Secundo occasio

      - Продолжаешь вести дневник? – спросил уже приведший себя в порядок Торин, подходя к просторной кровати, на которой уютно устроился помывшийся первым хоббит.       - Да, это очень полезно, – захлопнув блокнот и отложив его как можно дальше от гнома, ответил Бильбо. – И я очень надеюсь, что ты больше не станешь туда лезть.       - Не стану, обещаю, – тихо рассмеялся Дубощит. – И как ты только его не потерял в лесу?       - Я был бы никудышным вором, если бы сам постоянно терял вещи, – улыбнулся мистер Бэггинс, перетекая из сидячего положения в лежачее, и неуверенно прижался к любимому, довольно вздохнув, когда почувствовал, как знакомые руки его обнимают.       - Спи, Бильбо, тебе стоит отдохнуть, – прошептал гном, перехватывая маленькую ладошку, медленно, но уверенно движущуюся к его паху.       - Я не устал, – пробормотал Бильбо, слегка покраснев.       - Мистер Бэггинс, а вы не так невинны, как можно подумать, – рассмеялся Торин.       - Это всё влияние кучи гномов, – стараясь лечь как можно удобнее, пробормотал хоббит.       - Отдыхай, малыш, – ласково поцеловав его, снова прошептал Дубощит. – Ты заслужил.       - Торин?       - Не хочешь ты у меня засыпать, да?       - Я просто хотел сказать спасибо, – приподнявшись и заглянув в глаза гнома, сказал мистер Бэггинс.       - За что? – удивлённо спросил гном.       - За то, что принял предложение Трандуила. Я знаю, как тяжело тебе это далось, и я благодарен тебе за то, что ты смог перешагнуть через свою ненависть к нему. Я очень это ценю, и, уверен, остальные тоже.       - На что только не пойдёшь ради возвращения родного дома, – усмехнулся Торин. – А теперь спи.       - И всё же, - не сводя взгляда со своего Короля, задумчиво продолжил Бильбо. - Почему ты так сильно его ненавидишь?       - Бильбо...       - Прошу, Торин, поделись со мной, - ласково проведя ладонью по заросшей щеке, прошептал мистер Бэггинс. - Возможно, тебе самому станет легче, если ты объяснишь кому-то свои чувства. Я ведь просто хочу тебе помочь. Мне больно видеть, как вся эта ненависть грызёт тебя.       - Хорошо, - тяжело выдохнув и крепче прижав к себе хоббита, согласился Торин. - Когда-то давно, до Смауга, мы с Трандуилом, пожалуй, были друзьями. Он был интересным собеседником и я, должен признать, многому у него научился. Нам доставляло удовольствие наше общение каждый раз, когда Трандуил посещал Одинокую, либо я сам приезжал сюда. Всё начало портиться ещё до Смауга. Те камни, о которых он говорил, белые камни Ласгалена. Иное название Лихолесья - Эрин Ласгален. Эти камни принадлежат Трандуилу. Он отдал их моему деду в качестве материала для ожерелья, которое он заказал у нас для своей жены. Мой дед же... Проклятье моего рода сильно, и, как ни больно мне это признавать, он не захотел расставаться со столь прекрасными камнями. Я поначалу пытался деда образумить, но увы. Из-за этого отношения между нашими народами, да и между нами с Трандуилом, стали ухудшаться. Хотя, отношения между гномами и эльфами подпортиться успели ещё в древние времена. А потом прилетел Смауг, и Трандуил бросил нас в беде. Из-за камней.       - Не обижайся, Торин, но я могу понять его обиду, ведь твой дед отнял у Трандуила то, что должно было принадлежать его возлюбленной, - ласково проводя ладошкой по напряжённой груди гнома, наконец подал голос Бильбо. - Хоть я и не оправдываю то, что он бросил твой народ в таком горе.       - Думаешь, мы сами виноваты в своих несчастьях? - нахмурив брови, отчаянно спросил Дубощит.       - Я думаю, что твой дед был недостаточно силён, чтобы справиться с проклятьем и увидеть, что он своими руками приносит несчастья своему народу, - с извинением, отчётливо звучащим в голосе, ответил мистер Бэггинс. - Прости.       - Не извиняйся, моё сердечко, - мягко целуя макушку хоббита, прошептал Торин. - Возможно ты прав.       - Мне интересно, супруга короля Трандуила так же красива как и он? - внезапно себе под нос пробормотал тот. - Может, мы сможем её увидеть завтра перед отправлением в Эсгарот?       - Это вряд ли, - недовольно ответил гном. - Она уже давно умерла.       - Ох. Мне жаль Трандуила. Я... - горло Бильбо перехватило и он едва смог продолжить говорить. - Я боюсь представить, каково это, потерять того, кого любишь. Тогда понятно, почему он так отчаянно хочет вернуть эти камни. Они ведь напоминание о той, кого он утратил.       Не сдержавшись, Бильбо начал тихонько плакать, вспоминая собственную боль после смерти любимого.       - Бильбо? Ну же, маленький, ты чего? Уверен, Трандуила и без тебя есть кому пожалеть. Успокойся. И верну я ему эти камни, пусть подавится.       - Торин!       - Хорошо-хорошо. А теперь, попробуй успокоиться и поспать, пока есть такая возможность.       - Ты тоже, - шмыгнув носом, мистер Бэггинс как можно ближе прижался к Дубощиту, носом уткнувшись в крепкую шею и вдыхая запах любимого гнома. Бильбо закрыл глаза и постепенно стал засыпать. Но перед тем как сон полностью его поглотил, хоббит услышал тихие слова Торина, хотя, возможно, это уже могло быть сном.       - Знал бы ты, какую власть сумел обрести надо мной за столь короткий срок, Athanu men. Если бы ты только знал.

***

      Открыв глаза, Бильбо уже привычно оглядел погружённую в полумрак кузницу, ожидая появления её хозяина. Но даже находясь здесь, он не мог перестать улыбаться, продолжая чувствовать тёплые и надёжные объятья любимого гнома.       - Прав был Олорин насчёт тебя. Теперь-то я это ясно вижу, – пробасил Ауле, появляясь в поле зрения хоббита, а затем, усмехнувшись, добавил. – Athane.       - Приветствую тебя, Махал, – слегка замявшись, сказал мистер Бэггинс, пытаясь вспомнить, где он мог слышать это слово раньше.       - Знаешь, малыш, дам я тебе совет, – внезапно серьёзно произнёс Вала. – Пожалуй, даже несколько.       - Советы? – заинтересованно спросил хоббит.       - Ты необычное существо, Бильбо Бэггинс. Ты способен исцелять сердца других и дарить им то, чего порой так не хватает – частицу тепла. Помни об этом. И не бойся задавать вопросы. Балин, сын Фундина, мудрый гном. Он многое знает. Многое из того, что знают лишь единицы. А теперь отдыхай. Тебе ещё многое предстоит сделать.       Привычная тьма окутала Бильбо, и он наконец-то смог погрузиться в сон. И в этом сне он почему-то видел себя, спокойно беседующего со Смаугом…

***

      Проснувшись, Бильбо первым делом почувствовал объятия Торина, и это заставило его счастливо улыбнуться и сильнее прижаться к любимому. Счастье окутывало каждую клеточку тела, и мистеру Бэггинсу хотелось, чтобы время остановилось.       - Доброе утро, – ласково прошептал Торин, заставив Бильбо приоткрыть один глаз и счастливо взглянуть на своего гнома.       - Доброе, – улыбнулся он в ответ. – Ты давно не спишь?       - Давно. Но не переживай, мне было чем себя занять. Наблюдать за тобой спящим - сплошное удовольствие.       - И, очевидно, смущать меня - ещё большее удовольствие для тебя, да? – смущённо улыбнувшись, спросил хоббит.       - Очень может быть, – рассмеялся Дубощит. – И раз уж ты проснулся, то вставай и собирайся. Я хочу как можно скорее убраться отсюда.       - Торин, – укоризненно произнёс мистер Бэггинс, с удовольствием потянувшись и спустившись с кровати. – Трандуил, между прочим, принял нас очень даже гостеприимно.       - Плевать я хотел на его гостеприимство, – раздражённо ответил гном. – Я хочу как можно скорее убраться отсюда.       После сборов и недолгих уговоров Торин всё же согласился остаться на завтрак, а затем отряд, сопровождаемый лихолесскими эльфами, отправился по реке в сторону Эсгарота. Бильбо же решил последовать совету Махала и поговорить с Балином. Вопросов у хоббита было много, а ответов, увы, пока не появлялось, так что пришла пора самому их раздобыть.       - Балин, можно с тобой поговорить? – тихо спросил мистер Бэггинс, пересев к одиноко сидящему гному.       - Конечно, Бильбо, – улыбнулся Фундинул. – О чём же ты хотел поговорить? Уж не о нашем ли короле?       - И о нём тоже, – слегка смутился полурослик. – Мне вчера послышалось, что Торин назвал меня Athanu men. Кажется, я правильно это произнёс. Можешь сказать, что это означает? Пожалуйста?       - Торин действительно тебя так назвал? – чему-то радуясь, переспросил Балин. – Athanu men на нашем языке означает Моя королева. И если Торин действительно тебя так назвал, мой мальчик, то это означает лишь одно — наш король намерен пройти с тобой под аркой и получить благословение Махала на ваш брак. И, признаться, я очень рад, что Торин всё же не стал дальше отбрыкиваться от того, чему суждено сбыться.       - Что... что значит суждено сбыться? – неуверенно спросил Бильбо, стараясь переварить уже услышанное и не зацикливаться на словах о браке, которые мгновенно вогнали в краску.       - У нас есть одна старая легенда, – задумчиво начал говорить гном. – В ней говорится, что однажды рядом с потомком Дурина на трон сядет отважная, мудрая и добрая сердцем королева. И никогда ещё гномий род не был таким процветающим, каким станет во времена её правления.       - И ты думаешь, что это я? – потрясённо зашептал хоббит. – Но это же... невозможно!       - Я не просто так думаю, Бильбо, я в этом уверен, – ободряюще улыбнулся старый гном. – Как и в том, что сам Махал-создатель свёл нас с тобой, мой друг.       - Но я же... я же даже не девушка, право слово!       - С древними легендами всегда так, никогда нельзя быть уверенным в их формулировках. Кто знает, как они были рассказаны изначально, - усмехнулся Балин, поглаживая свою бороду.       Ничего не ответив, мистер Бэггинс погрузился в мысли, пытаясь переварить всё, что узнал от Балина. В то, что речь в древней легенде гномов идёт о нём, Бильбо совершенно не верилось – в конце концов, он ведь обычный хоббит, который просто хочет спасти своего любимого. Но, в опровержение этим мыслям, на хоббита нахлынули воспоминания, всё больше и больше подтверждавшие, что старший Фундинул прав.       Верить в это всё ещё не хотелось, однако, ведь даже сам Махал, создатель гномов, назвал его... королевой. Что же это делается. Он, почтенный сквайр из Шира, пусть и переживший значительную долю приключений, должен править? Как же это так вообще может выйти? Представить себя сидящим на троне подле Торина он уж точно никак не мог. Да и вообще, как какой-то хоббит может править гномами?       Вздохнув, Бильбо решил отложить всё это до подходящего момента, ведь сейчас важнее было вернуть гномам дом и проследить, чтобы все остались живы. Подняв взгляд, мистер Бэггинс с тяжёлым ощущением на сердце стал смотреть на возвышающуюся впереди Одинокую гору.