Разбитое небо

Ни проходит и секунды, как старший врывается на второй этаж. В этот момент он пожалел о том, что просто стоял и отсчитывал секунды на балконе - его мальчик, ещё не тронутый даже им самим, стоя на коленях, прогибался и плакал под совершенно другим человеком. По стройным ногам Феликса стекали редкие капли крови, смешанные с белой субстанцией, спина, испещренная укусами и синяками, крупно дрожала. Цунами агрессии без промедления захлестнуло Хвана, сметая здравый смысл к чертовой матери, повышая болевой порог до критической отметки. Хёнджин сносит каждого, кто встает на пути к его солнцу: он перекидывает через себя излюбленного киллера Минхо - Джисона, разбивает губу мятноволосому парню с именной татуировкой "SUGA" на пальцах, прописывает апперкот простреленной рукой бывшему работнику, а теперь предателю, Чанбину. Но даже это не спасает такого слабого, по сравнению с четырьмя парнями, Хвана, когда его живот скручивает острой болью, вызванной кулаком Чонина: заострённые зубцы костета разрывают мягкие ткани, заставляя моментально осесть на пол, прикрывая глаза. Рука синеволосого Айэна снова заносится для удара, но Хван, превозмогая боль, уворачивается, поднимаясь на ноги, но тут же падая, получая вторую пулю от Джисона в другое плечо. -Ты надеялся победить 4 парней, один из которых прекрасно знает твою манеру работы в одиночку? - насмехаясь начал Минхо, похлопывающий дрожащего Ли по простреленному бедру, вызывая очередную порцию криков, тонущих в слезах. -Малыш, ты чего плачешь? - поднимая лицо Ёнбока за волосы, расплывался в улыбке Ли - я же ведь ещё не закончил. И кстати...знаешь, кто пришел? - Феликс молчал, сглатывая очередной ком, постепенно подступающей истерики. - твой любимый - прямо в ухо прошептал старший, поворачивая голову Бока в сторону Хвана. - Заставьте этого ублюдка посмотреть сюда. Хвану заламывают руки, приводя в более менее сознательное состояние пощечинами. Это жутко - видеть то, как твое солнце рассыпается на полу, умоляя об остановке. Это больно - видеть, как твоя луна бессильно роняет слезы на пол, стараясь вырвать свои простреленные руки из охабки тех, кто наконец добились своего. Это пугающе, когда небо разбивается на мелкие кусочки, рассыпаясь на планету кристаллами дождя. -Отпусти Ликса...забери все акции, но прошу отпусти его, убей меня, что угодно, но отпусти его. - опуская взгляд в пол, словно мантру, говорил Хван. -Пусть этот урод смотрит сюда! - рявкнул Мин, заставляя парней поднять голову Хвана, чтобы тот увидел самую жуткую картину в его жизни. Лино оттягивает мягкие пряди Ёнбока пальцами, вдавливая голову ладонью в пол, чтобы младший, что так старательно пытался отвернуться от Хвана, не смог этого сделать, растекаясь лужей слёз на окровавленом деревянном полу. Когда-то в детстве, мы думали, что убиться мизинцем о тумбочку - больно, в подростковом возрасте мы осознали, что предательство страшнее всего на свете, а во взрослой жизни поняли, что любовь во всех её смыслах: от любви к себе, до любви к окружающим - самое важное в жизни и самое ценное, что страшнее всего потерять. Именно в этот жуткий вечер известные короли мафии лишись самого ценного, что у них есть, во всех понятиях. Минхо делает ещё пару ленивых толчков, кончая внутрь Феликса, что жмурил глаза, надеясь не столкнуться взглядом с Хваном: стыд, боль, разочарование, любовь - все смешалось комом, заставляя звёздного мальчика ментально сжаться, утопая в мире, полном разрушений. -Не долго вам жить осталось, голубки. - выходя из разломанного на куски Ёнбока, улыбался босс северной мафии, смотря в сторону полуживого Хвана. - Отпустите этого у*бка, пусть хотя бы обнимется со своей пешкой перед смертью. - оскал не сходил с этих ядовитых губ, заставляя Хёнджина поёжиться. Хвана толкают, отпуская из оков. Никогда Хёнджину не было так больно и страшно, никогда он не извивался на полу, смотря в сторону "бездыханного" тела Ёнбока, что все ещё тихо скулил, чувствуя рези в области анального отверстия и тупую боль в простреленном бедре. "Почему всё так? Боки... боже...почему не я на его месте...нет, боже, нет. Я...я такой идиот.я...я так глуп." -не надо, пожалуйста!- голос Феликса разрезал тишину, выбивая любые мысли из головы и срывая все возможные запреты в глазах Хвана: Минхо снова осторожно оглаживал половинки младшего, прикусывая кончик языка, постепенно спускаясь ладонью к саднящему от спермы месту. Секунда- Хван резко срывается с места, забывая напрочь о боли, от которой пульсировало все тело. Две - Хван приставляет ладонь к горлу Минхо, успевая взглянуть в сторону шайки северной мафии, что тут же сорвалась с места за вставшим. Впервые глаза Хёнджина стали похожи на черные блюдца, по койомке которых тонкой коричневой молнией бежала радужка. Три- звук лезвия оглушает всю комнату, пачкая полы и стены алым цветом, смешиваясь с бардовыми следами запечённой крови от рук Феликса на полу. -Босс! - Минхо замертво валится на пол: никто и предположить не мог, что Хван носит браслет- наруч на руке, со скрытым клинком в манжете. - ты больше не тронешь его никогда, урод...- тихо прошептал Хван, обессиленно падая на пол...