Вагнер: самозванец

      Проснулся Сидерис опять от стука в дверь его комнаты.       — Кай, ты встал?       — Да как же с тобой не встать, Елена? — недовольно поднялся он на локтях.       «Елена? Точно, Елена!» — радостно подумал парень, — «всё что было вчера действительно произошло. Я Кай Коллиас. А у моего отца большой бизнес. Они, наверное, ещё не уехали, смогу хоть посмотреть на новых родителей, » — обрадовался он своим мыслям, подскочил с кровати и подбежал к двери, он открыл её так быстро, что женщина за ней вздрогнула и удивленно посмотрела на парня.       — Елена, мама с папой ещё дома?       — Они уже уехали.       — А во сколько они вернутся?       — Так же поздно как и вчера, возможно ещё позже.       — А когда они точно будут дома?       — «Точно» — сказать не могу, разве что в эту пятницу у вас будет ужин дома с их партнерами по работе. Ты забыл?       — А, точно, теперь вспомнил, отлично, — кивнул парень и направился на завтрак, после переоделся и поехал в школу.       «Похоже они о-о-очень занятые, раз так редко появляются, но в пятницу они в любом случае будут дома, и я смогу их увидеть.»       Кай особо не напрягался в новой школе, учителя были лояльны к богатым ученикам, а он знал программу лучше любого отличника-гимназиста из этого лицея. Одноклассники тоже были приятные, все общались между собой, поддерживали дружеские отношения, единственные о ком этого нельзя было сказать, это Эссон и Софи, причём если первый выглядел так, словно это его осознанный выбор — игнорировать почти всех одноклассников, то вторая была скорее запуганная. Кай про себя отметил странным, так как девушка была на редкость красива и должна была иметь толпы ухажёров. Впрочем, вопросов теперь у Кая всегда было больше чем ответов, у Сидериса были некоторые опасные предположения насчет Софи Влахос, и убедиться в них ему предстояло совсем скоро.       Кай, Савин — одноклассник Кай и, судя по всему лучший его друг в этом мире (его имя герой смог узнать прошлой ночью в клубе), две девушки, которых Сидерис вроде бы видел вчера ночью, ещё одна из параллельного класса и два парня — такой компанией они сидели в столовой на обеденном перерыве.       Савин посмеивался над Каем, говоря, что он ест как-будто неделю по лесу ходил без еды и воды, парень отшучивался в ответ, а сам про себя отмечал какая восхитительная еда в подобных школах. Где-то за несколько столов от них вдвоём сидели Эссон и Софи, но Сидерис их не заметил, в отличие от пары девушек из клуба, которые сидели к ним лицом. Они закончили трапезу, подождали, когда Лазаридис отойдет к буфету, взяли подносы и пошли их отдавать, но, как не странно, не дошли. Проходя мимо Софи, одна из девушек неловко опрокинула поднос прямо на Влахос, остатки еды попали ей на лицо, волосы, замарали стол, от этого грохота Кай обернулся.       — О, извини, я такая неуклюжая, — хихикала девчонка, — но ничего ведь страшного? Ты же не в обиде, да?       Софи промолчала.       — Эй, — возмутилась вторая, — не думаешь, что нужно отвечать, когда перед тобой извиняются? — приблизилась она к ней и толкнула в плечо отчего зафиксированная голова Софи качнулась как у собачки из машины, но голоса девушка не подала.       — Ты похоже не научена нормально просить прощение? — послышался голос Кая, вставшего из-за стола, с другого конца столовой уже несся Эссон, но он притих, заметив парня, взявшего ситуацию в свои руки.       — Что? — опешила девушка.       — Как там тебя?..       — Юли.       — Юли, — повторил парень, — тебя мама с папой не учили, что если допустила ошибку, то извиняться нужно искренне? — последнее слово он проговорил по слогам.       — Но ведь ты сам…       — Твоя пассивная агрессия не выходит за рамки детсада.       — Я искренне, — недовольно выплюнула девушка и отвела взгляд, она не могла выдержать зрительного контакта с парнем.       — Если искренне, то помимо твоих псевдоизвинений, попробуй ещё хоть немного искупить вину.       — Искупить вину? — скривилась она, не в состоянии перечить.       — Да, — кивнул Кай, — ты испортила ей одежду и еду, купи новый обед, дай свою форму для физры на сегодняшний день и оплати химчистку. Тогда это будут нормальные извинения и исчезнет ощущение, что ты свой собственный комплекс неполноценности вымещаешь на девушке, которую считаешь лучше себя.       — Ну ты и мудак, Кай, — прошептала она, озлобленно глядя исподлобья, затем подошла к месту где сидела, взяла свой рюкзак и достала оттуда сумку со спортивной формой, — завтра вернёшь, — сказала она недовольно, затем достала несколько купюр из кошелька и положила на стол, прихлопывая ладонью, — за обед.       Девушка поджала губу и торопливо вышла из столовой вместе с подругой под заинтересованные взгляды школьников.       Кай впервые глянул на Софи, её карие глаза смотрели на него в недоумении, кажется, парень скоро привыкнет к этому взгляду.       — Я уберу это, — сказал он и взял два подноса, опрокинутый и её — испорченный, он отнёс их к ближайшей стойке и оставил там, затем опять обратился к Софи, идем в туалет, тебе надо умыться и привести себя в порядок.       — Что… Нет, я в норме, — послышался её мягкий негромкий голос.       — У тебя рис в волосах, — улыбнулся Кай и, наклонившись, вытащил слипшиеся зерна из тёмной пряди, — идём.       Девушка не рискнула возражать и, встав, пошла за ним следом. Он довёл ее до туалета и остановился около двери.       — Иди, я пойду в мужской, тоже приведу себя в порядок, — девушка кивнула и удалилась, Кай сделал тоже самое, а наблюдавший за ситуацией издалека Эссон, заинтригованный направился вслед за Сидерисом.       Кай вошёл в туалет, подошёл к зеркалу и глянул на своё отражение, он поправил волосы и помыл руки, которые стали грязными из-за липких подносов.       — Какая неожиданная встреча, — послышался голос Эссона в туалете.       — Отнюдь. Вполне ожидаемая, — глянув в зеркало на отражение парня, сказал Кай, продолжая мыть руки.       — Почему же?       — Хотя бы потому что ты шёл за нами через всю школу от столовой до туалета. Больше не занимайся такой ерундой, слежка не так интересна, как может показаться. Не за мной во всяком случае.       — С чего ты взял, что я следил за тобой?       — Ну а за кем ещё? — потряс он висящими кистями несколько раз над раковиной, избавляясь от капель воды, — либо за мной, либо за Софи, но так как ты сейчас разговариваешь со мной, могу сделать такие выводы. Или погоди, ты же не собрался мне здесь махач устраивать? Я твоей подружке помог все-таки, а не отбил.       Эссон глухо усмехнулся, Кай повернулся и посмотрел ему в глаза.       — Ну что ты, драться — не мой стиль, сам же знаешь, кстати, я всё хочу спросить, а где твой антисептик?       — Дома забыл.       — А, ясно, — понимающе кивнул Лазаридис.       — Всё? На этом наша милая беседа окончена?       — Ну, на самом деле у меня есть ещё один вопрос.       — Так не тяни кота за всё что можно.       Эссон нахмурил брови, оперевшись на кабинку туалета, затем ледяным тоном сказал:       — Кто ты, блять, такой и где Кай Коллиас?       Кай опешил от такого вопроса. Ему пришлось приложить усилия, чтобы не сделать на рефлексе шаг назад и не выдать своего волнения этим жестом.       — О чем ты? Перегрелся? — постарался он сказать максимально равнодушно, вышло не плохо.       — Не включай дурочка. Я в жизни не поверю, что ты Кай. Ты похож на него, очень сильно похож, но я слишком хорошо знаю этого засранца, и он не мог за одни выходные так измениться.       — С чего ты взял? Люди меняются и за меньший промежуток времени, — пожал плечами парень и отвернулся.       — Люди да, но не Кай.       — Бля, чувак, это сейчас звучало как оскорбление, — скривился парень, стараясь вывести разговор из этого серьёзного и гнетущего русла.       — Кай был мизофобом. Официальным, со всеми штампами и справкой. Он боялся микробов как огня и не в жизни не выпускал из рук антисептик. Он бы никогда не прикоснулся к чужой еде, к тем подносам, не доставал бы еду из волос другого человека, его бы скорее вырвало на тот же стол.       — Мизофобия — просто болезнь, а от болезней, как известно, лечатся. Психотерапия дала плоды вот и всё, — пожал плечами Сидерис.       — Кай бы не заступился за Софи.       — Почему это? — почти возмутился парень.       — Потому что Кай за которого ты себя выдаёшь — трус, — чётко произнес Лазаридис, — потому что он трус, которому важно одобрение общества, который ради собственного статуса готов натравить толпу на любого.       — Что?       В голове парня всплыло лицо девчонки опрокинувшей поднос и её прервана фраза «Но ведь ты сам…». Но ведь ты сам сказал гнобить её.       — Кай бы никогда в жизни не сел в такси из-за своей брезгливости. Но ты не смог здесь подыграть и позвонить домой потому что ты, похоже, не знаешь его домашний номер. Кай ездил на моём мотоцикле много раз, знаешь как он называл его? — Сидерис молчал, глядя в глаза этому парню и не представляя, как он сможет выкарабкаться из этой ситуации, — мясорубка. Он говорил «опять на своей мясорубке поедешь, фаршем вернёшься». Кай прогульщик и лодырь, который даже уравнения за пятый класс решает с ошибками. Ты даже волосы зачёсываешь не так как он. Может вы и чертовски похожи, может ты его родственник или просто очень похожий на него мошенник, но ты совершенно не знаешь какой он человек, поэтому так быстро и спалился.       — Слушай, чтобы там в твоей голове не творилось, а меня это, на самом деле, не сильно ебёт, люди меняются, и я поменялся. А если что-то не устраивает, то потупи глазки в пол и не поднимай их рядом со мной, — выплюнул он, оттолкнулся от раковины и направился в сторону выхода.       — Тогда ответь мне на еще один вопрос, — окликнул его Эссон, парень не умышленно остановился, — сколько лет мы знакомы?       — Что за чушь ты спрашиваешь? — Отмахнулся Сидерис, кладя руку на ручку двери.       — Восемнадцать лет, — ответил вместо него Эссон. Кай открыл дверь и одноклассник уже вслед ему крикнул, — эй, самозванец! Как тебя звать-то хоть?       Сидерис повернул голову через плечо, одной рукой держа ручку двери и сказал ровным тоном:       — Кай.       Дверь закрылась.