니가 필요해 (Ты мне нужна)

      Оставались считанные дни до возвращения в Нью-Йорк. Там ждали финальные приготовления к выходу альбома. Всё или ничего. Если дебют провалится, как много тебе потребуется времени, чтобы прийти в нормальное состояние? Ты не знала ответа на этот вопрос, но была уверена, что есть человек, который в любом случае будет рядом. Он ведь и сейчас рядом, всячески поддерживает и не оставляет времени для переживаний.       Как Кристофер и обещал, он привёл тебя в барбекю ресторан, тщательно выбирая время и место, чтобы насладиться тишиной и спокойствием встречи. Вы, начав свои отношения, ступили на тонкий лёд, где один неверный шаг может разрушить абсолютно всё. Поэтому было дано обещание делать всё возможное, чтобы защитить вашу личную жизнь от глаз общественности. Даже сейчас вы скрывались за ширмой, занимаясь любимым совместным хобби — едой. — Как ты это делаешь? — ты не понимала, почему у айдола получается вкуснее собрать сями, своеобразный ролл из листа салата с добавлением разнообразных начинок. — Если будешь тренироваться хотя бы раз в месяц, то тоже научишься, — Чан легко свернул всё в небольшой конвертик и протянул тебе, — А пока ешь.       Он с гордостью носил звание "оппа", становясь ещё более заботливым и обходительным по отношению к тебе. С радостью съев предложенный конвертик, ты попыталась вновь освоить это искусство, копируя каждое движение брюнета, уже протягивая ему ролл. Он нарочно укусил тебя за кончик пальца, усмехаясь и нарезая ещё один кусок говядины на мелкие кусочки прямо на гриле. — Вкусно, — вынес вердикт Бан Чан, пережевав еду, — Я тебя ещё научу готовить кимчи тиге. — Сколько нам нужно ещё успеть за три дня, — оставалось лишь театрально закатить глаза, ведь Крис только и говорил о том, куда вы должны обязательно сходить и чему он тебя должен научить. — Ешь, — снова усмехнулся парень, подкладывая тебе в пиалу с рисом мясо.       После ужина, вы долго сидели в машине, так и не сумев расстаться. Теперь каждая минута и секунда была на счету, и терять их находясь по отдельности друг от друга совершенно не хотелось. — Может останешься у меня? — с надеждой спросил Чан, прижимаясь щекой к твоей ладони. — А Феликс? — ты намекнула на то, что лучше никому не знать о ваших отношениях, даже участникам группы. — Ты не будешь злиться? — Кристофер закусил губу, неловко улыбаясь. — Говори, — можно ли злиться на него, когда он так мило улыбается и слегка краснеет от переживаний, смотря прямо в глаза? — Кажется, вся группа в курсе, что ты ночевала со мной, — он замолчал тяжело вздыхая, — И я не смог соврать Ликсу, что между нами ничего нет. — И? — ты вопросительно подняла бровь, ожидая какого-то подвоха, на который ты действительно должна будешь разозлиться. Например, что от Феликса эта новость перетекла к руководству JYP или в прессу. — И, если я предупрежу его, что придёшь ты, то он не будет против. — Если Феликс не будет против, то я останусь у тебя, — кончики пальцев слегка коснулись вздувшейся вены на мужской шее. — Хорошо, я позвоню ему, — кореец уткнулся носом в твоё запястье, — Ты не злишься? — Я могу начать злиться, но это не сотрёт память Феликсу. По крайней мере, если ты ему доверяешь, то почему нет? Мне просто не хочется, чтобы о нас знало много людей. — Извини, — почти промурлыкал Кристофер, сразу же набирая номер друга.       Как позже сказал Чан, Феликс рад будет снова встретиться, поэтому без лишних раздумий и обсуждений был построен маршрут до дома парня. Всю дорогу парень говорил о том, что они запланировали с Ёнбоком, но предупредил, что австралиец обычно приходит поздно, поэтому у вас есть свободное время, в которое ты могла бы ему помочь со скрипкой.       Пока Кристофер возился с оборудованием, ты настраивала скрипку, сидя на краю рабочего стола. Убедившись, что инструмент в пригодном для игры состоянии, ты по памяти начала играть любимое произведение — Каприс №7 Паганини. Пальцы помнили всё: каждую ноту, каждое движение и малейшую паузу. В памяти всплывали бесконечные репетиции перед экзаменами и выступлениями в музыкальной школе, стертые до мозолей пальцы и игра через боль в кистях. Но раз за разом нужно было выложиться на все 100. Ты и не могла по-другому. Ваши взаимоотношения со скрипкой изматывали и травмировали тебя, но ты любила этот скрипучий голосок инструмента, хоть и перестала практиковаться почти сразу после окончания учёбы. Раздались одинокие хлопки парня, который был забыт на время своеобразного выступления. Он всё это время завороженно наблюдал за игрой, отвлекшись от своей работы. — Этому реально научиться? — Вполне, — ты стушевалась, опуская свою старую подругу. — Я бы хотел добавить живого звучания в музыку, — кареглазый принялся за объяснение задачи, — Мне кажется, что будет интереснее заменить фортепианную партию на скрипку.       Бан Чан протянул тебе один наушник, включая демо. Вылавливая ноты, как на уроке сольфеджио, ты собирала полноценную партию, но зря. Парень вытянул откуда-то листок с записанными им нотами, полностью доверяя тебе вносить правки и подстраивать партию под твой вкус. Ты была сосредоточена, полностью забывая о комфорте, переписывая инструментал на коленке, параллельно подбирая новые звучания на самой скрипке. — Элизабет, — мужские ладони легли на твои бедра, отвлекая тебя, — Сядь за стол.       Слегка нахмурившись, ты сбилась с мысли, поднимая глаза на корейца. — Ты так испортишь себе осанку, — коротко пояснил Кристофер, поднимая руки выше, к талии, и подъезжая на стуле ближе. — Я же почти закончила, — отложив скрипку и смычок, ты мгновенно выпрямила спину. — Я молчу, — он отпустил тебя, поднимаясь со своего места, но ты придержала его за рукав футболки, слегка оттягивая его и озадачивая айдола, — Что? — Поцелуй меня, — это личная привилегия, которой ты постоянно пользовалась, ведь могла постоянно в любой момент попросить обнять или поцеловать.       Брюнет широко улыбнулся, подходя ближе и вздыхая так, будто бы уже устал от этого, но по ярким искоркам в его глазах было видно, что он ждал этого чуть ли не весь вечер. Он оставил едва заметный лёгкий поцелуй на лбу, отступая на шаг с насмешкой. Ты вновь схватилась за край футболки, недовольно щурясь и дуя губы. Бан Чан вновь сократил между вами дистанцию, опираясь обеими руками на столешницу: — Что теперь? — Поцелу-у-уй, — если раньше ребячество принадлежало только парню в ваших отношениях, то теперь роль маленькой девочки по праву досталась тебе. — Опять? — наигранно удивился Крис, приобнимая тебя за талию. — Оппа-а-а, — захныкала ты, зная, что перед этим обращением Чан не может устоять.       Секунда и желанный поцелуй. Уже не такой робкий, как первый. Более осмысленный, более осознанный и более требовательный. Руки обвились вокруг мужской шеи, а тело расслабилось в объятиях. Ладони Криса жадно исследовали тело, скользя от лопаток до ягодиц. Шумный выдох сорвался с губ, когда мужские пальцы коснулись оголенной кожи под свитером. Язык скользнул поглубже в рот, переплетаясь с твоим. Обхватив ногами торс, ты ощутила насколько могут быть большими каких-то несколько миллиметров. Именно эти миллиметры одежды, так мешали почувствовать прикосновение разгоряченного мужского тела. Обе ладони накрыли грудь, сжимая её и заставляя выгнуться в спине, слегка прикусывая нижнюю губу Кристофера. Он чуть слышно прошипел, слегка кусая твои губы в ответ. Одна рука скользнула под бралетт, обводя сосок большим пальцем, вся кожа покрылась мурашками, заставляя проскулить в губы брюнета. Айдол мягко отстранился, задирая свитер вверх, а следом и кружево бюстгальтера, припадая губами к соску и терзая его ласками. Слегка кусая, посасывая, целуя, сводя с ума одними лишь касаниями языка. Недолго думая, ты стянула свитер, а следом и бралетт. Но стоило Крису снять футболку, прижимая твоё тельце к себе, раздался звонок в дверь. Он будто бы не обратил на него внимания, продолжая терзать шею, плечи и ключицы поцелуями. Ещё один звонок и ты выдыхаешь, сама этого не желая: — Крис, — ты и сама не поверила в то, что это у тебя такой жалобный тонкий голосок, — Стой.       Парень не посмел ослушаться: отступил на несколько шагов и поднял свою футболку с пола: — Ты сможешь его встретить? — он обвел тебя взглядом, будто бы запоминая на чём вас прервали, а после вручая тебе свою одежду.       Ты прикрыла грудь руками, забрала футболку, понимая намёк с первого раза, и надела на себя черную вещь, оставляя Чана в одиночестве.       Ты открыла дверь для Феликса, окидывая себя взглядом в зеркало. Слегка поправила волосы, одежду и попыталась согнать краску с лица, восстанавливая дыхание. Блондин широко улыбнулся, как только вошел в дом: — Привет, — он быстро скинул кроссовки, неся пакеты на кухню, — Вы теперь не расстаетесь с Чаном? — Я не хотела Вам мешать, — ты поджала губы, идя следом. — Я рад, что у него появился еще один близкий человек. По крайней мере, я знаю, почему он почти не расставался с телефоном последние месяцы.       Тебе стало физически неловко, что захотелось провалиться под землю. Но Ёнбок лишь усмехнулся, переводя тему: — Поможешь приготовить кое-что? — Конечно, — ты подошла к парню, получая от него хлеб для тостов и указание поджарить его.       Если бы ты была одна, то несколько раз подумала прежде, чем хозяйничать в доме айдолов без разрешения Чана. Но в компании Феликса менялось всё. Вы включили музыку и оказалось, что Ёнбок по большей части слушает американских исполнителей, забавно подпевая им тонюсеньким голосом, пританцовывая на месте. Его настроение передавалось и тебе. Вы уже почти разобрали продукты принесенные блондином, когда Чан спустился к вам, заставая от вида снеков. — Это "TimTam"?! — он взял в руки одну из цветных упаковок, но почти сразу же схватился за другую, — И "Twisties"! — Да, — улыбнулся блондин, высыпая в чашу содержимое одной из многочисленных пачек, — Мама прислала. — Можно я оставлю себе это? — брюнет взял одну из банок с надписью "Vegemite". — Ммм, — на лице австралийца засияла хитрая улыбка с прищуром, но после он хохотнул, кивая, — Конечно.       Ты поставила рядом с Ликсом тарелку с готовыми тостами, которые он доверил тебе. Впервые бросив взгляд на Чана, чувствуя, как электрический импульс пробежал по всему телу, бросая в жар. — Ты сейчас сделаешь тосты? Прямо сейчас?! — Чан обнял сзади Ли, слегка приподнимая его. — Да! Я сделаю для тебя тост с маслом и веджимайтом, — закатил глаза Ликс, поясняя тебе, — В нем проснулся австралийский кенгуру.       Ты отвернулась к раковине, делая вид, что ищешь стакан, который стоит прямо перед носом. Поясницы коснулась мужская рука, а уха полушепот: — Ты ведь поешь с нами тосты?       Кивнув, ты получила лёгкий поцелуй в щеку. Лишь, когда Крис отошёл, помогая другу с готовкой, получилось спокойно выдохнуть, осушив после этого залпом стакан воды. Ты закрыла лицо руками, глубоко вдыхая и теперь сомневаясь в своих силах провести ночь под одной крышей с Чаном.       Парни принялись за воспоминания, связанные с Австралией, рассказывая истории, которые они наверняка слышали миллионы раз от друг друга, но при этом искренне смеясь. Когда же тосты были готовы, вы перешли за стол, перенося туда всю приготовленную еду. Пора начать знакомиться с их тостами. Ты взяла себе самый маленький кусочек, сначала рассматривая неизвестную темно-коричневую субстанцию и лишь после пробуя. Две пары глаз смотрели на тебя с интересом. Ты бы хотела сохранить гордый вид или хотя бы проглотить съеденный кусочек. Но вкус веджимайта... Ты ожидала любого вкуса, кроме яркого выраженного соленого с дрожжевым привкусом. Первым рассмеялся Феликс, протягивая тебе бумажное полотенце. Аккуратно выплюнув в него не самый лучший тост в жизни, ты обильно запила водой всё, пытаясь избавиться от послевкусия. — Это тебе не тосты с джемом, — Ли продолжал есть одно из своих любимых блюд. — Ликс немного переборщил с пастой, — закивал Кристофер, пытаясь найти оправдание, почему тебе не понравилось. — Я просто не особо люблю соленую еду, — оправдалась ты, немного приходя в чувства. — Еще кусочек? — улыбнулся блондин, протягивая свой тост.       Ты замотала головой, довольствуясь чипсами и радуясь тому, что у них не настолько экстравагантный вкус.       Когда парни сели за приставку, ты оставила их, ссылаясь на то, что очень устала за день. Но на деле ты не могла спокойно выдерживать частые взгляды лидера группы, аура которого для тебя стала теперь какой-то тяжелой и темной. А каждое его прикосновение, даже случайное, заставляло вздрагивать и напрягаться всем телом, при этом желая куда большего.