Detroit. Double game.

      — … Подожди, что? — Рид вновь наклоняется к экрану, пытаясь понять, какого чёрта сейчас произошло. Но камеры ясно показывают, что вот Эшли заходит в переулок, а после даже не выходит. Быстрая перемотка не даёт эффекта. Сколько бы не прошло времени, TR100 так и не выходит. — Какого хера?       — Камеры взломали. — RK900 подключается к камерам, тонкими и аккуратными пальцами нажимая на нужные кнопки на экране. — Буквально десяти секунд хватило бы, чтобы андроид скрылся. Она смогла подключиться в переулке к камере дальше. Вот. Мужчина заходит в тот же переулок. И. — Ричард указывает на, казалось бы, незначительный кусочек тени, которой в ту же секунду пропадает. — Вот оно. И больше на камерах её не видно. Значит, нам нужно осмотреть это место.       — Хорошо. — Оба детектива встают и идут к машине, а после едут на нужный им адрес.       В переулке особо ничего не изменилось. Всё та же кирпичная кладка, так неприветливо сужающая пространство вокруг. Такое чувство, будто воздуха здесь почти нет. Будто столь узкая дорожка забирает кислород себе, оставляя лишь маленькое количество. Возможно, это чувство появляется из-за баков, что стоят тут неподалёку и отравляли воздух. И это самое отвратительное для Рида. Копаться в мусоре мужчина не любил. Да что уж лукавить, ненавидел. Отвратительный запах, вид протухших продуктов. А при не самом приятном стечении обстоятельств — части тела или оружие. И сейчас там как раз оно. Среди гнилых овощей и мусорных пакетов Гэвин замечает пистолет.       — Ну твою-то налево… — Мужчина сдерживает рвотные позывы и лезть туда явно не собирается. Но это не нужно, хвала Киберлайфу. Ричард уже проанализировал пистолет.       — Glock 19 девятого калибра. — Классика. Сколько же с ним было совершенно преступлений… Андроид пытается считать хоть что-то на рукояти. И находит. Сам тириум уже испарился, но оставил следы. Тот самый, для модели TR100. — Этим пистолетом и убили Теренса.       — Ну, оружие мы нашли, уже хорошо. Но теперь нам нужно искать, куда же направилась наша убийца.       RK900 отводит в задумчивости глаза, и тут же улавливает след от тириума на асфальте у самой стены. Пару капель, не больше. Но даже этого будет достаточно.       — Эй! Ты куда попёрся? — Гэвин немного поздно и слега возмущённо замечает, что андроид направился к выходу из закоулка.       — По следу. — Ричард целенаправленно идёт пешком, потому что в машине потерять след будет проще простого. Риду же ничего не остаётся, как следовать за ним. Идут они прилично, как минимум минут пятнадцать. Пока не достигают трущоб.       Это были не самые худшие места в Детройте, но и далеко не лучшие. В основном в тут жили не самые лучшие люди, отбросы, готовые продать родного человека ради пары монет. И нет, на эти деньги будет покупаться не еда. Пистолеты, наркотики, чьи-то жизни. И лишь несколько человек не поддавались влиянию, живя спокойной и размеренной жизнью. Но таких можно по пальцам пересчитать. Жители в городе даже не представляли, как можно выживать в подобном месте в подобной компании. Следы тириума привели детективов к давно заброшенному одноэтажному заводу. Тут ещё десять лет назад изготовляли радиотехнику, пока хозяин сие производства не разорился, из-за чего место пришлось закрыть. Позднее сюда начали приходить вандалы, наркоманы и прочие людские тараканы, разбивая окна, расписывая стены и не давая этому месту даже шанса на будущее. В трущобах денег на восстановление нет и, скорее всего, не будет. Поэтому это место так и продолжит разрушаться.       — Здесь. — RK900 наконец-то останавливается, из-за чего Рид чуть не врезался в пластиковую спину с угрозой сломать себе нос. След ведёт внутрь, где, скорее всего, и находится убийца. Руки обоих тянутся к пистолетам, на всякий случай. Пускай Эшли может быть и не вооружена, но это не значит, что она не будет защищаться.       — Готов? — Мужчина снимает оружие с предохранителя, чуть сжимая его в руке. Андроид кивает, также крепко держа огнестрел в руке. Они фактически влетают внутрь. Единственное, что встречает их — пыль и тишина. — Нужно осмотреться. Возможно, она где-то здесь прячется. Встретимся тут через пятнадцать минут.       Напарник кивает и направляется налево, шагая максимально тихо и прислушиваясь к любому шороху. Но вновь лишь гнетущая тишина встречает Ричарда, будто закладывая ему уши. Ни в одном из цехов нет абсолютно ничего. Пустота и не более. Поэтому андроид лишь убирает пистолет и направляется обратно. А вот Гэвину повезло. В третьем по счёту цеху он находит пустые пачки из-под тириума и бинтов. Когда RK900 приходит на место встречи, Рид тащит его в ту комнату, где Ричард проводит осмотр и сканирование.       — Здесь Эшли залечивала рану.       — А она была? — Рид вновь скрещивает руки на груди, наблюдая за напарником.       — Скорее всего. Но я допускаю вариант, у андроида где-то разошлись швы, раз тириум вытекал наружу. — RK900 понимается с корточек и поворачивается к детективу. — Но, чтобы использовать тириум и бинты, их нужно было приобрести. Значит, она была в магазине поблизости.       — И? Что это нам даёт? — И тут до мужчины доходит. Если здешний продавец — андроид, то детективы смогут получить фото Эшли, и таким образом прибегнуть к старому доброму розыску. — Чёрт, жестянка, а ты гений. Но в твоём плане всё равно есть загвоздка. — Ричард смотрит на напарника, слегка не понимая, в чём же он просчитался? План ведь хороший и, что самое главное, надёжный. — Магазинов здесь дохуя и больше. — Гэвин махнул руками, видимо, показывая область охвата в трущобах. — Пока мы их всех обойдём, убийца уже успеет убить ещё кого-то.       — Могу вас уверить, Детектив, что я проверил по карте местности подобные места. Тут всего два магазина, где Эшли могла бы приобрести всё необходимое. Прошу прощения, что не предупредил.       Рид сначала вдыхает побольше воздуха в грудь, дабы начать ругаться и говорить о том, что андроид совсем охренел, и что отправить его на переплавку он всё ещё в состоянии. Но, видимо, решает промолчать или просто передумал, поскольку просто возмущённо выдыхает и направляется к выходу с заброшенного завода.       — Ладно, пошли уже.       RK900 молча следует за напарником, всё ещё не понимая причины такой злобы. Гэвин в принципе был таким. Комком язвы, оскорблений и редкой злобы. И иногда, словно ёж, выпускал иголки ещё сильнее. Хотя, казалось бы, стадии отрицания, гнева, торга и депрессии они прошли. Рид смирился с тем фактом, что андроид — его напарник. Но не до конца. Поэтому по старой привычке всё ещё огрызается, бесится, злится. И это одновременно вводит в ступор и забавляет. Ведь двенадцать месяцев — приличный срок. Когда оба детектива заходят в один из магазинов, радостно их не встречают. Продавец сразу же напрягается, не отрывая взгляда и почти не моргая. Руки были готовы защищаться или, по крайней мере, сразу достать оружие. Диод слегка торчит из-под красной шапки, чёрные волосы небрежно торчат в разные стороны.       — Полиция Детройта. — Мужчина в этот раз документы решил не доставать. Да и не нужно было. Один только Ричард уже был как ходячее удостоверение. — Мы здесь по делу недавно убитого андроида. Подозреваемый убийца-андроид, возможно, приходил к вам за покупкой тириума для модели TR100 и бинтами.       — А даже если? Какое ваше дело, кто и что у меня покупает?       — Парень, лучше не играй с огнём. — Гэвин начинает закипать, выходя вперёд напарника. Ситуация накаляется на 10%. Если так дальше продолжать, то андроид может атаковать.       — Придерживайтесь своих же советов, де-тек-тив. — Надо что-то делать, Ричард понимает это. Ведь если сейчас не остановить обоих, то как минимум начнётся драка. В худшем случае — кровопролитие. Голубые глаза еле находят мелкий треугольник на груди продавца. Рауль, модель номера BV400. Сбежал из магазина, где его и продавали. На счету убитый человек во время нападения, превышение самообороны. От полного уничтожения его спас Камски, как раз только-только вновь возглавивший пост директора. Вышел недавно досрочно за хорошее поведение. Сейчас торгует здесь всем, что попадётся под руку.       — Рауль, успокойся. Мы не хотим тебе навредить. — RK900 слегка вытягивает руку открытой ладонью, показывая знак, что ему можно доверять. Но это действует не сразу. BV400 напряжён, убирая руку с заднего кармана. Судя по всему, именно там сейчас находится оружие. — Мы только ищем андроида, что заходил сюда. Он убил работника Киберлайф.       -… Киберлайф, значит… — Рауль, кажется, что-то вспомнил. Возможно, суд. А может Элайджи, который помог своему созданию остаться в живых. Уровень стресса снижен до нормализированного предела. — … Хорошо. Что вы хотите знать?       — Нам нужны фотографии этого андроида из вашей памяти, желательно чек и может быть ваше знание, куда она ушла. — Гэвин вновь вступает в игру, в этот раз делая голос мягче. Напарник отлично расчистил ему путь для дальнейшего диалога и допроса.       — Она пришла ко мне где-то может быть полчаса или час назад. Честно, даже бы не подумал, что она убила кого-то. Просила пачку тириума для достаточно старой модели и бинты. Ну, оплатила и ушла. Я только потом заметил, что у неё по руке начал стекать тириум. Видимо, у неё была рана.       — Хорошо. Вы можете мне сейчас перекинуть кадры и чек? — Детектив протягивает руку к Раулю, слегка кивая и убеждая в безопасности. Андроид неуверенно соприкасается ладонью к ладони, кожа обоих приобретает белый цвет. Происходит связь, и в память RK900 загружается фотография с лицом Эшли в анфас и чек об оплате. — Спасибо вам за информацию и содействие. Мы пойдём. До свидания.       Оба детектива выходят из магазинчика. Атмосфера всё ещё тяжёлая, немного давящая. Даже кажется, что плечи от неё болят. Ещё и эта тишина. До этого тириум будто бы бил набатом где-то в ушах. Но сейчас ни единого звука. И это пробирает. Могли бы, по телу андроида прошлись бы мурашки.       — Молодец. — Рид прерывает тишину, доставая сигареты и закуривая. Он редко хвалил напарника, чаще всего этого и не нужно. Ричард и так прекрасно знал, что справлялся на высшем уровне. Но порой это нужно было услышать. Выпуская дым изо рта, мужчина вновь смотрит на RK900. — Итак… Что мы имеем?       — Убийца-андроид шла сюда, чтобы временно заделать свои раны. Бинты и тириум она купила у Рауля и ушла к заводу, где и спряталась. И мы не знаем, где она может быть. — Ричард напрягся, пытаясь хоть как-то сложить пазл в своей голове. Но все логические цепочки уходили в тупик. — А также у нас есть изображение внешности Эшли.       — Тогда у меня есть предложение. — Гэвин вновь затягивается, выпуская едкий дым изо рта. — Раз у нас есть описание внешности даже с фотографиями, то почему мы не можем объявить её в розыск? Ну, по классике. Фотография, описание. Слова о том, что «если увидите — сообщите полиции».       — Но ведь это только отпугнёт её.       — И таким образом она себя и выдаст. — Рид вновь затягивается, только теперь выдыхая через нос. Как дракон, из ноздрей которого валит горячий дым от огня. — Если она девиант, она сможет поддаться панике. В панике можно совершить кучу ошибок, которые помогут нам выйти на её след.       Андроид будто спотыкается о собственные мысли. Такая очевидная мысль даже никогда и не приходила в голову. Мозговой чип всегда искал более сложные, но верные на девяносто девять и девять десятых процента решения. А тут человеческий фактор действительно смог бы сработать на руку детективам.       — Вижу, что ты согласен. — Мужчина щёлкает пальцами по диоду, который сейчас горел жёлтым. Сделав последние затяги, он кидает окурок на землю и притаптывает его подошвой ботинка, туша. — Тогда пошли. Уже в Департаменте начнёшь писать объявление.       — Я? — RK900 выгибает бровь домиком. — А почему не вы?       — Потому что у тебя есть шаблон, по которому эти объявления делают. И ты сможешь написать это всё так, чтобы не вызвать паники среди населения. — Детектив уходит в ту сторону, где они первоначально оставили машину. В городе… — Пошли. Чем раньше вернёмся, тем раньше я свалю домой. — Вздохнув, Ричард молча пошёл за напарником, уже в голове выискивая тот самый шаблон.       В машину они садятся молча. Никто не настроен на разговор. Из крови Гэвина вышел весь адреналин после встречи с Раулем, оставляя тело в расслабленном состоянии. Он не боится андроидов. Не боится смерти. В конце концов, он видел многое: распотрошённые тела, отрубленные конечности, кучу крови, революцию. Но что-то заставляло сердце вновь биться в бешеном ритме, а кровь шуметь в ушах. Ноги были ватными. Но страх был не за себя. За кого-то другого. За напарника. Рид понимал, что за этот прошедший год Ричард перестал быть простой консервной банкой. Он стал тем, кому мужчина мог доверить свою спину — хотя до этого он лучше бы сдох от многочисленных пулевых, чем доверился андроиду — и с кем мог помолчать. Как сейчас. Тишина, прерывающаяся лишь звуками мотора и города, когда они выезжают на главную трассу. Вечером они, также не проронив и слова, идут к детективу. О том, что RK900 живёт у него, они договорились спустя кучу подъёбок и разговоров. Долгое время Гэвин плевался, говорил кучу гадостей и угрожал пустить нежеланному гостю пулю в лоб. Но после, когда во время больничного за больным как раз и ухаживал тот самый «гость», отношение к андроиду стало мягче. В конечном итоге Ричарду доверили код от домофона и ключи от квартиры. С условием, что тот будет хотя бы готовить. Вообще, такая способность не должна была быть у андроида-детектива. Но — «спасибо», Гэвин — его новое обновление открывало доступ к новым рецептам, а также позволять готовить чуть ли не по высшему классу.       Утро следующей среды в Департаменте началось не с милых разговоров за стаканом кофе, а с новости об убийстве. Тот самый Каллеб, с помощью которого детективы смогли выйти на след Эшли, сейчас лежал на той же помойке, где когда-то нашли его коллегу Теренса. И вновь расправа над несчастным была донельзя жестокой. На левой руке были повреждены четыре пальца, глаз выколот. Было нанесено ещё несколько серьёзных, но не столь значительных ранений. Решающим стало повреждение тириумного насоса. Но не огнестрельным оружием, а топором. Длина равна восьми с небольшим дюймов, ширина — семь. Вес рукояти около трёх ста грамм. Судя по окату лезвия, это был Скандинавский топор эпохи Викингов.       — М-да… Этого беднягу растерзали не хуже первого. — Гэвин дёргает плечами от небольшого отвращения. Вроде бы привыкнуть должен был, но смотреть на изувеченных такими зверскими методами андроидов порой всё равно тяжело.       Ричард подходит к трупу ближе. Тириум уже испарился, но не так давно. Возможно работник находится здесь с трёх часов ночи, плюс минус час. На его затылке всё те же два корявых инициала — «GW».       — Память стёрта. Но то, что данное убийство совершила Эшли я могу сказать со стопроцентной вероятностью. Шрифт и неровность букв та же. Но единственное, что поменялось — вид оружия.       — Мне больше интересно, почему загасили именно этого андроида?       — С его памяти мы брали изображения для объявлений о розыске. Скорее всего, Эшли поняла это, увидев ракурс и найдя в своей памяти того, кто смог бы дать столь точные изображения с определённого ракурса. — Оба детектива сначала замолкают, смотря друг на друга, а потом резко срываются с места, убегая к машине и кидая прибывшим с ними офицерам указания о доставке тела в морг Департамента. Одна и та же мысль посетила их головы в один момент. Заведя двигатель, Рид вдавливает педаль газа и гонит в трущобы. Если их теория верна, то андроид начала устранять свидетелей, тем самый наследив ещё больше. До нужного магазинчика они приезжают за минуты семь-восемь максимум. Дверь не заперта, хотя табличка своими яркими красными буквами явно оповещала о закрытии, что уже невероятно напрягало. И напряжение было не напрасным. Прямо на полу, в луже собственного тириума, лежало почти расчленённое тело Рауля, в мёртвых глазах которого застыли ужас и страх.       — Твою ж мать. Не успели… — Рид убирает заранее подготовленный пистолет обратно в кобуру в кармане кожанки и отворачивается, оглядываясь. Эшли уже и след простыл.       -… Он умер не так давно. — RK900 говорит почему-то тише. Будто боится, что их кто-то может услышать. Или же просто так реагирует на смерть собрата по внутренностям. — Тириум свежий. Время смерти — час до нашего приезда. Плюс минус полчаса. Убили тем же топором, каким нападали на Каллеба.       — Он стрелял из своего оружия?       — Нет. — Андроид осматривал пистолет. Следов пороха не было. Видимо, продавец не ожидал нападения. А значит Эшли подошла к нему незаметно. — Я попробую проникнуть в его память и посмотреть обрывки. — С ладони убирается скин, оголяя пластик. Ричард дотрагивается до лба — единственное, откуда можно было считать остаток информации — и начинает просмотр. Рауль действительно не ожидал атаки. Он зашёл через чёрный вход в магазинчик и тут же его ударили со спины. Правая рука отсекалась почти моментально, оставаясь висеть «на соплях». Левая ещё оставалась целой, но, когда пальцы были готовы вытащить оружие, кисть руки была повреждена ударом Скандинавского топора, отключая её действие. Теперь андроид оставался беззащитным, готов был и начал умолять о пощаде. Но Эшли была непреклонна. Она шла и шла, как танк, разрубая жертву на части, пока механический голос повторял раз за разом «за Генри». «За Генри». — Чёрт возьми…       — Всё так плохо?.. — Мужчина аккуратно подходит ближе, смотря на напарника. Он редко видит нервного Ричарда. А сейчас его диод устраивал чёртову дискотеку.       — … Его убила Эшли. Действительно старым топором. Скандинавским. Я видел его у Джеймса Уолкера среди его археологических находок. Её голосовой аппарат сломан или плохо настроен. Она постоянно повторяла «за Генри».       — … Наведаемся к хозяину этой машины?       — Да. Думаю, стоит поговорить с ним повторно.       Детективы вызывают ещё одних офицеров, проштудировав заданиями, и уходят в сторону дома археолога. Но того не оказывается на месте. Записка на двери гласит о том, что Джеймс ушёл в магазин за продуктами. Заднее окно пробито камнем, тем самым давая возможность открыть его с помощью ручки. Меткость, посильная только андроидам. Вокруг чернозём, а на нём следы. Несколько из них, судя по всему, принадлежат Эшли. А вторые — её бывшему хозяину.       — Какого чёрта вы тут забыли? — Джеймс появляется буквально из-за спины, громогласным грозным голосом пуская мурашки по спине Рида. Было слышно, что Уолкер не рад гостям. Вот только рана на его щеке не особо радовала. Судя по тому, что под пластырями находилась медицинская марля и вата, порез был достаточно глубоким. Но откуда он?       — И снова здравствуйте, Мистер Уолкер. Мы пришли поговорить с вами по поводу вашего андроида. — RK900 же выглядит куда спокойнее. Говорит он чётко и ровно, без доли страха или волнения. Ему это не чуждо.       — Я уже сказал вам всё, что мог.       — Мы пришли с новыми уликами. Позволите? — Джеймсу ничего не остаётся, как принять незваных гостей, предложив им кофе или чай. Но детективы отказываются, желая быстрее начать разговор. И сейчас, особенно после прошлого «радушного» приёма, видеть столь спокойного — а если быть точнее уставшего и не агрессивного — археолога было не обычно. — Итак, позволите задать вам пару вопросов?       — Валяйте.       — Сегодня утром были найдены два тела. Убили их Скандинавским топором эпохи Викингов. — Гэвин начинает в официальной форме рассказывать о новых преступлениях. Но делает это так спокойно, будто о прошедшей рыбалке говорит. — Мы видели подобный среди ваших находок.       — Так вот куда он пропал… Да, это был мой топор. Но сегодня ночью какая-то тварь разбила мне окно и, ворвавшись в дом, решила его украсть. Я услышал шум и вышел из спальни. Лица вора я не видел, но вот он моё — да. Попытался напасть — я еле увернулся. Вон — на щеке след остался.       — И что было потом?       — Он ушёл. — Рид и Ричард сначала не верят своим ушам, одновременно выгибая правую бровь домиком. — Да, просто сбежал. Через то же окно, через которое сюда явился. Я думал, что это мои конкуренты решили своровать столь дивную находку. Но, видимо, нет.       — А что вы делали на заднем дворе? — Детектив ненадолго прерывает Джеймса, задавая столь интересующий его вопрос.       — Осматривал повреждённое окно. Разве это не очевидно? Мне разбили долбанное окно, и я хотел посмотреть насколько сильно всё плохо. — Уолкер начал выходить из себя. И это напрягает, поскольку его возраст ещё не равен его слабости.       — Просим прощения. — Андроид извиняется за напарника, понимая, если тот ещё раз откроет рот — они ничего не добьются этим. Лишь сильнее разозлят. — Спасибо большое за дачу показаний, Мистер Уолкер. Мы помним, что в тот раз вы так и не разрешили осмотреть место вашего проживания. Но может вы позволите нам в этот раз? — Археолог лишь цокает языком и закатывает глаза, но не возражает.       — Какие же вы настырные. Ладно, чёрт с вами. Только быстро. Мне ещё завтрак готовить.       Осмотр не занимает много времени. Внешний ремонт ещё не значит, что внутри эта лачуга была лучше. Обои старые — Гэвину кажется, что даже у его бабки такие уже лет десять на помойке валяются — кровать вся скрипит, полки под тяжестью книг, артефактов, растений и прочей лабуды уже начали прогибаться вниз. И почему мужчина не мог позволить себе ремонт? Старый ветхий шкаф стоял у стены и пустовал. Но пыли на нём не было. Максимум — совсем тонкий слой недельной давности. Видимо стереотипы о том, что у археологов дома настоящий срач на Уолкера не распространялись. Вот только на полу около него располагались царапины. Видимо, его перестанавливали достаточное количество раз. Завершив все дела в этом доме, детективы выходят на улицу и направляются к машине.       — Слушай, а что если это и вправду были конкуренты старика? — Рид садится за руль и поворачивает ключ зажигания. Его напарник садится на соседнее сидение. — Они же знали об Эшли. Так почему они не могли заказать или собрать сами подобного андроида?       — Всякое может быть. Если хотите, я просмотрю список на тот момент известных археологов.       — Давай. А я пока заеду в пекарню. Жрать хочу — не могу. — Мужчина плавно нажимает на педаль газа и машина трогается с места. А RK900 пока что в своей голове просматривал статьи и интервью различных археологов Детройта. На дорогах уже начали образовываться мелкие пробки, из-за чего до ближайшей пекарни поездка заняла почти пятнадцать минут. Взяв там пару пончиков и стакан кофе, детектив подмигивает девушке за кассой — судя по бейджику, её звали Катрин — оплачивает заказ и уходит, садясь обратно в машину. — Ну, наскрёб что-нибудь?       — Да. Судя по всему, у Уолкера было три основных конкурента. Арчибальд Райт, Майкл Гарсиа и Мэтью Миллер.       — Только не говори, что нам придётся сейчас ко всем ним ехать… — Гэвин закатывает глаза и откусывает от пончика, чуть не заляпавшись в глазури. А ведь было и вправду вкусно. Пекарня «BreadBerry» точно приобрела очередного постояльца.       — Я могу вас утешить тем, что Мистер Миллер умер ещё два года назад. А мистер Райт после смерти десять лет назад оставил только дочь — Аделаиду. Она сейчас замужем за Адамом Мур. Это актёр.       — Вот оно как. Значит съездим к ним и расспросим всех об их связях с Уолкером и прочее. — Рид делает очередной укус, и по салону автомобиля резко раздаётся достаточно громкое «Ай, блять!», что заставило даже Ричарда слегка дёрнуться от неожиданности. — Твою мать… Язык прикусил…       — Аккуратнее, детектив. — Андроид безобидно улыбается, вновь смотря в переднее окно автомобиля.       Первым делом они едут к Гарсиа. Его дом находится не так далеко, практически чуть дальше центра города. Он был в тёмных тонах, даже серого в своих оттенках не допускал. Вокруг был поставлен высокий забор, загораживающий вид на чужой сад. Но вот домофон было видно хорошо, так как своим ярким голубым цветом тот выделялся среди коричневой стали. А благодаря маленькой камере их наверняка можно будет увидеть даже в доме. Мужчина нажимает на кнопку вызова.       — Да? — Голос явно не принадлежит археологу, а кому-то более молодому. Но по базе данных у Майкла не было ни детей, ни внуков.       — Полиция Детройта. Детектив Рид. Нам нужно поговорить с Мистером Гарсиа. — Гэвин достаёт своё удостоверение с жетоном и показывает в камеру. Большие и массивные двери открываются, пуская гостей внутрь. Они заходят, осматриваясь. Территория не была заброшена, а даже наоборот ухоженной. Для человека достаточно преклонного возраста это было удивительно. Но все вопросы тут же отпадают, когда на порог выходит андроид. AF800, имя Кольт. Зарегистрирован за главным госпиталем Детройта. — Добрый день.       — Добрый. Мистер Гарсиа ждёт вас в зале. Но он может быть немного не в духе. Он не любит гостей. — Кольт достаточно приветлив, что даже не особо напрягает. AF800 отходит от двери и уходит в большую комнату дальше. Там и сидел Майкл. Одна его рука держала скрипку, пока вторая аккуратно водила смычком по тонким струнам. Музыка отскакивает от стен, оставляя эхо после себя. В зале была прекрасная акустика. Вот только то, что отбрасывает от старика все подозрения — инвалидная коляска. Вот почему к нему, видимо, приставили андроида. — Мистер Гарсиа, к вам пришли. Это из полиции.       Археолог прекращает играть и убирает инструмент. Он поворачивается вместе с коляской, и теперь становится понятно, почему мужчина сидит в ней. Ноги до колен отсутствуют полностью. Ричард читал об этом в его досье. Писали о том, что археологические раскопки в Кентукки привели к обвалу, где Гарсиа повредил ноги и теперь должен был ходить исключительно с костылями. Но, видимо, повреждение пошло дальше, раз в итоге врачи прибегли к ампутации.       — Здравствуйте. Что вы хотели? — Голос его тихий, хриплый и уставший. Старость неумолимо приближалась.       — Здравствуйте. Мы бы хотели поговорить с вами по поводу Джеймса Уолкера. — Рид пока говорит сам. RK900 пока молчит, работая диктофоном.       — Что этот пронырливый чёрт успел натворить? — Майкл тихо вздыхает. Видно, что старые обиды от работы не ушли до сих пор.       — Пока ничего. Мы расследуем дело, связанное с… кражей. — Говорить об убийствах рано. Лучше пока просто упомянуть о краже оружия. Тем более, археолог должен был знать о нём тоже немало. — Мистер Уолкер обратился к нам с тем, что у него украли Скандинавский топор.       — О, да, помню. Редкая находка. Джеймсу очень повезло, что он сумел его найти. Об этом тогда все газеты трещали. Но, могу вас заверить, у меня его нет. Не было необходимости. После ампутации я отошёл от археологии.       — Сочувствуем. — Гэвин немного кивает, понимая ситуацию. Он сам был свидетелем того, как не способные чисто физически детективы и офицеры уходят просто потому что не могут продолжать. Нечем. — Что вы можете рассказать о Мистере Уолкере?       — Невероятно ворчливый, агрессивный и отдающий всего себя раскопкам засранец. Он никогда не работал в команде. И даже Генри он шпынял, как только мог. Никогда не доверял ему что-то большее, чем доставка находок в его личный кабинет. Как-то раз мы с ним повздорили по поводу эпохи «копья Артемиды». Так Джеймс устроил скандал, да такой, что всё археологическое сообщество было в шоке. — Мужчина вздыхает и смотрит в окно, куда-то вдаль. Видимо, воспоминания нахлынули.       — Мы можем осмотреть ваш дом и считать память вашего андроида, чтобы у вас было алиби на день кражи?       — Разумеется. Всё, что вы захотите.       Дела в этом доме они завершают даже быстрее, чем у Джеймса. Кольт прекрасно присматривал за домом. Из его же памяти напарник детектива узнаёт, что в день кражи и убийства андроидов Гарсиа находился либо дома, либо на выставках в художественной галерее. Значит его и вправду можно вычеркнуть из списка подозреваемых. До квартиры Аделаиды Райт они добираются пешком за десять минут. На их удачу, девушка была дома. Но и она особо ничего не рассказала. Работа отца её никогда не интересовала. На самом деле, она даже втайне ненавидела её. Постоянное отсутствие Арчибальда дома, а после его возращения — только работа в кабинете, разъезды в разные музеи. Это раздражало. Девочка тогда мечтала быть музыкантом. Кем и стала впоследствии. На одном из концертов она и познакомилась со своим будущим мужем. Об Уолкере она не сказала почти ничего, просто потому что ничего и не знала.       После всех этих разговоров, детективы направляются к машине. В Департаменте их ждёт много работы… Торчат они там до самого вечера. Осмотр двух трупов, предположительное местонахождение убийцы, её связь со своим хозяином, добавление новых показаний. Но ничего толком не находят. Эшли была словно ураган — появлялась из неоткуда, наносила ущерб и исчезала. И никто не мог знать куда. Это добивало больше всего. Они не могут допустить, чтобы ещё один андроид погиб от её рук. Да и кто знал, может и не только андроид, а ещё и человек…       — Ладно. Я договорился с нашими о патрулировании. Если они что-то заметят — они немедленно сообщат. — Рид откладывает телефон, зевает и разминает затёкшие плечи. Работать в три погибели было не самым лучшим решением в его жизни. И что-то подсказывало, что такими темпами до защемление шейного отдела и постоянной мигрени тоже не далеко. Забрав со стула свою любимую кожанку, мужчина направляется к выходу. — Пошли. Я голодный и уставший как грёбанный шакал.       Вечер в квартире детектива выдался молчаливым. Сегодня с его напарника были сняты обязанности повара — Это только на сегодня, жестянка! — поскольку Гэвин задумался о том, что он давненько не ел пиццы. Поэтому RK900 молча сделал заказ в любимой пиццерии — «У Томаса»? Серьёзно, детектив? — и уселся в гостиной. Оба молчали, не в силах что-то говорить друг другу. Кошка Рида уютненько устроилась на коленях Ричарда, подставляясь под аккуратные ласки и мурча. Когда приехала доставка, мужчина оплатил всё и унёс пакет в гостиную. В итоге на столе стояла открытая коробка с пеперони, банка пива и банка тириума. Чтобы хоть как-то скрасить давящее молчание, детектив включает телевизор. Вот только ему не особо повезло нарваться на новости на городском канале.       » — Детройт потрясён — в городе произошло убийство уже троих андроидов. Их личности не разглашаются в интересах следствия. Известно, что нападения совершает андроид-девиант. Глава Киберлайф — Элайджи Камски — не даёт пока никаких комментариев. Неужели так называемая «свобода» обернётся не тем, чего добивались столькими усилиями?»       — Очередной бред… — Отпив из банки, Гэвин жмёт кнопку выключения и экран гаснет. Как же его раздражала пресса. Чаще всего они пускали только лишние слухи, совали нос туда, куда не просили. Так ещё чаще всего они и наглые. Раздражают… а ещё раздражают тем, что из-за них у многих полицейских просто сдают нервы. Из-за чёртовых слухов, поливании говном и прочего подобного у его коллег частенько не хватает стойкости. Рид сам видел такое один раз. И запомнил надолго… Тина тогда только-только пришла в Департамент и стала тем самым офицером, которая попала на громкое дело. Полиция долгое время не могла найти хоть каких-то зацепок. И у Чен сдали нервы. Она плакала в архивах, причём настолько тихо, что детектив сначала подумал, что это просто сквозняк, пока не нашёл новенькую среди старых бумаг и вещдоков. Говорили они тихо и долго. Может, в тот день они как раз и стали друзьями. Странными, но друзьями. Возможно, именно поэтому каждый раз на перерыве они и обсуждают последние сплетни за стаканчиком кофе.       — Угу… — RK900 сидел сегодня максимально тихо. И это было видно. Его и без того ледяные глаза сейчас казались безжизненными.       — … Всё хорошо? Ты выглядишь каким-то … разбитым. — Мужчина ненадолго убирает банку от своего рта, действительно обеспокоенный таким состоянием напарника. Обычно даже глаза андроида источали сарказм или полностью были забиты рабочими файлами, и это было видно. Но сейчас ничего из этого не было. Только пустой взгляд куда-то в невидимую точку.       — Пора на техосмотр, да? — Грустная улыбка трогает искусственные губы. Но вот только в глазах ничего не поменялось. Гэвин мягко, без цели навредить, бьёт напарника в плечо, отпивая пива. — Я … Я просто думаю обо всём этом … Ведь факт, что андроиды-девианты могут убивать, может расшатать доверие к нам. Девиацию вновь будут устранять. И … Многих девиантов утилизируют. Коннор, Маркус. Половина Киберлайфа …       — Эй-эй-эй! Стоп, паровоз. — Рид ставит банку на стол и даже убирает кусок, который хотел откусить. Ричард же ставит стакан с тириумом. — Я уверен, что после того, как мы найдём этого андроида, то мы покажем, что таких будут отлавливать и наказывать по закону, и что остальным опасности не представляют.       — И это я слышу от того, кто ещё год назад хотел отправить меня на металлолом? — Андроид наконец-то улыбается, слегка смеясь. А ведь это было правдой. Об их отношениях в стиле «кошка с собакой» знал весь Департамент. Криков и ругани было хоть отбавляй. И лишь одно дело, когда RK900 должен был поймать убегающего убийцу сам, а не оставлять его на офицеров, но вместо этого тащил раненого напарника до машины скорой — что-то надломилось. Поменялось. Но уж точно в лучшую сторону.       — Я серьёзно. Да, всякие твари бывают как среди людей, так и среди андроидов. Но стоит к вам привыкнуть, и вы уже не такие консервные банки как мне думалось ранее.       — И почему же ты поменял своё мнение?       — … Потому что поменялось многое. И девиация эта, и вообще. — Гэвин вновь забирает со стола кусочек пиццы и откусывает, запивая его. — Может потому что Элайджи реально смог создать что-то полезное и не такое уж и дерьмовое. Тем более, в его столь молодые годы.       — Вы же с мистером Камски одного года рождения. Разве нет? — Ричард вспоминает досье Рида, которое мельком видел перед поступлением на службу. Максимум, что могли отметить в нём — скверный характер и полная отдача работе.       — Ага. Две тысячи второго. Только этот засранец родился пораньше и поумнее… Сам же понимаешь, в шестнадцать лет создать Киберлайф, первого андроида да ещё и «кровь» к нему, зная химию чисто поверхностно — это просто невероятно. Человек-гений, блять… — Мужчина отпивает из банки. В его словах звучит какая-то непонятная горечь и отчасти даже сожаление. Но напарник так и не мог понять, что именно. Ведь детектив никак не связан ни с самим Камски, ни с его семьёй. Диод на виске загорается жёлтым.       — … Я не понимаю. Причём тут мистер Камски и ваша прошедшая агрессия к андроидам? — Рид вздыхает и вновь откусывает от куска. Вот только теперь пицца кажется безвкусной.       — Никогда не замечал, что мы с ним похожи? — Гэвин видит, что Ричард сейчас пытается «переварить» полученную информацию. Поэтому облегчает ему задачу, просто договаривая таким спокойным тоном, будто это не было чем-то необычным. Как будто это знает каждый. — За это можно сказать «спасибо» нашему папаше…       — … Что? — Диод горит красным. Все логические центры сейчас выдавали ошибку. Ни в одной базе данных не было абсолютно ничего о родственной связи Рида. Что за бред он сейчас несёт?       — Ага. — Мужчина вновь делает большой глоток и ставит банку на стол, откидываясь на спинку дивана. Видно, что ему тяжело говорить и вообще вспоминать об этом всём. Уровень стресса резко подскакивает выше. Но, несмотря на это, детектив продолжает. — … Мама тогда была в самом расцвете. Мечтала о работе программиста. Училась не покладая рук… Пока в одном январе она не встретилась с этим мудаком… Любви там не было. Просто всё завертелось у них. А потом эта гнида свалил, так как у него была возлюбленная, которая уже была беременна… И ведь не сказал ничего. Просто в какой-то момент исчез, оставив маму с положительным тестом…       Сказать о том, что у андроида сейчас полетят системы — не сказать ничего. И ведь многое совпадает по датам. Но вопрос о базе данных был открыт. Каким образом они могут быть сводными братьями, если ни в одной системе нет ни одного сходства в ДНК? И только RK900 открыл рот чтобы задать вопрос, как его тут же прерывают.       — Прежде чем ты начнёшь втирать мне про генетику и прочее — дослушай для начала. — А пива в банке всё меньше и меньше. Понятное дело, что от воспоминаний, что так долго пытались закрыть на всевозможные замки, в горле очень сушит. Но… Рид продолжает. Знает, что говорит лишнее. Но продолжает. — Я сам долгое время не знал о нашей связи. Об отце я особо никогда не спрашивал. Да и некогда было. Мать горбатилась на двух работах для того, чтобы я был сыт, одет и с крышей над головой. Она отказалась от своей мечты ради меня… Рассказала она обо всём перед смертью… Да и что греха таить, я был зол. На того ублюдка, его жену. На брата, который был успешнее, умнее, лучше. На то, что он мог оправдать и окупить силы, время и средства, которые на него тратили… Я оставил фамилию мамы чтобы не вызывать вопросов. На все заметки по поводу внешности махал рукой. Пока не встал вопрос о поступлении в академию… Это был первый и последний раз, когда я что-то писал ему. Объяснил всё в письме, изложил как есть. Но я не просил денег. Не просил признания. Мне нужно было одно — чтобы о нашем родстве не узнали. И мне было насрать, как он это сделает. Не важно, взломает он базы, просто подделает ДНК или что-то ещё. Но… Он выполнил мою просьбу. До сих пор не знаю, как. Да и не интересовался как-то.       — … Но почему? Почему вы отказались?       — Честно? — Мужчина смотрит с немой мольбой, надеясь, что его напарник не тупой. Но, видимо, последние центры отказывали, а диод до сих пор устраивал дискотеку. Поэтому, вздохнув, просто продолжает. — Хотел доказать, что я тоже чего-то стою. Даже без богатого брата и мудака-отца.       — А андроиды?       — Очередной показатель гениальности Камски. И того, что я просто пыль в его ногах… Но потом возник Маркус, прошла революция. Ты свалился на мою голову. И… Я понял, что и у вас может быть всё дерьмово. А значит, и у меня есть шансы всё ещё продержаться в этой куче не понять чего под названием «общество».       Ричард пока молчит. Он никогда и не думал о такой стороне напарника. В начале для него детектив был просто вредным говнюком без какой-то конкретной причины на злобу. Но, оказывается, за прочной стеной скрывалась детская обида, чувство ненужности и зависть. Альпин, беспардонно зевая и моргая глазками, укладывается на чужих коленях поудобнее. Гэвин не разрешал ей спать на себе, поскольку потом просто не мог себе позволить согнать животное с себя. Но RK900 никогда не был против. Его пальцы всё ещё почёсывают место за ушком, слыша, как кошка мурчит.       — … Знаешь … — Андроид говорит уже тише, будто боясь кого-то спугнуть. Может ту атмосферу и хрупкое доверие, что сейчас начало полноценно выстраиваться между ними. — Ты действительно доказал это. Правда. Меня поражает список раскрытых тобою дел, даже не смотря на твои не очень гуманные методы. Меня удивляет порой твоя хладнокровность к тому, что даже Коннор или я посчитаем отвратительным. Я восхищаюсь твоей полной отдаче работе, даже если ты говоришь «как же тебя это всё достало». И… Ты действительно показал, что достоин того, ради чего работал столько времени. Своего звания, уважения, работы. Имени в конце концов.       — Засмущал, Рич. — Рид улыбнулся и вновь без силы ударил Ричарда в плечо. Рич… Наконец-то не «жестянка», «консервная банка» или что-то такое. Мужчина впервые за долгое время назвал напарника по имени. И это грело где-то в искусственной груди. Допив уже эту несчастную банку пива и доев последний кусок пиццы, детектив выкидывает мусор и возвращается на диван. Теперь ему резко стало слишком легко. Будто между ним и андроидом пропал какой-то последний барьер, огораживающий их друг от друга. — Так, ладно. Сейчас по шконкам. Завтра уже спросим у наших как прошло их патрулирование.       — Иди, я останусь на диване в спящем режиме. Не хочу сгонять Альпин в её лежанку.       — Наглая пушистая морда. — Мужчина слегка улыбается и почёсывает кошку за ухом. Та лишь не понимает с чего бы хозяин расщедрился на скупую ласку. Но да ладно. Гэвин уходит в спальню, кидая на прощание «Спокойной ночи» и закрывая за собой дверь. RK900 лишь кивает и, в последний раз погладив уже почти спящее животное, закрывает глаза, проваливаясь в сон.