Заметки о ПЛиО

      Как-то раз Джордж Мартин в одном из своих интервью сравнивал культ Рглора — одного из вымышленных божеств вселенной «Песни Льда и Огня» — во-первых, с зороастризмом, а, во-вторых, с катаризмом[1]. Фанаты, пытающиеся анализировать вымышленную вселенную Планетоса с точки зрения параллелей с нашей реальностью, также ищут — и даже находят — параллели рглорианства с этими религиями[2]. И это, если честно, откровенно странно. Для того, чтобы понять, что не так с этой аналогией («рглорианство — катаризм / зороастризм»), я сначала укажу неразрешимые противоречия между двумя религиями реального мира, а потом — между их образом в реальности и тем, как их черты трансформировались в рглорианство. Начнем с того, что трудно представить религии, более антагонистичные по мировоззрению, чем зороастризм и гностицизм (катаризм — средневековая западноевропейская версия гностицизма). Даже у гностицизма и христианской ортодоксии гораздо большего общего и восходят они в основе своей к одной традиции, несмотря на отвержение гностиками Ветхого Завета.       С точки зрения зороастризма материальный мир — творение благого Бога Ахура-Мазды (Ормузда), лишь позднее испорченное Ангро-Майнью (Ариманом, Злым Духом). Зороастризм обожествляет стихии мира (которые — особенно огонь — рассматриваются как «ангелы»-язаты, созданные Ормуздом) и скот (я не шучу — одного из почитаемых персонажей зороастризма зовут Душа Быка, а одним из первоначальных творений Ормузда является бык!) как источник плодородия, осуждает (в отличие от христианства) безбрачие и считает, что после Конца Света мир будет возвращен в прекрасное первоначальное состояние. Зороастризм, как и большинство религий откровения, осуждает «невоздержанность», но в общем и целом мирские удовольствия в нем оцениваются сугубо со знаком «плюс». Не случайно именно на базе зороастризма сформировалась утопическая религиозно-социалистическая идеология, проповедовавшая построение царства справедливости на Земле — маздакизм.       Взгляд гностицизма на материальный мир диаметрально противоположен. Для гностика мир со всеми его удовольствиями — дьявольская ловушка, куда силы зла заманили человеческие души и заключили их в колесо перерождений (в зороастризме идеи реинкарнации нет). Спасение — не спасение мира Богом, а спасение от мира души надмирным Богом (Бог этого мира для гностиков — дьявол). Неудивительно, что зороастрийцы гностиков (например, Мани, религиозного деятеля III века, пытавшегося адаптировать гностицизм к зороастрийскому религиозному материалу) уничтожали физически, хотя отдельные гностические идеи и проникли в исламские секты типа гулат, сформировавшиеся на зороастрийском материале (но, скорее всего, «еретическом» — маздакитском или даже манихейском, то есть даже не чисто зороастрийском, а зороастрийски обработанном гностическом) в завоеванном арабами иранском мире.       Что общего между зороастризмом и гностицизмом? Моральный дуализм с делением всего мира на борющиеся между собой лагеря добра и зла? Тогда и ортодоксальное христианство — не меньший «дуализм», чем зороастризм или любой извод гностицизма. Зороастризм реально дуалистичен, поскольку там Ормузд и Ариман имеют независимое друг от друга происхождение, в то время как в большинстве гностических культов (за вычетом действительно дуалистических мандеизма и манихейства — но там этот дуализм как раз следствие зороастрийского влияния) считают, что злой творец материального мира вторичен по отношению к истинному Богу, хотя, стремясь решить проблему теодицеи и очистить Бога от вины в существовании зла, они нередко представляли его неким побочным творением, возникшим без прямого участия Бога. Впрочем, у южнославянской секты богомилов, по некоторым данным повлиявших на катаризм, Сатанаил, творец материи, незатейливо считался падшим ангелом (Люцифером).       Наконец, в гностицизме выражена идея, что спастись могут не все, а лишь избранные — интересно, что Августин с его идеей о двойном предопределении к спасению начинал как манихей, лишь позднее перешедший в ортодоксальное христианство. Поэтому, кстати, гностики обычно не стремились захватить власть и обратить всех в свою веру даже в тех странах, где имели влияние (даже в богомильской Боснии жили и католики, и православные), хотя были не против иметь каналы влияния на власть — зачем захватывать власть в царстве зла, если из него надо сбежать? По той же причине у тех же катаров моральные запреты для духовенства были гораздо более строгими, чем моральные запреты для рядовой массы (мирян), от которых даже не требовали непременно отрекаться от католицизма. Зороастризм, для сравнения, прозелитизм, в том числе насильственный, активно практиковал — желающие могут ознакомиться с историей христианской Армении под властью сасанидского Ирана.       На какую религию похоже мартиновское рглорианство? Парадоксальным образом… ни на ту, ни на другую. Рглорианство не может быть гностицизмом, потому что гностические секты редко стремились к прямому захвату политической власти и массовому прозелитизму, в то время как рглорианцы везде, где можно, пытаются уничтожить конкурирующие культы. Не говоря уж о том, что рглорианство содержит эсхатологические ожидания, приложимые именно к материальному миру — мол, после победы избранного (Азор Ахая) над «силами тьмы» (Иными) наступит «вечное лето», а «смерть преклонит колено» (люди станут бессмертными?). С точки зрения гностицизма, если последовательно прилагать его хоть к реальному, хоть к вымышленному миру, все эти ожидания бесплодны, поскольку материальный мир для него — царство смерти и страданий, ожидать изменения которого к лучшему (в глобально-метафизическом смысле) столь же бессмысленно, как пытаться сделать хищника вегетерианцем.       На зороастризм рглорианство, на первый взгляд, похоже гораздо больше (ожидание позитивного преображения мира, отождествление зла с холодом, тьмой и физической смертью) — но это сходство опять же лишь кажущееся. Возьмем, например, милый обычай рглорианцев сжигать людей в жертву Рглору. Этот обычай не только противоречит осуждению зороастризмом (как и другими религиями откровения, в том числе гностицизмом) человеческих жертв (к слову, Заратустра осуждал даже ритуальное убийство животных — что уж говорить про людей!), но и является, с точки зрения зороастрийцев, осквернением (поскольку мертвечина, согласно зороастризму, оскверняет всё то, во что попадает — поэтому трупы нельзя сжигать, закапывать или топить) — самой святой из стихий, огня[2]. Хотя зороастрийцы стремились к обращению в свою веру, в том числе насильственному, представителей иранских и культурно к ним близких (вроде армян, грузин и иных жителей Кавказа) народов, активным миссионерством среди не-иранцев они не занимались — тогда как рглорианство у Мартина распространилось от Асшая-у-Тени до Дорна. Кроме того, хотя на западе Ойкумены зороастрийские священники, маги, рассматривались суеверными людьми как волшебники (откуда современное значение слова «маг»), сам зороастризм осуждает занятие колдовством (которое — в том числе откровенно темное — практикуют рглорианцы), а колдуны (йату) рассматриваются в зороастризме как слуги Аримана.       Нельзя не отметить ещё один интересный момент. Все религии откровения (включая гностицизм и зороастризм) исходят из идеи, что спасти свою душу человек может лишь при условии сознательного акта веры со своей стороны (даже «избранничества» в тех традициях, где оно есть, самого по себе не хватает). Рглорианцы же считают, что, сжигая людей, они искупают их грехи — впрочем, это может быть пародией на зороастрийское представление о том, что в конце времен люди будут очищены в расплавленном металле — но в зороастрийском эсхатологическом мифе подобным образом очищают праведников, а не грешников, и расплавленный металл в данном сюжете не причинит им страданий. Ормузд в дуалистической системе зороастризма (с точки зрения почитателей) всецело благ, как и надмирный Бог у гностиков. Рглор, по утверждению рглорианцев, хочет людям добра, но он божество ярко-выраженно монистическое, на что указывает даже его эпитет — «Бог Огня и Тени» — отражающий «диалектику» света и тени. Рглор — божество не-абсолютное, поскольку не только в теории может проиграть Великому Иному (зороастризм исходит из идеи о том, что Ормузд неизбежно победит Аримана), но и нуждается в подпитке жертвами. В борьбе за благую цель рглорианцы используют средства, которые даже на чисто эмоциональном уровне нельзя назвать иначе как злыми; те же человеческие жертвы и черная магия — максимально стереотипный маркер фэнтезийного злодея со времен Толкина.       Наконец, все религии откровения стремятся так или иначе регламентировать человеческую жизнь (я думаю, этот тезис не нуждается в иллюстрациях). Парадоксальным образом, в рглорианстве не видно какой-либо регламентации жизни почитателей, кроме призыва к священной войне против всех «неверных» и к принесению в жертву Рглору людей. Это можно было бы списать на непонимание Мартином социальной роли религии, но и в семибожии, и в старобожии, и в культе Утонувшего Бога регламентация жизни присутствует — хотя последние две религии ближе к язычеству (религии обряда), да и в декорированном под католицизм семибожии есть языческие компоненты вроде культа богини-матери (Дева, Мать, Старица) и религиозных ордалий (Суд Поединком). Почему же в культе, якобы основанном на религиях откровения из нашего мира, почти не видно стремления регламентировать жизнь адептов?       Почему рглорианство так непохоже, при внимательном рассмотрении, на те религии, с которыми, по словам Мартина, связано? Конечно, соблазнительно объяснить всё невежеством автора — мол-де, «америкосы тупые» Мартин просто недостаточно хорошо знаком с гностицизмом и зороастризмом как религиями. Проблема в том, что в интервью Мартин, рассуждая о катарах и зороастрийцах как о прототипе рглорианцев, называет катаров жертвами террора (он сам употребляет слово — ни много ни мало — «геноцид») со стороны католической церкви… но при этом сами рглорианцы изображены как желающие «загеноцидить» всех оппонентов. К слову, насколько такая инверсия при декларативном сочувствии Мартина катарам оправдана с моральной точки зрения?       Рглорианство напоминает не гностицизм, а карикатуру на гностицизм (и катаризм — в частности), созданную ненавистниками из среды христианской ортодоксии для демонизации гностиков и оправдания их уничтожения, вроде историй из серии «еретики едят детей и поклоняются сатане в образе черного кота». Есть теория о существовании т.н. «гностиков-либертинистов» — если мартиновские рглорианцы кому-то из гностиков и соответствуют, то им. Кроме того, отдельные секты, возникшие на гностическом материале, почитали не надмирного Бога, а, напротив, «падшего» творца материального мира — типичный пример такой секты, дожившей до наших времен, это езидизм. Отдельно отмечу, что рглорианство практикует человеческие жертвоприношения, черную магию, неограниченный принцип «цель оправдывает средства», а их объект поклонения подозрительно напоминает дьявола (и толкиновского Мелькора-Моргота как эталонную фэнтезийную версию дьявола). В реальности католики сжигали катаров — а у Мартина рглорианцы-«катары», наоборот, сами всех сжигают во славу своего Рглора.       Рглор именуется почитателями «огнем наших чресел», хотя реальные гностики, в отличие от одобрявших размножение зороастрийцев, не приветствовали сексуальность (например, «совершенные» у тех же катаров отвергали брак), полагая её одной из главных дьявольских ловушек, призванных привязать человека к этому миру. Кроме того, объектами поклонения в рглорианстве являются небесные светила, и особенно Солнце, в то время как в гностицизме с Солнцем часто соотносится злой космократор, управляющий нашим миром и отождествляющийся в гностицизме с дьяволом. Если это и гностицизм, то гностицизм наизнанку, как езидизм — кстати, в езидизме Малак-Тавус, ангел-павлин, управляющий миром, соотносится именно с Солнцем.       Точно так же рглорианство напоминает не зороастризм, а т.н. дэва-ясну. Термином «дэва-ясна» (поклонение дэвам — злым духам, демонам, слугам Аримана) зороастризм именовал не вписавшиеся в зороастризм иранские языческие культы («дэвы» у иранцев — исходно название одной из категорий божеств), которые для Заратустры были поклонением Ариману и его бесам. Особенностями дэва-ясны, согласно зороастрийским текстам, были человеческие жертвы, занятие колдовством и экстатические сексуальные практики (привет сериальной Мелисандре, непрерывно лезущей Станнису в штаны). Тени Мелисандры, которые она «зачинает» от Станниса посредством полового акта, а затем «рожает» для убийства врагов, которые живут лишь для того, чтобы нести смерть, напоминают характеристику созданий Аримана в зороастризме — «не-жизнь». Сама Мелисандра, судя по показанному в сериале, в истинном обличье представляет из себя что-то вроде живого трупа, а её привлекательная внешность — иллюзия.       Обычно рглорианский миф о Азор Ахае, который должен возродиться перед решающей схваткой с Великим Иным, рассматривают как параллель с зороастрийским сюжетом о Саошьянте (Спасителе), что придет перед концом света (хотя вообще в зороастризме сложная система Саошьянтов — их там трое, а ещё перед концом света вернется древний герой-демоноборец Кэрсаспа). Проблема в том, что в зороастризме есть персонаж, который также должен вернуться перед концом света — и этот персонаж не добр, а является аналогом христианского Антихриста в качестве человека, служащего проводником воли злого духа на Земле. Речь идет о Заххаке Бевараспе, легендарном тиране и черном маге прошлого, который поклонялся Ариману (= являлся адептом дэва-ясны) и стремился, согласно зороастризму, к уничтожению всего человечества.       По версии, наиболее подробно изложенной у Фирдоуси в «Шах-намэ», но, судя по всему, гораздо более древней (схожий сюжет есть уже в истории Армении, написанной Мовсесом Хоренаци), Заххак Беварасп был человеком, у которого вследствие его служения Ариману выросли змеи на плечах (= он стал драконом — ср. связь с драконами у Таргариенов, династии, к представителям которой рглорианцы питают особый интерес, и стремление Мелисандры в книгах «пробудить дракона из камня», разумеется, посредством человеческого жертвоприношения), и он кормил этих змей человеческими мозгами. Благодаря тому, что он продал душу Ариману, он получил власть над злыми духами, дэвами и паирика[3], и поработил человечество, установив тысячелетнее царство зла. Если считать, что Азор Ахай рглорианства соответствует Императору Кровавого Камня легенд Йи-Ти, убившему свою сестру, женившемуся на «женщине-тигре» и практиковавшему обрядовый каннибализм — а есть весомые аргументы в пользу соответствующей теории[4] — то он становится полным аналогом Заххака.       Особенно издевательски эта параллель выглядит в контексте того, что Заххак по изложенной у Фирдоуси легенде был свергнут царем Феридуном при помощи кузнеца Кавы. В рглорианской легенде о Азор Ахае, напротив, сам Азор Ахай предстает как кузнец, выковавший Светозарный и закаливший его посредством принесения в жертву своей жены Ниссы-Ниссы. Как уже упоминалось, рглорианцы ищут своего «избранного» среди членов династии Таргариенов — а среди них были те, кто мечтал стать драконом (принц Эйрион Яркое Пламя, Эйрис II — что характерно, наиболее отмороженные представители династии) или просто возродить драконов (Бейлор I Святой, Эйгон V Невероятный); также Таргариены называют себя потомками дракона («от крови дракона»). Кроме того, во время Танца Драконов — гражданской войны между двумя ветвями Таргариенов, «Черными» и «Зелеными» — обе стороны, но особенно королева Рейнира, практиковали скармливание своих врагов драконам (ср. с Заххаком)[5].       Дополнительно мартиновскую инверсию усиливает следующее обстоятельство. Дело в том, что и в зороастризме, и в гностицизме Бог Ветхого Завета (Яхве) отождествляется со злым духом (в гностицизме — с Саклой-Иалдбаофом; в зороастризме же создателем иудаизма, давшим иудеям заповеди, считается вышеупомянутый Заххак), поскольку обеим этим религиям претит присутствующий в ряде текстов Ветхого Завета моральный монизм, в рамках которого Бог может рассматриваться в качестве источника не только добра, но и зла. Имя «Азор Ахай» «дойлистски» означает, по-видимому, «Гневный Господь»[6], да и религиозная нетерпимость рглорианства с ритуальным сожжением противников может быть отсылкой именно к авраамическим религиям (если, конечно, это не сознательный оммаж на толкиновский сюжет о культе Мелькора из «Легенды Аданэль»). Рглорианские сожжения также могут быть пародией на аутодафе.       Любопытный нюанс — рглорианцы сравниваются с катарами, то есть гностиками, но у гностиков стандартным эпитетом посланца высшего надмирного Бога, который приходит, чтобы спасти избранных из этого мира, является «Чужеземец», потому что он чужой для этого мира, управляемого силами зла. В рглорианстве эпитетом повелителя сил зла, противостоящего Рглору, является словосочетание «Великий Иной». «Иные» как демоны в рглорианской картине мира — в ту же степь. Проще говоря, встает вопрос — кому соответствует Рглор как божество, тому надмирному Богу, в которого верили катары и прочие гностики, или той злой силе, которая, в их представлении, правила этим миром?       Таким образом, если считать, что Мартин хотя бы в определенной степени понимает, что он пишет, а не просто механически смешивает всё в кучу (хотя второй вариант, конечно, тоже нельзя исключать — как любит говорить на эту тему сам Мартин, «я не архитектор, я садовник»), то рглорианство очевидным образом является не неким отражением, пусть даже искаженным, спроецированным на вымышленную реальность Планетоса, гностицизма и зороастризма — а радикальной инверсией на их религиозном материале. Отдельно необходимо отметить, что рглорианцы с их абсолютно децентрализованным культом[7] и женским священством (!) — вспомнить что книжную Мелисандру, что сериальную Кинвару, являющуюся аж верховной жрицей (!!!) — выглядят ещё и как довольно злая пародия на нынешнее «либеральное христианство».       P.S. Примечательный факт - в компьютерной игре Elden Ring, в разработке которой принял участие Джордж Мартин, присутствует злобный Внешний Бог по имени Безумное Пламя, стремящийся сжечь этот мир. Проводника его воли в материальном мире называют Владыкой Яростного Пламени - ср. с Азор Ахаем, "Гневным Господом" ПЛиО. Уж не мартиновская ли это отсылочка на собственных Рглора и Азор Ахая, намекающая, в частности, на истинные цели "Владыки Света" в сеттинге ПЛиО? [1] https://www.reddit.com/r/Gnostic/comments/brd6iq/the_lord_of_light_religion_from_game_of_thrones/ [2] Типичный пример — вот эта статья: https://ficbook.net/readfic/2056159/16306812. [3] Огонь в зороастризме — величайшая святыня, за оскорбление Огня Ормузд был готов отправить в ад величайшего из героев, Кэрсаспу, спасшего весь мир от уничтожения порожденными Ариманом чудовищами, и лишь по просьбе Заратустры помиловал его. [4] В иранском фольклоре пери — аналог фольклорных эльфов, и могут быть как добрыми, так и злыми, но в зороастризме паирика — исключительно злые существа, женщины-колдуньи. [5] https://lucifermeanslightbringer.com/2016/01/04/thebloodstoneemperorazorahai/ [6] При этом, подобно зороастрийцам древности, Таргариены и их предки-валирийцы практиковали инцест, причем инцест привязан к рождению «Обещанного Принца» — по-видимому, тождественного рглорианскому Азор Ахаю. В зороастризме древности кровнородственный брак («хведодах») считался наилучшим оружием против Аримана. [7] https://7kingdoms.ru/wiki/%D0%90%D0%B7%D0%BE%D1%80_%D0%90%D1%85%D0%B0%D0%B9? «Слово «аха» (aha) на вымышленном языке квэнья (в книгах Толкина, высоко оценённых Джорджем Мартином) означает «гнев, ярость». Квэнья создавался Толкином именно на основе финно-угорских языков. В ряде реальных угорских языков прибавление флексии -й (-i, -j) к слову или имени означает звательный падеж, или особо указывает на то, что перед нами имя либо прозвище. Таким образом, словосочетание «Азор Ахай» может быть понято как «Гневный Владыка» (буквально — Господин Гнев)». [8] Каждый проповедник — будь то Мелисандра или Торос из Мира — проводит де-факто собственную политику (причем довольно разную — тот же Торос никого в жертву не приносит, хотя, казалось бы, должен) и никак не отчитываются перед «центром», какой-то организованный политический курс демонстрирует только рглорианская община Волантиса с местным Красным Храмом, ставящим на Дэйнерис Таргариен. Но рглорианцы Волантиса и Красный Храм — придумка уже сравнительно поздняя.