«Если я уйду, будет ли он скучать?»

      И последняя летняя ночь вдруг так холодна и безжалостна к нам с тобой. Разве мы заслужили это? Я немного дрожу от холода. Чёрт, и ведь я надеялся, что запомнюсь тебе иначе в наш последний день.       Ты мнёшься на перроне, сжимая край куртки в руках. Должно быть, ищешь в себе силы что-то сказать или борешься с желанием послать меня куда подальше. Малыш Мо, хотел бы я знать что у тебя на уме. А пока ты молчишь, мне останется только смотреть. Любоваться тобой в последний раз, хотя я мог бы делать это всю жизнь.       — Хэ Тянь… — ты шепчешь мое имя так, чтобы его слышал только я.       Знал бы ты, как мне нравится, когда ты не зовёшь меня придурком, идиотом и другими нашими «ласковыми» прозвищами. Мое сердце в груди бешено колотится. Наверное, слышно всем поблизости. Наплевать.       — Да, малыш Мо? — я смотрю только на тебя. Хочу видеть твои глаза, какими бы они сейчас не были: полными ненависти или печали. Только посмотри. Но твой взгляд направлен в пол. Может, ты и совсем не хочешь меня видеть и ждёшь, когда дурацкий поезд издаст долгожданный звонок на посадку? Я исчезну в одном из вагонов, поезд тронется и с каждой секундой мы будем отдаляться друг от друга, пока ты не ощутишь свободу и не вздохнёшь от радости. Мое сердце разобьётся, когда твой силуэт исчезнет из виду.       — Не хочешь обнять меня на прощание? — наконец, ты смотришь в мои глаза. С вызовом и наглостью. Твоя дерзость неудержима даже сегодня. Хочу ли я тебя обнять? Сильнее всего на свете мне хочется прижать тебя к себе и никуда не уезжать. Я никогда не мечтал о чем-то, но сегодня мне хотелось бы сделать это и верить, что мечта исполнится. Вот бы на небе упала звезда. Тогда бы я мог загадать желание. Попросить звезду, чтобы мы с тобой не потерялись в этом огромном мире. Жаль, мы не герои сказки, где добро побеждает зло.       — Если хочешь обнять, то сделай это, пока я не передумал, — выпаливаешь ты, краснея от смущения. Какой же ты невинный, малыш Мо.       — Хочу… — кивнув, я расплываюсь в улыбке и сокращаю между нами расстояние всего за несколько секунд.       Мои руки обвивают твою талию, а ты обнимаешь меня за шею, крепче прижимая к себе. Внутри становится так легко, что кажется мы вот-вот поднимемся над землей. Чувствуешь ли ты тоже, что и я? Пусть это мгновение длится вечность. Мне больше ничего не нужно от жизни. Лишь стоять здесь с тобой и чувствовать твоё сердцебиение в такт моему.       Поезд издаёт сигнал для посадки и в моей душе все рушится от накатившей тоски. Наша история действительно кончается?       — Малыш Мо, можно последнюю просьбу? — тихо говорю тебе прямо на ухо, пока мы еще обнимаемся. Голос дрожит от холода и волнения.       — Можно, — твои губы касаются мочки уха и по моему телу бегут мурашки. Нормально ли это? Нормальны ли мы с тобой?       — Скажи, что будешь скучать по мне так, будто это правда.       Не задумываясь ни на секунду, не ожидая никакого «пожалуйста», ты кладёшь руку мне на щеку и произносишь:       — Я буду очень скучать по тебе.       От такой нежности тебя должно было сразу же вывернуть, но ты спокоен. Мне хочется думать, что ты не соврал. Отстраняешься от меня и выглядишь хмуро, а я улыбаюсь, как последний дурак.       Диктор во всеуслышание оповещает об окончании посадки на поезд. Чемоданы загружены, пассажиры тоже. Мне действительно пора уходить. Я надеялся, что станет легче, когда приму неизбежное.        — Прощай, малыш Мо.        — Не говори, прощай, идиотина. Мы ещё встретимся.       Ты утираешь скупую мужскую слезу рукавом своей куртки и натягиваешь улыбку.       — До встречи, Хэ Тянь.       Я киваю и захожу в вагон. Автоматическая дверь закрывается. Так все и кончится. Я с одной стороны двери, а ты с другой. Наши миры стремительно пересеклись друг с другом и слились воедино, но так же стремительно оборвались. Поезд со мной двинулся вперёд, а ты остался на месте — там, где рядом с тобой должен был остаться я. Я тоже буду очень скучать.