Seoul Paradise

В Лос-Анжелесе, в главном офисе компании FD кипела работа. С этажа на этаж носился красавчик Сынмин с очаровательным видом. Он трудолюбиво исполнял свои обязанности и следил за порядком в компании в отсутствии Натальи и господина Кима. — И чтобы к вечеру отчёт лежал на моём столе! Глория! Немедленно позвони в Нью-Йорк и поторопи с квартальным отчётом. На носу проверки, а вы только и делаете, что пинаете хуи! Сынмин торопливо вырвался из кабинета главного бухгалтера и громко хлопнул дверью. Он спешил и совершенно не смотрел под ноги, но резкий удар словно об стену заставил его отлететь назад в только что захлопнувшуюся дверь. — Как не удивительно, что как только речь идёт о хуях, ты обязательно будешь где-то рядом. Знакомый голос, заставил его содрогнуться и он отскочил в сторону. Перед ним стоял Ким Намджун в окружении двух здоровых телохранителей. У Сынмина задрожал голос, не веря своим глазам он поздоровался. — Нам…господин Ким, с возвращением. — Сынмин, ты словно призрака увидел. Испугался? — Обосрался. — Сделай мне кофе и с отчётом ко мне в кабинет. Намджун холодно игнорируя его, развернулся и пошёл в свой кабинет, а перепуганный Сынмин почти на согнутых ногах побежал на первый этаж за документами. Намджун открыл дверь своего кабинета. Всё так как он и оставил, когда уезжал в Нью-Йорк. Не так давно он вспомнил всё то, что не мог вспомнить последние полгода и теперь ему всё казалось каким-то подозрительно знакомым. Он проверил свои ящики стола и не откладывая принялся изучать документы которые ему ранее дали Гон Ук и Ли Дон Ю. Оба они уже успели доложить о ходе дел, и о том, как им хорошо удалось наладить подпольный бизнес за этот год. Они удвоили поставки и наладили производство, дела шли лучше прежнего, даже если учесть потерю старых лабораторий в Мексике и Колумбии. В дверь постучала тонкая лапка Сынмина и он как туман просочился в щель приоткрытой двери. — Подойди ко мне. Сынмин побледнел ещё больше и приблизился к его столу прячась за папкой с высыпающимися бумагами. Ким Намджун, облачённый в чёрный костюм сидел против солнечного света и казалось вокруг него ещё темнее, чем в темной комнате. — Вот, пожалуйста… Сынмин протянул ему папку трясущейся рукой, парень заметно нервничал и боялся даже смотреть на него. Этот кабинет угнетал его и нагонял слишком много неприятных воспоминаний. — Я просил папку? Сынмин отрицательно покачал головой. — Я сказал подойти ближе. Или тебе стоит повторять два раза. — Я. Господин Ким, помилуйте, я не могу. Наталья, она всё узнает. Намджун резко вскочил с кресла и с напором схватив свободную руку Сынмина подтащил его за руку к себе. — Я сказал чтобы ты мне кофе принёс, но я не вижу его в твоих руках! — Прпростити… Сынмин с ужасом осознал, что чашка так и осталась у кофемашины. Намджун выглядел ещё более устрашающе, словно питон, накидывающий кольцо на маленького ещё не оперившегося цыплёнка. Сынмин, совершенно не подготовленный к этой встрече, не мог и пошевелиться под его взглядом драконьих глаз. Старые травмы, поднимающиеся из глубины души стали давить на горло, а тело подрагивало от того, что Намджун стоит так близко к нему. — Сынмин, как ты мог так быстро забыть кто твой хозяин? Я дал тебе немного свободы, а ты уже решил, что можешь делать всё, что захочешь? Думаешь у тебя есть право думать, что тебе кто-то поможет? Наталья? Думаешь она сейчас бросит семью, и примчится к тебе на помощь? Сынмину было больно слушать эти слова, но из последних сил держа себя в руках, чтобы не расплакаться он выпалил ему прямо в лицо: — Да, она придёт за мной, как и Вы за Джином. — Не смей, произносить его имя своим ртом. Намджун с яростью пихнул Сынмина на стол и тот, не устояв на ногах, распластался на нём. Намджун сильно ударил по столу ладонью прямо у лица Сынмина и нагнулся так, что мог услышать, как бешено бьётся его сердце и вот-вот выпрыгнет из-под его рубашки. Сынмин кожей чувствовал, как с Намджуна на него стекает напряжение словно покрывая чёрной смолой. — Сейчас бы как следует проучить тебя, чтобы ты и думать подобного не смел, но вот незадача, ты не тот мужчина, которого я сейчас хочу. Да, и ты прав, Наталья действительно обидится на меня. Но мы ведь можем ей не говорить. Намджун провел пальцем по его тонкой шейке и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Сынмин вздрогнул и представив, как Намджун снова его насилует и снова бросает на этом проклятом столе, зарыдал и стал трепыхаться размахивая руками. — Нет, нет, прошу, не надо! Я не хочу снова, я не хочу всего этого! Намджун даже улыбнулся от вида этих жалких потуг противостоять ему. Внезапно он сам отошел от него и с невозмутимым видом сел в кресло. — Жалкий ты, не понимаю, как ты смог не проебать компанию. Неужели ты переспал со всеми нашими клиентами? — Нет! Совсем нет. Я просто делал свою работу. Сынмин подорвался со стола и отошёл на другой конец кабинета. — Когда-то твоей работой было только члены сосать, а теперь ты моей компанией управляешь, что дальше? Зятем стать собираешься? — Что? Как ты… Сынмин ушам своим поверить не мог, он же никому ещё не говорил о том, что собирается сделать Наталье предложение. — Если ты, сукан, перед кем-то ноги раздвигал и я об этом узнаю, я тебя уничтожу. Но если ты сделаешь мою сестру счастливой, то можешь рассчитывать на моё покровительство. Намджун достал из внутреннего кармана бархатную коробочку и кинул ее прямо в руки парня. Сынмин моментально узнал её, он заказал её вместе с кольцом, которое было в ней, но по какой-то причине его не доставили. — Откуда оно у Вас? — Когда ты его заказал, ювелир сразу подумал, что это моё поручение и позвонил мне, чтобы уточнить, почему оплата со счёта карты компании. Так что, ты проебался, когда оплачивал его картой, что я тебе дал. До Сынмина дошло, что Намджун и не собирался его трогать, он просто проверял его и скорее всего, приревновал Наталью. — Налей мне выпить! Приказал Намджун и показал пальцем на бар. Сынмин обежал вокруг стола и схватив бутылку и стакан, поставил их на стол перед Намджуном. Пытаясь открыть ее Сынмин нервничал и пробка всё никак не хотела открываться, а пристальный взгляд Намджуна не добавлял ему уверенности. — Да дай сюда и тащи ещё один стакан. Пока Сынмин метнулся за стаканом Намджун открыл бутылку и одним пальцем открыл пробку. Аромат виски наполнил пространство. — Выпьем. Намджун дал стакан в руки Сынмину и чокнувшись с ним залпом выпил до дна. Сынмин выдохнул и в несколько глотков выпил и свой стакан до дна. — Фу, ебать. Низким мужским голосом сказал он, а у Намджуна поднялась бровь. — Не знал, что ты так умеешь. — Сам не знал, пока яйца не стал отращивать. Намджун засмеялся от такой шутки. Еще пять минут назад Сынмин плакал на столе, а сейчас мужским голосом пытался шутить. — Если Наталья согласится, я оплачу вашу свадьбу. Но знай, я буду за тобой следить. Шаг влево, шаг вправо и она овдовеет. — Спасибо, господин Ким. — Не благодари, рано ещё. Но а теперь поговорим о делах насущных. Намджун выспросил всё, что его интересовало, а Сынмин отчитался о делах в компании. Затем они перешли на разговор о том, что произошло с Джином. — Господин Ким, мне стало известно кое-что. — Говори. — В моих кругах есть человек, который, так сказать общался раньше с кое кем из ФБР. Так вот, Кен Корн не так прост, как Вам могло бы показаться. — Да что ты? С сарказмом сказал Намджун и плеснул им ещё по паре глотков. — Мой занкомый рассказал, что у него раньше была раньше другая фамилия. — Как это? Откуда он знает? — Тот человек с которым он общался сказал, что Корн работал в ФБР. Но больше я ничего не знаю. — В ФБР говоришь? Ты уверен в словах своего знакомого? — Да, так как он детально описал Корна и подметил, что когда-то тот человек с особым пристрастием упоминал, что Кена пропихнули по должности из-за родственных связей с кем-то из их верхушки. — А вот это очень даже интересно. Ким стал каким-то загадочно пугающим и Сынмин заметил эту странную привычку Намджуна складывать руки под подбородком, это никогда не предвещало чего-то хорошего. Пока они общались незаметно наступил вечер. От беседы их оторвал громкий стук в двери. Секретарь Кима, занимающийся его поручением, вбежал в кабинет. — Господин Ким! Срочная новость. Мы нашли его. Намджун вскочил с места, а Сынмин придержал бутылку, которая чуть не упала на документы. — Немедленно выезжаем. Сан- Франциско, некоторое время спустя. За последний месяц Джин стал сам на себя не похож. Он сильно похудел, стал совершенно отчуждённый. Всё свободное время он проводил в мастерской, рисуя какие-то странные картины, которые были одна другой мрачнее. Домашней работой по большей части занимался Кен, так как Джин порой стал даже забывать убрать со стола оставленную еду, аргументируя это тем, что ест вне дома. Кен порядком и сам устал. Он уже не справлялся с ним, а все попытки обратиться к специалисту были отвергнуты. Кен стоял перед выбором сейчас, продолжать работать или уволиться и присматривать за Джином. Кен так же заметил, что Джин уже прячет алкоголь по всему дому, а таблеток становилось то больше, то меньше. Он пытался поговорить с ним про эту проблему, но Джин сказал, что всё дело в том, что он пользуется двумя баночками, поэтому Кен зря беспокоится. На все вопросы у него постоянно находились ответы и в какой-то момент Кен просто перестал выносить это. Кроме этого Кена волновал ещё один момент. В какой-то период секс с Джином стал регулярнее, но это скорее стало похоже на изнасилование. Джин просил быть грубым с ним и не то, чтобы такой секс не нравился Кену, но смотреть на синяки на бледном теле Джина становилось невыносимо. Сейчас же Кен только вернулся с работы. Запах сигарет свидетельствовал о том, что Джин дома. Кен принёс с собой ужин из местного ресторанчика и решил сегодня выпить вместе с Джином. В конце коридора, где была его мастерская горел свет. — Привет, что рисуешь? — Привет, ещё не готово, так что не смотри. — Как скажешь. А я тут ужин принёс, твою любимую курочку. Пива купил, пойдём поедим, фильм посмотрим. — С удовольствием. Джин опять соврал и накрыв картину вышел с Кеном. Как только он подошёл к нему ближе, Кен попытался обнять его, но Джин словно не заметил этого жеста и прошёл мимо. Расположившись перед телевизором, Кен сидел на диване, а Джин по привычке на полу и оба ели, по крайней мере, так казалось со стороны. Джин всего лишь делал вид, что уплетает крылышки с пивом, а на самом деле укусив пару раз, просто портил их и откладывал в сторону. Выбор фильма лёг на Кена, так что Джин не особо всматриваясь рассуждал в голове о том, что видел утром на улице. Сегодня он, как всегда, гулял через парк в китайский квартал. Он не упоминал ни разу об этом в разговоре с Кеном, но всё чаще ему стал мерещиться Намджун. То почует запах его парфюма, то покажется что его кто-то окликает по имени. А именно сегодня он, как ни кстати, встретил человека в таком же костюме как был когда-то у Кима. На мгновение ему показалось, что это действительно Ким Намджун, но он всего лишь обознался в толпе. Джин тщательно, как ему казалось, скрывает, что тоскует за этим человеком. Воспоминание о былом, одно за одним всплывали в его голове, и он не заметил, как неподвижно сидит уже какое-то время с банкой пива в руке. Кен обратил внимание, на то, что Джин беспрерывно смотрит в экран телевизора и не двигается. — Как тебе фильм? Голос Кена вырвал Джина из бездны в которой тот тонул и Джин, поставив банку пива на стол, молча повернулся к Кену и встал на колени между его ног. — Джин, ты чего? Я что помешал тебе смотреть? Джин ничего не ответил, а грубо толкнул Кена назад так, что тот упал на спину. По Джину было видно, что он изрядно пьян. Кен хотел пошевелиться, но Джин ловко расстегнул ему брюки и стащил с него бельё. — Что ты творишь? — Не мешай мне. Голова Джина опустилась и Кен почувствовал горячее дыхание на своём члене. Джин без рук стал ласкать его ещё спящий орган и реакция не заставила себя долго ждать. Одним только языком Джин приподнял головку и взяв полностью в рот принялся ласкать её. Член затвердевал прямо во рту. Кен стонал от накрывающего его удовольствия. Джин провёл языком по возбуждению и заглотил член до самого основания, касаясь задней стенки глотки. Рука Кена мягко легла ему на затылок. Джин резко положил свою руку сверху и сжав его пальцы показал, что хочет чтобы тот трахнул его рот. Кен понял это и принялся делать так, как хотел Джин. От накрывающего удовольствия растекающегося по телам кружило голову обоим. Кен сильнее вбивался в его сжимающуюся глотку, а Джин представлял, как сосёт не Кену, а Ким Намджуну. В полумраке комнаты, которую освещал только экран телевизора, Кен не видел, что по щекам Джина текут слёзы. — Сбавь обороты, я скоро кончу в таком темпе… Но Джин стал ещё напористее двигаться на члене Кена, заглатывая его полностью. Кена аж передёрнуло, когда Джин обнял его за талию и упёрся носом ему в живот. Не сумев себя сдержать, Кен со сладким стоном, сделав пару резких толчков излился прямо его в глотку. Джин полностью проглотив всю сперму, хищно облизнулся и посмотрел на Кена, отходившего от посткоитальных судорог. Постанывая он ещё несколько минут ласкал член, пока тот не обмяк. — Спасибо за угощение. — Ебать, Джин, это было волшебно, но почему так внезапно? — Я должен спрашивать разрешение если захочу сделать приятно своему мужчине? — Охохо, тогда и я не буду спрашивать разрешения! Кен бодро встал и подхватил на руки Джина. — Эйэй, куда ты тащишь меня? Мы же фильм не досмотрели. — Ты первый начал, Джин. Кен бросил его на постель и одной рукой стащил с Джина штаны. Ими же он связал ему руки над головой. Джин пытался сопротивляться, но оба они знали, что он хочет этого. Кен яростно целовал связанного мужчину и задрав его футболку получил доступ к его груди. На ней не было ни сантиметра чистой кожи. Синяки от укусов и засосов разной степени давности просто сменяли один на другой. Шея Джина так же была растерзана и вся в засосах. Джин развёл ноги и выгнулся, Кен уже возбудился от ласк и взяв Джина под колени согнул так, что смог резко вогнать в него член до самого основания. Джин, закусив губу, взвыл и кончил прямо себе на грудь. — Ахуеть, как у тебя это получается? Я же только вставил. Кен глазам поверить не мог, смотря на содрогающегося Джина с раскрасневшимися щеками. — Ты готов сдаться? Джин спровоцировал Кена и тот тут же грубо вышел и снова полностью вогнал в него член. Джин снова застонал и блаженно смотря ему в глаза поджал колени так, чтобы Кен мог свободно овладевать ним. Кен откинул чёлку с глаз и жесткими толчками, размеренным темпом трахал его горячую растянутую дырочку, которая жадно всасывала его член. Затем он закинул его ноги себе на плечи и нагнулся так, чтобы целовать красные закусанные губы Джина, на которых выступали капельки крови. — Тебе не больно? — Мне очень хорошо, Кенни, поцелуй меня ещё. Кен обожал, когда Джин называл его Кенни. Это казалось ему возбуждающе милым, придавало интимности и теплоты. Джин так сладко стонал под ним, что у Кена сносило голову от возбуждения и он, как безумный, всё сильнее вбивался в него. — Я скоро кончу Кенни, можешь мне помочь? — Скажи, что ты хочешь, я сделаю всё для тебя. Кен с одного взгляда понял его. Кен положил руку на шею Джина и сдавил пальцы на его горле. Джин сжал ноги на его плечах и попросил ещё. Кен сильнее надавил на горло и резко вошел на всю длину. Джин застонал и стиснув зубы кончил второй раз. Кен достал член из раскрасневшейся дырочки и проведя пару раз по возбуждению излился ему на ягодицы. — Джин, ты как? — Хорошо, мне очень хорошо. Услышав положительный ответ Кен осторожно отпустил его ноги и развязал. Джин лежал на постели задыхаясь и блаженно улыбаясь. — Поцелуй меня. Кен лёг рядом и нежно его целовал до тех пор, пока Джин не предложил пойти в душ. Утром Кен, как всегда, проснулся по первому звонку будильника и не став будить Джина ушёл на работу. Когда Джин всё же соизволил встать, был почти полдень. Не став завтракать Джин решил сходить в магазин красок, чтобы купить белила и будучи в весьма неплохом настроении после бурной ночи, решил привести себя в порядок. После душа Джин брился у зеркала и смотрел на отметины на своём теле. Они свидетельствовали о том, что он всё ещё жив. Выбрав тёплую одежду Джин, оделся и уложил волосы. На улице было плюс десять, достаточно прохладно для Сан-Франциско в начале декабря и слишком жарко для Нью-Йорка, в котором он зимовал в прошлом году. Джин шёл по улице в расстёгнутом чёрном пальто и лёгком костюме. Он давно не одевался официально и почему-то сегодня решил принарядиться. Когда он вышел из дома то совершенно не обратил внимания на проезжавший мимо белый фантом. Ким Намджун узнал от своего человека, что была зафиксирована активность банковской карты Джина в Сан-Франциско. По данным, которые он получил, было несколько локаций, где Джин оплачивал расходы: ресторан в центре города, аптека в трёх кварталах и банкомат у центрального входа в китайский квартал. Больше всего его насторожило, что два раза в неделю Джин совершал покупку в аптеке на одну и ту же сумму. Намджун решил лично поехать в Сан-Франциско и выследить его, тем более ждать больше сил у него не оставалось. Всё что он хотел это ещё хоть раз увидеть его и услышать родной голос. Не взяв с собой вещей он сел в свой белый фантом и вместе с водителем они отправились в дорогу. Это были самые долгие шесть часов пути для Намджуна. Приехав в Сан-Франциско посреди ночи, они покружили по городу побывав в каждом из этих мест, которые ему назвали. Время приближалось к двум часам ночи, водитель был изрядно измотан, тогда господин Ким принял решение ехать в отель. Им обоим стоило выспаться и отдохнуть. Как только они с водителем разошлись в отеле, Ким немедленно отправился в свой номер и заставил себя заснуть, потому что утром им предстоит изрядно помотаться по городу. Обсудив с водителем маршрут, они отправились сначала к аптеке, так как тут была максимальная вероятность сегодня встретить Джина. Но к их разочарованию они так и не дождались его там. Намджун даже выходил побродить по окрестностям, в надежде столкнуться с ним. Но именно сегодня Джин решил сменить маршрут и первым делом зайти в художественную лавку. К его счастью, там сегодня были скидки и Джин, не жалея себя, бродил по рядам с материалами и набирал в корзинку множество тюбиков и баночек. В отделе для черчения он особенно залип, так как смог найти редкую бумагу из Китая. Краска на неё ложится особенно хорошо. Поэтому попросив у продавца образец он попробовал прокрасить на ней разные виды красок. Время шло быстро за интересным занятием и Джин вышел из магазина только после обеда с полными руками покупок. Затем он решил пропустить сегодня поход в аптеку, так как острой необходимости не было, а на распродажу в Чайна-Тауне он еще успеет. Заглянув туда, он купил немного деликатесов на ужин. Чтобы хоть как-то порадовать Кена вкусной едой. Пока он шёл, то уже был готов к тому, что снова может встретить кого-то со знакомым ароматом парфюма. И в этот раз ему показалось что кто-то его зовёт по имени и он был готов поклясться, что слышал голос Ким Намджуна, но смешавшись с толпой, он вместе с потоком людей поспешил покинуть рынок до закрытия. Намджун бродил по улицам и вышел к Чайна-Тауну. Высматривая в толпе знакомое лицо ему показалось, что он видел человека похожего на Джина, но тот выглядел иначе и волосы были совсем не как у Джина. В надежде он окликнул его, но тот человек так и не обернулся, смешиваясь с толпой и удаляясь. Намджун попытался его догнать, но окончательно потерял его из виду и решил попытать счастье в том ресторане, где был замечен Джин. Зайдя туда, он сел у окна чтобы следить за улицей. Сделав заказ он с надеждой уставился в окно. Джин по привычке на выходе снял немного налички на расходы и всё ещё думая о той галлюцинации с голосом отправился домой. Он шёл не торопясь, погружённый в свои мысли и не заметил, как перешёл не на ту сторону дороги, но всё ещё в правильном направлении. Осмотревшись по сторонам, он увидел ресторан, в котором они с Кеном часто бывают. Глаза его округлились и Джин уронил пакеты. Джин не верил своим глазам. На том месте, где он обычно сидит сам, у окна, сидел Ким Намджун. Такой каким его запомнил Джин. Сердце забилось руки задрожали. Ему показалось, что он задыхается. — Не может быть, я кажется уже окончательно схожу с ума. Джин, возьми себя в руки. Мне страшно. Кен, нужно позвонить ему. И что я ему скажу? Что сошёл с ума и смотрю как Намджун сидит на моём месте в ресторане? Кен точно меня в дурку упрячет. Нет, нужно проверить. Джин. Джин, тебе это только кажется. Вот сейчас придём домой, выпьем таблеточку и отпустит. А лучше две таблеточки. Но если я проверю, то ничего же не случится? Я просто зайду, возьму чашку кофе и всё. Ничего страшного, просто проверю. Джин поднял пакеты и пошёл назад к светофору, чтобы перейти дорогу. Если бы Намджун сел по другую сторону стола, то он бы точно увидел, как Джин переходит дорогу и идёт в его сторону. На землю его вернул звонок телефона. — Господин Ким, восемь минут назад с карты Ким Сокджина было снято сто долларов в районе Чайна-Тауна. — Принял. Ким положил на стол наличку в три раза больше, чем была сумма его заказа и поспешил к Чайна-Таун. Джин на трясущихся ногах шёл к заведению. Ему было не видно витрину с этого ракурса, но чем ближе он подходил, тем страшнее ему становилось. У входа он понял, что его сейчас стошнит от волнения. Из-за адреналина он почувствовал, как ему свело желудок, а к горлу поднималась горечь. Зная, что туалет сразу около входа, Джин кинулся туда и закрывшись в кабинке поднял стульчак и уперевшись в стену с болью, обжигающей его изнутри, стал выблёвывать кофе выпитое за день. Спазмы не проходили. Ким Намджун, выбегая из заведения, подумал, что будет неплохо если он поторопится и не сбавляя шаг, громко цокая каблуками по тротуару, побежал к тому месту. Джин смыл в унитаз бумагу которой вытирал рот и опустив крышку сел на унитаз. Сделав несколько глубоких вдохов, он собрался и вышел в зал. Как он и ожидал, за тем столом никого не было. Джин, почти рыдая улыбался стиснув зубы. Отчаяние заполнило ту чёрную пустоту, что образовалась в его душе. Он сел за стол и почти закричал от боли в груди. На том месте куда он только что сел, был стойкий аромат парфюма Ким Намджуна. К нему подошла официантка и предложила меню. Джин, не поднимая головы, отказался от меню и заказал свой любимый кофе. Девушка предложила десерт, но и от него Джин отказался. — Сэр, Вы кофе тут пить будете или Вам с собой сделать? — Здесь. — Это весь заказ? — Да, но, скажите, пожалуйста, тут только что никого не было? Мужчины какого-то или ещё кого? — Сейчас узнаю. Девушку пугало его состояние. Она отправилась на кухню и обратилась к другой официантке. — Сестрёнка, видишь того мужика? Он странный такой, я его боюсь. — А что он сделал? — Смотрит в стол и спрашивает кто там сидел? — Наверное стол плохо убрали после прошлого клиента, скажи ему, что тут никого не было. Пусть думает, что он там первый сидит, а то сейчас может начать скандалить. — Тогда так и скажу. Взяв с собой заказ клиента, девушка подала ему напиток и сказала, что тут никто не сидел до него и он первый сел за этот стол сегодня. Джин ничего не сказал ей в ответ и положил двадцатку на стол. Официантка тревожно посмотрела на него и забрав деньги пошла за сдачей. Джину сдача уже была не нужна. Когда она вернулась, то мужчины не было, а его пакеты так и остались стоять рядом со столом. Она подумала, что он отошёл и не стала придавать этому значение. Джин вышел из ресторана, по его лицу катились слёзы, а само оно не выражало никаких эмоций. Он просто медленно шёл покачиваясь и плакал. С первого вдоха он узнал, что это точно запах Намджуна, но там никого не было до него. Джин не сразу, но пришёл к мысли, что он окончательно рехнулся. Остатки причин для существования потеряли ценность. Джин подумал о том, что его галлюцинации завладевают им. Что больше не будет шансов быть нормальным, что вся его жизнь превратится в сплошные реабилитации и страдания Кена. Кена жалко ему было не меньше, чем себя. Он был ему благодарен и знал, как сильно тот его любит, но почти за год он так и не смог полюбить его в ответ. Джин брёл по улице не смотря под ноги. Он смотрел в пустоту, а взгляд его был мёртвым. Кена ещё не было дома. Выключенный свет так и не зажегся в пустом доме. Мужчина, сняв с себя пальто повесил его мимо вешалки и оно упало на пол. Верхняя одежда была небрежно брошена на диван, а сам он с голым торсом вошёл в ванную. Стоя перед зеркалом, он смотрел на своё лицо и тело. Похудевший, с выступающими рёбрами и торчащими ключицами и плечами как тремпель. По всему телу следы, оставленные по его согласию Кеном. После вчерашней ночи к разукрашенной груди добавились посиневшие запястья и следы пальцев на шее. Джину сразу вспомнились все моменты из прошлой жизни с Намджуном. Он вспомнил, как тот несколько раз его чуть не убил. Потом в голову пришли мысли о том, сколько предательства выпало на его долю. Как он сполна хлебнул горя во всех отношениях и как его предавали близкие. Достав из аптечки баночку с таблетками он взял две и запил их водой из-под крана, постояв немного с баночкой в руке, он настолько погрузился в своё отчаяние, что забыл выпил он сейчас таблетки или нет, и снова повторил. Вдруг в нём зародилось любопытство, что будет если он выпьет ещё две? И он снова проглотил две таблетки. Намджун весь в поту бегал по кварталам. Пытаясь найти Джина, ему казалось, что вот-вот за поворотом он увидит его. Телефон в его руке зазвонил. Это его водитель. — Я его нашёл, он сейчас в доме на улице где находится ресторан. Идите сюда, я наблюдаю за домом. Водитель увидел Джина проходящего рядом с автомобилем и чтобы не спугнуть его решил сразу же сообщить Киму. Намджун со всех ног бросился назад. Тревога и волнение, желание скорее его увидеть. Своего родного Джина. Задыхающийся он добежал до автомобиля и водитель показал ему дом, куда вошёл Джин. Намджун поправил пиджак и направился к двери. Джин высыпал в ладонь ещё две таблетки и как только он положил их в рот в дверь позвонили. Джин сразу же подумал о том, что у Кена есть ключ и он бы мог открыть сам. Оставив таблетки на раковине в открытой банке, он пошёл посмотреть кто там. Не одевшись, он с голым торсом открыл дверь не спрашивая кто за ней. Дверь распахнулась и Джин медленно поднял взгляд. Увидев на пороге окаменевшего, не шевелящегося Ким Намджуна, Джин понял что это конец. Приняв его за очередную галлюцинацию, он равнодушно закрыл дверь перед его лицом. Ким Стоял за дверью и ожидал когда ему откроют. Дверь открывалась так медленно, что он успел разглядеть в каком ужасном состоянии тело хозяина дома. Замерев на вдохе, он еле узнал в этом тощем, избитом мужчине с худым лицом своего Джина. От ужаса он замер и не смог даже слова проронить. Некогда прекрасный мужчина был похож на жертву домашнего насилия. Намджун наблюдал за тем, как мужчина медленно поднял голову, словно она весит центнер и в пустом безжизненном взгляде он еле заметил сияющий блеск увядших глаз. Мужчина посмотрел на него и глядя в пустоту закрыл перед ним дверь. Намджуну понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что произошло только что. — Джин?! ДЖИН! Намджун одним ударом плеча выбил дверной замок и ворвался к нему в дом. Джин опять поднял голову и посмотрел на него. — Оставь меня! Исчезни! Прошу не надо! Джин бился в истерике и закрывал лицо. Он всё ещё думал, что это галлюцинация и он окончательно обезумел. — Родной мой, Джини, посмотри на меня. Ты меня узнаёшь? Намджун не мог смотреть на него без слёз. Это тело вселяло ужас в него, а эти ужасные отметины оставленные кем-то на его коже нагоняли самые страшные мысли. — Как мне поверить что это ты?! Я устал видеть тебя в каждом прохожем, я не могу больше чувствовать этот запах, я ненавижу его! Ненавижу! — навзрыд заорал Джин. Притуплённым взглядом он посмотрел на Намджуна и вспомнив, как он выглядит сейчас сам, попытался уйти за какой-то одеждой. Как только он повернулся к нему спиной и стал уходить, Намджун подошёл к нему ближе и взял за руку. Джин так испугался прикосновения, что вывернулся как уж и попытался вырвать руку. К ужасу Ким Намджуна он увидел его запястья. Характерные шрамы, белыми рубцами заросли на венах. Следы от удушья и синяки на груди и шее. Первое что подумал Намджун это то, что Джин жертва насилия в сексуальном рабстве. — Кто это сделал? — ЧТО?! Что сделал?! Что ты говоришь? Намджун? Наконец-то до Джина дошло, что он не с галлюцинацией говорит, не с призраком, а именно с Ким Намджуном. Джин вырвал свою руку и отошёл от него. — Как ты нас нашёл? Откуда ты взялся? — Нас? Кто тут кроме тебя? — Это всё что ты хочешь узнать? Я тут один. — Что с тобой Джини? Ты что-то пил? — Нет! Намджун не первый день видит людей под веществами и сразу понял, что Джин не в себе. — Джин, нам нужно поговорить? — О чём? Ты мне всё сказал! — Что я тебе сказал? Ты пропал, и я больше не мог с тобой связаться, а потом кое что произошло. — Хватил лжи! Хватит! Я всё знаю! Намджун отошёл от него на шаг понимая, что вызывает у него страх. Джин прижался к стене теряя равновесие. — Ты, подонок, обманывал меня с первого дня! С первой встречи! Ты мразь, использовал меня! Скажи, когда ты понял, что я смогу сделать всё, что ты попросишь? А?! Ты же использовал меня! А сам?! Ты убийца и бандит. Ты, всё это из-за тебя! Заорал Джин и показал ему запястья в шрамах. Намджун не знал что ответить, не понимая, что именно тот знает. — Джини, позволь мне всё объяснить. — Нет! Я столько раз тебя спрашивал, я пытался узнать от тебя обо всём что ты творил. Если бы ты только рассказал мне всё с самого начала, я бы не наделал столько ошибок! Я же спрашивал у тебя, откуда у тебя те деньги? Откуда кровь на одежде? Откуда столько врагов? А ты всё время врал! Намджун попытался приблизиться к нему, но Джин показал ему пальцем, чтобы тот не приближался, пока он плотнее упирался спиной в стену. — Ты, ты хоть знаешь как мне было больно, когда в ФБР мне показали досье на тебя, со всеми уликами? Ты должен быть мне благодарен, ведь я не стал против тебя свидетельствовать. Ты думал, что я ничего не смогу им рассказать? Ты ошибаешься! Я мог рассказать им всё! От нападения в горах Лос-Анжелеса и ограбления моего номера в гостинице, до паролей от твоих сейфов. Всё, я всё знаю! Я бы мог рассказать им про тайник и про деньги на острове, про то, что ты пах кровью, когда возвращался и ложился в постель со мной. Про то, что у тебя и Хосока наркотики повсюду. Тебя бы посадили на двадцать пожизненных сроков. Ты хоть считал сколько ты убил людей?! — Джин, я… Намджуну нечем было крыть. Он просто стоял и слушал его. — Не называй моего имени, не смей этим поганым ртом обращаться ко мне! ТЫ уничтожил меня! Ты убил во мне меня! Ты и только ты, сотворил то с чем я остался! Вся эта боль, вся эта горечь и пустота, все страдания что я пережил. Да я за всю жизнь не смог бы и половины этого пережить с кем-то другим! И единственное о чём я жалею, это о том, что Кенни потратил на меня свою любовь, а я не смог ничего дать ему в ответ. — Что ты говоришь?! Джин, это он сделал?! Я его убью! — Не смей! Не смей, слышишь меня?! В том, что я такой виноват только ты, а Кен спасал меня всё это время. Он не давал мне умереть, он единственный кто поддерживает во мне надежду на жизнь, но и его силы не безграничны. Кен по сравнению с тобой святой человек! И если ты хочешь кого-то убить, то самое время посмотреть в зеркало на свою цель. Даже у Тэ Ён хватило чести, чтобы в лицо мне всё сказать, даже она, изменяя мне была честнее со мной, чем ты. Она хотя бы созналась во всём и развелась по обоюдному согласию, а не как ты, трус! Отправить смс и исчезнуть! — О чём ты говоришь?! Я столько раз пытался тебе позвонить! Но ты сменил номер. Я не мог тебя найти! — Почти за год ты не смог меня найти? А ведь я ещё продолжил работать. Я был в компании до последнего! — Джин, ты не знаешь, что со мной было… — А со мной что было, ты знаешь?! Да ты знаешь, что я жить не хочу с первого дня разлуки с тобой?! Я вены резал! Я пытался спрыгнуть с балкона, я вешался, я пытался покончить с собой каждый раз, как только оставался наедине со своей болью! И только Кен не давал мне погибнуть всё это время, он вытаскивал меня из этой вязкой и грязной темноты. Я так жалею, что причинял и продолжаю причинять ему боль, но уже слишком поздно… Кен подъехал к дому и увидев открытую дверь, достал пистолет из кобуры. Судя по голосам Джин там не один. Кен снял предохранитель и медленно вошёл. Услышав голос рыдающего Джина он понял, что он кричит на кого-то, но второй голос заставил его содрогнуться от ужаса. Кен вытянул руку с пистолетом и вошёл в комнату в тот момент, когда Джин говорил о нём. — Не двигайся, стрелять буду без предупреждения. Намджун замер, а Джин попытался подойти к Кену, но как только он оторвал спину от стены и встал ровно, его голова закружилась. В глазах потемнело. — Кенни, прости меня, я сделал глупость… — Джин, что с тобой?! Кен увидел как тот медленно стал сползать и как только он стал падать Кен кинулся к нему. Джин упал на пол и стал биться в конвульсиях. Кен и Намджун увидели как изо рта у Джина пошла белая пена. — Не трожь его! — закричал Намджун и выхватил пистолет. — Сгинь, тварь! Кен не обращая на него внимания подхватил Джина на руки и побежал к машине. Намджун находясь в шоке кинулся следом и открыл дверь Кену, когда тот выносил Джина. — В мою машину, Намджун открой! Кен показал на карман и Намджун сделал как надо. Кен положил Джина на заднее сидение и запрыгнул на водительское, Намджун сел рядом с ним и Кен, не сказав ни слова, достал служебную мигалку и нарушая все правила погнал к госпиталю. Намджун всю дорогу смотрел как Джин пускает пузыри и трясётся. Когда они приехали Кен даже машину не закрыл, он вытащил Джина и побежал с ним на руках в дверь госпиталя. Без лишних вопросов Джину была оказана неотложная помощь, его положили на каталку и увезли в реанимацию. Когда врачи на бегу спросили что с ним и Кен и Намджун в один голос сказали «передозировка». В реанимацию их не пустили и они остались в коридоре за закрытой дверью. Хватило одной секунды, чтобы они поняли кто рядом. Кен без раздумий, одним движением пересёк дистанцию и со всей силы мощным хуком рубанул Намджуна. Намджун ответил таким же сильным ударом справа. Он сцепились и начали избивать друг друга. — Вы что творите? Дорогу, блядь! Вмешалась медсестра бегущая к Джину. Она чуть не уронила из-за них то, что держала в руках и они как ошпаренные разбежались в разные стороны. — Пока Джин не поправится перемирие. Объявил Кен и сел на место для ожидания, Намджун сел напротив. Они взглядом уничтожали друг друга. — Почему ты не сдох? — Так ты тоже в этом замешан? Намджун сразу понял что не без участия Кена на него покушались и тут же понял, что он в курсе всего, что с ним случилось. — ТЫ должен был сдохнуть, она не могла промахнуться! — А она и не промахнулась, просто я живучий. А вот ты мне за всё ответишь! — Заебёшься выслушивать ответы! Ты не жилец, отсюда ты точно отправишься в тюрьму. — Не надейся, что у тебя что-то получится Кен, ты сам наладом дышишь. А ту мразь я найду и убью. — Тебе мало смертей? Ким! Сколько тебе ещё нужно жизней, чтобы ты захлебнулся от своей жадности. Ты же сам говорил, что отпустишь его если он уйдёт. Так почему ты сейчас объявился? Намджун прожигал взглядом Кена. Он прочитал в его глазах чувства, бурлящие в нём и узнал себя в его лице. Из реанимации вышел врач и они подбежали к нему. — Как он?! — Состояние тяжёлое, сейчас его промывают. Потом переведут в палату. Кто его опекун? — Я! — Я! В один голос ответили оба мужчины, Кен посмотрел на Намджуна с таким гневом, что даже врачу стало некомфортно. — Я! Повторил Кен и врач повернувшись к нему с упрёком сказал: — У него сильное истощение, похоже он долгое время находился в таком состоянии. А ещё у него по всему телу следы насилия. Нужно сообщить в полицию. Возможно, пациент был жертвой. — Я из ФБР. Обойдёмся без полиции. Кен достал своё удостоверение и показал врачу. У того сразу развеялись сомнения. Он детально описал то, что ему нужно заполнить документы и сказал ожидать, когда Джина переведут в палату. -Что ты с ним сделал? Намджун от услышанного пришёл в ярость. Кен тут же схватил его за воротник и прижал к стене. — Это ты и твои выходки. Это ты его таким сделал, а я всего лишь пытался ему помочь. — Поэтому он весь синий?! — Да ты сам хоть знаешь, что он это делал чтобы забыть тебя! Кен держа Намджуна за воротник резко ударил его об стену спиной и прямо в лицо прорычал: — Изчезни, пока он не пришёл в себя. — Я не отдам его тебе! Ким оттолкнул Кена и сел на своё место. Через некоторое время Джина перевезли в палату и запретили к нему заходить. Утром всё же позволили войти к нему, но не тревожить. Они подтянули стулья к его кровати и сели по обе стороны, друг напротив друга. Кен взял руку Джина и с печальным лицом смотрел на его изможденное лицо. Джин был еле похож на себя. В свете больничной палаты, Кен впервые увидел как сильно истощён Джин. Дома это было не так заметно. Он почувствовал и свою вину в том что произошло. Намджун сидел по правую руку от Джина и так же нежно держал его пальцы в своей большой ладони. Джин находясь под капельницами, много часов пролежал без сознания. Но вот его губы зашевелились и из глаз потекли слёзы. Без звука он пытался что-то сказать. Кен с Намджуном уставились на него. Джин еле слышно стал шептать: — Нам…джун. Намджун… Он повторял и повторял его имя, а сердце Кена с каждым сказанным словом разбивалось и острыми осколками впивались в израненную душу мужчины, кровоточа всё сильнее. Намджун сжал его руку. — Я здесь, любимый, я с тобой! Джин сквозь затуманенное сознание услышал его голос и сжал пальцами его руку. Кен отпустил пальцы Джина, молча встал и не проронив ни слова, не оборачиваясь ушёл.