Связать своё сердце с твоим

Снег падал целый день, но когда наступила ночь, небо стало чистым. Бескрайнее чёрное полотно с мириадами сияющих звезд, и ни одна туча не проплывала, не нарушала это отрешённое спокойствие. Вэнь Кэсин довольно подошёл к двери в комнату Чжоу Цзышу и постучался. Никто не открыл. Тогда он перевел взгляд на два кувшина вина, что держал в руках, и, улыбнувшись, громко прокомментировал: — Я принес твоё любимое вино! Дверь по-прежнему не открывалась. Вэнь Кэсин постучал ещё раз, а затем, сгорая от любопытства, дернул за ручку. Параллельно этим действиям, он начал свою пламенную речь: — А-Сюй, сегодня поистине просто чудесная ночь! Я бы пригласил тебя на крышу, взглянуть на луну, но не думаю, что наши дела можно было бы сделать там. Хотя, знаешь, если ты сядешь мне на коле... - его голос вдруг прервался. Вэнь Кэсин вошёл в комнату и увидел Чжоу Цзышу, в безмолвии сидящего на кровати. Бесшумно, закрыв глаза, он спокойно медитировал, абсолютно игнорируя все вышесказанные Вэнь Кэсином слова. — А-Сюй, обрати на меня внимание, – он обиженно сдвинул брови и протяжно добавил. - Ну А-Сюююй. Неизвестно, специально ли Чжоу Цзышу не реагировал или действительно глубоко погрузился в медитацию, но все речи и просьбы Вэнь Кэсина были сказаны впустую. Тогда он подошёл и уселся на кровать рядом с Чжоу Цзышу, громко поставив кувшины на стол. — А-Сюй, ночь просто чудесная, мы не можем упустить такую возможность, – начал Вэнь Кэсин, хитро улыбнувшись, и протянул руку к Чжоу Цзышу. Эта блудливая рука коснулась плеча и медленно, вырисовывая каждую мышцу, спустилась к самой ладони. Несколько раз проведя пальцем по тыльной стороне, Вэнь Кэсин прошептал: — А-Сюй, у тебя плохо получается врать. В этот же момент он отдёрнул руку и поднял её перед собой. Миг, и в ладони у него оказалась чаша для вина, брошенная в лицо. Наигранно Вэнь Кэсин цокнул языком: — Дорогой муж, зачем ты портишь наше имущество? Я бедный человек, покупать всё равно придётся тебе. — Ты мешаешь, — не открывая глаз и не шевелясь, прямо ответил Чжоу Цзышу. — Мешает только твоё упрямство. О, А-Сюй, — Вэнь Кэсин повертел в руках чашку и серьёзно спросил, — так ты всё же хочешь, чтобы я налил тебе вина? Чжоу Цзышу смолчал, но Вэнь Кэсин, узнав, что тот его всё-таки слышит, больше не мог успокоиться. Он уверенно начал приводить аргументы, почему Чжоу Цзышу просто обязан отвлечься и выпить с ним: — А-Сюй, просто взгляни, как красиво за окном. Эта ночь прямо-таки была создана для нас с тобой. К тому же, судьба одарила нас возможностью без лишних глаз провести её вместе, — он выдержал паузу и, лукаво улыбнувшись, ущипнул того за плечо. — Твой ученик в своей кроватке спит, а два взрослых мастера могут заняться своими взрослыми делами. Чжоу Цзышу откинул руку и спокойно парировал: — Лао-Вэнь, твои навыки стали хуже, раз ты не заметил, что Чжан Чэнлин сейчас тренируется с мечом на улице. Вэнь Кэсин действительно ничего такого не заметил. Глянув на Чжоу Цзышу ещё раз, он всё же упрямо подошёл к окну. Всматриваясь в белизну снега, он и вправду смог увидеть там Чжан Чэнлина, который так усердно практиковал техники меча. — И чего этому глупому ребёнку не спится, – недовольно высказался Вэнь Кэсин. Тем не менее, это никак не остановило его намерения провести ночь с любимым человеком. Не сильно заморачаиваясь, он быстро обтянул окна бумагой, самодовольно улыбнулся, похлопывая в ладони. Когда он закончил, в комнате стало темнее. Вэнь Кэсин вновь уселся рядом с Чжоу Цзышу и приблизился к самому уху. Заигрывая шёпотом, он молвил: — Если тебя смущало то, что маленький ученик нас увидит, то не беспокойся, я позаботился об этом. Видя, что Чжоу Цзышу всё так же не реагирует, он нежно прикусил мочку его уха... И был мгновенно повален на спину. Чжоу Цзышу навис над Вэнь Кэсином, грозно смотря тому прямо в лицо. Место укуса тут же покраснело, а всё тело от такого неожиданного тёплого дыхания покрылось мурашками. — Ты что, собака? Вэнь Кэсин ухмыльнулся: — Гав. — Болван, — вздохнул Чжоу Цзышу и уселся обратно. — Ну не-е-ет, А-Сюй, не оставляй меня. Жалобно выпрашивая, Вэнь Кэсин потянулся и приобнял за плечи Чжоу Цзышу, который даже не успел закрыть глаза для медитации. — Позже, я занят сейчас. — А-Сюй, — неожиданно серьёзно и взволновано обратился Вэнь Кэсин. — Скажи честно, ты что, заболел? Плохо себя чувствуешь? Мне стоит позвать Великого Шамана, чтобы они с Седьмым Лордом навестили нас в случае нового твоего недуга? Чжоу Цзышу поднял руку, чтобы откинуть Вэнь Кэсина, который вновь к нему пристал, но, услышав эти слова, сразу замер. Какое-то время колеблясь, он всё же неожиданно накрыл своей ладонью ладонь Вэнь Кэсина. — Я просто решил успокоить разум и привести тело в порядок. Всё хорошо. С тех пор, как они дали знать друг другу о взаимных чувствах, прошло достаточно времени. Но сердце Вэнь Кэсина каждый раз начинало ускоренно биться, когда Чжоу Цзышу отвечал на его знаки внимания подобной нежностью. Он крепче из-за спины обнял его, утыкаясь в волосы. Чжоу Цзышу был прекрасен во всём: с кончиков пальцев на ногах до густых длинных волос, что спадали на плечи. Вэнь Кэсин желал бы часами расчёсывать тому их и целовать каждую прядь, но тогда бы Цзышу выхватил гребень и недовольно ушёл причёсываться сам. Правда, когда выпадала возможность вот так посидеть с ним, Вэнь Кэсин не мог не воспользоваться шансом. Он нежно поцеловал макушку Чжоу Цзышу, переходя к волосам возле ушей, спускаясь по прядкам вниз. Если бы он только мог обцеловать каждый фэнь его волос и тела, то непременно сделал бы это. Чжоу Цзышу старался успокоиться и сосредоточиться, но с одним приставучим мастером сзади это никак не получалось. Он вдруг почувствовал, как рука, что спокойно лежала у него на груди, начала блуждать повсюду. — Лао-Вэнь. Но Вэнь Кэсин никак не отреагировал: другой рукой заложив распущенные волосы Чжоу Цзышу за ухо, он ещё раз нежно его поцеловал и спустился поцелуями к шее. Сначала это были мягкие прикосновения губ, что всё-таки перешли в более горячие, оставляя за собой розоватые следы. — Вэнь Кэсин, — более настойчиво повторил Чжоу Цзышу. — М? Вэнь Кэсин приподнял на того невинные глаза, будто действительно не понимал, в чём дело. В это же время тонкими пальцами он уже безобразно развязывал чужой пояс. — Прекрати ко мне приставать. Вэнь Кэсин знал, что Чжоу Цзышу вовсе не злой и не раздраженный. Хотя если бы подобным тоном он обратился к Чжан Чэнлину, тот, вероятно, уже испугался бы своего шифу. Но Вэнь Кэсин был уверен: этот человек совершенно точно не умеет злиться. Особенно по отношению к близким. Зато любил издеваться и подшучивать. Без всяких угрызений совести, Вэнь Кэсин благодушно пояснил: — Дорогой А-Сюй, «пристают» неприличные парни к нежным девушкам. Я же просто соблазняю своего мужа. — Бесстыдная «жена», кто тебе сказал, что я твой муж? Поклонов и церемоний мы никаких не делали. — И правда, я ошибся, что не предложил этого раньше. Цзышу, давай завтра устроим это? — он ласково поцеловал того в щёку и добавил. — Я бы хотел навеки связать своё сердце с твоим. Чжоу Цзышу остолбенел. Все шутки Вэнь Кэсина иногда переходили грань, и эта фраза была серьезным заявлением. — Не разбрасывайся словами. — А-Сюй, — нежно произнес тот. — Я буду самым счастливым человеком в мире, если ты позволишь прожить с тобой мои оставшиеся жизни. Чжоу Цзышу прокручивал в голове его ответ и думал, что будет правильней на это сказать. Настроенный на серьезный разговор и решения, он только открыл рот, как Вэнь Кэсин добавил: — Пригласим на церемонию Чэнлина. — Сдурел что-ли? — А что? А-Сюй, неужели ты действительно считаешь, что твой ученик такой глупый? Он давным-давно всё понял. Чжоу Цзышу всё же на это согласно вздохнул: — Особенно вчера. — Это когда я подошёл к тебе с комплиментом, что тебе очень идёт роль строгого учителя? Чжоу Цзышу смерил его взглядом: — Это когда ты при Чэнлине после этих слов поцеловал меня, — выдержав паузу, он добавил. — В щёку. Вэнь Кэсин поиграл бровями, вероятно, думая, что тогда нужно было целовать не только в щеку. — Ладно. Так ты переспишь со мной сегодня? — Я думал, ты пришёл выпить вина. После этих слов Чжоу Цзышу спокойно высвободился из объятий Вэнь Кэсина, открыл кувшин и налил себе в чашу немного алкоголя. Вэнь Кэсин обиженно закатил глаза и, открыв второй кувшин, сделал глоток прямо с горла. — О великий мастер Вэнь, где же ваши манеры? — Там же, где и твоя любовь ко мне, — наигранно сказал он. Чжоу Цзышу заулыбался, но продолжил непринуждённо выпивать. Он аргументировал: — Если ты хочешь провести свадебную церемонию, то стоит придерживаться всех традиций. Право первой ночи должно идти после всех процедур. Неожиданно Вэнь Кэсин отставил вино и, взяв Чжоу Цзышу за подбородок, развернул к себе. Он приблизился так, что их лица почти соприкасались, и бархатным голосом проговорил: — А-Сюй, невозможно провести «первую ночь» дважды. После этого он замолчал и лишь выжидающе смотрел на чужие, чуть приоткрытые губы. Ресницы Чжоу Цзышу дрогнули. Он прикрыл глаза и всё же подался вперёд, соприкасаясь своими губами с губами Вэнь Кэсина, а затем и вовсе навалился на него всем телом, прижимая к кровати. Руки Вэнь Кэсина тут же оказались закинуты за шею Чжоу Цзышу: одной он разглаживал волосы, а другую поставил на макушку и постоянно притягивал к себе. Хотелось слиться в этом поцелуе навечно и не отпускать. Даже понимая, что у них впереди вся жизнь, после всего эти два человека научились ценить время, которое они могут проводить вместе. Вдоволь насытившись чужими губами настолько, что у Чжоу Цзышу от лёгкого укуса потекла кровь, Вэнь Кэсин наконец позволил тому отстраниться. — А-Сюй, я когда-нибудь говорил тебе, что люблю мужчин? Это было так неуместно после всего, но так в стиле этого дурака. Чжоу Цзышу не смог сдержать смех, но после состроил серьёзное лицо и, всё ещё нависая над Вэнь Кэсином, ответил: — Да, как-то однажды обмолвился. Вэнь Кэсин улыбнулся краешком губ и немного приподнялся, приближаясь к лицу Чжоу Цзышу: — Кажется, я соврал. Я люблю не мужчин, а одного мужчину. Воспользовавшись задумчивостью Чжоу Цзышу, Вэнь Кэсин перекинул его и прижал спиной к кровати, таким образом поменяв их местами. Он ничего больше не сказал, сразу же припал к шее Чжоу Цзышу, осыпая её поцелуями. Вместе с этим развязал пояс ханьфу, отодвигая всю ткань в сторону и приоткрывая грудь. — Это было очень подло, — заметил Чжоу Цзышу, откидывая голову назад. — В любом случае, я не сказал ни одного лживого слова. Тело Чжоу Цзышу повидало много битв, которые оставили на нем шрамы, не говоря уже о семи самых заметных рубцах от гвоздей. Остановив свои поцелуи, Вэнь Кэсин внимательно начал рассматривать оголённый торс. Его брови свелись к переносице, в то время как взгляд потускнел. Вэнь Кэсин очень осторожно, еле дотрагиваясь, прошёлся пальцами по всем этим ранам. Он поднял взгляд на Чжоу Цзышу: — Мне так жаль, что ты пережил всё это. — Если оно было ценой свободы и жизни, которая у меня есть сейчас, то я ни о чем не жалею. Вэнь Кэсин вздохнул и поцеловал один из шрамов: — Глупый ты, А-Сюй. После этих слов он внимательно, чтобы ни одну не пропустить, точно так же обцеловал каждую рану на груди. Придавая шрамам от гвоздей особое значение, касался их губами очень нежно и осторожно, чтобы вдруг не сделать больно. Некоторые царапины Вэнь Кэсин чуть облизнул, не сдержавшись. Он услышал тяжёлое дыхание Чжоу Цзышу, что лежал, прикрыв глаза. — А-Сюй. Сглотнув, Чжоу Цзышу медленно ответил: — Чего тебе? — Ты прекрасен. «Как будто я этого не знаю». После Вэнь Кэсин мягко поводил пальцами от ключицы к самому низу живота, уделяя последней области достаточно внимания. Ему нравилось дразнить Чжоу Цзышу в ответ, поэтому несколько раз он позвал того, при этом продолжая свои прикосновения. — А-Сюй, может мне... Но не успел тот договорить, как был успешно перекинут в нижнюю позицию. Чжоу Цзышу вновь навис над Вэнь Кэсином и улыбнулся краешком губ. — Ты теряешь бдительность. — Мой муж почему-то всё ещё считает, что мы сражаемся, какой кошмар. — Эта надоедливая жена слишком много лишнего говорит и делает. Но после этих слов, на удивление Вэнь Кэсина, Чжоу Цзышу наклонился к нему и неуверенно поцеловал в щёку, а позже плавно спустился к шее. — А... А-Сюй, ты... Вэнь Кэсин положил руку на голову Чжоу Цзышу и начал перебирать пряди его волос, иногда сжимая. Он не хотел уступать, но при этом ему безумно нравилось, когда Чжоу Цзышу целовал его шею. — А-Сюй, если ты начнешь спускаться ниже, то я могу и издать крайне грязный стон. — Ладно, не буду спускаться, – ответил Чжоу Цзышу и нежно прикусил кожу. — А! – он вздрогнул, но опустив взгляд на голову Чжоу Цзышу тут же успокоился. – Ты что, собака? Чжоу Цзышу лишь ухмыльнулся, услышав из уст Вэнь Кэсина свою же фразу, но он забыл, что с этим мужчиной вовсе нельзя терять бдительность, иначе в один момент тебя возьмут и повалят вниз. — Вэнь Кэсин! Довольный своими действиями, Вэнь Кэсин перекинул их обоих с кровати на пол. Его волосы упали Чжоу Цзышу на грудь, а нависая над лицом того, он сказал: — Не волнуйся, я всё рассчитал, чтобы тебе не было больно падать. Нахмурившись, Чжоу Цзышу ответил: — Я больной человек, а пол холодный, мне нельзя на холодном лежать. — О... Похоже, Вэнь Кэсин и вправду запереживал. Он начал шариться рукой вокруг в поисках того, что можно было подложить под спину. Воспользовавшись этим моментом, Чжоу Цзышу бесчестно обхватил того ногами и перекинул под себя. Он победно уселся у него между бедер, заявляя: — Не переживай. Я всё уже исправил. — А-Сюй, значит тебя не волнует, что я тоже больной, и холодный пол может мне навредить? «Пф, думаешь, я поведусь на эту уловку?» Вэнь Кэсин посмотрел на Чжоу Цзышу и прикусил губу. Его взгляд задержался на этом мужчине с широкими плечами и стройной талией. Грудь Чжоу Цзышу была оголена, но ханьфу оставалось на плечах, так всё ещё и не скинутое полностью. Он был растрёпан, и это придавало ему какого-то строптивого очарования. Причиной этого был сам Вэнь Кэсин, что не могло того не удовлетворить. На шее и груди виднелись красные отметины, если присмотреться, то в некоторых местах кожа блестела от слюны. Чжоу Цзышу с очень сосредоточенным видом что-то делал с тканью на рукаве. Это так контрастировало с его внешним состоянием, что заставило Вэнь Кэсина похотливо улыбнуться и спросить: — Чем ты там так занят, любимый? Это действительно удобнее делать на мне? Чжоу Цзышу ничего не ответил, но зато из комнаты донёсся резкий звук рвущегося полотна. Его длинные пальцы держали в руках тонкий кусок ткани, чем-то напоминающий ленту. — Зачем это тебе? — что-то подозревая, уже не так задорно молвил Вэнь Кэсин. Закинув его руки за голову и прижав к полу, Чжоу Цзышу безмятежно улыбнулся: — Твои руки слишком вездесущие, – после этих слов он обвязал запястья самодельной лентой. — А... А-Сюй, ты что задумал? Всё так же непринуждённо, параллельно медленно завязывая узел, начал Чжоу Цзышу: — Во времена службы в Тянь Чуане я много пытал людей разнообразными способами. Помню, однажды использовалась верёвка с острыми шипами по всей длине. При связывании шипы прорезали кожу, впиваясь в неё, — он наконец затянул узел на руках Вэнь Кэсина, так что тот, внимательно слушающий, чуть охнул. — Никогда не думал, что буду использовать связывание для такого. Вэнь Кэсину нравилось слушать рассказы Чжоу Цзышу о Тянь Чуане, пусть он делал это и очень редко. Это ведь была самая огромная тайна всей Поднебесной, а он узнал о ней от самого Великого лорда. Правда сейчас этот достопочтенный воин, лорд Чжоу, с красными следами на теле от длительных поцелуев и взъерошенными волосами, важно восседал на его бедрах и с особой грацией рассказывал о своем прошлом. — Господин Чжоу, если Вам непривычно связывать обычного добродетельного человека, то Вы можете представить, что поймали опасного хозяина Долины Призраков, – Вэнь Кэсин иронично ухмыльнулся. — А может мне и рот тебе завязать, чтобы меньше болтал? С одной стороны, перспектива молчать всё время Вэнь Кэсина совершенно не радовала, но с другой, кляп во рту во время секса он ещё не пробовал... И пока Вэнь Кэсин раздумывал над ответом, рука Чжоу Цзышу поползла стягивать его ханьфу. — А-Сюй, ты что и правда хочешь... Чжоу Цзышу не ответил. Он впился губами в губы Вэнь Кэсина, в то время как одной рукой отодвигал одежду, а другой зафиксировал его запястья над головой. Вэнь Кэсин не ожидал такого ответа, наверное, будь он чуть менее бесстыдным, то весь покраснел бы. Его губы сейчас вовлекали в такой ненасытный, но желанный поцелуй. За этот поцелуй от этого человека в спокойную ночь, их ночь, стоило бороться. Всё то стоило этих счастливых мгновений. Чжоу Цзышу поцеловал его в уголок губ, спустился к шее, а потом и к ключицам. — А-Сюй... – дрожащим сиплым голосом прошептал Вэнь Кэсин. — Не перебивай меня, пока я не передумал. В этот момент Чжоу Цзышу понял, что может и хорошо, что тогда он сжалился над Вэнь Кэсином и отдал ему право вести в первую ночь. Он отпустил связанные руки, прокладывая дорожку поцелуев в самый низ. Однако Вэнь Кэсин руками даже не двинул, держа их в том же положении. Когда же Чжоу Цзышу поднял на него взгляд, то был очень удивлен. Этот известный казанова, самый бесстыжий обрезанный рукав из всех, выглядел слишком робко. Вэнь Кэсин приоткрыл рот и тяжело вдыхал воздух, его глаза жмурились, а сам он чуть выгнулся. Пальцы связанных рук то содрогались, то сжимались в кулаки. Весь его вид напоминал кусочек масла, который топился на огне. Чжоу Цзышу замер: он совершенно точно не знал, как реагировать на такое. Мог ли он когда-нибудь представить, что увидит Вэнь Кэсина в таком состоянии? И тот тоже почувствовал, что поцелуи Чжоу Цзышу прекратились. Он открыл глаза и умоляюще взглянул на Чжоу Цзышу: — А-Сюй, продолжи... Чжоу Цзышу нацепил маску серьёзности и спокойно спросил: — Что мне стоит сделать дальше? Вэнь Кэсин успокоился, немного подумал и ответил: — Ты ведь хотел доминирующую позицию занять. Я верю в тебя, хорошо получается. Это был камень в огород Чжоу Цзышу, и тот прекрасно всё понимал. От такой издевки он виновато отвел взгляд. При виде такого А-Сюя Вэнь Кэсин не смог сдержать смех: — А-Сюй, ты довёл меня до горячего желания, а теперь сидишь как ребенок не знаешь, что делать. Он правда не знал. Повисла тишина. Вэнь Кэсин первым аккуратно нарушил её: — Для меня тоже такое положение в новинку. Эти обрезанные рукава ходили повсюду, конечно, Чжоу Цзышу всё же понимал, как это происходит. Особенно после увиденного в логове Скорпиона. Но видеть и делать - это не одно и то же. Более того, даже после их первой ночи он примерно представлял, что нужно сделать, но... Но всё же больше брал на себя Вэнь Кэсин, который сейчас лукаво улыбнулся: — Я не против увидеть связанного тебя. Если хочешь, мы можем поменяться. — Ещё чего, – после этих слов Чжоу Цзышу полностью раскрыл ханьфу Вэнь Кэсина и с напускным равнодушием приступил к развязыванию пояса штанов. — А-Сюй. Послушай. Чжоу Цзышу сначала не отреагировал, но всё же позже остановился. — В одном из карманов моего ханьфу есть небольшая баночка. Найди её. Чжоу Цзышу смерил его взглядом и всё же начал искать её. Он облапал Вэнь Кэсина как только мог, сидя при этом на его бедрах. — Ах... А-Сюй, ты не мог бы так не двигаться? Чжоу Цзышу, что наконец нашел то, что искал, вопросительно глянул на Вэнь Кэсина, хоть его тело уже давно всё поняло. — Держи себя в руках, — фыркнул он, и показал свою находку. — Это? Вэнь Кэсин кивнул. Тогда Чжоу Цзышу спросил его, нарочно поудобней усаживаясь: — Зачем она? После сдавленного стона Вэнь Кэсин медленно ответил: — Двое мужчин должны правильно и с комфортом заниматься любовью. Если не использовать содержимое, то кому-то сегодня может быть неприятно. Чжоу Цзышу покрутил баночку в руках, рассматривая её, делая вид что не замечает желание Вэнь Кэсина. Последний же вздохнул: — А-Сюй, прошу. Я так люблю говорить с тобой, я хочу говорить с тобой, но сейчас я просто хочу тебя. «Дурак, сам же меня остановил». Тем не менее, после этих мыслей, Чжоу Цзышу всё же развязал чужой пояс. Резким движением он подхватил уже оголенные ноги Вэнь Кэсина, но при этом осторожно приблизился к его лицу. — Ладно, А-Сюй, обещай, что не сделаешь мне больно. С серьёзным видом, внушающим доверие, будто на него возложили самую большую ответственность, Чжоу Цзышу кивнул. Он нежно коснулся губ Вэнь Кэсина, медленно, словно пробуя самое вкусное вино. Во время такого опьяняющего поцелуя, Вэнь Кэсин закинул ноги на спину Чжоу Цзышу, перекрещивая стопы, а связанными руками обхватил шею, кончиками пальцев еле-еле улавливая пряди волос. Хотелось прижаться ещё сильней, впиться в эти сладкие губы, что сводили Вэнь Кэсина с ума, стоило ему просто глянуть на них. Этот человек сводил его с ума. Двумя пальцами Чжоу Цзышу зачерпнул чуть содержимого: вязкую смесь, похожую на какую-то мазь. Он опустил руку вниз, а после мельком глянул на Вэнь Кэсина, будто бы уточняя: «Я ведь правильно всё понял?» Разговорчивый обычно Вэнь Кэсин тоже ничего не сказал, только кивнул и вновь соединил их губы вместе, не желая прерываться ни на миг. Осторожно, Чжоу Цзышу ввёл сначала один палец, а некоторое время спустя и второй. Вэнь Кэсин же промычал что-то невнятное ему в губы и сильнее потянул прядь волос, которую ему удалось захватить. — Не тяни волосы, — Чжоу Цзышу нахмурился. Плавные движения пальцев заставляли Вэнь Кэсина изгибаться и прижиматься к Чжоу Цзышу. Он был откровенен в своих желаниях и ощущениях. Запрокинув лицо, зажмурив глаза, он нервно сглатывал слюну, иногда переводя дыхание в тихий липкий стон, в то время как Чжоу Цзышу в отмщение покрыл его шею алыми пятнами поцелуев и укусов. — На мне так живого места не останется, — прохрипел Вэнь Кэсин. Ровным, и от того ещё больее манящим голосом, пробирающим до мурашек, Чжоу Цзышу шепнул: — Значит ты себя переоценивал, благодетель Вэнь. — Прости, мой муж, эта жена скорее просто недооценила те-… А! Чжоу Цзышу старался вытащить пальцы медленно, но, видимо, у него не совсем это получилось. Липкие подушечки вжались в ягодицы и подтянули их ближе. Вэнь Кэсин улыбнулся и игриво лизнул кончик носа Чжоу Цзышу: — Входи, А-Сюй. Теперь это “входи, А-Сюй” будет сниться Чжоу Цзышу в страшных снах. Зачем он испортил такую совершенно обычную фразу? Этот Вэнь Кэсин...! С ним ничего не поделаешь. Иногда Чжоу Цзышу думал, почему выбрал именно его, почему рассказал ему свои секреты, почему доверил свою жизнь. Почему он хотел связать с ним свое сердце, отдал свое тело и душу? И каждый день он готов был отдавать их снова и снова. — Ах! — комнату пронзил громкий бесстыдный стон. Чжоу Цзышу нахмурился и чуть прикрыл глаза: — Будь тише. Чувство заполненности внутри, что охватывало Вэнь Кэсина с каждым толчком, заставляло всё больше сжимать ступни на чужой спине. Оголённые ноги становились влажными, а пальцы сжимались, потираясь друг об друга. Вэнь Кэсин постоянно тянул голову Чжоу Цзышу ближе к себе, так что они соприкасались лбами. Чжоу Цзышу не сразу вошёл полностью, медленно и постепенно он давал телу Вэнь Кэсина привыкнуть к нему. Где-то среди расплывчатых мыслей у Вэнь Кэсина появилась одна: Цзышу удивлял своей заботой и внимательностью. Кажется, Чжоу Цзышу действительно серьёзно подошел к его просьбе не сделать больно. Тем не менее руки Вэнь Кэсина начинали неметь, а захватить пальцами больше волос не получалось. Он не знал, куда себя деть от нарастающего удовольствия и ноющего ощущения. Запрокинув голову, Вэнь Кэсин открыл слезящиеся глаза, в которых Чжоу Цзышу смог разглядеть то самое грязное наслаждение вместе с желанием. Будто прочитав его мысли, Вэнь Кэсин прерывисто сказал: — А-Сюй, сильнее... Ещё. — Что? Он умоляюще выдохнул: — Глубже. Чжоу Цзышу поцеловал чуть вспотевший лоб и неожиданно послушно толкнулся. В ответ на это Вэнь Кэсин что осталось сил прижал ноги к спине Чжоу Цзышу и закусил губу. Из него вырвался неразборчивый звук, похожий на мычание. Всегда он мог лишь наслаждаться этим развратным видом прекрасных юношей под ним. Они так изгибались, сгорая от желания. Под конец их голоса становились охрипшими от постоянных стонов, поэтому они часто что-то неразборчиво просили. Это было красиво, Чжоу Цзышу же не был таким. В ту ночь он послушно терпел все движения и действия Вэнь Кэсина, иногда негромко постанывая. Даже в таком положении он выглядел совершенно точно идеально... Слишком идеально. Такой изысканный, гордый. И это заменяло Вэнь Кэсину любое грязное зрелище тех стелящихся слащавых парней. Но сам он сейчас был полной противоположностью Лорду Чжоу. Такой возмутительно похотливый... Только гляньте, как ему нравится чувство онемевших рук при этих быстрых, нарастающих толчках внутри. Ему нравилась пелена удовольствия перед глазами, нравилось вжиматься ногами в спину Чжоу Цзышу и хватываться за его волосы. Этому испорченному Вэнь Кэсину так нравились те липкие стоны, что он издавал на всю комнату. Ему нравилось изгибаться под Чжоу Цзышу, быть в его подчинении и власти. Пусть потом он будет всё отрицать с одним лишь желанием – сделать то же самое и с А-Сюем. Удивительно, они оба желали свободы больше всего в жизни, и при этом готовы были служить верными псами друг другу. Только друг другу. Чжоу Цзышу слабо выдохнул и убрал прилипшую прядку со лба Вэнь Кэсина. Особенно чувствительный ко всем движением Чжоу Цзышу, тот сипло выдал: — Я скоро всё. Сдвинув брови к переносице, чуть подождав, Чжоу Цзышу ответил: — Я тоже. Вэнь Кэсин на это лишь довольно улыбнулся и поднёс голову к лицу Чжоу Цзышу. Он потянулся к его губам, сразу же затягивая в глубокий поцелуй. Такой небрежный и быстрый, они даже случайно ударились зубами. Влажные губы и ненасытные языки переплелись воедино. Казалось, это могло продолжаться вечность, но тут Вэнь Кэсин чуть отодвинулся, так что можно было заметить тонкую нить слюны, потянувшуюся за ним. Он изогнулся и вновь запрокинул голову, чтобы томительно пробормотать: — Быстрее. Чжоу Цзышу действительно сдерживался. Он знал, что этому живучему обрезанному рукаву ничего не будет, но та его просьба постоянно крутилась в голове. «Обещай, что не сделаешь мне больно» - было довольно наивно просить об этом бывшего мучителя и допросчика. Тем не менее Чжоу Цзышу старался, он ведь дал слово чести. Но то желание большего, удовольствие, подходящее к своему пику и упрашивания Вэнь Кэсина стали последней каплей. Ему дали добро. Чжоу Цзышу больше не сдерживался, быстрыми рывками входя в чужое тело. Он наконец тоже чуть закинул голову и, жмурясь, издал низкий стон. Человек же под ним и не прекращал свои стенания. Но сейчас они стали более прерывистыми и становились громче, синхронно с толчками. Внизу живота собрался клубок горячего вожделения, всё тело пульсировало. В какой-то момент Чжоу Цзышу услышал самый глубокий надрывистый стон. По позвоночнику Вэнь Кэсина словно прошёл разряд, его ноги протянулись вперёд, а мокрые от пальцев волосы были отпущены. Тот комок тепла теперь разлился по всему телу, что делало его сейчас похожим на безвольную тряпичную куклу. Вэнь Кэсин как капля воды устало растёкся по полу. Чжоу Цзышу тоже не затягивал, несколько раз ещё толкнувшись, он дошёл пика возбуждения и судорожно выдохнул. Открыв глаза, он глянул на Вэнь Кэсина под ним: такой жалкий. Волосы спутались и прилипли ко лбу, грудь тяжело вздымалась, и вся блестела от пота и напряжения. Его шея была усыпана поцелуями и укусами, а по бедрам стекала мутноватая белая жидкость. И это тот выдающийся мастер Вэнь, хозяин Долины Призраков? Медленно вытащив, Чжоу Цзышу прилёг рядом, высвободившись от рук Вэнь Кэсина. Тот тут же повернул голову в его сторону и слабо, но довольно улыбнулся: — Тебе понравилось? Чжоу Цзышу лишь многозначительно закатил глаза и отвернулся. Тогда Вэнь Кэсин полностью перевернулся на бок и дразняще закинул оголенную ногу тому на бедра. — А мне очень. В хриплом из-за пересохшего горла голосе слышались нотки усталости, но Чжоу Цзышу знал, что это ненадолго. Словно подтверждение его мыслям, Вэнь Кэсин глянул на свои онемевшие руки и притворно захныкал: — А-Сюй, не забудь развязать меня теперь. Чжоу Цзышу повернулся, что-то прокручивая в голове. Он подвинулся прямо к лицу Вэнь Кэсина, соприкасаясь носами. Когда он говорил, горячее дыхание касалось губ Вэнь Кэсина, что неизбежно побуждало к пьянящим поцелуям. Но в этот раз Чжоу Цзышу лишь спокойно сказал: — Не хочу.