Тайна Дамблдора

      Чёртов турнир Трёх Волшебников!       Именно это говорила себе Ариана каждый день. Времени до второго испытания оставалось всё меньше, а как открыть без криков Золотое яйцо и не повредить свои нервные клетки, девушка в душе не имела понятия. Она и Гермиона попробовали все известные им заклинания, а Грейнджер, в силу своих умений и знаний, знает немало. Ари слышала, что Крам, Флёр и Седрик уже разгадали загадку, а это бесило и расстраивало её ещё больше. Неужели она, дочь великого волшебника, да ещё и с крёстным отцом в виде тёмного мага в придачу, не может разгадать какую-то загадку, которую разгадали практически все?       Отчаявшись, гриффиндорка уже собиралась прибегнуть к помощи родителей, а это последнее, что она хотела бы сделать в этой жизни.       «Лучше у крёстного просить, чем у этих… Он и то больше делает, даже на расстоянии.»       Думала она, когда шла по коридору, но столкнулась с Малфоем, отчего на её лице отразилось отвращение и раздражение.       А нет, поправка: вот последнее, что она сделала бы в жизни — заговорила с человеком, которого, как она думала, любила.       Драко испытывал странную смесь волнения и тревоги, что чувствовал только при разговоре с отцом, а тут он просто приближается к ней. Он надеялся, что она сможет его выслушать, хотя понимал, что это будет непросто, и не лукавить — невозможно.       — Ари, можем поговорить, пожалуйста? — надеялся Драко, ведь он действительно дорожил их прошлым и хотел сохранить хотя бы дружеские отношения, ведь на будущее с девушкой он уже потерял надежду. Он верил, что со временем обиды утихнут и они смогут общаться как раньше       — Нам не о чем говорить, Малфой! — сказала девушка с раздражением, пытаясь обойти парня.       — Ари, пожалуйста. Я не жду, что ты простишь меня. Просто выслушай! Я хочу помочь, — пытался вразумить девушку парень, пытаясь удержать её.       — А мне не нужна твоя помощь, — Ариана развернулась, начиная уходить в другую сторону, поняв, что это будто своеобразный намёк, чтобы не идти к родителям.       — Опусти яйцо в воду, и оно что-то скажет тебе, — девушка остановилась, но не обернулась. — Я слышал, как Седрик рассказывал Чжоу, как он открыл яйцо, но там какая-то загадка.       Ариана повернулась, чтобы поблагодарить слизеринца и поговорить, но от Малфоя и след простыл. Видимо решил, что рано для разговоров и просто хотел помочь.

***

      Ариана открыла яйцо в ванной старост. В ней мало кто моется, можно пересчитать по пальцам, поэтому это был лучший вариант. В воде она услышала голос:       «Мы тебе шлём зов чудесный,       Но мы на земле не поём.       Ведь дан тебе один лишь только час,       Чтоб найти то, что скрыто у нас»       — Вот нельзя что-ли говорить прямо, а не загадками? — возмущалась девушка, но она поняла, что речь о русалках с тритонами: они как раз водятся в Чёрном озере. — Так, ну вторая часть загадки легче: за час нужно что-то найти под водой. Я им что русалка или рыба, чтобы дышать под водой так долго?! Хотя…       Девушка невольно вспомнила про практику на зельеварении и что будет, если ошибёшься, содрогнулась, глянув в воду, в которой находится, взвешивая всё.       — Пока повременю… — задумчиво сказала она, понимая, что Снейп её и из-под земли достанет, если она не сдаст работу.

***

       Вместо того чтобы проводить время с Фредом из-за этой загадки, Ариана сидела в библиотеке с Гермионой, Роном и Гарри, перебирая книги, чтобы найти хоть какой-то ответ.       — Ребят, повторите ещё раз, — попросила Гермиона.       — Шлём зов чудесный, мы на земле не поём, — в сотый раз сказала Ари.       — Чёрное озеро — это очевидно.       — Дам тебе один лишь час, — продолжил Гарри, голова которого лежала на книге.       — И снова очевидно, хотя это потенциально проблематично.       — Потенциально проблематично?! Гермиона, когда тебе последний раз удавалось не дышать под водой целый час? — начал возмущаться Гарри.       — Всё без толку, — безнадёжно сказал Рон, закрывая очередную книгу. — Ни одного подходящего заклинания нет. Есть заклинание осушения, но оно только для луж да прудов, а озеро таким способом вы будете осушать до следующего года!       — Надо было стать, как Сириус, анимагом, — сказал Гарри.       «Мой крёстный тоже анимаг, может, он успеет меня научить превращаться в…»       — Превращаться в животных учаться годами, а потом надо зарегистрироваться, — объяснила Гермиона, прервав мысли подруги, а идея была такая хорошая. — Слушайте, у нас всё получится в четвёртом, мы сможем это сделать.       — Ага. Ещё скажи, что вчетвером прыгать будем, — фыркнула Ари, чуть потирая виски.       Рон тоже хотел что-то сказать, но из-за книжных полок неожиданно вышел профессор Грюм.       — Извините, что прерываю мозговой штурм, профессор Макгонагалл ждёт вас у себя, — золотая четвёрка начала вставать. — Не вас Поттер и Брайан, а только Уизли и Грейнджер.       — Но, сэр, до второго задания всего несколько часов… — но Грюм прервал Гермиону.       — Вот именно. Вероятно они уже готовы к нему и должны как следует выспаться. Идёмте живо! — последние слова были сказаны громко, из-за чего Уизли испугался и сразу зашагал. Гермиона хотела продолжить говорить, но Ариана её прервала.       — Не надо, Герми. Профессор прав, я пойду отдыхать, — Ари как можно быстрее хотела покинуть это помещение после появления Аластора, и ей это удалось.       Ариана шла по тёмным коридорам Хогвартса, представляя завтрашний провал. Осталось несколько часов, а они с Гарри так ничего и не нашли в этой библиотеке. Они встретили только одно более-менее подходящее заклинание Головного пузыря, но его изучают на 6 курсе, и за ночь они бы не успели его изучить. Почему они так поздно взялись за это яйцо?       «Может кто-то из учителей рассказывал, как дышать под водой, а я прослушала? Может, кого-нибудь заколдовать при Грюме? А он меня во что-нибудь такое плавающее превратит?» — размышляла девушка, отчаявшись.       «Не стоит тебе с этим Грюмом связываться, принцесса! Представь, превратит в рыбу — и что тогда? Будешь всю жизнь плавать и ловить червячков, — раздался в голове родной хриплый смех. — Лучше зайди в кабинет своей матери, для тебя там есть кое-что поинтереснее.»       Ариана, стараясь не попасться Филчу, дошла до кабинета Трансфигурации. Она дернула ручку двери. Закрыто.       — Алохомора! — направив палочку, сказала девушка и услышала щелчок открывания замка.       Ночью кабинет Трансфигурации наполняется особой атмосферой. Мягкие лунные лучи заполняют пространство, придавая кабинету загадочный и волшебный вид. Кабинет окутан тихой, почти мистической тишиной.       Девушка дошла до стола профессора и заметила небольшую коробочку с запиской.        «Для Арианы»       Она открыла коробочку и увидела содержимое. Это был кулон имеющий форму ракушки, на которой выгравированы тонкие узоры, напоминающие морские волны. Ари взяла его, не заметив, что её глаза чуть засветились, ведь в этой вещице была сила. На обратной стороне кулона выгравировано заклинание:       «Aqua Metamorphosis»       Ариана только убрала вещь во внутренний карман мантии, как услышала, что в кабинет вошёл кто-то ещё. Было нетрудно догадаться, кто. Кто же ещё может ходить после отбоя и прийти в свой кабинет? Ну не какой-нибудь там ученик уж точно.       Решив героически выстоять этот разговор, девушка… спряталась.       «А что мне ещё делать?»       Думала главная героиня, слыша, как в кабинет входит женщина.       «Не с распростёртыми объятиями же выбегать и говорить, что мол: «Мама, встречай гостей, ибо гости — это твоя пропавшая…»       — Ариана, не прячься, — раздался спокойный голос матери. Выдохнув, девушка, словно узник, вышла в центр класса, смотря немного нервно.       — Здравствуйте… — пробурчала девушка чуть недовольно.       — Ари, здесь мы одни. Можно и просто, без формальностей, — ответила тепло женщина, трансфигурируя из парт стол, а из лавок небольшие, но удобные кресла, магией призывая чашки и чайник, в котором была заварка. — Садись, что же ты? Будто первокурсник, что призрака увидел!       Девушка, сглотнув, не смогла сдержать колкий ответ, уже садясь на противоположное место:       — После того как я узнала, кто мои родители, я на них смотрю, как на призраков былых времён.       Женщина, выдохнув, посмотрела на свою дочь, садясь напротив неё, невольно сглотнув ком.       «Грин-де-Вальд»       Невольно подумала женщина, видя, с каким взглядом смотрит на неё дочь. Этот спокойный, рассудительный и до ужаса, и дрожи костей, хладнокровный взгляд, что смотрел прямо в душу, тая детскую обиду, взгляд, который принадлежал крёстному девочки.       Вот та самая Ариана.

Ариана Дамблдор

      Та самая девочка, что лишилась родителей, как и Гарри, но пыталась быть не такой, как он. Пыталась быть сильной, но не лезть на рожон, пока её друзья не затащат.       Пожалуй, Минерва в какой-то степени была против дружбы её дочери с золотой троицей. Они всегда в опасности, всегда находят приключения, ставя на кон свою жизнь, не думая о родителях.       Хотя с одной стороны и не думают. Гарри с детства без родителей, толком не зная родительской ласки. Родители Гермионы не сильно волнуются, ведь для них, маглов, она была чем-то неродным. Дефектным. Пожалуй, только Рон знал это чувство, но из-за многочисленных братьев и сестры, он был обделён тем вниманием, каким бы хотел.       Будучи детьми, которые живут и не понимают полностью серьёзности понятия «смерть», они идут на верную смерть, ведя за собой таких же детей, как Джинни, Невилл и других, кто следует за ними.       Минерва не могла вытерпеть мысли, что её дочь в опасности. Каждый раз рвалась трансгрессировать к ней, прикрыть собой, но понимала, что слишком поздно что-то менять. Понимала, что слишком долго они скрывали ту правду, ту истину, которая, как они думали, спасёт их дитя, но лишь подорвала их ниточку взаимопонимания и доверия.       Из раза в раз она винила Альбуса. Из раза в раз она винила Тёмного Мага, но больше всех она винила себя.       Она с самого начала должна была стоять на своём. С самого начала надо было огородить отношение с Грин-де-Вальдом. С самого начала нужно было, невзирая на трудности, быть с её девочкой, чтобы быть опорой.

«С самого начала…»

      А где же это начало для них? Там, где они приняли в семью этого мужчину? Там, где дали право ему быть с их дочкой? Или там, где они не уследили, и он передал ей свои силы?       «Нет, Минерва. С того самого начала, когда ты была слепа. Из-за тебя всё это случилось. Ты должна была быть сильной и внимательной.»       Женщина никогда себе не могла простить те моменты, когда была слепа и не могла понять, что происходит что-то неладное. Те моменты, когда она не смогла отстоять возможность жить с дочерью, ведь была напугана, что её могут убить. Те моменты, когда было столько возможностей поговорить с ней и обьясниться. Те моменты, когда она могла что-то исправить.       Теперь надо пожинать плоды того, что ты не смог вырастить сам, а вырастила мать природа.       Понимая, что слишком долго сидит и смотрит на уже взволнованную девушку, взрослая колдунья прокашлялась и чуть хриплым от долгого молчания голосом говорит:       — Ари, я понимаю, что тебе сейчас неприятно и больно тут сидеть… — начала уже было женщина, но её перебили.       — Понимаешь?! — как-то зло ответила девочка. — Понимаешь?! Ничего вы не понимаете! Попробуйте вы прожить без родителей! Попробуйте вы при поступлении учиться под одной крышей с предателями! — холодно рычит она. — Я бы посмотрела тогда и согласилась, что вы понимаете! С 11 лет врали мне в лицо! И всё те же 11 лет отсутствовали у меня в жизни! А сейчас, когда жизнь начала налаживаться, выясняется, что я ваша дочь, и мне надо это прятать, но теперь из-за слухов все начинают понимать, кто я?! Они мне не верят! Некоторые хотят дружить из-за выгоды, а я ребёнок! Да, осознанный, но ребёнок! — говорила Ариана. — По вашему нормально, что я и Гарри такое переносим и несём на своих плечах?! Разве нормально, что подростки, что ещё дети, как проклятые, спасают вас — взрослых, которые даже не соизволили весточки подать, что дитя не одно и стоит подождать перед встречей?! — в глазах уже не было того холода, а лишь детская обида и боль.       — Ари… Позволь обьяснить… — говорит Минерва, пытаясь сдержать рвущийся крик раскаяния и ужаса. Вот чего она больше всего боялась. Вот что она видела, смотря на боггарта. Этот взгляд. Эту боль. Эти чувства, что невольно выходили из столь маленького, но сильного тельца напротив неё. — Я понимаю, что тебе больно, но и нам с отцом было больно отдавать тебя, но только так мы могли тебя…       — Спасти? — мрачно усмехнулась Ари. — Дорогая матушка… — протягивает девушка, которая будто преобразилась и стала чёрствой и властной. Минерва невольно съёжилась, почувствовав до ужаса знакомую и запретную ауру, исходящую из её дочери. Только раз в жизни она чувствовала эту ауру и только у одного человека. — Даже мой крёстный сделал больше, чем вы за это время. Даже ему я больше доверяю, нежели чем вам, с отцом, — говорит она, а её разноцветные глаза невольно вспыхнули голубым огненным цветом, быстро изменившись на родной, пока Минерва пыталась отойти от увиденного. — И несмотря на это, он пытается защищать вашу честь и оправдать вас в моих глазах, хотя это должны делать вы, но вы выбрали просто ждать, когда я сама узнаю. А если бы я узнала, когда вы уже умирать будете?       Минерва сидела, открывая рот и закрывая его, будто рыба на суше. Она никак не могла отойти от увиденного, боясь что-то сказать.       — Профессор? — неожиданно сменился тон у девочки, став обеспокоенным. — П…профессор, простите! С вами всё хорошо?! — Ари подскочила с места и хотела подойти к матери, которая побледнела, но та сама, быстро встав, отпрянула. — Минерва… — Позвала героиня женщину, но та лишь качнула головой — Мама! — наконец крикнула Ариана и, моргнув, Минерва пришла в себя, отходя от шока.       — Ари, что это было? — шёпотом спросила Минерва, волнуясь не зная за кого. За себя или за дочь.       — Было что? — чуть напряжённо спросила девочка, оглядываясь, думая, что причина была где-то сзади неё.       — Ничего… — еле выдохнула женщина, сославшись на усталость — Давай присядем… — Ариана согласно кивает и опять садится на своё место, пока Минерва стоит на месте и, слегка неуверенно подойдя, садится.       — Ариана… — наконец начала женщина, прервав напряжённую тишину. — Позволь мне сказать кое-что, а ты уже сама будешь думать, что делать с этой информацией.       Ариана, сглотнув, кивает, приготовившись слушать и понимая, что это будет не из приятных вещей.       — Я не до конца могу понять твои чувства и это факт, — чуть успокоилась Минерва и, собравшись с духом, продолжила. — Я росла в других условиях. Мои родители… С детства, сколько я себя знаю, между моими родителями было недоверие. Моя мама была чистокровной волшебницей, когда отец был маглом. Они любили друг друга, но моя мама, как зачастую и все волшебники, скрывала свою сущность, и когда уже родилась я, мама не стерпела и рассказала отцу. Он её любил, но перестал доверять, ведь для него доверие было всё. Когда я получила письмо из Хогвартса… Моя мама плакала от счастья, но и… Зависти. Я была характером в отца и была смелой, упорной, доброй, помогала маме ухаживать за моими двумя братьями, что тоже волшебники, но жизнь нас разнесла по разным частям света. Я хотела свободы и независимости, и моя мама понимала это и понимала, что я смогу этого добиться, когда она была в рамках закона. После в школе, я встретила твоего отца. Он был гениальным волшебником. Сначало мы только дружили, но после… Наша связь крепла и становилась прочнее, — Минерва улыбнулась, вспоминая те времена.

***

      — Мини, если ты сейчас не выйдешь, я тебя притяну магией и не выпущу! — недовольно бурчал рыжеволосый красавец, что искал свою возлюбленную по лесу в его деревне, куда он её привёл, чтобы познакомить со семьёй.       Минерва тихо хихикнула, выдав своё присутствие, и тут же оказалась в нежных объятиях любимого.       — Попалась. Теперь не отпущу, — усмехнулся парень, прижавшись носом к элегантной шее девушки.       — Альбус! — хихикнула красавица, но прижалась спиной к парню. — Не отпускай… — шепчет девушка, прикрывая глаза.

***

      Женщина, моргнув, вернулась к реальности.       — Мы полюбили друг друга и связали свои жизни вместе. Прожив так и поженившись, мы оба устроились сюда на работу. Достижения в магии твоего отца и мои умения помогли нам во многом, так же как и сбережения семьи Альбуса. После на горизонте появился твой крёстный…

***

      — Мини, знакомься. Геллерт Грин-де-Вальд. Геллерт, это Минерва. Моя жена, — воодушевлённо сказал мужчина, представляя свою возлюбленную своему другу.       — Очень приятно, Frau Дамблдор, — отвечает блондин, аккуратно беря руку девушки в свою и, поклонившись, как джентльмен, поцеловал костяшки пальцев, не отпуская своих причудливых глаз с неё.       — И мне… — ответила Минерва, вырывая руку из лап мужчины, чувствуя недоверие к нему, что заметил только блондин, оскалившись, но быстро убрал оскал, заметив взгляд друга.       – Вот и славно! — сказал Альбус, не замечая напряжения между его близкими людьми.

***

      — Дальше, я думаю, ты знаешь историю… Грин-де-Вальд передал тебе часть своих сил, и из-за этого нам пришлось тебя отдать, ведь тебя могли забрать и убить… — Минерва, выдохнув, глянула на свою девочку печальным взглядом. — Для меня самой было ужасно осознавать, что ты без меня. Мне как матери было больно лишаться своей дочери и лишаться материнства.

***

      Женщина в чёрной мантии стояла за деревьями, смотря на детскую площадку, где резвилась маленькая девочка.       — Ари! Ари! — подбежала к малышке девочка постарше и, когда малышка отвлеклась, забрала у неё куклу. — Это теперь моё! — сказала девчонка и, показав язык, побежала, а малютка сидела со слезами.       Женщина из последних сил держалась, но, не выдержав, последовала за девчонкой, аккуратно подходя и присаживаясь на корточки перед ней.       — Бетти, не стоит так поступать, — аккуратно сказала женщина, а ребёнок посмотрел на неё.       — Можно! Её никто не защитит! — сказала девочка и хихикнула. Минерва, сглотнув, нахмурилась.       — У неё есть защитник. И очень сильный, — заметив скептиз во взгляде ребёнка, Минерва незаметно наслала на девочку несильный ветерок с листочками, которые несильно, но ощутимо ударили девочку, и та вскрикнула. — Видишь. Это её зашитник. Лучше не стоит её обижать, а лучше дружить, — увидив страх во взгляде ребёнка, Минерва улыбнулась. — Не бойся. Если не будешь обижать, всё будет хорошо… — не успев договорить полностью, девочка уже вскочила, побежала к малышке извиняться, отдала игрушку, предложив дружить.       В последующие визиты к своей малышке, женщина увидила, что её девочку никто не достаёт.

***

      — Я понимаю, что мои слова о любви тебе покажутся неправдивыми, но… — Минерва, не выдержав, посмотрела сквозь пелену слёз на размытый силуэт девочки. — Я и твой отец всегда тебя любили.       Ариана, сглотнув, отвела взгляд, обдумывая слова женщины напротив, а после, вздохнув, сказала:       — Простить я вас не в силах. Понять тоже, ведь у меня у самой нет детей. Может когда-нибудь… — Ариана замолчала.       — А ведь его ты приняла быстро… — как-то с завистью и ревностью сказала профессор.       — Он сделал много для меня, несмотря на риск быть пойманным и не боясь рисковать собой, и объяснил всё, пока вы молча отсиживались, — ответила девушка и Минерва замолчала, понимая, что это правда.       — Я вас услышала, профессор, и попытаюсь что-то понять, но не обещаю, — девушка встала. — А сейчас позвольте уйти, — она чуть поклонилась и ждала ответ.       Встав, Минерва кивнула, но когда девушка уже была на полпути, окликнула.       — Ариана, позволь… — женщина замялась. — Обнять тебя?       Девушка тоже застыла, но спустя минуту, нерешительно подойдя, прижалась к женщине, которая прижала её сильнее к себе, желая остаться так надолго, ведь так скучала по дочке, поцеловав её в макушку.       — Прости меня… Прости нас… — тихо шептала женщина, как молитву, всё сильнее прижимая к себе.       Девушка молчала, но она невольно всхлипнула, почувствовав то тепло, которого ей по-настоящему не хватало.       — Спасибо… — прошептала она, не зная точно, за что говорит.       Женщина, прижав к себе, шепчет:       — Приходи хоть иногда и просто так… — с надеждой сказала женщина, и девочка невольно кивает, отходя от женщины. — И будь осторожна завтра.       — До свидания… — уже на выходе остановилась и тихо сказала. — Мама…       Девушка ушла, а женщина так и осталась стоять, замерев, не веря, что услышала это слово опять.

На следующее утро

      Погода была не из лучших — пасмурная и холодная. Ещё в такую погоду час под водой сидеть. Министерство точно хочет, чтобы участники замерзли? Или убить хочет? То драконы, теперь тритоны с русалками, а дальше что? Новый Василиск? Или Волан-де-морт?       Еда в рот не лезла, даже смотреть на неё не хотелось. Остальные ученики возбуждённо обмуждали второй этап турнира. Уизли опять собирали ставки, было слышно только: «Делайте ваши ставки! Все ли вынырнут?». Гермиона и Рон так и не появились. Как сквозь землю провалились. Ари перевела взгляд на слизеринский стол, чтобы найти одного блондина, чтобы поговорить и поблагодарить за помощь, но его тоже не было. Крэбб и Гойл сидели за столом без своего лидера. За столом Когтеврана Ариана не увидела Чжоу, которая обычно поддерживала Седрика на завтраке перед испытаниями. Куда все подевались?       Закончивший собирать ставки Фред, увидев, что его девушка ничего так и не поела, сел рядом с ней.       — Ты что, решила устроить голодовку перед испытанием? Или боишься Снейп добавил какой-нибудь яд?       — Да, просто не очень голодна.       — Нервничаешь? Ну, если ты не будешь есть, я буду вынужден прийти на помощь. И меня не остановит Министерство, чтобы применить Империус, чтобы ты поела.       — Ладно, ладно, рыжик. Убедил, я поем, но только немного.       — Лучше чем ничего. И не переживай насчёт испытания я верю в тебя. И многие верят, на тебя поставило немало. Ты удивила всех на первом этапе, я уверен удивишь и сегодня. Ты удивительная девушка.

***

      Ариана и Гарри доплыли на лодках до место проведения второго испытания, а точнее на середину Чёрного озера. Рон и Гермиона так и не объявились. Трибуны были забиты до отказа. Казалось, что скоро они и вовсе разрушатся и полетят в воду, если ученики так и продолжат прибывать на лодках.       — Добро пожаловать на второе испытание, — начал Дамблдор, сделав свой голос громким с помощью Сонорус. — Вчера ночью у каждого из наших чемпионов было кое-что похищено своего рода сокровище. Эти пять сокровищ сейчас лежат на дне Чёрного озера. Чтобы победить, каждому чемпиону надо лишь спасти своё сокровище и оказаться на поверхности. Всё надо сделать за один час. Дальше чемпионам придётся полагаться только на себя! Никакое волшебство им не поможет. По сигналу пушки можете начинать.       Директор не успел дать обратный отсчёт, как пушка выстрелила. Второе испытание, а Филч ждать команды так и не научился.       Чемпионы прыгнули в Чёрное озеро. Седрик и Флёр использовали заклинание Головного пузыря и уплыли. Крам превратился в акулу. Ну как превратился… Он частично трансфигурировался в акулу, чтобы дышать под водой, но по моему у него что-то пошло не так. Голова акулы и тело человека. Ариана видела теперь всё в этом магическом мире.       Когда никого из участников не было видно, Ари произнесла: «Aqua Metamorphosis». Кулон, висевший на её шее, начал немного светиться.       Ледяная вода вдруг стала просто прохладной. Ари вытянула руки и увидела перепонки между пальцами, как у русалок. А вместо ног у неё теперь был русалчьий хвост. Ну точно русалка. Девушка начала плыть и теперь это было гораздо легче.       Плыла гриффиндорка долго минут двадцать. И, наконец, она вдалеке услышала обрывок русалочьей песни из яйца.       Мы тебе шлём зов чудесный,       Но мы на земле не поём…       Ари поплыла быстрее, поняв, что двигается в правильном направлении. Она миновал заросли водорослей и поплыла на песню.       Ведь дан тебе один лишь только час,       Чтоб найти то, что скрыто у нас.       Перед её глазами предстало ужасное зрелище. Пять людей были крепко привязаны ко дну озера водорослями.       Левее всех был Драко. Рона привязали между Гермионой и Чжоу Чанг. Также там была девочка лет восьми со светлыми волосами, как у Флёр Делакур. Ари предположила, что это её сестра. Все пятеро пленников крепко спали, склонив головы, а вокруг головы у них был головной пузырь.       «Девочка точно для Флёр. Крам скорее спасёт Гермиону. Чжоу достанется Седрику. Гарри даже под Империусом не спасёт Малфоя, а значит мне и вытаскивать это, как выразился отец, сокровище.»       Девушка подплыла к Малфою и развязала водоросли с помощью Диффиндо, режущего заклинания. Час уже заканчивался, пора всплывать. Только легко сказать, когда тебе не надо тащить за собой слизеринца, который то и дело тянет тебя на дно.       Вдруг мимо неё пронесся тритон. В одно мгновение тритон ловко сорвал амулет, который давал ей возможность дышать под водой. Ариана ничего не успела понять, что произошло. Морской народ не должен пытаться убить участников, а только следить за прохождением испытания!       Брайан в ужасе ощутила, как воздух покидает её легкие, и паника охватила её. Русалочий хвост тоже исчез. Вода становилась холоднее, а Ари начало тянуть ко дну вместе с Малфоем. Из-за недостатка кислорода Ариана почувствовала головокружение, перед глазами стало мутно. Паника, как ледяная змея, обвивала сердце, сжимая его до предела. Она боролась, отчаянно гребя руками, но силы покидали её, тело становилось непослушным, тяжёлым.       Свет, пробивающийся сквозь поверхность, казался далеким и недоысягаемым. Вокруг всё становилось темнее, и в этот момент Ари заметила силуэт. Сначала это было лишь смутное пятно, но с каждой секундой оно становилось всё более отчетливым.       Внутри неё вспыхнула надежда, но тут же её затопило чувство страха. Кто это? Спаситель или угроза? А вдруг опять тот тритон? Или волшебники, следящие за прохождением испытания и спешащие ей на помощь?       Ариана почувствовала, как вокруг её головы образовался пузырь, и она смогла вдохнуть. Воздух, чистый и свежий, наполнил лёгкие, даруя спасительное облегчение.       Из глубины воды появилась фигура. Это был Геллерт Грин-де-Вальд. А кто же ещё будет помогать Ари в трудную минуту? Конечно, крёстный, который даже не посмотрит на мракоборцев, находящихся рядом. Он смотрел на неё с выражением, беспокойства и тепла. Его глаза, полные мудрости и силы, словно говорили: «Не бойся, я здесь, принцесса». Девушка почувствовала, как страх уходит, и вместо него приходит спокойствие. С ним она чувствовала себя в безопасности, и никто больше ей не помешает пройти испытание.       «Что произошло?» — мысленно спросил Геральт, поднимая Малфоя вверх.       «Я…я не знаю. Какой-то тритон проплыл мимо и выхватил у меня амулет»       «Ладно разберёмся с этим позже. Сейчас главное поднять твоего хорька, хотя я бы оставил его на дне»       Грин-де-Вальд помог Ариане чуть подняться вверх, после чего у поверхности остановился, давая крестнице со слизеринцем вынырнуть. Убедившись, что его принцесса справилась с испытанием, трансгрессировал.       Драко тотчас очнулся и ошарашенно огляделся по сторонам. Заметив трибуны, он всё понял. Он помог Ари доплыть до трибун. Там их уже встречала Мадам Помфри, которая сразу укутула их в теплые одеяла. Сразу после этого вынырнул Седрик Диггори с Чжоу Чанг.       — Ты в порядке? — спросила Ари слизеринца.       — Да, спасибо, — ответил Драко, его голос звучал чуть хрипло. — Я не ожидал, что ты… что ты спасешь меня.       Девушка отвела взгляд, чувствуя, как старые раны вновь открываются.       — Я не могла просто оставить тебя, — произнесла она, стараясь говорить спокойно. — Хотя мне предлагали и это предложение было заманчивым.       — Даже догадываться не хочу, кто это предложил. Послушай, Ари… Я знаю, что всё испортил. Я был глупцом, и я действительно сожалею. Я не хотел причинить тебе боль. Я не прошу тебя простить меня сразу. Можем хотя бы быть друзьями? Ты единственная, кто знает, каким я могу быть на самом деле. Я не хочу терять тебя совсем.       Она подняла взгляд, и их глаза встретились. В его глазах она увидела искренность, которую точно не ожидала.       — Хорошо, — наконец сказала Брайан. — Давай попробуем. Я тоже не хочу терять тебя. И спасибо, что помог мне с разгадкой яйца. Я не знаю, что бы я делала без тебя.       Малфой обнял её. Ариана заметила Персиваля Грейвса, который закатывал глаза от этой сцены.       Фред, который пробирался через толпу, наконец дошел до девушки. Ари отстранилась от Малфоя и обняла рыжика.       — Я так горжусь тобой! Ты справилась с испытанием лучше всех! Ты первая прошла его.       — Спасибо, рыжик! Но разве Флёр не первая? — спросила Ари, ведь видела её на трибунах.       — Флёр не смогла пройти испытание. На нее напали гриндлоу. Она выбыла, поэтому ты лучшая, звездочка.       — Я не могла бы сделать это без твоей поддержки, — сказала она, глядя ему в глаза.       Фред обнял Ариану, поцелов в щеку. Драко, наблюдая за их взаимодействием, понимал, что её счастье с Фредом — это то, что он сам потерял. Но в любом случае он был рад за подругу, что та обрела счастье.       На поверхности появился Виктор Крам с Гермионой, а ещё чуть позже Гарри Поттер с… с двумя участниками?! Он спас и Рона, и маленькую девочку, сестру Флёр.В принципе правила турнира не запрещают такое.       — Внимание! — начал Дамблдор, но из-за шума никто его не слушал, поэтому он использовал заклинание Сонорус . — Тишина! Победила Ариана Брайан, первая спасшая пленника. Вторым всплыл Седрик Диггори, использовавший заклинание Головного пузыря. Но! Мистер Поттер всплыл бы раньше, если бы не его благородный поступок спасти не только мистера Уизли, но и другого пленника. Ему присуждается в испытание второе место! Третье место — Седрик Диггори. Четвертое место — Виктор Крам, который продемонстрировал неполное превращение. Пятое место — Флёр Делакур, которая не смогла спасти своего пленника, но показала замечательное владение заклинанием Головного пузыря.       — Третье и последнее испытание состоится на закате двадцать четвёртого июня, — дополнил Крауч. Ариана выдохнула, поняв, что теперь можно забыть обо всём до двадцать четвёртого июня.

***

      Вечером золотая четвёрка была с Хагридом, который пригласил их погулять по лесу.       — А я помню, как увидел вас первый раз. Больших разгильдяев я не встречал. Но вот они мы, четыре года спустя, — говорил лесник.       — Мы всё такие же разгильдяи.       — Ну, может быть, Рон. Зато мы все вместе. И совсем скоро Ариана или Гарри станет самым молодым чемпионом турнира. Урааа! — продолжал великан.       Гарри, шедший чуть впереди, замер. На земле лежал Барти Крауч Старший. Его шляпа лежала на земле, его глаза были закрыты, его дыхание… его не было.       Ариана посмотрела вперёд, пока остальные осматривали Крауча. Она заметила Грейвса. Это не может быть он. Крёстный никогда бы такого не сделал. Правда ведь?

***

Кабинет директора

      Ариана и Гарри подошли к двери, но услышали голоса. Там точно был Фадж, Дамблдор и Грюм. Дамблдор пытался убедить министра остановить турнир, узнав о смерти Крауча.       — Извините, господа. Должен вас предупредить разговор уже не является приватным, — послышался голос Аластора, и дверь открылась.       — А, дети. Как я рад вас видеть, — начал Фадж.       — Заходите, я сейчас вернусь через минуту, — сказал Альбус, и троица вышла.       — Гарри, может ты сам послушаешь, что Дамблдор хочет нам сказать, а потом мне расскажешь? — спросила Ари, ведь у нее совсем не было желания тут находиться.       — Что случилось, Арина? Почему ты так говоришь? Дамблдор вызвал нас обоих.       — Да так просто спросила.       Поттер подошел к столу, где в тарелке лежали лакричные конфеты. Протянув руку к ним, они начали его кусать. Ари в это время подошла к Фоуксу. Фоукс, феникс величиной с лебедя, сидел на золотой жёрдочке рядом с дверью, сияя алым оперением с лимонной подпушкой. Когда Брайан протянула руку, он сразу же прижал клюв к ее руке.       — Жаль, что я не помню, каким был ты в моем детстве, — тихо сказала девушка, чтобы Гарри не услышал. — Я уверена, что ты и тогда мне нравился. — Феникс чуть отодвинул хвост от девушки, вспомнив немного неприятные моменты с маленькой Брайан. Но не будем об этом.       Ариана обернулась, услышав, что Гарри что-то задел. И правда после этого из стены выехал Омут Памяти.       «Да ладно, опять?» — подумала гриффиндорка, ведь прекрасно помнила прошлый опыт с этой каменной чашой.       — Что это? — Гарри был в недоумении.       — Это Омут Памяти. Показывает воспоминания. Всё таки Дамблдор уже не в том возрасте, чтобы помнить всё.       «Жаль про меня помнит.»       «Поверь, этот пенсионер и меня не забывает, принцесса. Не добрыми словами, конечно.»       «А самому-то сколько лет?»       «А вот это уже неприличный вопрос.»       Ариана заметила ту самую колбу с её именем. Пока Поттер рассматривал жидкость, от которой исходило яркое свечение, девушка развернула колбу с помощью магии, прошептав заклинание. Только после того как имени не было видно, она поняла, что сделала это без палочки. Беспалочковая магия. Её даже в Хогвартсе не учат, так как это совершенно другой уровень в магии.       «Говорил же ты многое можешь.»       «Умение общаться со змеями, разговаривать мыслями, приручение дракона, беспалочковая магия. А что ещё? Можно сразу весь список.»       Но ей не ответили.       Поверхность Омута стала прозрачной, как стекло. Гарри заглянул в сосуд. Ари не успела его остановить, и того затянуло в воспоминания директора. Ей ничего не оставалось делать и она пошла за ним. Она очутилась рядом с Гарри в огромной комнате. Зал был скудно освещён; что-то вроде подземелья без окон, свет дают факелы, развешанные по стенам, точь-в-точь такие, как в Хогвартсе. Вдоль стен до самого потолка амфитеатром поднимаются скамьи, заполненные волшебниками и волшебницами, у которых много бумаг в руках. Посередине стоит клетка, а в ней не кто иной, как Каркаров, директор Дурмстранга. Как давно это было?       Узника била крупная дрожь. Каркаров выглядел моложе; волосы и бородку седина ещё не тронула. Вместо теперешней шёлковой, струящейся мантии на нём было жалкое потрёпанное рубище.       Только сейчас Ари заметила отца рядом. Профессора Дамблдор был моложе, как в воспоминаниях Ари. Возможно разница во времени между рождением Ари и этим небольшая.       — Игорь Каркаров, вас доставили сюда из Азкабана по вашей же просьбе. Если ваши сведения будут полезны, то совет немедленно отдаст приказ о вашем освобождении. Пока вы остаётесь осужденным пожирателем смерти, — произнес громко Барти Крауч со своего места.       — Я хочу назвать имена. Был Ивэн Розье.       — Но Розье умер, — перебил его Крауч, — а его возможная родственница Винда Розье, являющаяся последовательницей Грин-де-Вальда, который, в свою очередь, помещен в Нурменгард, неизвестно где находится.       — Был ещё Августус Руквуд, он был шпионом и доставлял информацию из министерства. А ещё как же Снейп?       — Совету известно, что Северус Снейп стал нашим двойным агентом и рисковал своей жизнью, — возразил директор.       «Снейп был пожирателем? Никогда бы не поверила.»       — Есть ещё одно имя. Барти Крауч… — все ахнули и посмотрели на судью, — Младший.       Теперь взгляды были направлены в другую сторону, где сын Крауча пытался уйти. Это был молодой парень около двадцати. Он пытался бежать, но волшебников было больше.       Гриффиндорцы почувствовали, что взмывают вверх. Они вернулись в кабинет, где уже стоял Альбус.       — Любопытство — не грех, но надо быть немного терпеливее. Знаете с помощью Омута я постоянно ищу какую-то маленькую деталь, но каждый раз ответ ускользает.       Гарри спросил про сына Барти и рассказал ему о сне, который видит. Пока Альбус слушал Поттера, девушка заметила Нюхля на самой высокой полке, который убирал что-то в свой карман. Оглядевшись в кабинете в поисках золотого, он заполз в трубу.       «Он точно что-то украл отсюда.»       Ари вернулась к мыслям о том, как видела крёстного недалеко от мертвого Крауча. Она верила, что это просто совпадение, но маленькая частичка всё равно противилась этой мысли.       Будто прочитав мысли дочери и отпустив Гарри, директор повернулся к девушке.       — Ариана, ты ничего не хочешь мне рассказать?       — Вам? Не думаю, директор, — холодно ответила Брайан.       — Вообще ничего? И даже про Грин-де-Вальда? — Ари пыталась не выдавать эмоции. — Думаешь, я не знаю, что он где-то здесь? Ты бы никогда не догадалась приручить дракона.       — Настолько в меня не веришь? Хотя чему удивляться после всего.       — Ариана, послушай! — серьёзным тоном заговорил Альбус. — Ты не знаешь его! Он убийцей был и останется им. Люди не меняются. Он просто манипулирует тобой ради твоей силы. Вся его забота — для того чтобы войти к тебе в доверие. Опомнись, кому ты доверяешь, пока не поздно!       — Нет, это ты опомнись! Если ты думаешь, что после стольких лет обмана я буду слушать тебя, то ты ошибаешься. Ты совершенно не знаешь его! Он изменился. Он поменялся, а ты нет. Всё так же боишься его, ждёшь от него только плохое!       — Это не страх, а осторожность. Я хочу защитить тебя. Грин-де-Вальд может казаться изменившимся, но его амбиции остаются прежними. Я уверен, что как раз он и убил Крауча. Ты доверяешь не тому человеку. Выбери правильную сторону!       — Ты слишком зациклен на прошлом! И между прочим, это ты хотел, чтобы он был моим крёстным. Сколько раз вы мне помогли? Нисколько! Кто спасал меня, когда я была в опасности? Уж точно не вы. Он спас меня не один раз! Он заботится и любит меня по-настоящему! Но тебе этого не понять. Ты только и умеешь лгать! А если не хочу я выбирать? Быть за вас и против него. Родные должны быть друг за друга и все за одного, а не так, как вы…       Ариана вышла, хлопнув дверью.       «Это невозможно! С матерью намного проще, чем с этим…»       «Можешь не продолжать. Сам знаю, какой он. Я рад, что кто-то видит во мне надежду, несмотря на мое темное прошлое. Никогда не сомневался в тебе, моя принцесса. Как же я хочу тебя сейчас обнять.»       «Ты точно тот самый тёмный волшебник?»       В голове послышался тот самый, уже родной, смех.