Стоя на краю.

Томас заметно побледневший выходил из почтового отделения. Осмотреть его не удалось, везде была вода, на поверхности которой, плавали никому уже не нужные письма. Он был практически полностью залит водой. Мужчина бежал по палубе к капитанскому мостику, на котором стояла суматоха. Капитан и офицеры собрались в тесном помещении. Как только Томас зашел, он столкнулся с настороженным взглядом капитана, в котором отчетливо читалась надежда. Призрачная надежда, которая ощущалась кожей. Уильям Мердок, который стрял на посту, когда корабль встретился с гигантским айсбергом, был белее мела и весьма встревожен. Здесь же находился и Брюс Исмей, который судя по полосатой пижаме уже собирался спать и недовольно, совершенно не понимая, что произошло, оглядывал всех. Томас развернул чертеж "Титаника". – Капитан, вода над килем поднялась на четырнадцать футов, в форпике, во всех трех трюмах и шестой котельной. – Мы можем дать ему ход? – Пять отсеков затоплено. Он может оставаться на поверхности только с четырьмя затопленными отсеками, но не с пятью. Не с пятью. Деферент у него на нос, поэтому вода будет будет переливаться поверх переборок на уровни палубы из отсека в отсек, все дальше и дальше. – А помпы?– капитан из последних сил не терял надежды и хватался за любое решение. – Помпы не выход. Напор воды слишком большой. Отныне, что бы мы не делали, корабль неизбежно затонет.– ответил Томас с сожалением смотря на капитана. – Но он не может затонуть!– воскликнул Брюс, который до сих пор не верил в такой исход. Томас вышел из себя и с раздражением повернулся к нему. – Корабль сделан из железа, сэр. И он затонет.– ответил он Брюсу, втолковывая ему и без того очевидную вещь.– Это математический расчет. – Сколько у нас времени?– спросил капитан. Томас посмотрел на чертеж прикидывая, с какой скоростью вода прибывает в каждый отсек. И ответил: – Час, в лучшем случае два. Томас выдвинул свой приговор, стараясь держаться. Не ломаться под напором обстоятельств. К такому никто готов не был. Непотопляемый корабль неумолимо шел ко дну. Все они были слишком в себе уверены. – Сколько человек на борту?– спросил Смитт. – Две тысячи двести человек, сэр.– взволновано ответил Мердок. – В газетах Вас не забудут, мистер Исмей.– сказал капитан, понимая весь ужас происходящего. Эндрюс поспешно вышел из каюты, даже не посмотрев на Брюса. Он догадывался, что увеличить скорость было его идеей. И у него был шанс образумить капитана, которым он не воспользовался. Но теперь уже не важн кто виноват. У корабля просто не было шансов. Руки судостроителя непроизвольно и отчаянно сжались в кулаки. У большей половины людей не было шансов. Томас быстро направился к себе. Ему нужно было позаботиться о Розе и помочь всем, кому сможет. Лишь бы она была в безопасности, она должна была выжить. Девушка взволнованно ходила по каюте. Минуты шли для нее очень долго. Она подозревала, что произошло непоправимое, но надеялась на бурное воображение. Она поразилась тому, как без него стало холодно и неуютно. Без него всегда было пусто. Девушка невольно вспомнила о их близости. Она чувствовала себя с ним целой, она была сильной рядом с ним, становилась свободной. Тонула в его нежности, не понимая как заслужила такого человека как он. Он очень много работал, но девушка дала себе слово, что работа не отнимет его у нее. Она пустилась в свои красочные мечты, где они вместе путешествуют, где сидят на террасе и пьют чай, а их малыши бегают на лужайке. И все пронизывает солнце теплое и ласковое. А сейчас смотря на брошенные чертежи, ей было не по себе и руки покрывались мурашками. Роза начала глубже дышать, чтобы хоть немного успокоиться. Дверь открылась и вошел Томас. Роза посмотрела на его бледное лицо и испугалась. Он выглядел потерянным и разбитым, взгляд рассеяно переходил от предмета к предмету. Она кинулась к нему. – Что случилось? Томас доверчиво посмотрел в ее глаза и произнес то, что разрывало его сердце и не давало дышать. И девушка видела это в его глазах. Безотчетный страх, боль и вина которую нельзя спрятать. – Корабль тонет. Через час, полтора он окажется на дне океана.– сказал он выдавливая из себя слова. Роза ошеломленно прижала похолодевшую руку к губам, во взгляде отразился тот же страх, что ощущал сейчас он. Томас взял ее руку и прижался к ней губами. Роза заметила, что у него холодные руки и накрыла его пальцы своими. От него пахло океаном и холодом. Томас выдохнул. Ему нужно было быть сильным перед ней и не показывать своей неуверенности. Перед лицом гибели это было трудной, почти непосильной задачей. – Я должна сказать маме и Кэлу.– прошептала она, пытаясь осознать до конца то, что ее мечтам не суждено сбыться. Эта ночь может стать последней для них обоих. – Иди к ним, но прошу не рассказывайте об этом всем подряд. Паника сейчас ни к чему не приведет, только осложнит спасение пассажиров. Идите к шлюпкам немедленно, ты ведь помнишь, что я рассказывал о шлюпках?– с надеждой в голосе, спросил Томас. – Да, помню. А как же ты? – в отчаянии она сжала рукав его пальто очень сильно, внутри себя понимая, что этот разговор может стать последним. – За меня не бойся. За мной закреплено место в шлюпке и мне нужно помочь пассажирам. Я сяду, как только представится возможность.– Томас старался быть убедительным и твердым. А еще он ей лгал. Лгал, чтобы она не наделала глупостей. Томас чувствовал кожей убегающие минуты. Он поцеловал ее крепко, со всей любовью на которую был способен. – Обещай, что сядешь в шлюпку! – Нет! – Роза замотала головой.– Я без тебя не поплыву! – Обещай! – мужчина крепко сжал ее, не задумываясь, что может причинить ей боль, срываясь на отчаянный крик. – Я не оставлю тебя!– ответила девушка, не сдерживая слез. – Глупышка моя упрямая, я спасусь, клянусь тебе. Нет времени спорить, я должен помочь другим! Скорее! Обещай, что сядешь в шлюпку! – Обещаю, да обещаю.– ответила Роза в отчаянии. Девушка отстранилась, на последок прижалась в спешке к его теплым губам и не оборачиваясь, выскочила за дверь. Не хотела оборачиваться. Боялась, что не сможет уйти. В коридоре на редкость все было спокойно. Стюарды начали обходить каюты и вежливо просили пассажиров одеть спасательные жилеты и теплую одежду. Они в недоумении смотрели на девушку, которая неслась по коридору, рискуя ненароком кого нибудь задеть. Роза подбежала к своей каюте, слыша за дверью голоса. И судя по тону, там разгоралась ссора. Но семейные неурядицы ее мало интересовали в этот вечер тем более. Девушка влетела в каюту и два злобных взгляда вперились в нее. Это даже остудило девушку, словно ей в лицо плеснули ледяной воды. – А вот и моя милая невеста.– злобно прошипел Кэл, всем корпусом поворачиваясь к ней. – Что ты вытворяешь, Роза? – строго спросила Руфь, но в ее голосе сквозила паника. Верно, ведь все вышло из под ее контроля. Роза заметно оробела при виде матери, которая оставалась холодной, словно мрамор. Но ледяной океан был гораздо страшнее, чем они оба. – Произошло нечто неприятное.– мягко начала Роза, стараясь не допускать истерик. Но Каледон был явно решительно намстроен на скандал. – Мы уже в курсе этой неприятности, как ты говоришь. Ты не сдержала данного тобой слова. – Сейчас не время, Кэл! – закричала девушка, не в силах сдерживать уже эмоции, которые начинали ее захлестывать с головой. – Ты нас опозорила? – спросила Руфь, смотря на дочь, которую не узнавала совершенно. Роза сердито посмотрела на мать и ответила, пропустив вопрос мимо ушей. – Нам всем угрожает опасность! А тебя волнует черт знает что! У Руфь даже дыхание сбилось от такой дерзости. Кэл схватил Розу за локоть, но в дверь постучали и зашел стюард, совсем не церемонясь. – Вы не видите, что мы заняты? – недовольно вскричал Кэл. Роза закатила глаза, досадуя на непроходимую твердолобость бывшего жениха. – Вам всем, нужно подняться на шлюпочную палубу. Наденьте спасательные жилеты. – Я повторяю, что мы заняты! – Это приказ капитана мистер Хокли. Оденьтесь теплее, ночь сегодня холодная. Кэл наконец нехотя отступил от девушки. Роза была благодарна стюарду, который так вовремя появился. Непонятно, сколько бы пришлось уговаривать и скандалить. Роза облегченно вздохнула и потерла висок. Стюард протянул ей спасательный жилет и заботливо поспешил успокоить взволнованую и расстроеную девушку. – Не волнуйтесь мисс, это всего лишь мера безопасности. Роза кивнула на автомате. Она понимала, что их ждет. А так же понимала, что должна спасти мать. Последнее, что она могла сделать. Девушка понимала, что Томас не собирается спасаться. Он не был тем мужчиной, который станет в обход других, думать о своей шкуре. И она принимала этот выбор. Более того она собиралась разделить с ним участь. Машинально она одела пальто, забыв при этом о жилете и под недовольное бурчание Кэла, пошла с ними на палубу. Ей было страшно. Словно в трансе она оглядывала беспечных пока пассажиров, которые переговаривались между собой. Играла приятная мелодия и если бы не правда, которая скреблась в ее голове и скулила, можно было подумать, что ничего плохого не происходит. Молли ругалась на стюардов, которые явно были взволнованы, но уклонялись от прямых ответов. Роза нахмурилась, понимая, что на палубе нет ни одного пассажира третьего класса. И это заставляло дрожать еще больше. И мысли ее и без того метущиеся и и страшные, возвращались к тому человеку, которого не было среди них. Томаса на палубе не было. И ей оставалось лишь в напряжении кусать губы, гадая где он. Матросы под командованием офицеров готовили шлюпки. Работа кипела во всю. Уильям Мердок отвечал за эвакуацию правого борта и поторапливал своих людей. Он отгонял свои мрачные мысли подальше, но вина мертвой хваткой вцепилась в его сердце и не отпускала. Они не увидели айсберг вовремя. Миллион случайностей и конец. Бинокль для впередсмотрящего они так и не нашли, корабль шел на очень большой скорости и проклятую глыбу льда увидели в кромешной темноте ночи не сразу. Его очертания вырисовываться начали, только в свете подходящего все ближе корабля. Уилл не знал уже, как нужно было поступить в тот момент. Он привык что за годы его службы, не терял бдительности и контроля даже в самой критической ситуации. И выходил победителем. Но сегодня удача отвернулась от него. В момент когда он дал приказ повернуть, он надеялся и до последнего был уверен, что "Титаник" сможет избежать столкновения. Но чуда так и не произошло. Айсберг протаранил борт корабля и он слышал скрежет рвущегося металла. Водонепроницаемые переборки были закрыты, но было слишком поздно. Океан равнодушный и безжизненный со всей силы хлынул в брешь корабля. Когда мистер Эндрюс вынес свой вердикт, он готов был отдать свою жизнь, лишь бы повернуть время вспять. И это ощущение... Ощущение того, что все могло быть по другому, жалило с каждой минутой все острее. Капитан дал приказ готовится к эвакуации пассажиров. Корабль замер посреди атлантического океана, готовясь принять свою участь. Чарльз Лайтоллер и Гарольд Лоу находились дальше от носа корабля. Чарльз сохранял спокойствие и хотя по его внешнему виду этого нельзя было сказать, он был напуган. Как и весь экипаж корабля. Но им нужно было сохранять спокойствие и рассудительность в чрезвычайной ситуации, а на флоте этому быстро учились. Чарльз своим видом ободрял, немного взволнованого Гарольда Лоу. Гарольд спал как убитый, после того как сдал вахту. Он настолько крепко уснул, что от удара даже не проснулся. Лишь когда к нему забежал Джеймс Муди, один из младших офицеров, он проснулся и спешно стал натягивать форму. В голове это все не укладывалось, но он по привычке старался на ходу вникнуть в ситуацию. Вокруг толпились люди, которые заметно начинали волноваться, а корабль уже заметно просел в воде. – Сначала в шлюпки садятся женщины и дети!– громко сказал Чарльз и люди совсем неуверенно начали подходить к ненадежным на их взгляд шлюпкам, за которые вскоре развернется побоище. Капитан Смит, старался не терять лицо перед опасностью, но сердце старика обливалось кровью. Нос корабля с каждой минутой опускался под воду. Радисты– Джон Филипс, отметивший свой 25 день рождения на борту и Гарольд Брайд в замешательстве продолжали делать свою работу. Когда вошел капитан они вскочили с мест, он кивнул и передал координаты Джону. – Это сигнал SOS и наши координаты. Передавайте всем. Мы погружаемся с деферентом на нос, просим помощи. С этими словами он вышел, стараясь не ловить их взгляд. Джон и Гарольд переглянулись и как один принялись передавать сигнал бедствия. Они не говорили, все было понятно без слов, но никто из них даже помыслить не мог о том, чтобы бросить свой пост. Джон лишь на мгновение повернулся к Гарольду и сказал: – Передаем до последнего. – Будем надеятся, нам помогут. Брайд кивнул и они продолжили работу. Каждый надеялся на помощь. Большинство кораблей откликнулись, но они были очень далеко. Радист "Карпатии"передал, что они уже идут на помощь. Джон облегченно выдохнул, полагая, что у них есть время. Он пошел на офицерский мостик, чтобы доложить капитану. Он следил за посадкой пассажиров и раздавал указания стюардам. Но все в его облике осунулось и поникло. – Сэр, с Карпатии передали, они идут на предельной для них скорости, 17 узлов. – Только они и откликнулись? – Они ближе всех к нам, будут здесь через пять часов. Надежда, которая в эту ночь никак не хотела оставлять экипаж и капитана, внутри мужчины лопнула, словно мыльный пузырь. Не сумев совладать с разочарованием и отчаянием он воскликнул слишком порывисто: – Пять часов?! Но он заметил побледневшее лицо парня и тут же взял себя в руки. – Спасибо. Джон кивнул и пошел в рубку. Ему не нужно было ничего обьяснять. Он увидел достаточно, шансы на спасение были призрачными и неуловимыми. Смерть уже медленно и беспощадно подбиралась к ним и время играло против людей и против него самого. Уоллес Хартли собрал весь корабельный оркестр вместе. Обычно команда играла отдельно, в разных частях корабля, но на этот раз они должны были быть все вместе. Он многих из них знал давно и более преданных своему делу не было. Они должны были делать то, на что были способны. Ощутимое волнение окутывало музыкантов, они как и все совсем ничего не знали, только догадывались о том, что происходит. Но держались стойко, как и подабает мужчинам. Они встали поотдаль от основной толпы, чтобы не загораживать проход. – Играем, что нибудь веселое. Паника нам ни к чему. Свадебный вальс. И музыка с еще большей силой, успокаивая и навевая приятные эмоции полилась над умирающим кораблем. Пустили первую сигнальную ракету. Белый свет осветил тьму на несколько минут. Женщины рассаживались с осторожностью по шлюпкам. Роза буквально чувствовала кожей опасность. Но боялась она не ледяной воды, а мужчины который стоял рядом, поджав губы. Он бы ее растерзал, если бы не люди вокруг. Девушка поправила пальто. Было довольно холодно. Она смотрела на детей, которые даже всполохи сигнальных ракет воспринимали как феерверки. Она думала, что от напряжения потеряет сознание. Молли Браун неутомимо приглашала всех в шлюпку. Поглядывая на девушку и Руфь. – Давайте, всех приглашают в шлюпки. Садитесь. Роза среди всех увидела заплаканую Труди и махнула ей рукой. Девушка подошла к ней. – Мисс Роза, я так рада видеть Вас. Девушки обнялись. – Вот, возьми.– сказала Роза, снимая с ушей свои серьги. – Это на память и не спорь. – Но..– Труди попыталась протестовать, а новый поток слез полился уже по щекам. – Никаких но. Садись в шлюпку. Там места хватит для всех. – сказала Роза, подтолкнув ту к шлюпке и облегченно вздохнула, видя как та занимает место. – Я надеюсь места предоставляются в соответствии с классом? Там не будет слишком тесно?– спросила Руфь. Кэл снисходительно хмыкнул. Он лишь надеялся, что вся эта заварушка пойдет именно ему на пользу. И когда они спасутся, там на суше будет время разобраться с невестой и матерью. А в том, что он спасется Кэл был уверен. Он точно знал, что Томас Эндрюс не покинет корабль. Ведь он для этого сделал все. Лавджой всегда его прикрывал и выполнял любое поручение. Роза возмущенно посмотрела на мать. От ее слов хотелось отмыться, словно ее грязью облили. Она не понимала, насколько можно быть такой недалекой и эгоистичной. Роза развернула ее к себе и возмущенно заговорила: – Что ты несешь? Как ты не понимаешь, что вода холодная, а шлюпок на всех не хватит! Так что, половина людей утонет! – Не лучшая половина. – послышался холодный голос Кэла. Роза в шоке повернулась к нему. Он довольно усмехнувшись, продолжил: – Твоему судостроителю, нужно было позаботиться об этом. Это будет справедливо, если он пойдет ко дну вместе со своим творением. – Ты мерзкий, самодовольный ублюдок.– прошептала она. Кэл лишь жестко на нее посмотрел. Руфь уже заняла свое место в шлюпке. Роза повернулась к ней и посмотрела на нее и на Молли, которая протянула руку. – Садись в шлюпку, Роза. Давай, не бойся. – сказала Молли. – Да, Роза. Садись в шлюпку. – строгим тоном сказала Руфь, еще не привыкнув, что на девушку ее тон не действует. Но девушка попятилась от них. Смотря в последний раз на мать. Сердце уже разрывалось на части, но она знала, что поступает правильно. – Сядь в шлюпку. – с нажимом повторил Кэл. Но девушка не обратила на него внимания. – Прощай, мама. – твердо сказала она и уверенно развернулась, чтобы пойти на поиски единственного человека, который был ей нужен. Но Кэл, резко схватил ее и развернул к себе. – Куда ты пошла, потаскушка несчастная! Снова к нему? Хочешь сдохнуть рядом с ним? – Лучше я умру с ним, чем буду жить с тобой! – с этими словами, она ударила его со всей силы по ноге. И побежала по палубе. Она слышала как мать отчаянно зовет ее и в голосе ее сквозила боль и ужас. Скорее всего именно в этот момент, она поняла, что теряет самое дорогое в жизни. Руфь теряла своего ребенка. Это единственое, что в жизни каждого человека по настоящему важно. И она поняла это только, когда потеряла из-за своей заносчивости и гордыни дочь. Она продолжала кричать, даже когда шлюпку опускали на воду. Но Роща все бежала, хотя даже понятия не имела, где ей искать Томаса. Она бежала от окриков матери и Кэла, который бросился следом за ней. Девушка подбежала к лифту, как к единственному спасению и нажала на кнопку. Лифт поехал вниз и она только напоследок увидела разьяренное лицо Кэла. Кэл и сам не понимал что именно им движет. Была ли это злоба или не желание признавать свое поражение, но он бежал сломя голову за ней, хотя наооборот нужно было думать о своем будущем. Он просто не мог смириться и отчаянно хотел ее заполучить, а может и убить, чтобы она никому не досталась. Потому, что она его унизила. Унизила и смешала с грязью, а этого никто прежде не делал. Он злобно стукнул рукой по металической решетке. Роза облегченно вздохнула и обреченно прислонилась к стене. То что она смогла вырваться ее конечно обрадовало, но она совершенно не имела понятия где искать Томаса. Режущая словно острое стекло вода, которая хлынула в лифт, заставила судорожно ее всхлипнуть. – Боже, мой. – дрожащим голосом прошептала она и хотела было уже подняться, но услышала детский плач. Вода прибывала быстро. Свет мигнул на несколько мгновений. Роза без раздумий вышла в корридор, пробираясь через холодную воду, пытаясь понять с какой стороны слышится плач. Шум прибывающей воды нагонял панику, а мигающий свет страх. Она была смелее многих, но стальная ловушка с ледяной водой любого бы напугала. – Есть, здесь кто!!!– со всех сил закричала она. Ответа сначала не последовало, но через секунду, она услышала тонкий голос. – Я здесь! Я здесь! Роза повернулась в сторону крика и стараясь игнорировать жуткий холод, который пронизывал до костей, стала пробираться сквозь толщу воды, которая уже доставала ей до талии. – Я иду! Иду к тебе, не бойся!– крикнула она, услышав новые рыдания и изо всех сил пыталась ускориться, вода ее тормозила. Повернув в очередной корридор, она с ужасом увидела девочку, которая в шоке цеплялась за ручку двери. Роза облегченно вздохнула и подплыла к ней. Девочка лет пяти с рыжими кудряшками, в сером пальто смотрела на девушку. – Я помогу, хватайся за меня и чтобы не случилось, держись крепче, поняла? Как тебя зовут? – Ленор. – Ты умница, Ленор. Мы справимся, ты веришь? – Да. Роза обняла ее покрепче и пошла назад. " Только бы не заблудиться, только бы не заблудиться."– повторяла она про себя мантру. Сзади послышился скрежет трескающегося дерева, которое не выдержало напора воды. Ее с оглушительным треском сорвало с петель. Девочка кричит, а Роза что есть силы прижимает ее к себе. Сильный поток подхватывает их, но Розе каким-то чудом удается зацепиться за поручень лестницы в небольшом проходе ведущем на верх, рядом с которым она оказалась. Роза не теряя ни минуты подбежала к двери. Та оказалась закрыта. Отчаяние чуть не сбило с ног. Она опустила испуганую девочку на пол. Они оказались в ловушке. Узкий проход. Сзади прибывающая вода, а впереди закрытая дверь. От страха Роза и думать забыла о холоде. В глазах жгло от бессильных слез, которые скатывались по щекам. – Отойди к стенке. – твердо сказала она. Стараясь придать себе максимально решительный вид. Она со всей силы ударила ногой по двери. Тяжелое, намокшее пальто мешало движениям, она скинула его с себя. И ударила еще раз, и еще. Она вкладывала все отчаяние, страх и бессильную, ослепляющую злобу в каждый удар. В голове шумело от напряжения. Она могла бы сдаться, но рядом с ней был маленький потерявшийся человек, который нуждался в этот момент в ней. Дверь под напором по началу сдаваться не хотела, хотя предательский хруст дерева вселил в сердце девушки надежду. Вода уже практически дошла до верха лестницы. Девочка начала судорожно всхлипывать. – Ленор, говори со мной. Как ты там оказалась? Удар. – Где мама? Ты от нее отстала? Удар. – Там много было людей и мы с мамой потерялись...я пошла не туда и заблудилась. Вдох. Выдох. Удар. Роза злясь на бездушное дерево и на себя, все так же продолжала бить по ней, пока к ее радости замок не вырвался из плена и дверь не распахнулась. Схватив ребенка, Роза вылетела в корридор, а за ними неминуемо хлынула вода. Девушка услышала крики и кинулась в их сторону. Подлетев туда, она увидела как пассажиры третьего класса таранят решетку, не реагируя на испуганные крики стюардов. Толпа ринулась в образовавшийся проход и Роза поспешила за ними, не выпуская девочку из рук. Она зацепилась бедром за острый край решетки. Боль на мгновение ослепила ее и на мокром платье уже расползалось красное пятно. Но девушка упрямо бежала вперед. Томас взволновано ходил от двери к двери. Вежливо, не теряя самообладания, но с нажимом обьяснял особо упрямым пассажирам, что им нужно пройти на палубу. Не смотря на происходящее, он не жалел себя, не предавался меланхолии. Томас отгонял все плохие мысли и сдерживал тревогу, периодически посматривая на часы. Он волновался. Не мог удостовериться, что Роза в безопасности. Мужчина просто не мог стоять без дела в то время, как всем угрожала опасность, но в то же время корил себя за то, что не остался с ней. Он надеялся, что весь экипаж справится и большая часть людей сможет спастись. – Осмотрите корридоры еще раз, проверьте, чтобы все ушли.– отдал он распоряжение стюардам. – Да, мистер Эндрюс. Навстречу ему бежала Люси. Милая девушка, которая заботилась о нем и о пассажирах с самого начала плавания. – Люси, где ваш жилет? Оденьте его поскорее.– он слегка дотронулся по отечески до ее щеки, стараясь ободрить. – Да, сэр.– ответила она. Корридор стремительно пустел. Томас устало вздохнул и вытер пот со лба. Он делал все, чтобы чувство вины не поглотило его.Чтобы помочь людям спастись. Он осмотрелся. Раздавался металический скрежет по всему кораблю. Томас посмотрел на время. Его прогнозы не оправдались. Час уже прошел, но корабль еще оставался на поверхности. "Титаник" стонал, как раненное животное, но держался. Впервые в своей жизни Томас чувствовал себя совершенно разбитым и бесполезным. – Мистер Эндрюс, а я искал Вас. Он, обернулся и увидел Лавджоя, который целился в него.Абсурд ситуации был доведен до предела. Им и так грозила гибель, а он решил ускорить его кончину. Прогремел выстрел, но Томас чудом сумел отскочить в сторону. Лавджой с гадкой усмешкой подходил к нему. – Мистер Хокли хотел поблагодарить Вас за оказанную услугу.– с этими словами он прицелился точнее. – Я этой низости от него и ожидал.– ответил Томас. Но не успел Лавджой выстрелить, как резкий удар обрушившийся на него сзади, заставил его остановиться. Томас с удивлением смотрел на девушку, которая стояла с огнетушителем в руках. Это была Вайолетт, медсестра, которая была весьма озадачена происходящим. Ему очень крупно повезло. Если можно было назвать везением участь погибнуть не от пули на тонущем корабле. Вайолетт бросилась к судостроителю. – Мистер Эндрюс, Вы в порядке? – У меня отличная реакция. Это меньшее, что меня волнует сейчас. Томас выпрямился. – Вы идите на шлюпочную палубу, сейчас же. – А как же Вы? – Со мной все будет хорошо. Мне нужно передохнуть. Вайолетт с теплом посмотрела на мужчину, который стойко держался. И осторожно обняла его. – Удачи Вам, мистер Эндрюс. – И Вам. Девушка убежала. Томас пошел к лестнице, ведущей в первый класс. Он надеялся передохнуть, хотя бы минуту. Лавджой остался лежать на полу оглушенный. Томас подобрал пистолет, намереваясь выбросить его за борт. Что же, каждый сам выбирает свою судьбу. Томас вышел на палубу. Холод немного привел его в чувство. Нос корабля практически полностью уже скрылся под водой.Он заметил отплывающие шлюпки и к своему ужасу понял, что они полупустые. Опытному взгляду хватило и доли секунды, чтобы все просчитать. Давка и напряжение на палубе росли с каждой секундой. Люди уже начали понимать, что им грозит опасность. Томас подошел к Чарльзу Лайтоллеру, еле сдерживая свое возмущение. Чарльз резко и грубо заставлял женщин сидеть на месте и не выпрыгивать из шлюпки к родным. Он посадил женщину в шлюпку и собирался уже ее спускать, хотя место еще было. – Мистер Лайтоллер, почему шлюпки спускаются на воду полупустыми? – Не сейчас мистер Эндрюс!– попытался отмахнуться помощник капитана. Но Томас не собирался отступать. – Вот, смотрите! – он показал рукой на полупустую шлюпку. Чарльз стушевался под его осуждающим взглядом. – Я видел шлюпку с дюжиной пассажиров! С дюжиной! – Ну..Мы не уверены на счет веса. Они могут не выдержать.– Чарльзу явно было не по себе. – Чепуха! Мы испытывали их в Бэлфасте по семьдесят человек и они выдерживали! Заполняйте шлюпки полностью, побойтесь Бога право!– Томас сорвался на крик. Он не мог смотреть на все происходящее. Чарльз кивнул, признавая свою ошибку. Томас повернулся к толпе и принялся вытаскивать из толпы женщин, настойчиво подталкивая к шлюпкам. Одна из дам, видимо не до конца осознавая ситуацию не могла решиться в какую шлюпку садиться. – Мадам, сейчас не время выбирать! Поверьте, Вам везде будет комфортно. –сказал Томас не теряя самообладания, хотя контролировать эмоции становилось все сложнее. Он прошел по толпе глазами. Чарльз Джокин и его младший повар настойчиво выкидывали деревянные шезлонги за борт. Это могло помочь тем, кто остался бы в воде. Спастись никто из них не пытался. Томас пробирался через гудящую и толкающуюся толпу, которую уже никак не могли сдержать офицеры. Он глазами искал Розу, но не увидел. Можно было вздохнуть с облегчением, но он увидел Хокли. Томас не взирая на свое отношение к этому подонку, пошел прямо к нему. Тот увидел Томаса и на его лице отразилось удивление. – Она в шлюпке?– спросил Томас у Каледона. Тот посмотрел на соперника с неприязнью. И вот он, шанс был прямо перед ним. – Вы удивительно живучи. – Мне плевать на то, что ты сделал. Я задал вопрос! – Да, она в шлюпке, вместе с матерью. – солгал Кэл. – Ну и как Вам осознавать, что все таки Вы проиграли? – Она для меня не приз. И я не играл. Напомню, что мы с Вами в равном положении. – Вовсе нет. Я выкручиваться умею из любой передряги. – Я не сомневаюсь. Томас облегченно вздохнул и отошел от мужчины. От осознания того, что она спаслась, стало легче переносить ужас и боль сковавшие сердце. Она была в безопасности, а большего он и не просил. Но в глубине души жалел, что не смог попрощаться с ней. Не обнял ее напоследок. Если бы ему дали выбор он несомненно прошёл по тому же пути, который привёл его на тонущий корабль. Ведь именно на нем он смог познакомиться с ней. Смог обрести счастье, хоть и ненадолго. Когда смерть идет за тобой, все остальное кажется таким важным. Томас очень устал, запахнул пальто. Паника начала нарастать все больше, с носа корабля послышались выстрелы. Через несколько мгновений палуба заполнилась и обезумеашими от страха пассажирами третьего класса. Которые смогли наконец выбраться из своего заточения. Томас пошел в курительный салон. Там был камин, рядом с которым можно было согреться и перевести дух. Собственная жизнь его интересовала мало, а смотреть в испуганные глаза людей у него не осталось сил. Началась давка. Люди в панике метались по палубе в поисках спасения. И в тот момент, когда он ушел, на палубу с девочкой на руках,выбежала Роза. В одном платье, мокрая с головы до ног. Женщина со светлыми волосами хваталась за голову и безумным взглядом оглядывала толпу. – Ленор! Ленор! – в ее крике сквозила истерика. Роза начала проталкиваться к ней. Облегчение в глазах матери, согрело ее сердце. Она схватила девочку и сказала: – Спасибо, Вам мисс. Спасибо! – Идемте к шлюпке.– ответила Роза. Хрупкая девушка не боялась расталкивать мужчин, чтобы они дали дорогу женщине. А ее глаза все силились разглядеть его в толпе. В шлюпку она сесть отказалась. Музыка не прекращалась, музыканты все продолжали играть, хоть и было понятно, что от этого никакого толку уже нет. – Нас все равно никто не слушает. – Ничего, в обеденном зале нас тоже никто не слушал. Давайте поиграем, заодно и согреемся. – ответил Уоллес. Музыка замолчавшая на несколько мгновений, заиграла снова. Никто не знал, что в тот момент чувствовали эти смелые люди. Ведь они все понимали, не могли не понимать того, что их ждет. И тем ни менее никто из них не утопал в истерике, никто не отошел от других. Они делали все, на что были способны в этот момент, пытались успокоить обреченных людей и свои сердца тоже. С каждым мгновением паника среди людей наростала. Шлюпок уже практически не осталось, а вода прибывала очень быстро. И вот когда гибель замаячила перед обреченными, начался настоящий кошмар. Капитан стоял на мостике и под крики тонущих людей, готовился встретить свою судьбу. Его плавание закончилось не под шум аплодисментов и вспышки фотокамер. Капитан уходил вместе с кораблем. Кэл подошел к Уильяму Мердоку и попытался выторговать спасение. Уилл лишь мельком взглянул на него. – Мистер Мердок, Вы знаете, что я бизнесмен. – И? – Вот, возьмите. – с этими словами он засунул ему пачку купюр в карман. От такой наглости у Уильяма даже пропали слова. Он смерил мужчину сердитым взглядом. Резким движением руки вытащил деньги и швырнул их ему в лицо. – Вы настолько глупы? – Да как Вы смеете? – Посмотрите вокруг себя. Мы тонем посреди океана, думаете деньги что-то решают? Отойдите и не мешайте мне выполнять свою работу! Он оттолкнул Кэла от себя и подошел к шлюпке. – Кто нибудь еще остался? – Все вышли, мистер Мердок.– сказал Брюс Исмей, который все это время околачивался рядом. Уилл отвернулся чтобы удостовериться, что никого не забыл и Брюс воспользовался этой заминкой, чтобы залезть в шлюпку. Уилл повернулся и увидел его. Он посмотрел на мужчину, но что-то в его сердце не дало лишить Брюса шанса на спасение. Хотя толика осуждения на его лице была. – Травить тали.– обреченно скомандовал Уилл. Брюс сумел спастись, не подозревая, каким клеймом позора он будет отмечен на всю оставшуюся жизнь. Роза бегала то к одной шлюпке, то ко второй, заставляя других женщин садиться в них. Грохот воды нарастал, корабль начинал подниматься с каждой минутой все больше. Люди ринулись в ужасе к корме. Девушка бежала в противоположную сторону. Одну из шлюпок водой смыло в океан. Люди цеплялись за нее вместе с Чарльзом Лайтоллером. Кто-то прыгал за борт, остальные бежали на корму, стремясь подольше остаться на корабле. В этой массе барахтающихся людей, Роза увидела Кэла. Раздался скрежет металла и девушка с ужасом увидела, как труба с протяжным воем отвалилась от корпуса корабля и упала прямо на людей. Девушка ненавидела жениха, но его смерть, как и смерть остальных вызвала в ее душе. Она прорывалась через толпу упорно. – Томас! Томас! – кричала она в отчаянии, не зная жив ли он еще и надеясь, что он ее услышит. Томас смотрел на огонь, который должен был погаснуть. Стрелки часов отмеряли ему оставшееся время. Снаружи доносились отчаянные крики людей. Томас чувствовал вину. Он не должен был выжить, ему места среди спасенных не было. Он как мог, пытался помочь людям. Главным было то, что она спаслась. Его короткая и яркая как всполох огня, любовь по имени Роза. Она будет жить и может быть в ее памяти он останется навсегда не караблестроителем построившим затонувший корабль, а человеком которого она любила. Томас перевел стрелки на часах. Корабль очень сильно наклонился и стоять было трудно. Шум прибывающей воды усиливался, звенела посуда и перевернутая мебель плавающая в воде. Стекла начали дребезжать, наростал гул. Вода выбивала двери, несясь по кораблю. Томас закрыл глаза, приготовившись встретить свой конец. Смерть медленно, но верно подбиралась к нему. Кто-то окликнул его. Стюард остановился запыхавшись. – Вы не пытаетесь спастись? Но Томас ничего не ответил, тяжело вздохнув. Он уже ждал смерть, чьи шаги приближались к нему. – Томас.– хриплый и тонкий голос окликнул его. Он в шоке повернулся на звук. Роза дрожащая и бледная, с головы до ног мокрая, стояла перед ним из последних сил. Ее била крупная дрожь, а на бедре расползлось кровавое пятно. Томас пошел к ней, а она не удержавшись на окоченевших ногах, без сил просто упала к нему в обьятия. – Ты построил слишком большой корабль. Я очень долго тебя искала. – со слабой улыбкой сказала она, прижавшись к нему. Томас не веря своим глазам, нежно провел по ее щеке холодными пальцами. Она замерзала. Губы были уже синего цвета, как и кожа. – Ты должна была уплыть. Ты же обещала мне! – Думаешь, я бы оставила тебя на краю гибели одного? – Нет, конечно нет, упрямая моя красавица.– Томас попытался поднять ее, но она обмякла в его руках. – У меня не хватит сил идти. Пожалуйста, не заставляй. Я задела что-то острое, мне очень больно. – прошептала она. Она дрожащими, непослушными пальцами смахнула с его щеки скатившуюся слезу. Послышался оглушительный треск сопровождающийся воем воды. Вода рвалась к ним и ничто не могло ее сдержать. – Мне страшно.– успела шепнуть девушка. Томас сжал ее крепче, пряча ее в своих руках. — Не смотри, Роза.– сказал он, прижавшись губами к ее лбу и закрыв глаза. Вода мощным потоком сносила все перед собой и хлынула к ним, забирая их жизнь и любовь на дно атлантического океана. – Ну вот и все, господа. – сказал Уоллес музыкантам, которые не бросили его в этот роковой вечер. – Прощай, Уоллес. – говорили они и сердечно жали ему руку. Они отходили от него, прижимая к себе свои инструменты. Совершенно растеряные, не знающие, что делать и куда деваться. Уоллес покрепче обнял скрипку, словно обнимал свою любимую, к которой так и не вернется. И сжав смычок в руке, начал играть свою последнюю в жизни мелодию. Музыканты все повернулись к другу и не задумываясь вернулись к нему. Единый и такой сильный порыв истиной дружбы. Музыка зазвучала в последний раз. Вода поглотила корабль наполовину и вода неумолимо подбиралась к ним, а они продолжали играть до последнего аккорда. – Для меня, было честью играть с Вами сегодня.– сказал Уоллес, прижав к себе изо всех сил любимую скрипку, смотря на океан, который был совсем рядом. У тех, кто выжил навсегда теперь остануться шрамы в виде воспоминаний о той ночи. Ночи, когда непотопляемый лайнер затонул, унеся на дно океана жизни людей. Их мечты, горести и счастье.