе фракции?       — Не смотри на меня волком. Просто, когда слова оказываются бессильны, приходится действовать. Иногда жёстко, — грустно улыбнулся грек, заметив взгляд Леонардо. — Оба варианта пошли бы на пользу.       — Не подскажешь, почему мне снова хочется тебе врезать? — огрызнулся Леонардо, проходя мимо него к двери, но, взявшись за ручку, притормозил и уже спокойнее сказал: — Но я всё равно был рад повидаться. Надеюсь, ты ещё заглянешь. Только без всяких сомнительных уроков.       — Посмотрим, — хмыкнул Персей.       В коридоре они разошлись в разные стороны — Персей и Георг ушли к Цао Цао, а Леонардо, сверившись с поисковыми заклинаниями, связался с Линт. Она единственная из ближнего круга, кто сейчас не на задании.       Сборы много времени не заняли, и вскоре все трое встретились в телепортационном зале. Тогда Леонардо, наконец, спросил, куда они отправляются, и остро пожалел, что не сделал этого раньше, было бы время переварить новость.       Меньше всего мальчик ожидал, что задание отправит его в родной город.