Кай Смит расследует убийство!

— Убийство?! — прошептала Ния, побледнев. Джей приобнял её за плечи, целуя в щеку. — Ния, нам не о чем волноваться. Думаю, Кай и Ллойд быстро закроют это дело. Вам ведь приходилось уже расследовать убийства? Да? — Уолкер посмотрел на нас с надеждой. Мы с Ллойдом переглянулись. Конечно не приходилось! Это было первое убийство, которое нам доверили расследовать. Раньше мы расследовали только ограбления или помогали с каким-то действительно серьёзным делом. Но прям чтобы мы сами расследовали убийство — ни разу. Джей вздохнул, не давая нам и слова вставить, и покрепче обнял Нию. — В таком случае, будьте аккуратны, пожалуйста, — произнес Коул. — Мы не хотим потерять двух оболтусов, шушукающихся каждую ночь о чем-то на кухне, — он попытался пошутить, но, естественно, ничего не вышло. Обстановка была накалена до предела. Тишина так и стояла бы, если бы её не нарушил Ллойд: — Так, Кай, нас вообще-то труп ждёт, поехали уже. Комисар будет ругаться, если мы ещё на немного задержимся. Я кивнул и мы с Ллойдом молча вышли, оставляя Ниндзя надеяться, что с нами все будет хорошо. И я, впрочем, тоже на это надеялся. Мы с Ллойдом сели в машину, дарованную нам Комиссаром. Ллойд сел за руль, а я расположился рядом с ним. — Далеко эта школа? — спросил я. — Почти на другом конце города. Очень старая школа, ей лет сорок. Летом ремонт сделали, поэтому ей можно дать не больше 5-ти лет, — ответил Ллойд. — Заедем за Кевином и Джорджом ещё, мы же, все-таки, команда. — Хорошо, — кивнул я. Мне нравилось, когда Ллойд командовал. Сразу становилось спокойнее. Особенно сейчас, когда нервы напряжены. — Я сейчас позвоню им. — Окей. Я достал из кармана брюк телефон и стал набирать номер Кевина. Послышались гудки, а потом на той стороне послышался голос моего напарника. — Здравствуй, Кай, — услышал я тревожный голос Финнигана. — Я уже знаю об убийстве. Заберете меня на Бейкер-стрит? — Да, заберем. Позвони, пожалуйста, Джорджу, мы вас двоих оттуда заберем. Кевин пообещал, что позвонит и отключился. — Кевина и Джорджа надо забрать с Бейкер-стрит, — сообщил я Ллойду. — Отлично. Нам как раз по пути. Дальнейший путь мы провели в молчании. Мы думали об совершенном убийстве.... Если мы и пытались говорить будничным тоном — нам это удавалось с трудом. Ибо нам обоим было довольно страшно. Сначала вы расследуете ограбления, ищите пропавших людей, а теперь — БАЦ — на те вам убийство! Тут мы подъехали на Бейкер-стрит и я отвлекся от своих мыслей. — А вот и Кеви с Джо, — тихо проговорил младший Монтгомери, видя этих двоих. Он спустил стекло и сказал им: — Садитесь назад. Оба парня сели назад и мы снова тронулись в путь. Все молча смотрели в окна, а Ллойд вел машину.. Вот мы спустя некоторое время приехали на место преступления. Я вышел из машины с бешено колотящимся сердцем. Схватил взятую с собой сумку с блокнотом для записей, телефоном и ручкой для блокнота и пошёл за Ллойдом. Вслед за мной зашагали Кевин и Джордж. Мне было страшно... Я никогда еще не испытывал такого волнения! Руки вспотели, челюсть была напряжена, а ноги ватные и еле как слушаются. Мы вчетвером медленно стали подходить к огражденному месту желтой предупреждающей лентой. Вокруг то и дело сновали люди: дети, взрослые, полицейские и врачи. И все были напуганы... Мы подошли к месту, где стоял Комиссар полиции. Он заметил нас и поманил пальцем к себе. — Вот вы где, я вас уже потерял, — поговорил он, вытирая пот со лба платком. — Мы приехали настолько быстро, насколько смогли, сэр, — сказал я. — Кто стал жертвой? — напрямую спросил Джордж. — Это был директор этой школы, Кашапов Руслан Ибрагимович. Он стал вторым директором этой школы, насколько я знаю. Сейчас Джамиль собирает о нем информацию. Джамиль — это еще один следователь. Я с ним особо не встречался, но знаю, что он тоже неплохой следователь. Надо будет лучше узнать его.... — Как его убили? — на последнем слоге у Ллойда дрогнул голос, что заметил Комиссар и в глазах у него пронеслось что-то вроде сочувствия. — В него выстрелили. Причем довольно метко, попали точно в лоб. Это произошло во время линейки. — Значит действовали не наверняка и убийца точно знал, что делать, — высказался Кевин. — Это верно... — пробормотал я. — Комиссар, можно нам взять информацию, которую собирает Джамиль себе? — Конечно, Ллойд, — кивнул начальник. Тут пришел названный Джамиль. Он отдал Комиссару папку с найденной информацией, а тот дал её нам и удалился. Хранить папку доверили мне. Это значит, что надо прочитать её.... Черт. Не люблю вот эту нудную работу... — А вы что делать будете? — спросил я своих напарников. — Мы проверим школу, пообщаемся с учителями. У нас очень узкий круг подозреваемых людей, — сказал Джордж. — Не исключай, что это может быть и кто-то другой, не только из учителей. И какой мотив может быть у них? — встрял Кевин. — Разные ситуации могут быть, — заспорил Джордж. — Так что ничего исключать нельзя.... Они начали спорить, а я подхватил свою сумку, распрощался с ребятами и сел в машину. Откуда я тогда мог знать, что за моими действиями будут следить? Никак не мог знать. Зато меня посетило плохое предчувствие, а оно меня еще никогда не подводило. Я быстро завел машину и выехал, кинув папку с сумкой на соседнее сидение. Тут-то и началось... Я ехал, а за мной ехало ещё несколько машин. Одна была черная. Водителя я не видел, однако именно она меня преследовала половину дороги. Другие разъехались в другие стороны, а эта как собачонка ехала за мной. А вскоре с соседнего места от водителя открылось окно и оттуда вылез человек, скрывающий свое лицо и облаченный во всё черное. Он стал стрелять в мою машину. Я стал уворачиваться от пуль, но некоторые пули все равно умудрялись поцарапать машину. На них я махал рукой. Главным было другое — колесо и окна. Если разобьется окно, осколки могут, как правило, попасть на меня и это очень плохо. А если пули пробьют шину и попадут в колесо — я потеряю контроль над машиной. И ладно если одно колесо, но они могут попасть и в несколько. Я увернулся от очередной пули, подрезав какого-то водителя. Тот гневно засигналил мне, и спустив стекло стал кричать мне вслед гневные и нецензурные слова. А я, стиснув зубы, повернул руль, увернувшись от еще одной пули. И чуть не сбил другую машину на бордюр, из-за чего мне пришлось вернуться на то место, откуда я увернулся. И тут раздался выстрел и заднее окно с правой стороны было вдребезги разбито. Прямо мимо моего окна пролетела еще пуля, которая попала на столб и, отскочив, все равно попала в цель. Но в другую машину. Образовалась суматоха и свалка. Многие стали спешно уходить с этой дороги. А я продолжал уворачиваться. Раздалось два метких выстрела в мою машину. Одна пуля попала окно рядом со мной, другая — в колесо.... Осколки полетели прямо на меня. Я прикрыл левой рукой себя от осколков, летящих с разбитого окна. А другой рукой пытался выровнять машину. Раздалось еще два выстрела. Пробили шину, попали в колесо и в соседнее окно рядом со мной. Я потерял контроль над машиной, но я все еще отчаянно, со страхом, пытался выровняться. Тщетно. Я окончательно испугался, уже смирившись со своей смертью. Машина проехала ещё немного, а потом врезалась в столб. Боль... Я чувствовал только звенящую боль. Ужасно сильно болела левая рука. В ушах стоял звон...Глаза сами собой закрывались. Я слышал и чувствовал как кто-то открыл дверь и стукнул меня чем-то тяжёлым по голове... И еще по голове на глаза стекало что-то горячее... *** Больно. Как же больно! Такое ощущение, будто я сейчас умру... Я слышу голоса, они что-то говорят, меня куда-то везут.... Пожалуйста, дайте мне спокойно избавиться от этой боли! Я не хочу ничего... Какой-то человек спросил, как мое имя. Я прохрипел тихое «Кай». Какого толку от моего имени? Я не хочу ничего, пустите меня отсюда, из этого ада! Больно... Свет. Слепящий свет. А ещё люди... Я их вижу даже через закрытые веки. Они носятся туда-сюда, туда-сюда... Как же больно в левой руке! А тело так сильно ноет, я не могу! Больно... КАК ЖЕ БОЛЬНО! ПРОШУ, ХВАТИТ! *** — Доктор, он поправится? — услышал я знакомый тревожный голос. — Он поправится, только нужно время, — ответили ему. Я застонал. Все тело болело и ныло. А правая рука так горела и болела, что на глазах невольно выступили слезы. — Больно... — Кай, ты очнулся! — ко мне подбежали и взяли за левую руку. Я закричал. Слишком больно! Больно, больно, больно! Меня отпустили. — Извини, — пробормотал кто-то. — Ему в левую руку попал осколок, — сообщил доктор. — Нужно время для восстановления. — Хорошо... А лечение платное? — Да. Наступила гробовая тишина. Я медленно открыл глаза. Белый потолок. Много света. Гудение приборов. И ужасная боль в теле... Я медленно повернул голову в сторону, откуда шёл голос. И увидел Ллойда. — Ллойд, — позвал я его к себе хриплым голосом. Он сразу же подошёл. — Вы что нибудь узнали на счет убийства? — Да, — сказал он очень тихо. — Убийца действует не один, у него куча помощников. А ещё..он среди учителей. И на школьной линейке были не все из преподавателей. Мы понимающе переглянулись. Это был кто-то из них...