Лабиринт

— Амаи… Ритмичный стук колёс грузового состава заполнял полутёмный вагон, освещаемый лишь одинокой свечой. — Действительно ли нужно было делать мне такие длинные ресницы? Я вижу их практически прямо перед глазами. Зомбимен сидел на полу, неподвижный, пока Маска перебирал кисточки в потёртой косметичке. — Длинные? — фыркнул Амаи. — Не говори глупости. У тебя их вообще до этого не было. Зомбимен тихо усмехнулся. — Так выходит, ещё до монстрофикации ты меня внимательно рассматривал? Плечи Амаи дёрнулись. — Какой бред... Он протянул Зомбимену зеркальце. Тот взял его осторожно, поворачивая лицо в тусклом свете. — И правда похож. Как будто тон кожи стал более... живым. Амаи горделиво сложил руки на груди. — Никогда не ставь под сомнение работу мастера маскировки и визажа… Погоди-ка, остался последний штрих. Тот снова принялся копаться в косметичке, пока не достал оттуда небольшой тюбик без этикетки. Он выдавил на кончики пальцев каплю перламутровой субстанции и, повернувшись к Бессмертному, начал наносить её лёгкими, точными движениями: сначала от скул, затем мягко прошёл по линии бровей к переносице и опустился к холодным губам. — Вот так... — прошептал Амаи, отстраняясь, чтобы оценить работу. — Теперь твоё «старое новое» лицо точно долго продержится. Алые глаза Зомбимена игриво сверкнули. — Да ты меня прямо-таки склеил, Господин Милая Маска. В ответ на глупую шутку айдол вздохнул, откладывая тюбик. — Не называй меня так. Моё настоящее имя… Бьюто. — Вот оно как... Вагон немного тряхнуло на стыке рельсов, заставив пламя свечи дрогнуть. — Бьюто... — произнёс он, будто пробуя слово. — А почему теперь решил сказать? Тот замолчал, глядя на свою тень на стене. — Считай, все маски спали, и это — моя голая кожа. Он повернулся, его улыбка была едва заметна. — В любом случае, думаю, с тобой мне они больше не нужны. В полумраке вагона щёлкнула зажигалка. На мгновение осветились пальцы Зомбимена, бережно держащие сигарету. Затянувшись, он медленно выдохнул. Серый клуб дыма поплыл, закручиваясь в причудливые фигуры. — Интересно, скоро ли нас вынюхает Ассоциация? Бьюто проследил за движением дыма глазами, прежде чем ответить. Свеча в жестяной банке отозвалась на сквозняк лёгким дрожанием. — Если уж им придёт идея рыскать по старым грузовым поездам, идущим невесть куда… — ...То мы явно заслужим какой-нибудь рейтинг, — продолжил он за Амаи. — Хотелось, конечно, быть повыше хотя бы ранга «Чёрт». — Рейтинг оценки героев… — Бьюто внезапно вспомнил, как бережно составлял эту книжку, даже странички о тех, кто его особенно раздражал. Он схватился за голову. — Годы работы к чёрту! Зомбимен издал короткий скрежещущий звук, похожий на смех. — Может, тогда начнёшь делать рейтинг оценки монстров? — Очень смешно, — Бьюто закатил глаза. — Создам для тебя отдельную категорию: «недомонстр». — Тогда и про категорию «Позорная Маска» не забудь, — ехидно отозвался Бессмертный. Подойдя к Зомбимену, Амаи неспеша опустился на одно колено. Взгляд янтарных глаз скользнул по контурам его лица, трепетно освещаемым тлеющей в зубах сигаретой. — А знаешь, что самое отвратительное ты делал всё это время? Зомбимен замер, не шелохнувшись. Дым застыл в неподвижном воздухе. — Вызывал у меня чувство зависти. Пальцы Амаи плавно переместились к его губам, аккуратно забирая сигарету. Он прижал тлеющий кончик к собственной ладони. Резкое шипение смешалось с запахом палёной кожи, но его лицо оставалось невозмутимым. Пепел осыпался на пол вагона. — Но теперь-то ты научишь меня быть собой, не так ли? Зомбимен медленно выдохнул остатки дыма. Холодным касанием он осторожно дотронулся до обожжённой ладони Амаи. — У нас целая вечность впереди, — в хриплом голосе зазвучала неприкрытая нежность. — Как-нибудь управимся. Расстояние между ними исчезло естественно, как дыхание. В дрожащем свете пламени их тени слились в единое целое — причудливое, уродливое, но наконец-то обретшее покой.