The path to salvation

Гену с самого утра казалось, что этот день будет полным дерьмом. Проспал будильник, собрал половину углов, пока бегал по квартире, оперативно собираясь, разбил свою любимую кружку, в которой был кофе, которое оказалось не только на полу, но и на одежде. Сорвал джекпот буквально. Ещё и на автобус опоздал из-за того, что пришлось переодеваться. И вот уже сидя в университете перед своей парой по психологии и откинувшись на спинку стула, сёрбая растворимый кофе из ближайшего кофейного автомата, Ген наблюдал за студентами, что соизволили заблаговременно прийти на его лекцию. Вот на последней парте сидит парень-одиночка и тупит в свой телефон. Вот парочка отличников за первыми партами повторяют какой-то материал. Компашка друзей где-то в середине аудитории обсуждают что-то своё. Идиллия, в общем. Ну и он – Сенку Ишигами, головная боль Асагири Гена, что вообще не пойми что забыл на психфаке, с его то алекситимией. Умный парень, с явными естественнонаучными наклонностями, – а ведь оттуда и пришёл, ещё и с наивысшими баллами по всем предметам, – зачем-то подался в психологию. Ну смешно же. А вот Асагири смешно не было. Ему хотелось плакать, ведь этот парень был одной ходячей проблемой. Не раз и не два он падал в обморок на лекциях, а в туалет – остановить кровь из носа, – выходил чаще, чем по естественной нужде, периодически чередуя его с медпунктом, что, в принципе, давало право жаловаться медсестрам, что уже устали тратить запасы каток на нерадивого студента. На студента с явным недоеданием, что проглядывалось даже сквозь объёмную, явно на два размера большую, одежду. И ведь, скорее всего, именно из-за этого уже хронического недоедания у Сенку проблемы со здоровьем. Ещё и усугубляет их, доводя свой организм как нескончаемой учёбой, так и тем количеством кофе и энергетиков, что он пьёт за день. Асагири, конечно, не знал точное количество выпитых энергетиков и стаканов кофе, но уже по тому количеству, что он выпивает находясь на территории университета можно было понять, что эта доза разве что чуть-чуть не дотягивает до летальной. А на территории универа Ген за Ишигами следил. И нет, это даже не любовный интерес или нечто подобное, просто... Ошибки прошлого. Он ведь обещал, даже если и сам себе, что не допустит того же, что случилось в прошлом с его отцом. С другом Асагири, что почти заменил ему отца... Но пока не будем о прошлом и оставим тараканов Гена, – или какие там у него твари обитают в голове, – ему самому. И вот звенит звонок оповещающий о начале занятий, в аудиторию забегают ученики, и, подождав пару минут когда всё рассядутся по своим местам и подготовятся, он начал говорить: – Доброе утро, коллеги~, – начал Ген своим мелодичным голосом. – Скоро у вас начнется сессия и вы опять впадете в то состояние, когда вы будете в последние дни пытаться впихнуть весь пройденный материал, который мы изучали месяцами, в свои головы, и будете жаловаться друг другу в лс в любой соцсети о том, какие преподаватели изверги. Так что я решил немного облегчить некоторым из вас задачу. Тем, кто всё же хоть что-то учил, и повторить весь материал предшествующих лекций. Можете задавать мне любые вопросы по материалу и я вам отвечу, так что не стесняемся спрашивать – вам же будет лучше! – И отвернувшись к доске под нытье, как минимум, половины аудитории, начал занятие.

***

Прошла примерно две трети лекции, когда это случилось. Ген думал у него будет приступ. Ишигами Сенку грохнулся в обморок. Впервые на его паре. Это пиздец. Сначала вроде всё было хорошо. Асагири начал вторую часть пары, разжёвывал материал, отвечал на вопросы и всё было спокойно. И тут Сенку попросил выйти. Вроде ничего не предвещало беды, хоть это уже и было чуть ли не университетским анекдотом – Ишигами Сенку выходит из аудитории только за очередным стаканчиком кофе, домой и в медпункт. Либо в туалет, чтобы смыть кровь, что у него хлещет из носа почти каждый день. И как только от обескровлевания не умер, до сих пор не понятно. Ну а Асагири у нас оптимист. Вдруг просто в туалет приспичило, он то к доске был лицом повёрнут. И вот слышно, как Ишигами встаёт из-за стола, делает шаг и... Грохот. Настала буквально гробовая тишина. Хоть и не надолго, но студенты впали в ступор. Всё-таки уже все привыкли к частым потерям сознания у одного из студентов. А вот Ген не привык. Одно дело слышать все эти истории, а другое дело это застать. Он, конечно, никогда не был особо впечатлительным, но легкий шок у него уж точно был. Развернулся он лицом к аудитории сразу после звука удара о пол. Смачного такого, громкого. Пол всё таки не перина. Асагири даже стало жалко парня. Ген работал быстро. Добравшись до Сенку и проверив, цел ли студент, он осторожно взял того на руки, заодно оценив, насколько тот был худым и лёгким. Можно было подумать, что это не парень двадцати лет отроду, а мальчишка с сильным недовесом. Можно было подумать, что он страдает анорексией, но, решив пока отложить размышления об этом в сторону, – ещё успеет пообщаться с парнем на этот счёт, как и на другие, очень интересные темы, – Асагири, сказал студентам вести себя тихо, и, желательно, самостоятельно повторять нужный материал, отправился в сторону медпункта с ношей на руках под аккомпанемент обсуждений всей этой ситуации со стороны аудитории. Апофеоз. Занавес. Финита ля комедия.