Мухи в животе

Последнюю личиночную шкурку личинка не сбрасывает, а окукливается прямо под ней. Шкурка затвердевает, и куколка мухи напоминает миниатюрный коричневый бочонок. *** Когда я очнулся на кухонном полу, было еще темно и шел сильный дождь. Дождь — это хорошо, он смоет все следы. Хотя у меня сейчас было полно других проблем. Окровавленный нож валялся на полу, весь кафель был измазан кровью. Сколько ее из меня вытекло? Неудивительно, что я вырубился. Очень хотелось пить, и я, опершись на кухонный гарнитур, сумел приподняться и открыть кран, после чего припал к нему, глотая сырую воду. Стало немного легче, и я прошаркал в душ. Вчера в ванной я смывал личинок, а сегодня — свою запекшуюся кровь… Освежившись, я тщательно обследовал свое тело, но не нашел ни единого бугорка, свидетельствующего бы о том, что под моей кожей ползают черви. Только порезы. Кое-какие были довольно глубокими и кровили до сих пор. Весь вчерашний день вспоминался как огромный тягучий ночной кошмар. За окном брезжил рассвет, и всё произошедшее казалось мне сном или галлюцинацией. Личинки, мертвый Кирилл… Наверное, я слишком много злоупотребляю алкоголем. Может, до белой горячки допился? А что, вполне вероятно: стресс, запитый виски, еще не до такого может довести. Стресс… Смешно — Кирилл мертв, а я волнуюсь о своем стрессе. Плотно позавтракав, я ощутил прилив сил, продезинфицировал свои раны, после чего наконец-то ликвидировал беспорядок в доме: вычистил ковер от своей рвоты, смыл кровь и убрался в гостиной. Неиспользуемые комнаты просто решил закрыть. Настало время подумать о своих дальнейших действиях. У меня была квартира в одном из провинциальных городов нашей Родины, которую я сдавал, — видимо, пришло время туда и отправиться. Конечно, надо было сначала предупредить жильцов и дождаться, пока они съедут, а это значит, что еще с месяц придется кантоваться здесь. Но это ничего — Кирилла спохватятся ой как нескоро, ведь родственников у него не было, а его немногочисленные друзья в нашу глушь практически не заглядывали. Разве что мы к ним иногда приезжали. Раздумья мои прервал стук в ворота. Я вышел на улицу и увидел соседа. — Здорово, Денис! — крикнул он, приветственно поднимая руку. — Привет, — буркнул в ответ я, походя к воротам и отпирая их. — Я слышал, вчера у вас тут как будто кто-то кричал, — начал он и осекся, увидев мои порезанные руки. — Да, я и кричал. Выпил вот и разбил стекло. Полночи осколки вынимал, — соврал я. — А-а! — сосед продемонстрировал свое участие. — Бывает, бывает… Как там Кирилл поживает? — Нормально. Уехал к друзьям погостить на пару дней. — Ясно, ясно… Ты это, если что, не стесняйся — заходи, выпьем вместе. Негоже одному-то употреблять. Жена против не будет — ей тоже скучновато, вроде лето, а погода — дрянь. Сами сидим весь день и смотрим сериалы. — Конечно, — почти искренне улыбнулся я, — если что — обязательно зайду. Не скучайте! Соседи были уже не очень молодой бездетной парой. Леонид имел какой-то свой бизнес в ближайшем городке, а его жена работала медсестрой. Пару раз мы отмечали вместе Новый год, и из разговоров я понял, что она не могла иметь детей, но муж, смирившись с этим фактом, ее не бросил. Они вроде хотели усыновить ребенка, но дело не шло дальше разговоров. Вместо этого они завели двух собак и с десяток кошек. У нас тоже был кот, который скончался от старости месяц назад, а нового так и не взяли. Теперь уже и не надо… Переделав все дела, я снова опустился в кресло гостиной. Как ни крути, но ночь страшила меня, пусть и не так сильно, как в минувшие пару дней. Пригласить что ли кого в гости? Или самому напроситься? Но кого? Я почти ни с кем не общался: все наши общие друзья были на самом деле друзьями Кирилла. Полистав контакты в телефоне, я понял, что всё это бесполезно: никого из них видеть мне не хотелось. Что ж, впереди еще полдня, а потом я просто выпью побольше успокоительного — и всё пройдет. Последовав примеру соседей, я решил занять свое время просмотром сериалов, как меня снова прервал, на сей раз — телефонный звонок. — Алло! — Ден, привет! Это был тот самый Саша, любовником которого так восхищался Кирилл. — Привет. — Ден, а где Кирилл? Он там не с тобой? Не могу ему дозвониться. Мне только что пришла в голову мысль, что его телефон, скорее всего, похоронен вместе с хозяином под кустом бузины. Да, дозвониться туда сложновато. — Он уехал погостить к другу на несколько дней. — К какому другу? Он мне ничего не говорил. Как будто Кирилл должен был перед ним отчитываться. — Странно, мы договаривались встретиться завтра, — продолжал Саша. — А теперь ты говоришь, что он уехал, да еще и на звонки не отвечает. Мне хотелось сказать ему что-нибудь грубое, но я сдержался, ведь этот хуесос мог, чего доброго, заявиться сюда или вообще в полицию. Кто знает, на что способна эта адвокатова подстилка… — Знаешь, Саш, — я постарался придать своему голосу максимум убедительности и трагичности, — мы поругались с ним тут, он вспылил и уехал. Я даже не знаю куда. Тоже звоню ему целый день, а он не отвечает. Просто не хотел выносить сор из избы… — О, ясно, — в голосе Саши слышались разочарованные нотки. — Очень жаль, Денис, я надеюсь, он скоро вернется, и вы помиритесь. Попробую обзвонить наших с ним общих друзей. Ты, кстати, набирал кого-нибудь? — Нет… Знаешь, мне как-то неловко говорить об этой ссоре… Я и так виноват перед ним, а если еще буду названивать нашим знакомым, мне кажется, только хуже будет. — Тоже верно. Все мы знаем, какой он капризулька! — засмеялся Саша. Похоже, мне всё же удалось развеять его сомнения. — Хорошо, я сам этим займусь. Просто позвоню знакомым и узнаю, как дела. Обещаю — про вашу ссору постараюсь никому не рассказывать! — Спасибо. Набери, если что-то узнаешь. — Конечно! Не грусти там, я уверен, что ничего страшного не произошло! — Я надеюсь… — Ладно, пока! Позвоню тебе еще. — Пока. Конечно, Саша расскажет о нашей ссоре всем, кому только можно. Впрочем, мне это было только на руку — у меня созрел план действий, не абы какой гениальный, но на первое время сойдет. Мы поссорились, он ушел, позвонил кому-то, наверное, его забрали с остановки, а может быть, он и автобусом уехал — не знаю, я был зол на него и провожать не пошел. Так как я сердился на него, то попытался связаться с ним только на следующий день, но трубку он не брал. Я решил, что Кирилл просто обиделся, и особо даже не волновался. Вот так. Для правдоподобности я сделал ему звонок, послушав длинные гудки. Странно: если телефон находился в одежде, он же должен был испортиться от сырости. Возможно, он где-то в доме? По сути, этот факт сейчас ничего не значил — Кирилл вполне мог звонить из дома, после чего выбежать на улицу, забыв мобильник тут. А сейчас надо было создать иллюзию его отъезда. Я поднялся в спальню, выбрал несколько рубашек и джинсов, которые Кирилл «взял» с собой, его зубную щетку, бритву, паспорт, а также рюкзак. Всё это я старательно сжег на заднем дворе, надеясь, что соседи никак не свяжут дым костра с исчезновением Кирилла. Войдя в дом, я почувствовал, что дико устал: кровопотеря, нервы, уборка — всё это сказалось на мне не лучшим образом. И потом я еще удивляюсь, откуда у меня галлюцинации. Включив телевизор, я сам не заметил, как провалился в сон. *** Разбудил меня тот самый ровный гул, который я когда-то услышал в недрах Кирилла, только на сей раз он был отчетливее и громче. Теперь я знал, что это жужжание сотен мух. За окном уже было темно, а по телевизору шло какое-то ток-шоу, и мне однозначно не хотелось вылезать из теплого кресла на поиски роя насекомых. Господи, если так пойдет и дальше, придется куда-то переселяться. Вряд ли я смогу выдерживать такое каждую ночь. Собрав все свои моральные силы, я встал и, взяв кочергу в руки, медленно пошел к выходу из комнаты. Всё еще полусонный, я никак не мог понять, откуда раздается этот звук. Внезапно за окном мелькнула какая-то фигура, заставив меня резко вздрогнуть! Кирилл? Нет, всего лишь мое собственное отражение. Страх снова окутал меня своей липкой пеленой: мне стало холодно, и по телу пошли мурашки. Нет, всему этому есть вполне реальное объяснение, оно должно быть! Иначе я сошел с ума, если думаю, что мертвый любовник навещает меня. Самым тревожным было то, что я никак не мог определить источник звука: я обошел весь первый этаж, но, казалось, он не приближался и не удалялся, оставаясь на одном и том же расстоянии. Может, подвал? Задержав дыхание, я распахнул дверь, ожидая увидеть на холодном полу мертвое тело Кирилла, но там было пусто. Я включил свет и тщательно обследовал помещение, но ни мух, ни следов пребывания кого бы то ни было не нашел. Тогда где же? На втором этаже оставались только ванная и спальня — все остальные комнаты были заперты. Я медленно поднимался по лестнице, готовясь к самому страшному и одновременно надеясь, что ничего не найду. Поскрипывая ступеньками, я прошел в полутемный коридор и открыл дверь в ванную — ничего. Значит, спальня… Приблизившись к двери, я прислушался. Странно, но жужжание не усилилось. Впрочем, я не стал раздумывать над этим и, сделав глубокий вдох, открыл дверь. Пусто. В спальне никого не было. Я сел на кровать, думая, что точно сошел с ума: всё это было в моей голове. В голове… В правой руке вдруг что-то кольнуло, и безумная мысль вновь пришла на ум. Я кинулся к зеркалу — на моем плече снова что-то двигалось, причиняя боль, становившуюся всё нестерпимее. Сжав зубы, я застонал, в растерянности стоя у зеркала. Снова это наваждение! Только не резать себя, не резать! Просто потерпеть до утра, а там уже всё закончится! Выпуклость на плече лопнула, обдав мои болевые рецепторы огнем, и оттуда вылезла перепачканная кровью крупная комнатная муха. В зеркале я заметил, что шевеление продолжается уже по всему телу. Это всё было правдой! Личинки внутри меня окуклились, а теперь вылупившиеся взрослые насекомые пробираются на поверхность. Они во мне! В моей коже, руках, груди, животе! Я конвульсивно дернулся всем телом, заорав от страха и боли. На груди вскрылся еще один бугорок, из которого вылезла вторая муха. Я уже не мог сдержаться и кричал не переставая. *** Через 3-7 дней из куколки появляется взрослая муха, откидывая крышечку своего «бочонка» головой. Сначала покровы мухи мягкие, но они быстро затвердевают, и насекомое поднимается в воздух, совершая свой первый полет.