Лучший друг

— Можно войти? — Да, конечно, — спохватился Саске, отступая перед нежданным гостем. — Проходи. Хочешь выпить? — блондин отрицательно покачал головой. Учиха судорожно старался успокоить заново разбушевавшиеся нервы — не хотелось выставлять себя перед Наруто еще большим слабаком, чем он это уже сделал ранее, поэтому он сделал неуклюжую попытку вести обычный светский диалог. — Почему ты не сказал, что придешь на концерт? Я бы тебе билеты достал. И пропуск за кулисы тоже. Кстати, как ты прошел сюда? Там же вроде охрана была… — И была, и есть, — Наруто внимательно следил за издергавшимся другом, но виду, что замечает его состояние, пока не подавал. — Просто остановившему было меня охраннику я показал свою визитку, и наплел с три короба про то, что ваша группа завтра выступает на организованном нашим агентством мероприятии. И что я лично хочу убедиться, что завтра не возникнет проблем схожих с сегодняшней. Мне какой-то дерганный парень попался. Он так испугался, что почти сразу показал куда нужно идти тебя искать. Хотя по правилам, должен был бы послать меня к твоему менеджеру. Короче, я считаю, что вам стоит лучше подбирать охранников. — Учтем, спасибо, — Саске смотрел на него со смесью удивления и восторга — Наруто и раньше был горазд на выдумки, но далеко не всегда они заканчивались успехом. Стараясь сделать так, чтобы голос не выдал его внутреннего напряжения, брюнет спросил. — Ты обманом пробрался ко мне в гримерку, чтобы указать на недочеты в системе охраны? — Нет, — решимость мужчины был тверже алмаза, — я пришел потому, что ты так и не позвонил. И еще потому, что как оказалось, я за все эти годы не слышал ни одной твоей песни. Эти слова болезненным ударом обиды отдались где-то в сердце Учихи — песни, что он писал как письма-признания лишь для одного единственного человека, выходит так ни разу и не достигли адресата за все эти годы. До сегодняшнего дня. Стиснув зубы, чтобы истерично не засмеяться, Саске со злой улыбкой почти выдавил из себя: — Ну и как, понравилось? — Честно? — взгляд Наруто несмотря на ехидную усмешку собеседника оставался прямым и открытым. — Да, конечно. Мне всегда нравились твои стихи. И голос. Песни просто замечательные. Саске отвернулся, чувствуя, как слезы не то обиды, не то облегчения подступают к горлу. Повисшая в комнате тишина давила на нервы обоим. Первым нарушил ее Наруто: — Почему ты ничего не сказал? Ты из-за этого меня оставил тогда? — Я.. не хотел… — Саске изо всех сил вцепился пальцами в спинку кресла. Прорвавшиеся наружу слезы мешали не только говорить, но и ясно мыслить. — Я боялся, что ты... меня возненавидишь, если узнаешь. Что станешь презирать. Что… сделаю тебе больно. — Поздравляю: ты сделал мне больно! Очень больно. Настолько, что хотелось сдохнуть! Ты был моим единственным другом. Самым важным человеком. Который просто исчез из моей жизни, ничего не объяснив. Зачем ты так поступил со мной, Саске? Зачем… — Наруто не закончил свою тираду, неожиданно осознавая, что стоящего к нему спиной друга трясет от сдерживаемых рыданий, — …Саске? — Прости… меня… — все, что удалось выдавить из себя мужчине. Но в этих двух словах Наруто услышал столько сдерживаемой боли и терзаний, что вся обида на друга, копившаяся в нем годами, в одно мгновение сгорела без остатка. Поддавшись порыву, он обнял Учиху, что есть силы прижимаясь всем телом к его дрожащей спине. Они так и стояли не двигаясь какое-то время. Учиха медленно приходил в себя, одновременно наслаждаясь теплом обнимающего его Наруто, и пытаясь сдерживать все более редкие всхлипы. Наруто же, положив подбородок на плечо Саске, все так же крепко прижимал его к себе, пытаясь через объятия успокоить своего взбалмошного друга. Наконец достаточно пришедший в себя Саске чуть отстранился и повернулся к другу лицом. Обхватив шею Наруто руками, он влажными от слез черными глазами несмело заглянул в голубые: — Спасибо, Наруто. Ты хороший друг. Гораздо лучше, чем я. Прости за то, что оставил тебя тогда. Прости, что этим причинил тебе страдания. Я не хотел делать тебе больно. Никогда. И, да… я люблю тебя. Куда как больше, чем нужно любить друга. Но я смогу это пережить. Поэтому, если только ты позволишь, я хотел бы снова быть тебе другом. Обещаю: на этот раз я сделаю все, чтобы ты больше не пострадал по моей вине. Простишь меня? Вместо ответа Наруто снова сжал друга в объятиях. И пока тот несмело наслаждался дорогим сердцу теплом и запахом любимого человека, Узумаки с усмешкой прошептал ему в самое ухо: — Ты — дурак, Саске. — А ты!.. Ты — мое вдохновение, — болезненно морщась от нахлынувшего счастья, прокомментировал Учиха.