Перезагрузка

Иногда Женя хочет очутиться в каком-нибудь романе, где расстояние и обстоятельства расставляют все по своим местам, так, чтобы финал был не счастливый, не грустный, а правильный, что-то из области фантастики, наверное, особенно теперь, когда она так срослась со всей этой ситуацией, что сама путается, пытаясь нормально обрисовать ее другим. Не то чтобы разговор с Настей ее подкашивает, просто раньше действительно было проще, раньше можно было списать все на необходимость, на тренировки, на закономерно возникшую химию, но теперь... Женя думает, что он был в чем-то прав, когда говорил об этом, что вот теперь это их выбор, за который они сами несут ответственность, она несёт ответственность перед собой, потому что поддерживать рабочие отношения больше не нужно, а это все, ну... Не рабочие отношения. Женя просыпается среди ночи, и долго лежит, не двигаясь, тупо глядя в потолок, в какой-то момент ей даже начинает казаться, что она не здесь, что это все сон, что вот сейчас она проснется ещё раз, но уже у себя дома, одна в своей постели, и все это будет странной ночной историей, которой никогда не происходило в реальности, которую легко можно будет забыть, и идти дальше. Но это нихрена не сон - горячая тяжёлая ладонь жжет живот, и тело под боком не менее горячее - Женя уже привыкла, но поначалу ей вечно казалось что у него температура, потому что так не бывает, это что-то странное, это даже немного пугало, хотя ее пугало многое, заканчивая ее собственными реакциями. Она, кажется, даже аккуратно сообщила Насте, что ждала что это утихнет, потому что ну, обычно люди говорят, что все это, это... Проходит со временем, но Настя знатно орнула, и хлопнула ее по плечу, сообщив что так бывает только когда весь восторг только в том что ты добился своего, а в остальном ничего интересного, с хорошим сексом работает как с винишком - чем больше пьешь, тем больше хочется. Женя думает, что думать о хорошем сексе сейчас не время, потому что она, они... На самом деле, Женя может думать все что угодно, потому что это тоже не категория размышлений, она может думать даже о том что его грядущий отъезд - это классная возможность сосредоточиться на себе и может немного оторваться от этой истории, мысли ничего не изменят. В комментах под одним из их тиктоков Женя как-то прочитала сентиментальное "любить - это хотеть касаться", разумеется она забыла это тут же, потому что только этого бреда ещё не хватало в ее голове, но сейчас она вспоминает это, и сейчас в полутемной комнате, под звук чужого дыхания, Женя как никогда ощущает какую-то пугающую правильность этого заявления, Женя не знает, применимо ли это только к ним двоим, или ко всем людям на земле, но она совершенно определенно хочет его касаться, и он снова был прав, это больше чем просто физическое, если бы это было так - она назвала бы это половиной беды, но... Пока она не хочет концентрироваться ни на чём кроме этой половины беды, она даже думает что пусть это делает он, если ему нравится отвечать за эту часть их отношений, он же сам сказал что она просто девочка, вот она и будет девочкой, просто... Ничего больше. Женя медленно мягко трётся бедром о его бедро, и накрывает его ладонь своей, прикрывая глаза - так проще сконцентрироваться на ощущениях, пока - только на своих, но это даже круче, за последнее время Женя настолько привыкла принимать его инициативу, это стало привычной фигнёй, и сейчас, пока он спит, она может проследить что чувствует она сама, то, чего хочет она сама, ощущения вызванные не его словами или действиями, но ее собственным желанием. Женя думает, что по идее это тоже должна быть власть, но это совсем не власть, это нечто другое, это то что пронизывает ее насквозь, какая-то штука, которая заставляет тебя чувствовать каждую клетку собственной кожи как оголенный нерв, каждую мельчайшую частичку себя - живой, она ещё сонная, поэтому все это намного ярче, чем могло бы быть, эта сладкая пульсация, томление внутри, потребность прикасаться, чувствовать запах, вкус, тяжесть чужого тела, Жене в голову приходит эта история о том что если потереть камень о камень, можно получить искру, и от этого становится только жарче, дышать становится тяжело, грудь спирает, наполняет каким-то терпким переживанием смешанным с желанием, и Женя особо не думает, просто переплетает их пальцы и ведёт его рукой по своему телу, носом утыкаясь ему в плечо. Она уже шестым чувством отслеживает момент, когда он просыпается, и наверное ей должно бы было быть неловко, это же странно - будить человека среди ночи ради... Но Женя думает, что эта неловкость обязательно придет позже, пока у нее все окей, особенно когда его пальцы касаются внутренней стороны бедра, и по коже моментально разбегается табун мурашек, Женя тихонько скулит, убирая свою руку, легонько царапает его живот, и думает что должна что-то сказать, потому что иначе это будет совсем странно, или он - он точно должен что-то сказать, но слова не идут, они почему-то кажутся лишними, бессмысленными, как будто они и без этого могут сказать друг другу много, может, даже больше, может... Женя всхлипывает, когда он делает это свое любимое, то, что удивило и смутило ее в самом начале, не потому что она не хотела, просто когда она думала об этом, она не думала так... Детально. Это реально прошибает сильнее всего, во многом наверное психологически, ей нравится чувствовать такое внимание, ей нравится знать что о ней заботятся, готовят ее, это понятно, но больше ей нравится только знать что ему нравится ее касаться, нравится ее тело целиком, от этого дышать становится совсем тяжело, это рассыпает по коже нервную острую дрожь, как разряды электрического тока. Он все ещё непривычно молчит, горячо дышит ей в волосы, пальцы внутри нее скользят медленно, но настойчиво, глубоко, так, словно он сам ловит с этого кайф, и Женя тоже не хочет, не может говорить, она просто утыкается лицом ему в шею и подаётся бедрами навстречу, ей кажется что если она закроет глаза, он будет везде, как будто он ее вторая кожа, и эта пугающая мысль заводит сильнее, если это вообще возможно, Женя снова накрывает его руку своей, не давит, просто прощупывает, гладит запястье, сбитые костяшки, избегая касаться себя - ей всерьез кажется что это собьёт ее, и это ещё одна пугающая мысль как будто только он должен, только он может касаться ее тела, она не знает когда, в какой момент это произошло, когда ее сознание так переформатировалось, она знает только что она не чувствует и сотой доли похожего когда трогает себя, это какой-то суррогат, насмешка, как будто она больше не принадлежит себе, как будто она вообще когда-то себе принадлежала, а не делала вид, пока он не влез совершенно по-хамски и не превратил ее вот в это... Они почти всегда занимаются сексом при свете, и сейчас этот полумрак обостряет все ощущения, звуки становятся отчётливее, настолько что Женя слышит даже шерох сбитого одеяла, влажные толчки его пальцев, его резкие короткие выдохи, свой собственный сдавленный скулеж, звуки, которые она никогда не могла ожидать от себя ни при каких обстоятельствах, все это сбивается в плотный комок, и Женя стонет уже совсем откровенно, когда он толкает в нее третий палец, и тянет, продавливает, Женя смутно вспоминает что однажды он уже делал что-то такое, что-то, что они не обсуждали, она не обсуждала, хотя он кажется спрашивал ее, понравилось ли ей это, Женя не знает что ответить даже себе, потому что это уже не категория простого физического удовольствия, это даже не совсем удовольствие, это что-то другое, что-то о чем стыдно говорить, что-то, о чем хочется забыть, но о чем хочется не забывать никогда, Женя пропускает момент когда он почти садится, подтягивает ее выше, прижимая спиной к груди, и перехватывает поперек живота, не давая дернуться, Женя хочет что-то сказать, но слова не идут, вообще ничего не идёт, только пальцы на ногах поджимаются от резкой щекотки, Женя вцепляется в его предплечье, пережидая, и старается дышать медленно и глубоко, но дыхание тут же сбивается, сердце заполошно стучит в горле, Жене кажется что ее сейчас порвут, и от этой мысли почему-то становится ещё хуже, или ещё лучше, она уже не может сказать, внутри нее надувается огромный чувствительный пузырь, который он пытается пробить - так проще представить весь процесс и не сойти с ума, Женя кусает его в шею, и тут же зализыаает, всасывает кожу, увлекается этим чтобы выбросить из головы все остальное, отпустить свое тело, перестать пытаться контролировать его ощущения; и когда она отпускает, наконец, ее тело начинает жить своей жизнью, оно моментально пытаемся уйти от источника раздражения, вырваться, вывернуться, как будто если оно этого не сделает, сейчас случится что-то, что перевернет все. Жене кажется, она не знала что боль может быть такой сладкой, такой густой, как расплавленная кипящая карамель, что-то похожее она чувствует, когда он берет ее сзади, смесь приятного унижения и заботы, осознание своей хрупкости, слабости, физическое удовольствие от растяжения чувствительных мышц, от горячей глубокой наполненности, ощущение принадлежности человеку, который хочет тебя так сильно, что готов вывернуть наизнанку, вывернуться сам. Жене кажется что она сдохнет нахрен, когда его язык касается мочки ее уха, ведёт по раковине, щекочет, ласкает, а внизу внутри нее в этот момент становится совсем нестермипо, это уже давно не ласка, это что-то, что-то... Женя почему-то вспоминает, даже не вспоминает, а почти слышит как с вечера он долго целовал все ее тело, рассказывал как соскучился, дразнил языком между ног, и подробно объяснял какая она нежная, гладкая и вкусная, так подробно, что она чуть не потеряла сознание от шока и смущения - постоянных спутников этих его разговоров, которые рождались явно не в мозгу, где-то ещё, которые просто не могли не убивать своей откровенностью. Сейчас Женя скулит, выгибается, хватает его за руку, и тут же зажимает себе рот, закрывает лицо, в каком-то тупом бреду ей кажется что он вогнал в нее ладонь до запястья, конечно это не так, но это ощущается именно так, когда пузырь лопается, наконец, и ее как будто разрывает изнутри, оставляя оболочку целой, ей кажется что части ее пытаются вырваться наружу, этого слишком много, это слишком резко, слишком... Женя не успевает отметить, в какой момент у нее темнеет в глазах и она теряется, перестает чувствовать окружающую действительность, как будто растворяется в пространстве и в ощущениях, это похоже на потерю сознания - это приходит ей в голову уже потом, когда она потихоньку начинает вспоминать что она, где она, что вообще происходит, кусок ее жизни в котором ее перевернули на спину и прижали сверху выпадает полностью, будто его не было, она чувствует только что они оба дрожат, чувствует испарину между их прижатыми друг к другу телами, чувствует как это скользко и горячо, чувствует как он гладит ее по животу, успокаивая, как-то интуитивно, потому что по его лицу кажется что он тоже выпал из жизни на какой-то период, на какой-то момент, Жене почему-то вспоминается это всратое "мы наполняем друг друга", но сейчас ей совсем не смешно, сейчас это звучит совсем по-другому, как-то... - Как ты? - прижимаясь лбом к ее лбу непривычно тихо спрашивает он, и Женя чувствует как плавится, когда его рука опускается ниже, и гладит ее, как будто извиняясь за произошедшее, - ещё? - Ещё, - слышит Женя, и только спустя долю секунды до нее доходит, что это ее голос, это она, - ещё, да, я... - Тсс, - перебивает он, и вот это, наверное, реально как в кино, Женя не помнит такого, как будто именно такого и не было, чтобы ее одновременно целовали, и входили в нее, наверное со стороны это очень красиво, если бы здесь было зеркало, она хотела бы это увидеть, на самом деле, потому что это... Она не знает, как это, она, кажется, вообще нихрена не знает, она только чувствует, и это очень сильно, очень мокро и очень сладко, он поддает бедрами медленно, плавно, но очень четко, так, что у Жени закатываются глаза, она беззвучно стонет ему в рот, и жмется ближе, ей хочется показать, дать ему понять насколько это... Она даже не знает, как, потому что это как будто бы больше, чем просто слова, больше чем состояние, Женя сопливо думает что наверное вот это и есть - рай, когда тебе настолько... - Хорошо, - шепчет она, укладывая ладонь ему на шею, как будто он вообще собирался отворачиваться, - мне пиздец... Так хорошо... Я... - Что? - Спасибо, - выдыхает Женя, - спасибо... - За что? - За это, - тупо повторяет Женя свою не до конца оформившуюся мысль, - не знаю... Мне просто всегда очень... А тебе? - Ты дура? - Поцелуй меня, - просит Женя, ее мозг не хочет анализировать ничего сложнее простых ответов на простые вопросы, поэтому, - поцелуй меня. Пожалуйста. - Спасибо, - говорит он, и прежде чем Женя все же пытается в анализ, занимает ее более важным делом.