В этом мире даже на приключения поднимается цена (Но она не имеет значения)

      Изуку медленно спускался по лестнице. Каждый шаг громким эхом отражался от бетонных стен, но Мидория этого вовсе не замечал. Все его мысли были словно в тумане. Всё, что происходило ранее ощущалось как очередной дурной сон. Вот-вот он подскочит в своей кровати, возможно, посмеётся над глупостью этого кошмара, выпьет водички и ляжет спать снова.       Но проснуться никак не получалось.       Изуку всхлипнул и стёр выступившую слезу ладонью. Размытым взглядом он посмотрел на табличку с номером этажа и тихонько охнул — он и не заметил как прошёл почти все этажи. Ярко-красная двойка с черной окантовкой выделялась на белой стене. Мидория начал торопливо приводить себя в порядок: отряхнул свои штаны и пиджак, протёр лицо рукавом и натянул на себя улыбку. Достав телефон из кармана он взглянул на своё отражение и нахмурился. Его глаза покраснели и слегка опухли, что даже самому дремучему человеку станет ясно, что Изуку только что плакал. А Мидория вовсе не хотел никого тревожить своими проблемами. Поэтому зачесал свои густые тёмные кудри на заплаканное лицо и вновь взглянул на себя. «Ну... Пойдёт,» — махнул рукой Изуку и продолжил спуск.       Наконец, выйдя на улицу, он тяжело вздохнул, надеясь, что никому из прохожих не придёт в голову с ним заговорить. В его мыслях сейчас был полный кавардак, и он при всём желании не смог бы ответить что-нибудь внятное. Прокручивая последние слова Всемогущего снова и снова, Изуку будто на автопилоте шёл в сторону дома. Мидория размышлял о том, что, на самом деле, то, что сказал герой, было вполне ожидаемо. Все говорили Изуку, что его мечта — несбыточная. Даже его собственная мать. Пусть и не прямо, но её вечное молчание в ответ на заданный вопрос «А я могу быть героем, как Всемогущий?» не могло означать ничего иного. И Мидория к такому привык, а потому не обращал внимания и продолжал идти к цели. Но тем не менее, слова Всемогущего задели его. Всю свою сознательную жизнь Изуку жил с мыслью, что его кумир его поддерживает. Всю жизнь он верил его речам о том, что героем может стать каждый, когда в очередном интервью он отвечал на извечный вопрос «Кто по вашему может стать героем?»       Мидории пришлось чуть ли не до крови прикусить губу, чтобы сдержать вновь подступающий всхлип. Он не будет плакать снова. Особенно на улице.       Из круговорота мыслей Изуку вырвал взрыв, прозвучавший где-то недалеко. Мидория вздрогнул и растерянно огляделся в поисках источника звука. Взгляд остановился на туннеле, в котором его сегодня атаковал злодей. Сейчас же там столпились зеваки и герои, наперебой кричащие что-то. Изуку тут же рванул к туннелю, желая узнать, что произошло. Подбежав к краю толпы он чуть привстал на носочки, иначе он мог видеть разве что чужие макушки. Но, как только Мидория увидел, что там было, то обомлел. В туннеле, захватив новую жертву, находился тот грязевой злодей, что напал на него по пути со школы. «Он же сбежал из-за меня!» – в ужасе подумал Изуку, широко раскрыв глаза. Он стал быстро проталкиваться сквозь скопление людей, чтобы рассмотреть происходящее получше. Сделать это было нелегко, и Мидория раз или два получил локтем по рёбрам, но тем не менее, безостановочно двигался к центру. Достигнув внутреннего края толпы Изуку смог во всех деталях разглядеть нападение, от которого невольно пробирает дрожью. Грязевой злодей чуть ли не целиком утопил жертву в противном склизком иле, и лишь кое-где торчала одежда – униформа школы Альдера. Выходит, что этот человек ходит в ту же школу, что и Мидория! — Но откуда исходили взрывы? — В недоумении нахмурился Изуку.       И тут же получил ответ на свой вопрос. Жертва, освободив одну из рук, начала беспорядочно выпускать огненные вспышки. На миг чудовище, ослеплённое ярким светом, слегка отступило, открывая часть лица захваченного человека. Внутренности Мидории скрутило в тянущий узел, когда он, снова посмотрев на жертву, встретился с отчаянными ярко-алыми, такими знакомыми с детства, глазами, что буквально умоляли о спасении.       Изуку взволнованно оглянулся. Никто из героев не спешил на помощь. Все они спорили о чём-то, о неподходящих причудах и об ожидании подмоги, но никто ничего не предпринимал. Мидория не понимал, почему герои, что должны спасать людей, просто стоят и смотрят как человек постепенно умирает на их глазах. Это же их работа! Изуку уверен, ни один герой из первой десятки такого себе не позволит. И тут он зацепился взглядом за стоящего на другом конце толпы человек. В голове у Мидории стало пусто. Всемогущий в своей тощей форме точно так же как и остальные застыл там и ничего не делал, лишь с печальным видом пялился на происходящее. Недавнюю грусть чуть ли не подчистую вытеснил разгорающийся в душе гнев.       С этого момента Изуку не мог позволить себе оставаться в стороне ни на миг. Решительно снимая с плеч свой жёлтый рюкзак, он пулей вылетел из толпы и ринулся прямо к злодею. Герои, заметив его, наперебой заголосили, призывая Мидорию остановиться, но тот на них не обратил даже доли своего внимания. Всё в нём было сосредоточено на том, как освободить Бакуго из омерзительных «лап» злодея. Чуть замахнувшись на бегу, Изуку метнул портфель прямо в предполагаемое лицо преступника и, воспользовавшись его заминкой, схватил Кацуки за рукав и со всей силы дёрнул на себя, что, на самом деле, не сильно помогло. Он снова резко попытался вырвать Бакуго из цепкого ила. Мидория чувствовал, что ему едва хватает сил чтобы удерживать Кацуки от полного поглощения злодеем. Но даже в такой ситуации ни один герой не помог. Все просто замерли на своих местах, как приклеенные, и кричали ему об опасности его действий. Да как будто он не знал, на что идёт! Именно в этом-то и дело! Изуку знает, каково это — задыхаться от удушающей грязи в лёгких. И никому не пожелал бы испытать такой опыт.       Внезапно Мидория почувствовал как склизкие щупальца постепенно начали пробираться под его рубашку, из-за чего по всему его телу пробежал холодок. И лишь огромная выдержка и сила воли удерживали его от подступающей паники и тошноты.       И тогда Изуку сделал единственное, что ему оставалось в этой ситуации. Отпустив Кацуки одной рукой и продолжая удерживать другой, Мидория протянул кисть к глазу – единственной части грязевого злодея, которую возможно было удержать, — и сжал его что есть мочи. Преступник разъярённо заверещал от пронзившей боли, мгновенно выпустив Бакуго из хватки. Изуку воспользовался этим и поспешно стал оттаскивать Кацуки в сторону, пока злодей не успел вновь вцепиться в него своими грязевыми щупальцами.       И лишь в это мгновение герои словно бы очнулись ото сна, начиная действовать. Всемогущий вбежал и размазал преступника своим фирменным ударом, а остальные герои оперативно захватили его. И толпа в ту же секунду разразилась ликующими криками и восхвалениями Всемогущего: «Он снова победил злодея и всех спас!»       А чуть поодаль дрожащий от адреналина Изуку придерживал опирающегося на свои колени Бакуго, пока тот отхаркивал и откашливал противную жидкость из лёгких, чуть хрипя при вдохах и выдохах. К ним подошёл один из героев — Death arms, кажется, — и улыбнулся. — Эй, парень, ты был просто молодцом! — Похвалил он Бакуго, трепля того по макушке, словно маленького ребёнка, — Не каждый бы смог вытерпеть такое. Ты просто прирожденный герой! Да ещё и с такой причудой— — Отъебись, — отрезал Кацуки, скинув с головы чужую руку. Он выпрямился и стремительно пошёл прочь, не поднимая взгляда.       Death arms на это лишь посмотрел ему вслед и цыкнул. После чего он вновь повернулся к Изуку, но на этот раз брови у него были нахмурены, что не предвещала ничего хорошего. — Пацан, — начал он строго, — Я всё понимаю, ты хотел помочь, но реальное геройство – это не игра в героев и злодеев из детсада.       Death arms скрестил руки на груди. Изуку смотрел на него и не мог понять, серьёзно ли он, герой, что ничего не сделал, говорит это ему. — Ситуация была серьёзная, тебе не стоило влезать. Ты лишь подвергал того парня и себя опасности. — Герой бросил на Мидорию угрюмый взгляд, — Тебе невероятно повезло, что ты смог освободить того мальчика. Но ведь так могло и не быть. Ты представляешь, что бы было, если бы жертв стало не одна, а дв—       Внезапно Изуку, перебил его, сам удивляясь собственной наглости. Может это ещё блуждающий по венам адреналин решил пошалить, а может день сегодня был такой сумасшедший, что ему уже без разницы будет, даже если по улице галопом индейцы пробегут. — ОН! ЗАДЫХАЛСЯ! — заорал Мидория, с яростью глядя прямо в глаза Death arms.       Шокированный герой не ожидал такого и поражённо притих. Изуку продолжил. — ОН ЗАДЫХАЛСЯ ПРЯМО У ВАС НА ГЛАЗАХ, И НИ ОДИН ГЕРОЙ НЕ ДЕЛАЛ НИЧЕГО ЧТОБЫ ПОМОЧЬ. — От крика у Мидории сбилось дыхание, из-за чего ему пришлось прерваться на судорожный вдох, — Вы все стояли там, засунув в жопу свои ёбанные суперсилы, и говорили что-то про несовместимость причуд! – Послушай, парень, у нас всё было под контролем... — попытался успокоить его Death arms, но вновь был перебит. – ДА НИХРЕНА У ВАС ПОД КОНТРОЛЕМ НЕ БЫЛО, — Топнул по асфальту ногой Изуку, от невозможности выплеснуть свою злость ещё куда-то. — Вы ПРОСТО ЖДАЛИ ПОДМОГУ, которая бог знает когда пришла бы! ЗА ЭТО ВРЕМЯ КАЧЧАН БЫ УЖЕ УМЕР.       Горячие слёзы ярости потекли из глаз Мидории, и он крепко стиснул зубы, чтобы не всхлипнуть. Как этот человек может его отчитывать? Дрожащим голосом Изуку продолжил: — Я-я мог бы пр-ридумать сотни способов применения ваших причуд в этой ситуации, чтобы с успехом спасти Бакуго. У вас ведь такие потрясающие способности, — Мидория шмыгнул носом, — Но вместо этого пришлось мне, беспричудному, блять, подростку, вытаскивать его из лап злодея. Потому что вы ни черта не делали!       Услышав это, Death arms сильнее сдвинул брови. — Так ты ещё и беспричудный?! – Прошипел он, сжав пальцы на переносице, — О чём ты вообще думал?!       Изуку уже набрал в грудь воздух, чтобы максимально чётко и ясно повторить свои слова, как вдруг его телефон зазвонил. — Ой, — тихо вырвалось из Мидории, вместо тирады. — Извините, я отвечу.       Изуку робко достал из кармана телефон и, чуть отойдя от героя, ответил на звонок. — Алё? — Изуку, где тебя носит?! — Прозвучал недовольный голос Хитоши на другом конце трубки, — Я тебя десять минут уже жду! Мы так опоздаем! — Ой! П-прости! — Широко раскрыл глаза Мидория. Из-за всего произошедшего он совсем забыл про тренировку! — Я-я просто... — он лихорадочно оглядывался, в поисках оправдания. — Что? — спросил Шинсо, когда пауза стала затягиваться.       Изуку наткнулся взглядом на свой же рюкзак, и его посетила идея. — Я-я... М-меня задержали в школе! Да! П-прости что не предупредил... — Виновато пробормотал он, — Иди пока без меня. Передай потом Спун-сенсей, что я опоздаю!       Хитоши немного помолчал и ответил: — Ладно, фиг с тобой, передам. Ты только сильно не задерживайся там. — М-м, — согласно промычал Мидория. — Всё, давай, я сбрасываю, — Буркнул Шинсо и отключился.       Изуку вздохнул и положил телефон обратно в карман. Мельком взглянув на Death arms, что стоял и ждал, когда Мидория договорит, он рванул к своему рюкзаку, схватил его еле как, и юркнул в толпу, пока герой не успел его остановить. Тому оставалось лишь сердито крикнуть в след ему о том, что они не договорили. Но Изуку на это было наплевать, потому что он опаздывал на нечто гораздо более важное.       В кратчайшие сроки добежав до дома, Мидория взял спортивную форму, висящую в прихожей и, не заходя в свою комнату, помчался на тренировку.

***

      Изуку влетел в невзрачное здание, где проходили их тренировки, чуть не запнулся о порожек, затем наскоро переоделся в форму и уже почти было вошёл в спортзал, но нерешительно остановился перед дверью, вспомнив слова Всемогущего. А вдруг ему и правда лучше не становится героем? В конце концов, не зря же все говорят ему, что он никогда не сможет им быть. Вдруг это просто несбыточная мечта? А ведь ему просто достаточно перестать ходить на тренировки и начать готовится к поступлению на... Врача, к примеру? Они ведь тоже спасают жизни. То и дело во время своего внутреннего монолога Мидория робко поднимал руку чтобы постучаться и тут же опускал её назад.       Резко перед Мидорией распахнулась дверь, чуть не ударив его по носу. В проходе стояла Спун Найффорк. — Мидория, ты чего стоишь здесь как истукан? Давай шевелись, и так уже опоздал на разминку. — Найффорк жестом указала ему проходить в зал. — Х-хорошо... И-и простите за опоздание!— кивнул Изуку и шагнул внутрь. Спун прошла следом за ним. — Да ладно, просто постарайся не опаздывать больше. Разминайся пока, — махнув рукой, велела Найффорк, а после обратилась к Хитоши, — Шинсо, так как ты уже размялся, отрабатывай новый приём. После, я думаю, можно устроить спарринг.       Хитоши с Изуку кивнули и приступили к тренировке.

***

      Спарринг длился уже несколько часов, и Шинсо начал уставать. Внезапно на весь зал прозвучал пронзительный свист. Хитоши тут же отпрыгнул от Изуку и вопросительно глянул на Спун-сенсей. — Мальчики, уже довольно поздно, пора закругляться, — пояснила Найффорк, указывая на часы.— Я понимаю, что вы хотите позаниматься подольше, но если из-за тренировок у вас ухудшаться оценки, я вам запрещу посещать занятия.       Изуку с Хитоши вздохнули и, не споря, побрели в раздевалку. В конце концов, Спун-сенсей была права — на улице стемнело ещё час назад, а они ещё даже не приступали к домашнему заданию. — Слушай, Изуку, — напяливая чистую футболку, заговорил Шинсо, — Чего ты сегодня такой... Не знаю... Рассеянный? — А? — растерянно посмотрел на него Мидория. — Чего ты такой рассеянный, говорю. — Повторил свои слова Хитоши. — Аа... Не замечал... — всё также потерянно ответил Изуку, натягивая штанину. — Это из-за того что тебя в школе наказали? — Спросил Шинсо, кладя руку на плечо Мидории, — Да не парься так, даже если замечание в личное дело напишут, вряд-ли это сильно повлияет на что-нибудь. Да и никто ж не умер ещё от этого. — Да, никто не умер... — отведя взгляд, пробормотал Изуку и прикусил губу, уходя в свои мысли. — Эй, да что с тобой? — обеспокоенно нахмурился Хитоши.       Мидория вздохнул и посмотрел прямо на Шинсо. — Хитоши... Скажи честно, — едва слышно произнёс Изуку, — Как ты считаешь, беспричудный человек может стать героем?       Шинсо как ведром ледяной воды окатило. — Конечно я... — начал он, но Изуку его перебил. — Честно, Хитоши. — Твёрдо промолвил Мидория.       Шинсо посмотрел в решительно-печальные зелёные глаза и сдался. — Изуку... М-м, до встречи с тобой я даже не подозревал о том, что существуют беспричудные люди моего возраста. — проговорил он с заминками, — И, если честно, как и все, относился к таким людям... Ну, с предупреждением. — Но, — добавил он, заметив, как Мидория напряжённо сжал край своей футболки, — Когда я познакомился с тобой, я понял, что беспричудные люди, по сути, люди. Ну, в плане, что вы такие же люди как и мы...       Хитоши глубоко вздохнул. Личные разговоры — это явно не его конёк. — И по мне, ты во много раз храбрее, сильнее и умнее чем многие люди. Да даже чем я! — указал на себя Шинсо, — И если раньше я относился к беспричудным с жалостью... То сейчас я считаю, что беспричудные в некоторых вещах даже лучше, чем люди с причудами. — И в общем... Сейчас я уверен — беспричудные люди могут быть героями. Особенно ты. — Уверенно закончил Хитоши, а потом неловко пробормотал, отведя взгляд, — Прости, я вообще плохо объясняю свои мысли, ну ты знаешь...       Со стороны Изуку послышался всхлип. Шинсо даже посмотреть на него не успел, как Мидория врезался лицом в его плечо, крепко обнимая. Кудрявые волосы щекотали щёку Шинсо, когда Изуку содрогался в рыданиях. Хитоши не оставалось ничего, кроме как приобнять в ответ, поглаживая по спине, и ждать, когда Мидория успокоится. За прошедший год Шинсо не раз приходилось утешать Изуку, и дружеские объятья всегда помогали в этом деле. Да что уж, однажды именно Мидории пришлось его успокаивать, когда одного из уличных котов, за которым Шинсо присматривал, забили камнями дети.       Изуку крепко прижимался к Хитоши, футболка которого быстро намокла от слёз. Мидория уже почти не плакал, лишь иногда шмыгая носом. Изначально он вообще не хотел задавать свой вопрос Шинсо, это вырвалось на эмоциях. Но сейчас он совсем не жалел об этом. На душе становилось тепло от мысли, что в этом мире есть человек, который верит в него. Изуку улыбнулся уголками губ, отстраняясь. Его глаза были ужасно покрасневшими, а на щеках остались засохшие дорожки от слёз, но несмотря на это было видно, что он счастлив. Хитоши, смотря на него, не мог не улыбнуться в ответ.       Эту трогательную сцену прервал стук в дверь и голос старой уборщицы: «Есть кто в раздевалке?» Шинсо с Мидорией вздрогнули от неожиданности и начали в ускоренном темпе собирать вещи. — Да! — откликнулся Хитоши, чтобы их случайно здесь не заперли. — Пошевеливайтесь, мне нужно закрыть дверь, — ворчливо раздалось с другой стороны.       Друзья за несколько секунд завершили сборы и быстро прошмыгнули в коридор мимо раздражённой уборщицы, подозрительно косящейся на них. В прочем, ничего более она им не сказала. — Так что случилось? — Поинтересовался Шинсо, когда они вышли из здания. На улице почти никого не было, кое-где горели жёлтым светом фонари. Почти полная луна сияла на небе. Привычно звучал шум проезжающих машин и шелестящих деревьев. Было прохладно. — Да просто... День сегодня неудачный был. — С грустью вздохнул Изуку, ёжась от холода, пробежавшего по телу. — М-м, — понимающе промычал Хитоши, — Расскажешь? — Ну да, — пожал Мидория плечами и начал рассказ, пока они шли к остановке, до которой Изуку обычно провожал Шинсо.

***

— Передай Бакуго, чтобы не ходил ближайшие сто лет по крышам, а то мало ли я сзади окажусь. — Хитоши! — Возмутился Изуку.

***

— Стой подожди то есть ты хочешь сказать что Всемогущий после нападения на тебя злодея даже не вызвал скорую?? — Ээ...

***

— ...Он просто оставил тебя на крыше многоэтажки, после того как разрушил твою мечту. — Ну... Да, наверное? — Это был не вопрос.

***

— М-да я конечно не люблю Бакуго, но такого даже ему не пожелал бы.

***

— Стой погоди они реально просто стояли и жаловались на бесполезные причуды? Серьёзно??? — Угу... — Ты знаешь, с каждой минутой твоего рассказа я всё больше разочаровываюсь в дневных героях. И не пытайся меня переубеждать. *** — И Всемогущий тоже стоял? М-да, вот от кого не ожидал. *** — КАКОГО Х***, ***** Я ЕГО *** В РОТ ****! — Хитоши, успокойся...

***

      Ещё с минуту после окончания рассказа Шинсо молчал, глядя философским взглядом в небо. — Хочешь я возьму Всемогущего под контроль и заставлю его станцевать танец маленьких утят в розовом платьице на крыше самого высокого здания? — Спросил Хитоши, крайне серьёзно посмотрев в глаза Мидории.       Изуку от убедительного тона Шинсо безумно захихикал, да ещё и воображение подкинуло картину всемогущего в нежно-розовой пачке. — Ну, если тебе удастся с ним встретиться... — посмеиваясь ответил Мидория. — О, поверь, повод для встречи я отыщу, — заверил Шинсо, — Он у меня ещё попляшет...       Что вызвало новую волну хохота. Хитоши не понимал, почему Изуку смеялся, потому что он был абсолютно серьёзен. Внезапно Шинсо посетила одна мысль. — Изуку, а как ты будешь спать? — Повернулся к Мидории Хитоши. — Ты о чём? — Не понимающе спросил Изуку. — Ну на тебя же Всемогущий со всех углов комнаты пялится, — объяснил Шинсо, пожав плечами.       Сначала Мидория прыснул от слов Хитоши, а потом задумался. На самом деле, он правда не представлял, как будет находиться в своей комнате после всего, что произошло сегодня. Ведь каждый раз глядя на плакаты и фигурки, которых сотни только лишь на полках, неизвестно сколько лежит в ящиках, Изуку будет вспоминать слова Всемогущего. — Я не знаю, — Нахмурился Мидория, моргнув. — Может, — взъерошил свои волосы Хитоши, — Тогда ко мне на ночёвку?       Изуку уже хотел было согласиться, но передумал в последний момент. — Нет, когда-нибудь мне всё равно придётся ночевать в своей комнате... — задумчиво почесал нос Мидория. — Тогда я к тебе? — Спросил Шинсо, — Я у тебя лишь однажды был, помнишь? — Не знаю, разрешит ли мама, — развел руками Изуку. — Ну значит к тебе, — кивнул Хитоши, уверенный в том, что мама Изуку точно разрешит, и развернулся, чтобы пойти в направлении дома Мидории, — Ты только дорогу покажи, а то я подзабыл уже. — Но если мама всё таки не разрешит? — Заволновался Изуку. — В окно влезу, — закатил глаза Шинсо.       Мидория на это лишь наигранно вздохнул, понимая, что друга ему не переубедить. Да и не очень то, честно говоря, хотелось.