Tremble & Depart / Трепещите и удалитесь

      В среду Гермиона отправилась на работу с помощью камина, её рюкзак был набит текстами по зельям, которые хранились у неё в квартире. Она пришла на час раньше и поднялась на лифте в Отдел тайн, чтобы обратиться к архивариусам с просьбой найти что-нибудь, что могло бы помочь Драко. Её допуск позволил миновать очередь. Большинство людей подавали свои запросы за несколько недель до визита.       Большую часть дня Гермиона провела в глубокой сосредоточенности на своей работе, навёрстывая упущенное, чтобы потом успеть провести и другие исследования. В четыре часа дня она наконец-то закончила всё, что нужно было сделать за неделю, поэтому чувствовала себя менее виноватой, доставая одну из книг, присланных архивариусом. Большинство из взятых ею книг из архива Отдела тайн не разрешалось выносить из здания, а она не хотела опоздать к Драко. Девушка достала блокнот и ручку и сделала столько записей, сколько посчитала нужным, пока её руку не свело судорогой и рабочий день не закончился.       Камин из атриума перенёс её в маггловский Лондон. Она последовала за толпой людей к укромной точке аппарации, расположенной немного в стороне от той, которой она обычно пользовалась. Гермиона не хотела ни с кем сталкиваться и рисковать опоздать. Два месяца отсутствия означали, что все считали себя обязанными ей своим временем и пустой болтовнёй.       Гарри был обеспокоен, когда накануне вечером она явилась в «Дырявый котел» с получасовым опозданием. И хотя они в основном смеялись за бокалом пива, пока он рассказывал ей о том, что она пропустила, девушка чувствовала, что он чего-то недоговаривает. В её голове мелькали различные сценарии с участием семьи Уизли или остальных их друзей. Прошло два месяца, и если во время её отсутствия произошло что-то плохое, то это, вероятно, скрывали от неё, пока она не восстановилась.       Прежде чем Гермиона успела довести всё до отчаяния, она спросила:       — В чём дело, Гарри? Что-то случилось?       — Со мной? Нет. — Он водрузил очки на нос. Один из его приёмов оттягивания времени. Это заставило Гермиону занервничать ещё сильнее. — Просто вчера ты с Малфоем…       — Да, мы отлично сработались, и наша миссия увенчалась успехом. — На смену нервам пришла другая, более яркая эмоция. Защита. — Мы заслужили короткий отдых перед тем, как отправиться в Министерство.       — Гермиона, я не говорю, что ты не заслужила передышку, поверь мне, по-моему, ты заслужила целый чёртов отпуск. Я просто немного запутался, вот и всё.       — В чём тут можно запутаться?       Гарри вздохнул и махнул рукой.       — Вы казались близкими… друзьями. Мне просто интересно, почему или как это произошло.       — Мы работали вместе, — повторила она и отпила глоток. Дело было не в том, что Гермиона хотела скрыть что-то от Гарри. То, что у неё сложилось с Драко, было новым и ценным, и она не была готова говорить об этом на публике, где на них смотрело множество глаз. У скольких из них на коленях припрятано Прытко-пишущее перо? Не в первый раз подробности её личной жизни попадали в газеты только потому, что она случайно обмолвилась о каком-то секрете в пабе. У Скитер была целая колонка, посвящённая одному свиданию Гермионы с Дином Томасом два года назад, первому свиданию, на котором она была после разрыва с Роном. Вопли после этого очаровательного журналистского произведения поддерживали в ней пламя всю зиму. — Это было… ты был там, когда мы всё рассказали Робардсу. Почему бы нам не быть дружелюбными после такого опыта?       — На тебе засос, знаешь ли, — отшутился Гарри. — Вот здесь.       Он провёл пальцами по своей шее, и Гермиона убрала волосы назад, чтобы прикрыть маленькую отметину. Пока девушка краснела, заметила, что у её друга тоже есть такая отметина. Она была слабой, но была. Выглядывала из-под его рубашки. Гермиона прищурилась и подняла на него взгляд.       — Если ты захочешь рассказать мне о том, кто оставил тебе засос, я расскажу тебе о своём, но не раньше и не на публике. Деннис Криви и Пэнси Паркинсон только что вошли в бар, а это уже слишком много сотрудников «Пророка».       — Ты на самом деле такой параноик?       — Скитер написала о вашем разрыве с Джинни, основываясь на нескольких фрагментах подслушанного разговора, но почему бы тебе не рассказать мне о своём секретном сексуальном партнёре, если ты так легкомысленно к этому относишься?       Когда он покраснел и потянулся за своим напитком, Гермионе захотелось рассмеяться в очень малфоевской манере, но она воздержалась. Гарри всегда был открыт с ней, и если он хотел, чтобы что-то осталось в тайне… возможно, у него тоже появилось что-то ценное, что нужно было защитить.       — Ты права.       — Как правило, так и есть, — сказала она и улыбнулась.       — Уже поздно, а ты, наверное, устала после задания, — сказал Гарри и положил на стол галлеон. — Мы можем поговорить в выходные, по-настоящему поговорить. Возможно, мне пригодится совет.       — Бранч в воскресенье?       Гарри кивнул и обнял её.       — Я рад, что ты вернулась.       Вчера вечером он обнимал её чуть крепче, чем обычно.       С тех пор Гермиона не виделась с Гарри, но через несколько дней они встретятся в маггловском кафе, которое им нравилось, и тогда она будет готова к разговору.       Гермиона постучала в дверь квартиры Драко, и та открылась сама собой. Он уже сидел за рабочим столом, спиной к ней. На мгновение она залюбовалась его фигурой, изящными движениями его палочки и линиями спины. Уверенный и уютный.       — Грейнджер, — бросил он через плечо, — я как раз заканчиваю кое-что. Входи.       Была почти половина пятого. Должно быть, Драко ушёл в большей спешке, чем она, чтобы успеть всё приготовить. Очевидно, он был сосредоточен, и она не хотела ему мешать. Гермиона повесила пальто и шарф — его шарф, свой она заберёт позже. Как бы ей ни хотелось посмотреть, над чем он работает, она оставила его в покое и устроилась на диване. Достав из сумки книгу, она раскрыла её на одной из страниц, которую пометила стикером. Гермиона грызла кончик ручки, пока просматривала то, о чём хотела с ним поговорить. Украдкой поглядывала на него между абзацами. Он чувствовал себя как дома перед котлом и расслабился так, как никогда не расслаблялся в Министерстве.       — Можешь посмотреть, если хочешь, — сказал он, ухмыляясь ей. Она уставилась на него, а поскольку была погружена в свои мысли, то не осознавала, что смотрела, и теперь её лицо покраснело, потому что Драко заметил, как она пялилась.       — О, прости, просто немного отвлеклась.       Он улыбнулся и кивнул.       — Вчера вечером я воссоздал яд — или, по крайней мере, я на 99% уверен, что воссоздал. Так легче начать готовить противоядие. Я вёл записи здесь, если хочешь…       Она выхватила блокнот из его рук, жадно разглядывая чёткие буквы. Должно быть, он трудился над своими идеями всю ночь и позже на работе. Было несколько версий яда, и каждая из них имела подробные объяснения. Далее шли страницы с рецептами противоядий, все немного отличающиеся друг от друга, причём несколько были помечены как более перспективные.       — Ты всё это сделал? Со вчерашнего вечера?       — Я набросал несколько вариантов, когда не мог заснуть, но хотел дождаться твоей помощи, прежде чем начать их прорабатывать. Я просто воссоздал яд заново, чтобы убедиться в его правильности. Что ты думаешь?       Гермиона взглянула на пузырёк с ядом, который взяла. Как чернила. В котле плескалась идентичная жидкость. Вязкость была такой же, цвет — идеальным.       — Ты их внимательно сравнил? На запах…       — Да.       — А ты пробовал смешать их, чтобы посмотреть, не произойдёт ли чего-нибудь? В контролируемых условиях…       — Да, я пробовал и это. Они смешались, и ничего не изменилось. Как я уже сказал, я уверен на 99%.       В том, что его труды впечатляли, не было ничего удивительного. Она видела его таким сконцентрированным только вчера вечером и несколько дней назад в поместье Ноттов, когда он варил взрывное зелье, будто выполнял задание первого курса.       — Ясно. Ну, не уверена, для чего я тебе вообще нужна. На данный момент от меня польза в основном декоративная, — произнесла Гермиона и рассмеялась. Драко внимательно посмотрел на неё, изучая.       Наконец, он сказал:       — Кто-то же должен напомнить мне о третьем законе Голпалотта, пока я закатываю глаза.       — Мы с тобой оба знаем, что ты помнишь его наизусть. Вижу, ты уже составил перечни, чтобы убедиться в правильности алхимических реакций. Что еще я могу сделать?       — Если можешь, начни с коры виггентри, — он пододвинул к ней большую банку. — Мне нужно, по сути, сварить зелье спокойствия в качестве отправной точки.       Гермиона начала разделять кору на равные части, измельчая крупные куски.       — И что ты на это скажешь?       Драко уже проделал несколько этапов в приготовлении своего зелья спокойствия, продвигаясь так же эффективно, как и профессор Снейп, когда учил их готовить его на пятом курсе.       — Если ты не справишься, то получишь потенциально необратимое сонное зелье, как и яд Нотта. Теоретически, правильно сваренная версия может служить суспензией для ингредиентов, которые будут противодействовать остальным последствиям зелья.       Котёл закипел и окрасился в розовый цвет, и Драко добавил сироп чемерицы. Жидкость приобрела правильный оттенок бирюзы.       — И ты добавишь кору виггентри за её свойства против тёмной магии.       Драко кивнул, всыпая порошок из перьев дикобраза в зелье, которое окрасилось в фиолетовый цвет и теперь должно было стать красным. Варить такое зелье было непросто, с соблюдением определённого порядка цветов. Она не хотела отвлекать его внимание, поэтому просто наблюдала, как он выполняет все действия. Наводила порядок, когда он заканчивал. Перечитывала его записи, восхищаясь тем, как аккуратно он писал, когда у него появлялась идея и он спешил её записать. Оставляя несовершенные кляксы там, где его рука волочилась по странице. Совсем не похожи на идеальные буквы в записке, которую Драко прислал ей. В той, которую она хранила в кармане своего пальто.       — Верно, — сказал он и снова потянулся к чертополоху. — Как только мы добавим семь капель, нам нужно будет провести все изменения в нужном порядке.       Гермиона стояла наготове.       — Просто скажи мне, что делать.       Он усмехнулся:       — Всегда хотел покомандовать всезнайкой.       Она шлепнула его по боку, и он рассмеялся.       — Я помогаю тебе. И сохраняю свою самостоятельность.       Драко добавил капли чемерицы, поставив котёл на низкую температуру.       — Сначала кора виггентри. Добавляй по одному кусочку за раз, между помешиваниями.       Кусочки коры зашипели, когда она положила их в котёл. Затем он попросил её выложить в центр целую веточку мяты, дав ей опуститься на дно.       — Для этой партии я хочу попробовать добавить бадьян и безоар, — сказал он, используя свою палочку, чтобы поддерживать кружение противоядия.       — И то и другое? — спросила Гермиона, потянувшись к маленькой коробке с безоарами и банке с листьями бадьяна. Они были сохранены для свежести. Это был дорогой ингредиент, так как срок годности у них был короткий, а сушёный бадьян давал слабые результаты. Драко измельчил листья и высыпал их в варево. Оно стало цвета мёда, а добавленная мята придала ему приятный, лекарственный запах, напомнивший маггловские лекарства.       — Я не рассчитываю, что нам удастся решить эту проблему с первого раза, — произнёс он. — Лучше начать с самой мощной комбинации и экспериментировать дальше.       Гермиона знала, что это практично, и не ожидала, что сегодня или когда-либо они создадут идеальное противоядие. В Министерстве тоже есть команда, работающая над противоядием. Впрочем, ей это было только на руку — она хотела дать ему что-то, задание, от которого он не только получит удовольствие, но и преуспеет в нём. И она могла присутствовать при этом.       В течение нескольких часов они работали, создавая четыре разных варианта. Каждый из них немного отличался от предыдущего, пока Драко не остался доволен основой зелья и хотя бы некоторыми вспомогательными компонентами. Было нечто такое в виггентри, что, казалось, Драко особенно старался заставить компонент сочетаться с противоядием. Безоар поглотил слишком много, превратив зелье в довольно бесполезное вещество на дне котла. Слишком большое количество бадьяна, похоже, вызывало ту же неприятность.       Они сделали перерыв, чтобы съесть блюдо, которое, должно быть, принесла Типпи. Еда просто появилась на столе, когда Драко предложил ей поужинать. Гермиона подумала, не приложила ли эльфийка руку к тому, чтобы квартира выглядела более оживлённой, чем два дня назад, когда они прибыли сюда после ухода из поместья Ноттов. Они быстро поели, обсуждая дальнейшие действия и свои теории, а затем вернулись к своей задаче.       Снова варили и читали. Гермиона нарезала ингредиенты и растирала их ступкой и пестиком. Наблюдала за ним, пока он работал. Хотела оттащить его от стола, чтобы передохнуть. Целовать его до тех пор, пока у них не перехватит дыхание.       В конце концов, она начала уставать, и после долгих уговоров Драко согласилась отдохнуть несколько минут на его диване.       — Остаётся только ждать, — сказал он. — Я за всем присмотрю.       Когда она заявила, что он тоже должен отдохнуть, Драко слегка покраснел и продолжил работать. Он всегда говорил, что мало спит. Она наблюдала за ним некоторое время, пока её веки не отяжелели, и девушка не почувствовала, что её потянуло в сон.

***

      Гермиона проснулась, когда солнечные лучи коснулись её лица. Было тепло, и она лежала под тонким одеялом. Открыв глаза, девушка поприветствовала первые проблески рассвета. Она проснулась гораздо раньше, чем обычно, и растянулась на диване, который с одного края раскладывался в подобие шезлонга, а на подушках лежали длинные ноги Драко. Их головы находились рядом друг с другом. Он крепко спал, дыша ровно и тихо через нос. Было довольно рано, и ей нужно было переодеться для работы. Перед уходом она накинула на него одеяло.       Весь день на работе она углубилась в исследования, в частности, в магические заклинания. Несколько коллег одолжили ей книги, и, внимательно читая их, она обнаружила несколько специфических заклинаний для зелий, которые наделяли силой и слабостью в зависимости от магической крови. Она выписала полдюжины различных заклинаний, чтобы опробовать их.       Гарри ответил на её записку с вопросом о ходе работы над противоядием: «Пока ничего, но они усердно работают. Я выясню больше к концу дня». Гермиона ела сэндвич за своим столом, устав от светской беседы, в которую её втянули за последние три дня, о её отсутствии в течение двух месяцев. Как будто для неё имело значение, что рождественская вечеринка прошла более пышно, чем в прошлом году, или что Селестина Уорлок выпустила альбом маггловской музыки. Пустые сплетни раздражали её и в хороший день, а теперь к этому добавилось ещё и то, что она снова стала объектом этих сплетен.       Ровно в пять она вышла из-за стола и поднялась на лифте в атриум. Только выйдя из него, она заметила светловолосую голову и поспешила к нему.       — Привет, — сказала Гермиона, — извини, что ушла сегодня утром, мне нужно было забежать домой до работы, и я не хотела тебя будить.       Драко оглянулся вокруг и повернулся к ней. Он зашагал быстрее.       — Хорошо, всё в порядке.       Она поспевала за его длинными ногами, направляясь к каминам с зелёными изразцами. Там образовалась небольшая очередь из людей, стремящихся уйти с работы побыстрее.       — Я провела много исследований и разработала несколько заклинаний, чтобы их испытать. Кровные проклятия, с которыми мы столкнулись в поместье, оказались полезной отправной точкой, а потом Эдвард — он старший специалист по снятию проклятий — рассказал мне об одном переводе, — она сделала паузу, заметив, что Драко не поддерживает с ней разговор. Он держал голову под небольшим углом, почти сгорбившись, в стороне от неё. — Ты меня слушаешь? — тихо спросила она.       Он кивнул.       — Пытаюсь не навлечь на себя гнев половины Министерства, вот и всё. Нельзя допустить, чтобы они подумали, что мы вместе — разговариваем друг с другом, я имею в виду.       Гермиона обернулась, заметив, сколько глаз и ушей приковано к ним, некоторые делали вид, что не обращают на них внимания. И она осознала, что ей плевать. Люди говорили о ней в любом случае.       — Пойдём, — произнесла Грейнджер, переплетая свою руку с его и увлекая парня к открытому камину. Несколько человек наблюдали за происходящим, но она просто проигнорировала их, пока они пробирались к выходу. Только когда они оказались прижатыми друг к другу в кабинке туалета, она вспомнила, что из практических соображений разумнее было бы выйти по отдельности.       Драко маневрировал так, чтобы они смогли выйти, серые глаза искрились смехом, который, как она знала, он держал при себе. Она поправила ремешок сумки и пробормотала заклинание, превращающее её мантию в зимнюю куртку.       Как только они добрались до маггловского Лондона, она завершила свой монолог о проведённом исследовании, а он слушал и кивал, время от времени задавая вопросы о некоторых моментах заклинаний. Улицы были переполнены людьми — они шли с работы, направлялись в пабы или по делам. Когда её толкнул особенно торопливый мужчина, Драко крепко обнял её за спину. Он повёл её по более тихой улице. Стоило ему убрать руку, как она потянулась за ней, переплетая их пальцы. Наслаждаясь лёгким сжатием его большого пальца.       — Как ты думаешь, мы должны сначала сравнить заклинания? Или же сначала поработать над противоядием? Сколько ты не спал после того, как я уснула? — Она расспрашивала его, пока они шли, и наслаждалась игрой его губ при каждом новом вопросе.       — Я уже много раз говорил тебе не беспокоиться о моих привычках спать, Грейнджер. Мы можем начать с заклинаний. Я приготовил несколько вариантов противоядия, которые нужно будет испытать, но только после того, как я буду уверен, что мы воссоздали яд.       Он прогуливался, говоря так непринуждённо, что Гермиона почти остановилась, чтобы поинтересоваться, знает ли он, как действуют на неё подобные академические разговоры.       Вместо этого она спросила:       — Ты разработал несколько версий противоядия?       Они свернули на узкую улицу, которую она уже узнавала. Вдоль неё росли голые деревья и стояло несколько машин. Маггловский район, как того требовал его испытательный срок.       — Да, — ответил Драко, поднимаясь по ступенькам к двери своего дома. Она последовала за ним, желая задать ещё сотню вопросов, но придержала язык, пока они не оказались в его квартире и он не сбросил защиту. И тогда она приступила к очередному расспросу, пока он терпеливо объяснял, какие варианты создал и почему.       — Вот в этом, — Драко протянул бледно-зелёное зелье цвета высушенного эвкалипта, — использовано больше спорыша, учитывая, что эта составляющая яда требует привязки.       — Какое из них тебе кажется более сильным?       Драко мгновение смотрел на них, окидывая взглядом слегка различающиеся цвета в их маленьких склянках.       — Вот это, — сказал он, протягивая ей пузырёк, который был немного темнее по цвету, но всё же похожего оттенка зеленого. Как шалфей.       Гермиона повертела его в руках, наблюдая, как мерцающая жидкость переливается из одной стороны в другую.       — Что заставило тебя так думать?       Когда она подняла взгляд, он смотрел на рабочий стол, заняв руки разбором бумаг и расстановкой банок по секциям.       — Это звучит глупо, но… предчувствие, я полагаю. Что-то в зелье Виггенвельда показалось мне хорошим началом. А потом использование различных методов для первых нескольких, которыми я был доволен, способствовало созданию некоторых ингредиентов и методов варки.       Гермиона кивнула и поставила пузырёк обратно на стол. Магия часто бывает интуитивной, и его природный талант к зельям, вероятно, вызывал чувство уверенности.       — По-моему, все понятно. И что теперь?       — Теперь мы взглянем на те заклинания и попытаемся влить вот это, — он протянул больший флакон с чёрной жидкостью, копией яда, — и будем надеяться, что он идеально сочетается с этим. — Он указал на маленький пузырек с ядом, взятый ею из того, что они нашли в поместье Ноттов.       Они провели час, сравнивая различные заклинания, при этом Драко предоставил полезную историческую информацию о ритуалах чистокровных. Хотя у него были знания, он делился ими в отрывистой, клинической манере. Как будто говорить об этом было так же хлопотно, как объяснять врачу о травме.       Когда они наконец остановились на заклинании, Драко вылил пузырёк с воссозданным ядом в котёл. Постепенно он довёл его до кипения. Прежде чем произнести слова, он заставил Гермиону сесть на диван за защитными чарами. Таков был компромисс — изначально Драко хотел, чтобы она совсем покинула квартиру и дождалась совы, прежде чем вернуться. Они спорили не менее четверти часа.       Он говорил тихо, и между ветром снаружи и треском пламени под котлом она едва могла его расслышать. Наверное, к лучшему. Гермиона знала, что это всего лишь слова, и что он не подразумевал под ними ничего, кроме желания завершить приготовление яда. При использовании магии, и особенно тёмной магии, всё должно было быть серьёзно. Но Гермиона догадывалась, что Драко подразумевает их в контексте варева, и этого достаточно. Он хотел создать яд, и заклинание помогло бы ему его создать.       Её присутствие в комнате, вероятно, усиливало напряжение, которое она заметила на его лбу, пока он работал. Но она хотела быть рядом с ним, когда дело будет сделано. Донести до него, что она знает, что он не верит в смысл произнесённых слов, даже если он вкладывал в них смысл, когда произносил над кипящим котлом.       — Готово, — сказал он. Она вскочила с дивана и заглянула в котёл. Жидкость была чёрной, как чернила, и довольно тонкой. Точно такой же, как в маленьком пузырьке, который они забрали.       Драко налил небольшое количество в склянку, затем взял каплю яда и варианта и сравнил их с помощью заклинания Aequāre. Они вихрились, сталкивались, сцеплялись и образовывали реки в своей среде. Пока они не стали единым целым. Они были идентичны.       — А теперь мы его протестируем? — спросила она, наблюдая, как маленькие капли яда рассеиваются пузырьками. Они превратились в пар, а затем исчезли совсем.       — Да, существует способ проверить, сработает ли противоядие. Я читал об этом в старом журнале зельеваров, — сказал Драко, кивнув в сторону небольшой стопки на углу рабочего стола. — Сегодня утром я сам испытал его, используя несколько различных незначительных ядов и их противоядий. Он работает довольно хорошо, поэтому мы должны начать процесс прямо сейчас. На то, чтобы добиться нужной температуры и цвета, может уйти час.       — Хорошо, и что мы будем делать сначала?       — Сначала мы передохнём и съедим что-нибудь.       — Драко, мне не нужен перерыв. Мы можем подождать…       — Я только что услышал звуки твоего желудка, Грейнджер, так что твой аргумент неуместен.       Он убрал со стола, отправив ингредиенты на свои места вдоль задней стенки. Затем достал из холодильника большой контейнер и начал переливать суп в кастрюлю на конфорке.       На столике появился свежеиспечённый хлеб, и Драко налил им бокалы холодного белого вина. Во всём этом чувствовалась домашняя атмосфера, что ей очень нравилось. Казалось нормальным готовить еду вместе. Половину ужина она провела, глядя на то, как его волосы слегка развеваются от влажности, вызванной варкой. Свои она заплела в косу, убрав их подальше от лица, пока локоны не вырвались на волю. Они говорили о журнале, в котором он нашёл эксперименты Арсениуса Джиггера с противоядием, которые она прочла в одном из томов в кабинете в поместье Ноттов, пока он восстанавливался после скульптур. Казалось, что прошло всего несколько дней или целая жизнь. Она вдруг осознала, как сильно он ей дорог. Как она боялась потерять его еще до того, как они начали встречаться. Как сильно она хотела начать.       Драко создал четыре различных испытательных станции. Они использовали по капле воссозданного зелья и по капле каждого противоядия, делая заметки о каждом, прежде чем опробовать другое. Первая проба была неудачной, и он объяснил это количеством бадьяна. Второе было многообещающим, но в конечном счёте безуспешным. Но третье оказалось прозрачным, как вода. Пар поднимался и сворачивался в ничто. Оставляя после себя чистоту. Они проверили его десять раз, используя разное количество яда и противоядия. Каждый раз они оставались с чистой водой.       Пока Драко убирал из котлов неудачные варианты и начинал разливать противоядие, Гермиона достала яд из поместья Ноттов. Его было немного, но их воссозданная версия, казалось, реагировала на противоядие всего лишь одной каплей.       Драко взмахнул палочкой над столом, счищая с него мелкие кусочки высушенной травы, измельчённые перья дикобраза и все остальные ингредиенты, которые они испробовали за последние три дня.       — Завтра мы сможем отнести зелье Робардсу, и он отправит его в лабораторию, — сказал он, полируя поверхность стеклянной тары, в которой теперь хранилось противоядие. — Нам нужно немного отдохнуть. Уже поздно.       Гермиона покачала головой. Её пальцы обхватили пузырёк.       — Нам нужно испытать его на магглорождённом, чтобы убедиться, что оно работает. В контролируемой среде. С компетентным мастером зелий, который знает исцеляющие заклинания. У нас всё для этого есть.       Его взгляд метнулся к ней.       — Грейнджер, не смей.       Но она уже вытащила пробку — капля брызнула ей на руку. Она размазала её по руке, завороженная тем, как она растекается. Вспомнила, как проливала чернила на пергамент, испортив уголок эссе по трансфигурации. На дно сумки, испачкав кожу. На её руках, а иногда и на лице, постоянно появлялись пятна от того, что она бездумно держала перо между губами или писала так быстро, что чернила разбрызгивались. Она была слишком занята, чтобы заметить это.       — Грейнджер, что ты делаешь? — сказал Драко и выхватил у неё из рук размазанное зелье. — В нём неразбавленный гной бубонтюбера, который может вызвать волдыри на коже. Ты знаешь, что это дерьмо из четвертого курса! Нельзя просто так прикасаться к яду.       Он решительно вскинул брови, произнося диагностические заклинания и бормоча лечебные заклинания, в которых она не нуждалась. Он очистил её руки и взял их в свои, осматривая.       — Драко, ты просто смешон. Моя кожа в порядке.       Пока он продолжал возиться с её рукой, она взяла каплю яда и положила на язык.