Walking On Thin Ice

      На изумрудно-зелёном полотне отблескивали кристально чистые стёклышки росы, помутнённые пеленой — речным перламутром — нависшего утреннего тумана, окутывающего своими объятиями угольные абрисы грустно склонившихся деревьев яблок; скрывающего золотисто-медные завитки когда-то сочных, пышных, буйных листьев терракотовой вуалью середины осени, мрачным подтоном выделяя и напоминая о быстротечности неуклонно и упрямо уходящего времени. Среди палитры приглушённых красок сновали-мельтешили взволнованные фигуры торопящихся на работу уставших людей, спешащих, изо всех сил старающихся не опоздать на очередные занятия, студентов разных возрастов, глубоко поглощённых своими рутинными заботами, не обращающих внимание ни на что, кроме своих проблем.       Но один силуэт всё же смог привлекать внимание, выделяясь из общей суетливой картины медлительностью поступи, неторопливыми лёгкими поворотами головы от гранитной мари к грифельному сплошному полотну неба, в один момент расчерченному чёрной молнией-птицей, пролетевшей низко, опустившейся впритирку к влажному асфальту, тут же взмывшей, скрывшейся в грязно-сером омуте. Внимательные зрачки, окаймлённые орехово-коричневыми радужками, с небольшой долей интереса провели взглядом внезапного гостя, перемещаясь вправо, боковым зрением улавливая новое движение — пушистый кот, словно вытесанный из обсидиана, горделивой походкой вышагивал навстречу, выходя из искусно остриженных кустов, демонстрируя холодную грацию, на секунду замирая, обдумывая дальнейший путь. Руки, находящиеся в карманах кофейного цвета пальто, невольно ощупали содержимое на предмет наличия какой-либо еды, натыкаясь на небольшой пакетик, по извлечению и изучению которого стало ясно, что находка оказалась подходящей — сэндвич, купленный по пути в университет, предельно явно мог претендовать на звание сносного угощения для гостя, чьё появление было невероятно приятным и ожидаемым — Минхо всегда предпочитал узенькую брусчатую полоску, удивительным образом затесавшуюся между жилыми домами, которые населяли ещё и мохнатые обитатели, иногда озаряя своим блестящим присутствием утро юноши, который всегда имел при себе лакомство, дабы задобрить хвостатых. Неторопливо, дабы не спугнуть, стал приближаться, понемногу сгибая колени, чтобы оказаться ниже. протягивая ладошку с кусочком бекона, давая личное пространство животному, ожидая, когда то принюхается и доверительно уткнётся гладкой лоснящейся мордочкой в руку, хватая предложенный деликатес. Парень в это время, не шевелясь, всё также на корточках наблюдал, ожидая, когда пушистый закончит трапезу и в благодарность позволит погладить мягкую шёрстку, довольно потираясь и мурлыкая, медленно моргая смотря в блестящие человеческие глаза.       После этого юноша продолжил двигаться в молочную мглу, удовлетворённый, с во много раз приподнятым настроем двигаясь в новый день, предвкушая долгожданный пятничный отдых в компании нежной постели и новой серии любимого шоу, под которое без зазрений совести задремает, просыпаясь только к позднему вечеру от жалобно-требовательного мяукания, в полусонном состоянии идя к кухне в сопровождении любимцев, насыпая вкусный сытный корм, лаская за ушком счастливых питомцев.       За мечтами о предстоящем покое и тихой мелодией в наушниках прошёл остаток короткого пути до его университета, где его сразу же окатил гул студенческого быта, врываясь в уши, поражая нос отвратительной смесью дыма от разных сигарет, застилая глаза сизой поволокой, заставляя пожелать зайти в помещение как можно быстрее, несмотря на то, что за три года обучения ему, казалось бы, стоило привыкнуть к подобному. Поднявшись по помпезным мраморным ступеням на третий этаж, парень вышагал к нужной аудитории, отмечая, что преподаватель ещё отсутствовал, а охранник, похоже, опять вернулся к своей принципиальности, касающейся того, что студентам доверять ключ не стоит. Раздосадовано выдохнув, Минхо почувствовал, как чужая рука опускается на плечо — ему не нужно было и оборачиваться, чтобы знать, что его хороший друг решил обозначить своё присутствие. Растягивая губы в притворно сахарной улыбке, парень обернулся, склоняя голову, высоким голосом проговаривая: — Хёнджини, — последняя "И" была намеренно растянута, — я откушу твою культяпку, если продолжишь лапать меня       На это друг лишь с небольшой долей истерики рассмеялся, не желая тестировать на прочность своего непредсказуемого товарища и свою удачливость, вместо этого переводя тему: — Ты, кстати, подходил сегодня к доске объявлений? — Нет, ты же знаешь, что я обычно там не читаю. А что? — Тебя должно заинтересовать. — После этого парень разблокировал свой телефон, найдя и протягивая другу: — Вот, читай.       На глаза Минхо попалось фото белого листа, испещрённого мелкими, едва различимыми тёмными столбцами букв.

Прослушивание

Дорогие студенты!

В пятницу, 30.09, в 15.00 в актовом зале корпуса №1 состоится прослушивание в музыкальный коллектив. Посещение свободно для всех желающих. Требования: - умение играть на акустической (возможны другие виды) гитаре, клавишных; - высокие навыки пения; - опыт с написанием музыки; - опыт выступления на сцене; - возможность учиться заочно. Также не обязательным, но желательным навыком является: - умение играть на скрипке. Просьба всем заинтересованным лицам отнестись к участию со всей ответственностью и подготовить несколько песен в различных стилях. Записаться на участие можете в кабинете бухгалтерии.

С уважением, администрация

      Прочитав это, Минхо иронично улыбнулся: — "Возможность учиться заочно"? Серьёзно думают, что новички-студенты вот так просто станут известными на весь мир и покатятся в тур после первой песни? Цирк.       Хёнджин добавил: — Ещё и со всей ответственностью подойти, реально размечтались. — Ли отвёл взгляд от экрана, возвращая гаджет другу, интересуясь: — Будешь учавствовать?       Хван лишь помотал темноволосой головой: — С понедельника пойду на курсы танцев дополнительные, музыка не по мне. А ты?       Юноша помедлил с ответом, будучи достаточно заинтересованным, чтобы посетить мероприятие, но вспоминая расписание, параллельно взвешивая свои возможности, после чего бросил краткое "Посмотрим", отвлекаясь на прозвеневший звонок, и вместе с ним появившегося словно из ниоткуда молодого преподавателя теории музыки, встреченного нестройным хором голосов, приветствующих его студентов.

***

      Безмолвие длинных, едва освещённых коридоров прервалось скрипом величественной громоздкой двери из красного дерева — продрогший молодой человек, неся на плече угольный футляр инструмента, потирая замёрзшие от пронзительных леденящих порывов ладони, надеясь, что не зря решил посетить мероприятие, краткими шагами прошествовал по мраморной извивающейся полосе прямо ко входу в зал, в котором оказалось на удивление большое количество желающих попробовать себя. Студенты разных возрастов и факультетов разрушали тишину просторного светлого помещения гамом нестройного хора голосов, в предвкушении обсуждая, для чего могло понадобится прослушивание и кто же сможет пройти; другие же присоединялись звуками инструментов, репетируя, делая какофонию невыносимой для ушей, сидя на грузных подоконниках высоких, обширных окон, по которым стекали прозрачные ручейки, играя друг с другом наперегонки; вдали холодное серое одеяло окутывало горизонт, заставляя взгляд фокусироваться на рассекающих дымчатое полотно чугунных, диковинных, узловатых полосах-ветках. В сторону Минхо посыпались разрозненные приветствия от знакомых, на что он также отвечал, перебрасываясь короткими фразами о настроении и учёбе, об отвратительной погоде осени, вступившей в свои права, напоминающей о своём властвовании дробными крупинками воды, мелко и неприятно сталкивающимися с телом, заставляющими дрожать от обжигающей прохлады.       Внезапно на сцену поднялся молодой человек, которого Минхо не знал и никогда не видел. Судя по товарищам, которые находились рядом с ним, они также не понимали, что происходит, с любопытством вглядываясь в новое лицо. Мужчина подождал, пока шум стихнет, начиная говорить: — Добрый вечер, меня зовут Кан Тэён. Рад видеть, что столько людей отозвалось на нашу просьбу. Надеюсь, вы все успели подготовиться и готовы начать. Сейчас попрошу вас по одному подойти ко мне, найти своё имя в списке и запомнить свой номер. Мой помощник будет озвучивать порядок студентов, можете не беспокоиться, никто ни о ком не забудет. Само прослушивание будет в соседней аудитории, я буду находиться там. — он указал на небольшую невзрачную дверь, находящуюся по левую сторону от сцены.       Юноша не двинулся с места, пока остальные с гулом устремились в гущу людей, создавая причудливую, шевелящуюся, словно отдельный новый живой организм, очередь. Ему всегда казалось, что лучше спокойно дождаться, пока толпа рассосётся, и в тишине, без бесполезной толкучки сделать свои дела. Спустя добрых полчаса, на протяжении которых он в своём уголке разминал голосовые связки, распеваясь, поглядывая на молодого человека, который разбирался с, казалось бы, бесконечным потоком участников.       Когда подошло время Минхо узнавать свой номер, он приятно удивился, увидев цифру 9 — попал в первую десятку, значит, успеет запомниться жюри, а значит шанс пройти порядком выше. Каким образом была распределена последовательность участников было загадкой, ведь Ли предельно ясно помнил, что в то время, когда оставлял свои имя и контактные данные, был точно после десятки, примерно шестнадцатым. Обсуждая это с подошедшими знакомыми, переводя разговор на рутину бытия, юноша стал дожидаться своей очереди, скрывая небольшую, из ниоткуда появившуюся тревожность проверкой гитары.       После того, как участник под номером восемь вышел из кабинета, Минхо подхватил футляр, лежащий у ног, и, под ободряющие хлопки по плечам и пожелания удачи, вошёл в небольшую аудиторию, в которой стояло несколько парт; невысокий потолок был расписан удивительными фресками, а светлые стены украшали лампы-бра, делая помещение ослепительным бриллиантово-белым. По правую сторону от парня находился длинный стол, за которым сидели двое женщин и мужчина, который информировал студентов. Они, как понял парень, являлись членами жюри. Вежливо глубоко поклонившись и поприветствовав их, он отреагировал на предложение пройти и присесть, доставая гитару и откашливаясь, подготавливая горло и обращая на себя внимание новых зрителей. После кивка одной из женщин юноша начал бодро играть мелодию одной из его любимых песен. Она была тяжёлой в исполнении, и парень по праву считал композицию своим козырем, ведь далеко не каждый мог с ней справиться. Правды ради, даже сам Минхо не всегда исполнял её хорошо, но на этот раз он готовился слишком ответственно, словно от этого прослушивания зависело его будущее. Хёнджин даже подшучивал над ним, подчёркивая, что старший перебарщивает. Ли и сам понимал, что неоправданно переусердствует, но почему-то хотелось показать на что он способен на самом деле.       Благодаря прекрасной подготовке всё прошло более чем гладко, чему Минхо, доигрывая последние аккорды, довольно улыбнулся, всё ещё держа гитару в руках, в ожидании с энтузиазмом смотря на жюри, лица которых не выражали никаких эмоций, абсолютно ничего. И после просьбы продемонстрировать что-нибудь ещё, парень расстроился, не подавая виду, сыграл ещё парочку песен в другом стиле, одна из которых была авторской, что он упомянул, когда одна из женщин спрашивала его о неизвестном опусе, в то время полагая, что, кажется, зря переоценивал свою игру. Затем, по окончанию своего прослушивания, юноша собрал гитару и покинул кабинет, прощаясь со знакомыми и желая удачи, обосновывая ранний уход тем, что дома его ждут голодные коты. Настроение было беспочвенно испорчено.

***

      Вернулся домой парень только к семи вечера, грустной улыбкой встречая пушистых друзей, которые радостно встречали его сразу у входа и не были голодными от слова совсем — Ли был прекрасным хозяином и никогда бы не оставил их голодными, всегда кормя их перед уходом, оставляя дополнительные порции, если знал, что задержится, хотя не особо доверял этим хрюшкам, догадываясь, что слопают они всё сразу. Заварив себе крепкий чёрный чай и поставив его на стеклянный кофейный столик, Минхо сел в светлое уютное кресло, стоящее в гостиной, сложив ноги, накрыл их пледом, беря в руки телефон и читая написанное Хёнджином сообщение, пришедшее во время пути домой. Друг просил его во всех подробностях рассказать, как прошло прослушивание. Ли глубоко вздохнул, начиная расписывать свой грандиозный провал, приглашая Хвана к себе домой, на что тот с радостью согласился, преждевременно взяв обещание оставить его на ночь, в свою очередь предлагая купить мороженого, чипсов и газировки, чтобы вместе погрустить, пожаловаться на жизнь и посмотреть какой-нибудь фильм, до этого разгорячённо споря о том, какой именно жанр выбрать.       Пришёл гость удивительно быстро, как всегда шумно вваливаясь в чужую квартиру, шелестя пакетами с едой, которые Минхо унёс в свою спальню, раскладывая содержимое на небольшом буковом столике, заблаговременно принесённом и поставленном перед кроватью хозяином квартиры, оценивая то, что Хван выбрал его любимые снеки. Младший, который уже успел разуться, снять верхнюю одежду и вымыть руки, вошёл в комнату, отметив своё присутствие лёгким шлепком по чужой ягодице, распластавшись на мягком серо-бежевом покрывале, с нахальной улыбкой на губах смело смотря на Минхо, который словно испепелял его взглядом. — Ну хён, рассказывай давай. — нетерпеливо начал клянчить Хёнджин, после чего Ли расплылся на кровати, лениво начиная рассказ, который вскоре был прерван уведомлением входящего на телефон старшего сообщения. Они любопытно покосились, ведь он заранее отключил звуки во всех чатах.       Имя пользователя, потревожившего их покой, было подписано как Кан Тэён. Разблокировав устройство, Минхо включил чат, поворачивая экран так, чтобы и Хёнджин мог увидеть. Доброго вечера, Ли Минхо. Надеюсь, что не потревожил, и спешу поздравить с успешным прохождением первого этапа прослушивания. Исполнение Ваших песен достойно похвалы Если Вы готовы принять участие в следующем этапе прошу оповестить и к вечеру пятницы следующей недели прислать видео с новой песней (жанр оставляю на Ваше усмотрение)       Ли ошарашенно смотрел на экран, пока на его лице расцветала улыбка. Хван в это время прикрыл ладонью рот, раскрытый в удивлении, выкрикивая "Вау", приобнимая друга за плечо, говоря: — Не знаю, на какое дерьмо ты подписался, но мои поздравления! — Ли на это покивал головой, уже в приподнятом настроении, предлагая всё-таки посмотреть фильм, довольный настолько, что предоставил выбор младшему, на что тот очень недоверчиво покосился, всё равно выбирая то, что пришло ему по душе.       Шумный, наполненный спорами и громким безудержным смехом вечер плавно перетёк в ночь, сапфировым полотном укрывая гвалт большого города, оставляя двух парней сонно клевать носами, иногда прерываясь на редкие комментарии всё более тихими голосами, с каждой минутой затухающими, словно языки пламени, обнимающие отсыревшие ветви.