Дай, коровка, молока!

(Эль Примо) — С днюхой, дружище! (Фрэнк) — С днём рождения!       Двое мужчин ворвались в дом, держа в руках подарочные коробки. Под громкие крики к ним вышел Булл, одетый в шорты и футболку с принтом шины. На его лице сияла детская улыбка, а в глазах сверкали звёздочки. Он раскинул руки и обнял своих лучших друзей, крепко крепко, до удушения. Мексиканец в ответ обхватил свободной рукой спину мужчины, через пару секунд хлопнув по его ягодицам и оставив там ладонь. (Булл) — Примо. (Эль Примо) — Да ладно тебе, я же шуткой! (Фрэнк) — Я тоже…       Булл почувствовал вторую ладонь на другой ягодице. Тонкая ткань шорт пропускала приятное тепло. Байкер попытался отстраниться, но оказался в крепких тисках, а точнее его зад. (Булл) — Да отпустите вы меня, холостяки чёртовы!       Мужчины послушались и разжали ладони, тихо посмеиваясь. Булл смутился, но позвал гостей дальше в дом. В просторном зале стоял стол с кучей всяких блюд и несколькими бутылками алкоголя. Примо весело бухнулся на диван, раздвигая ноги в разные стороны и вытягивая до судороги. Фрэнк и Булл сели на стулья, приступая к еде. Разлив по рюмкам напиток, мексиканец поднял свою и сказал: (Эль Примо) — Ну, давай Булл! Чтоб хуй стоял и деньги были!       Мужчины чокнулись и залпом выпили содержимое рюмок. Так началось празднование тридцать пятого дня рождения байкера. После двух раз поглощения алкоголя наши герои включили караоке. Пели разное, зато было весело. Давая связкам передышку, они рухнули на диван, сразу принимаясь за еду. Вдруг Примо вспомнил о самой важной части праздника — о подарке. Внеся в комнату две коробки, мужчина отдал одну Франкенштейну, а вторую оставил себе. (Эль Примо) — Ну, держи!       Мексиканец протянул свой подарок Буллу и замер, чуть ли не с открытым ртом ожидая реакцию. (Булл) — Примо, это что?! (Эль Примо) — Нравится? Я знал, что тебе понравится. Надевай скорее! (Булл) — Я не… блять…       Мужчина вытащил содержимое коробки, покрутил в руках и стал снимать с себя одежду. Покрытые волосяным покровом грудь, пресс, ягодицы и ноги оголились в несколько секунд, попадая под пристальное взгляды мужчин. Булл натянул на руки кожаные перчатки до локтей, такие же чулки до бёдер, нацепил ремень на пояс. Оставались две вещи, которые байкер не спешил надевать. Но, заметив опасно приближающегося Примо, мужчина решил всё-таки оказаться хоть в какой-то одежде, чем попросту голым. Джоки, такой же окраски, что и весь подаренный набор, скрыли достоинство Булла спереди, создав этакий мешочек, но вот зад мужчины всё так же оставался открытым. Бюстгальтер из ремешков, поддерживающих накаченные груди снизу и сдавливающих их сверху, байкер не мог застегнуть сам, к счастью Фрэнк ему помог. Полностью переодетый Булл встал в центре комнаты и покрутился, показываясь. Примо визжал, как маленький ребёнок, а Фрэнк с киванием показывал большой палец. Чуть не захлёбываясь слюной, мексиканец приблизился к байкеру, хватая его за большие груди. (Фрэнк) — Подожди, ещё мой подарок. (Эль Примо) — Уааай…       Булл взял в руки коробку и удивился её весу. Распечатав, он достал странный аппарат, похожий на большую сидушку от велосипеда, только с неглубоким отверстием сверху и в принципе с плоским основанием. К этому аппарату прилагались две насадки, различающихся по форме и размеру. Фрэнк быстро собрал подарок в готовое состояние и спросил, так сказать, самое главное. — Какую насадку? — Ну, давай вот эту, на толстый гриб похожую.       Подсоединив, Франкенштейн включил машину, довольно улыбаясь. Насадка начала медленно подниматься и опускаться, ускоряясь примерно каждые пять секунд. Потом она стала поворачиваться в разные стороны, на несколько градусов наклоняясь вперёд. За те 15-20 секунд, что мужчины наблюдали за прибором, насадка успела набрать обороты и теперь выглядела весьма устрашающе. — Нравится?       В раз спросили гости, смотря на именинника. Тот в смущении отвернулся, закрывая лицо руками. Эль Примо прильнул к нему со спины, сжимая ладонями груди, а Фрэнк подошёл спереди, заведя руки на ягодицы мужчины, поглаживая их и толкая свои пальцы между ними. (Булл) — Да ёб вашу…аргх! Ладно, мне нравятся ваши подарки! Вы же не отвалите от меня, да? (Эль Примо и Фрэнк) — Неа… (Булл) — Ебаные извращенцы! Давно бы уже в бордель сходили и…       Булл замолчал, почувствовав, как его анус раздвигают пальцы. Толстые фаланги жаждали проникнуть в теплоту плоти, но не спешили из-за отсутствия смазки. Фрэнк переместил ладони непосредственно на ягодицы и начал их мять, словно пекарь тесто. Не сказать, что байкер не кайфовал от этого, просто старался сдерживаться в эмоциях.       Примо вовсю развлекался с грудью Булла, то сжимая её полность, то лишь соски. Из-за спины это делать было не очень удобно, да и видно не было. Поэтому мексиканец, не долго мучаясь, предложил Фрэнку поменяться местами для более удобных действий. Возражений не поступило и мужчины в секунду сменили позиции.       Эль Примо, помимо ладоней, уткнул в покрытую волосами грудь лицо, проводя по ней языком и оставляя мокрые следы. Дойдя до соска, мужчина, в конец потерявший голову, как от алкоголя, так и от возбуждения, впился в него, как младенец, сосущий грудь матери. Губы сжимали напряжённую плоть, язык ласкал кончик, будоража тело мужчины, а после вход пошли зубы, которыми Примо обхватил загорелую кожу. Булл матерился сквозь стоны, дёргаясь при каждом укусе. Мексиканец тщательно, с непоколебимой уверенностью в своей победе, сосал возбужденные соски, с целью добыть молоко. (Булл) — Примо, чёрт тебя дери, не так сильно! (Эль Примо) — Ну я так хочу молочка! Коровка, дай молока, а не то я тебя сейчас выдою!       Фрэнк сходил в прихожую и достал из кармана куртки лубрикант, взятый им не случайно. Выдавив на насадку подаренного прибора содержимое тюбика и распределив по всей её поверхности, Франкенштейн подозвал мужчин к себе, указывая руками на сидение. (Булл) — Я не сяду туда! (Фрэнк) — Ну пожалуйста. Неужели тебе так не хочется опробовать свой подарок? То, что тебе подарил Примо ты сразу надел, а моё… (Булл) — Ладно! Не заставляй меня чувствовать себя лицемером. Только насадка большая, боюсь она не влезет.       Фрэнк демонстративно выдавил на ладонь смазку, покрывая ею пальцы. Байкер понял, что ему не отвертеться, и выставил свою пятую точку к рукам Франкенштейна. Тот, вместо обещанных пальцев, прильнул ртом к напряжённому анусу мужчины, щекоча его языком и губами. Широкий и длинный язык приятно ласкал нервные окончания, расслабляя мышцы перед будущим проникновением. Булл разрешил себе простонать, сильнее выгнувшись в пояснице, двигаясь ближе к лицу Фрэнка, хотя куда уж ближе. Примо всё так же безуспешно массировал грудь мужчины, доведя её уже до опухлости в районе соска и красноты. Время от времени встречаясь взглядом с байкером, мексиканец словно загорался энтузиазмом и начинал нести совершенный бред, укрепляя его странными действиями. (Эль Примо) — Дай, коровка, молока! Хоть попробовать слегка! Вкусным будет молочко, как мужицкое очко! (Булл) — Примо! (Эль Примо) — Хехе, прости, просто ты такой сексуальный здесь… А ниже ещё больше!       Фрэнк закончил вылизывать одно из самых чувствительных мест байкера и уже двигал в нём своими пальцами, пока что только двумя. Наклонив их вниз, он нарочно тыкал в простату, наслаждаясь уже громкими стонами именинника. Когда и третий палец более менее легко двигался внутри, Фрэнк похлопал по ягодице мужчину и попросил садиться.       Все трое затаив дыхание смотрели, как один из них заталкивал в себя странную насадку, насаживаясь глубже и глубже. В длину она была не столь большая по сравнению с членом, например, Франкенштейна — всего 16-17сантиметров. Зато, как уже говорил Булл, она напоминала гриб и была толстой. Байкер садился, не смотря под себя, и поэтому не заметил, как быстро очутился на самом сидении. Медленно дыша, мужчина привыкал к новым ощущениям, поудобнее устраиваясь на не очень мягком аппарате. За спину Булл поставил кресло, чтобы спина не уставала, благодаря чему смог откинуться назад и раздвинуть ноги, избавив их от участи судороги.       Фрэнк, дождавшись непосредственно знака от именинника, нажал кнопку, подавая электричество в прибор. Булл начал чувствовать медленное движение внутри себя, постепенно нарастающее, как ему было известно. С лёгким страхом на лице мужчина смотрел на своих друзей, давая согласие на продолжение их развлечений. Примо, не нарадуясь раздвинутым ногам байкера, всё же вернулся к груди, поочередно занимаясь то одним соском, то другим. Теперь стоны были протяжнее и громче, сопровождались размахиванием рук. Встав с боку от мужчины, Эль Примо сильнее обычного укусил грудь того, обхватывая двумя руками естественно стоячий член Булла, шатающийся между ног. Байкер закричал, но не надолго.       Одновременно с мексиканцем к имениннику подступил Фрэнк, разместившись членом прямо перед его лицом. Добрый голос попросил отсосать огромный пенис, словно это было что-то лёгкое. Булл, не без своего желания, затолкал в себя головку и совсем немного длины ствола, как тут же подавился. Франкенштейн с беспокойством смотрел на своего друга, вытащив дрожащий от возбуждения член. Короткий кивок и Булл тянет язык к гигантскому органу. Фрэнк заботливо гладит его по голове, указывая пальцами на свои не менее огромные яйца, отчего-то совершенно гладкие, как кожа младенца. Байкеру облегчили задачу и он не стал на это жаловаться. Мошонка, хоть и с усилием, но всё же поместилась во рту мужчины, и тут же получила ласку от горячего влажного языка. Булл закрыл глаза, действуя только языком и наслаждаясь ощущениями внизу. Как вдруг резкий укус, заставивший байкера закричать, выпустив яйца изо рта. Ко всему прочему насадка внутри кишечника уже двигалась и вертикально и наклонялась в разные стороны. Булл не знал, на чём ему сконцентрировать внимание, и терялся в пространстве. Фрэнк, будучи на грани своих возможностей, рукой наклонил свой пенис и затолкал в ротовую полость мужчины, а там и в горло. Примо метался от груди к члену Булла, обсасывая и там и там. Пиком всего стали его ласки языком по внутренней стороне раздвинутых бёдер, переходивших на мошонку и пах байкера.       С абсолютно не сдерживаемым криком Булл кончает, брызжа семенем, как из фонтана. Примо ловит сперму языком и лицом, не стесняясь испачкаться. Фрэнк немного дольше двигается во рту байкера, но тоже кончает, заляпывая тому лицо и волосы, потому что вовремя вытаскивает. Мексиканец надрачивает себе бёдрами мужчины и тоже изливается, смешивая оставшуюся на животе того сперму со своей. (Булл) — Выключите скорей! Пожалуйста!       Фрэнк поспешно нажимает на кнопку и насадка замедляет свой ход. Булл, держась за своих друзей, слезает с чудо-аппарата и бухается на диван, остальные следуют его примеру. Все тяжело дышат, но держат руки на телах друг друга. Пьяные улыбки перепачканных спермой лиц смешат мужчин, разряжая атмосферу. (Булл) — Ладно, я пойду помоюсь и вернусь к столу. (Фрэнк и Эль Примо) — Мы с тобой в душ! (Булл) — Ахуели?!       Фрэнк подхватывает мужчину на руки и несёт в сторону ванной комнаты, пока мексиканец опять тянет свои ладони к ягодицам байкера.