Взгляды слаще поцелуев

Год назад. Через три дня после похорон Цзян Яньли и ЦзыньЦзысюаня Цзинь Лин вертел в руках старый кнопочный телефон, не в силах нажать на кнопку вызова. Скоро стемнеет и, по прогнозу, начнётся снегопад, он должен был позаботиться о том, чтобы на ночь обзавестись крышей над головой. Деньги на оплату отеля закончились, он весь день слонялся по улицам чужого города с огромной дорожной сумкой, купил на оставшуюся наличку пару сандвичей и остановился у здания автовокзала, к которому случайно пришёл. Весь день один телефон непрерывно мигал от входящих сообщений - дядя точно сходил с ума. Второй телефон, старый и потрёпанный, тайком украденный из сейфа отца, будто оттягивал карман осеннего пальто. Зимнюю куртку мама хотела купить вместе с ним, но не успела. Он шмыгнул носом - вместе с холодами приходил и насморк. Вовсе он не собирался посреди улицы слезы лить. Момент и кнопка вызова нажата. Он может отступить,завершить звонок, пока идут гудки, позвонить дяде, попросить прощения, вернуться домой и... - Алло? - раздался голос в динамике телефона - на таких моделях, допотопных, голос казался механическим, как на автоответчике. - Вы будете говорить? Я повешу трубку, если это розыгрыш. - Я... - начал Цзинь Лин, но проглотил следующее слово - что говорить, он совершенно не знал. - Вы знаете человека, по имени Цзинь Цзысюань? Надо было заранее продумать, что говорить. Решение позвонить человеку, имя которого он слышал лишь пару раз в жизни, было спонтанным. Он, если честно,вообще не знал, зачем забрал старый телефон отца. Зачем приехал в его родной город. Почему сейчас разговаривает с тем самым А-Яо, которого иногда упоминал отец. Он даже полного имени человека на другом конце провода не знал. Даже не был уверен, что это тот самый А-Яо, мало ли, сколько таких в этом городе. Чем этот человек вообще поможет? Почему он должен ему помогать? Цзинь Лин посмотрел на здание автовокзала - последний автобус уходит через час. - Цзысюань... - выдохнул человек. - Он мой брат. Но с кем имею честь говорить? Цзинь Лин замер, смотря на свет в окнах здания - в темноте они его ослепляли. Значит, этот человек - его дядя? Он снова шмыгнул носом, по привычке хотел достать носовой платок, но не нашёл его в кармане. Его всегда подкладывала мама, сам он даже не знал, где она их брала. А раз её тут нет, то кто теперь положит ему платок, беспокоясь о его насморке или о том, что он может запачкаться? - Я Цзинь Лин. - сказал омега, отвернувшись от автовокзала. - Цзинь Цзысюань мой отец. Он... Погиб. Новоявленный дядя молчал, как и Цзинь Лин. Ему самому не верилось, что родителей больше нет. Что от них остались две урны с прахом в склепе. А что этот человек сейчас думает? Цзинь Лин не помнил, чтобы отец хоть раз навещал свою семью - он всегда старался быть рядом с мамой по вечерам, когда собирался на работу или возвращался, или на выходных. Отпуск родители всегда проводили вместе. Раньше с Цзинь Лином, но последние пару лет он оставался с дядей Цзяном и А-И, чтобы дать маме с отцом время побыть только вдвоём. Когда отец в последний раз виделся со своими родными? Сколько себя помнил Цзинь Лин, его всегда окружали члены семьи Цзян. И никто ему не говорил, почему семья отца ими не интересуется. Ему самому было всё равно, до этого момента, когда выбор едва ли был. - Если это шутка, я не буду сидеть сложа руки, молодой человек! - голос человека дрогнул лишь в самом начале. - Не знаю, как вы нашли этот телефон, но клевету в адрес членов семьи Цзинь, пусть и бывших, я не потерплю. - Мужчина рвано выдохнул, что-то зашуршало на фоне, едва слышный стук стекла по какой-то поверхности. - Кого я обманываю?.. - Голос стал заметно тише. - Это телефон Цзысюаня, как и номер, который я так не удалил. Он бы мне не позвонил, так что тебе нет смысла врать. - Цзинь Лин кивал на каждое слово, но он будто знал, что этот мужчина всё понимает. - А ты Цзинь Лин, значит. Я Цзинь Гуаньяо, брат твоего отца. Значит, твой дядя. Спасибо, что рассказал, но я бы хотел знать, что случилось с братом. Помнится, он покинул город, уехал в след за госпожой Цзян. - Цзинь Гуаньяо замолчал, в то время какнь Лин не смел его прерывать или что-то добавлять. - Я бы хотел приехать, госпожа Цзян, должно быть, убита горем и... - Мама... тоже погибла. - сказал Цзинь Лин, утирая подступавшие слезы. - Их больше нет. Похороны прошли три дня назад, я поссорился с дядей, уехал и теперь я здесь, в Ланлине, мне негде ночевать, но... Я не хочу возвращаться. Не сейчас. Дядя Цзян сердится на меня, а я... Не хочу сейчас возвращаться домой. - Ох, Цзинь Лин. - Цзинь Гуаньяо произнёс его имя так, как дядя Цзян не произносил никогда, даже на похоронах. С сочувствием. - Где ты? Я не смогу забрать тебя сам, но кое-кто другой сможет. Он будет выглядеть пугающе, но, уверяю, он привезёт тебя ко мне и мы поговорим. Ты мне поверишь? Цзин Лин в последний раз оглянулся на автовокзал. Дядя Цзян много раз писал ему, звонил и ждал, даже не зная, где Цзинь Лин мог бы быть. Отец не был сильно близок с дядей, поэтому тот вряд ли знал об этой ниточке, которая связала Цзинь Лина с теми, кого он никогда не видел, но кто мог ему помочь. Он никогда не просил помощи, всё доставалось ему просто потому что он сын своих родителей. И сейчас он должен поверить тому, кто даже не знал о его существовании. И сейчас он решил, что справедливо может рассердиться на дядю Цзяна. Даже обидеться может. Его родителей не стало, а вместо поддержки он получил нагоняй за слезы. Ничего, через неделю дядя сам его найдет и попросит прощения. А сейчас он имеет право получит сочувствие и плакать столько, насколько хватит слез. - Я поверю. *** Не Минцзюэ и правда оказался пугающим, но только с виду. Высокий, огромный как медведь, в зелёном пуховике и совершенно нелепой жёлтой шапке, он приехал на внедорожнике. Что логично, потому что только в такой машине этот высоченый альфа может почувствовать себя просторно. Представившись, он забрал у Цзинь Лина сумку и усадил на переднее сидение, предварительно включив обогреватель. - Да ты ледяной! - осуждающе-удивленно воскликнул Минцзюэ, хватая с подстаканника термокружку с чёрной матовой ручкой. - Это кофе. Горький, под свои вкусы заваривал, зато горячий. - он потянулся на заднее сидение и вытащил плед в сине-белый цветочек, совершенно непохожий на вещь, которую возил бы с собой такой грозный альфа, как Минцзюэ. Тем не менее, он укутал Цзинь Лина в плед, вручил кофе и завёл машину. - Пристегнуться не забудь. Цзинь Лин кивал на каждое слово и молчал. Не только потому что, укутанный в плед по самые щеки, не мог говорить. Однако, собеседник сам нарушил молчание, стоило им тронуться с места. - Сразу скажу, что А-Яо мой... Ну... Любимый человек. - было видно, что Минцзюэ неловко говорить подобное, но почему-то он хотел, чтобы Цзинь Лин знал. - Вы, типа, встречаетесь? - спросил Цзинь Лин, глотнув кофе и тут поморщившись- такой горький даже дядя Цзян не пьёт. - Ну типа. - закатив глаза, кивнул Минцзюэ. - Ты, честно говоря, как снег на голову, но прогонять тебя никто не будет. А-Яо тебе готовит комнату на первое время, так что планы обсуждай с ним. Это дело не моё. - сказала он, едва ли не по слогам выделяя последнее предложение. - Не знаю, что решишь делать потом, но на первых порах мы с А-Яо подсобим, чем сможем. Минцзюэ не стал дожидаться ответа Цзинь Лина, включив радио, словно давая понять, что свою мысль он закончил. Они ехали долго - всё таки, автовокзал находился на окраине города. Иногда радио прерывалось, но Минцзюэ спокойно переключал на другую волну. Дядя Цзян или отец крутили бы кнопку более раздражённо. На подземной парковке, пока они шли к лифту, их сопровождал скрип подошвы по полу и звон ключей из кармана Минцзюэ, который шёл чуть впереди. Сумка Цзинь Лина, которую он повесил себе на плече, доставала ему до середины бедра, в то время как у самого омеги она стучала о колени. Термокружку Минцзюэ попросил закрыть и донести до квартиры вместе с пледом. - А-Яо давно хотел плед постирать. - добавил он зачем-то. В лифте было тихо - только в самом начале звук движения механизма, который повёз кабину наверх. Минцюэ провёл у панели каким-то пропуском и загорелась кнопка с цифрой четырнадцать. Так высоко Цзинь Лин ещё не жил. - Без этой карты гостям с парковки в квартиры не попасть. - сказал Минцзюэ. - С помощью специального индивидуального кода сканер определяет этаж, на котором живёт человек, так что мы в безопасности даже от соседей. На дверях цифровые замки, так что будешь жить как принцесса в башне. - Минцзюэ усмехнулся. - Серьёзно, пока не сделаем на тебя ключ-карту, из дома не выходи без А-Яо. - А если будет дело к соседям? - под вопросительный взгляд Минцзюэ Цзинь Лин слегка стушевался. - Не знаю. Ну, вдруг. Минцзюэ прыснул. - Здесь живут люди, которые не хотят быть найденными даже соседями по лестничной клетке, так что дел ни к кому внутри дома быть не может. - сказал альфа. В этот же момент двери лифта распахнулись и Минцзюэ широким шагом направился к двери. В тот раз Цзинь Лин не задал появившейся в голове вопрос - почему Не Минцзюэ и Цзинь Гуаньяо не хотят быть найденными? Не Минцзюэ не успел открыть дверь – она распахнулась сама. Вернее, ее открыл омега, стоявший там словно вечность, ожидая. Миниатюрный, совсем немного выше самого Цзинь Лина, длинные волосы собранные в косу, которую, кажется успели потрепать. Поверх желтой пижамы был накинут шелковый зеленый халат, на несколько размеров больше и пахнущий явно не омегой. - Ты… Цзинь Лин? – спросил мужчина, неуверенно. – Похож на госпожу Цзян. – улыбка на чужом лице вызвала едва заметный прищур карих глаз. –Волосы непослушные, как у брата. Но глаза… - А-Яо, - прервал Цзинь Гуанъяо, судя по всему, Не Минцзюэ, передавая сумку Цзинь Лину, - я понимаю, момент трогательный, но не заставляй ни меня, ни себя, ни, тем более, твоего гостя стоять на пороге и морозить булки. Вообще, холодно никому не было, но Минцзюэ, судя по всему, просто надоело ждать. Он по-хозяйски прошел в квартиру, поцеловав Гуанъяо в лоб, проходя мимо, и скрылся где-то в недрах квартиры. А вот взгляд Цзинь Лина зацепился на красноватый след прямо между бровей своего новообретенного дяди. Гуанъяо молча пропустил его внутрь и омега прошел. Было неловко, оба избегали смотреть друг другу в глаза, но сразу, как закрылась дверь, Цзинь Лина окутал успокаивающий запах пионов – его притянули в объятия. Сумка, которую он держал на плече, упала в ноги, но никто не обратил внимание на это. Цзинь Лину стало спокойно и он беззвучно заплакал, выпустив наружу эмоции.