Заметки о ПЛиО

      У некоторых читателей Джорджа Мартина, в Танце Драконов симпатизирующих Чёрным, есть теория, согласно которой события Танца (в ходе которого Эйгон II успешно оспорил трон у своей старшей сестры Рейниры) воспроизводят трагические события далёкого прошлого, в ходе которой погибла древняя и могущественная Великая Империя Зари и началась Долгая Ночь — так называемое «Предательство Крови»:       «Когда дочь Опалового императора заняла престол отца под именем Аметистовой императрицы, завистливый младший брат сверг ее и убил, провозгласив себя императором Кровавой Яшмы и установив жестокую тиранию. Император практиковал черную магию, пытки и некромантию, обратил свой народ в рабство, взял себе в супруги женщину-тигра, ел человеческое мясо и отступил от истинных богов, став поклоняться черному камню, упавшему с неба» («Мир Льда и Огня»).       На этом основании этими читателями делается вывод, что, мол, Чёрные это труЪ-Таргариены, а Зелёные — погубители величия Таргариенов (и клятые «алисентовичи», андальские полукровки и орудия «заговора мейстеров», желающих извести драконов и Таргариенов как их наездников[1], убрать валирийские порно-гобелены и запретить изучение магии). До кучи это соотносится с метафизикой «Льда и Пламени» — мол, после гибели драконов усилилась стихия «Льда» и Иные теперь угрожают Вестеросу.       Для начала замечу, что сама параллель «Предательство Крови — Танец Драконов» может быть поставлена под сомнение. Что у них общего? Только то, что в обоих случаях младший брат, борясь за власть, сверг и убил старшую сестру[2] — хотя если Император Кровавого Камня сверг Аметистовую Императрицу, то Рейнира и Эйгон правили в разных частях Семи Королевств одновременно, «параллельно». Кроме того, Эйгон II по меркам Таргариенов вряд ли может быть назван каким-то экстраординарно жестоким тираном (в этом качестве гораздо чаще вспоминают Мейгора и Эйриса II Безумного) — более того, обвинить в жестокости и тирании с тем же успехом можно его сестру — да и черной магией (и тем более каннибализмом) он точно не занимался.       В чем-то таком (в плане занятий магией) фанаты Чёрных нередко обвиняют служившего Эйгону II мастера над шептунами, Лариса Стронга, но никаких доказательств (кроме шатких теорий) нет. Даже в «Доме Дракона», где из Лариса сделали натуральное полное чудовище, он решает свои проблемы отнюдь не с помощью магии, а как стандартный мастер над шептунами, посредством сети агентов.       Сама по себе легенда о падении Великой Империи Зари как причине Долгой Ночи — и-тийское предание. У других народов (например, у ройнаров и Первых Людей) есть свои предания о Долгой Ночи, отличающиеся от этой легенды. Конечно, с Мартина вполне может статься сделать «Предательство Крови» фактом истории Планетоса — но никаких гарантий этого нет. С любовью Мартина к приемам из серии «вотэтоповорот!» трудно что-то достоверно предсказать о будущем (и прошлом) его мира.       Отдельно отмечу, что при желании аналогию Танца Драконов с Предательством Крови можно развернуть на 180 градусов. Чем известен Император Кровавого Камня? Убийством родичей. А кто у нас известен как убийца родичей? Деймон Таргариен, принц-консорт Рейниры, заказавший акцию Крови и Сыра. При желании, конечно, можно вспомнить про его соперника Эймонда (которого в «Пламени и Крови» так и называют — Убийца Родичей), но Эймонд — по сути, двойник-соперник Деймона (а его имя — анаграмма имени Деймона), в битве с которым Деймон и погибает.       Более того — хотя Эймонд, подобно Императору Кровавого Камня, состоял в связи с колдуньей Алис Риверс (ср. с «женщиной-тигром» у Императора Кровавого Камня), любовницу Деймона Мисарию сравнивали с Кровороном, который известен не только как интриган, но и как чёрный маг. При этом происходила Мисария из Вольных Городов, известных своими оккультными практиками. К слову, «Многие книжники считают, что это император Кровавой Яшмы был первым верховным жрецом зловещей Церкви Звездной Премудрости, адептов которой и по сей день можно встретить во многих портовых городах известного мира» («Мир Льда и Огня»). Лис — порт.       При этом когда Деймон вместе с Корлисом Веларионом воевал против Триархии за архипелаг Ступени, он был коронован как король Ступеней на острове под названием Кровавый Камень (Bloodstone). Отмечу, что Император Кровавого Камня — именно Bloodstone Emperor (перевод «Император Кровавой Яшмы» неточен). Стоит отметить, что именно Деймон, а не Эймонд, какое-то время являлся монархом (королём).       На счет параллели «Танец Драконов — Предательство Крови» также стоит отметить, что она завязана на идею об угрозе миру со стороны Иных, от которой якобы должен всех спасти Азор Ахай, он же Обещанный Принц или Принцесса (желательно — чистой валирийской крови). Поклонники этой теории, по-видимому, стараются не замечать то, что история убийства Императором Кровавого Камня Аметистовой Императрицы подозрительно напоминает… историю Азор Ахая. В рглорианской версии Нисса-Нисса умерла добровольно — но откуда мы можем знать, что это правда? Мартин обожает прием «ненадёжного рассказчика» — что, если и тут рассказчик ненадёжный?       Да и сама теория, что, мол, из-за вымирания драконов Иные в итоге и нагрянули, вызывает ряд вопросов. Танец Драконов закончился в 131 году от Завоевания Эйгона, а Иные спустя более чем сто пятьдесят лет даже до Стены никак не дойдут. И вообще люди мира Мартина имеют создавать проблемы друг другу гораздо лучше, чем какие-то маячащие на горизонте Иные — взять хотя бы утонувшие в крови Семь Королевств. Разве что можно сказать, что весь нынешний бардак — из-за вымирания драконов, обеспечивавших сильную власть Таргариенов и послушное поведение лордов.       Но, на мой взгляд, сильную власть эффективно обеспечивают не летающие огнеметы драконы, а социальные институты[3]. И это относится даже к фэнтези — сами по себе драконы не предохраняют государство, к примеру, от распрей драконовсадников (по одной из версий, та же Валирия погибла именно из-за них). Если подумать, наличие драконов стабильности государства скорее угрожает — один-единственный мятежный драконовсадник может наделать куда больше бед, чем один мятежный лорд.       Само бытование теорий вроде «Танец Драконов — новое Предательство Крови», на мой взгляд, обнажает серьёзную проблему вымышленной вселенной Мартина. Мартина часто позиционируют как реалистичного автора, но на практике объяснение исторических событий у него и части фанатов сводится или к сведению всего к личным качествам исторических акторов (в духе «Роберт был пьяница и развратник, поэтому плохо кончил и государство угробил») или к конспирологии («заговор мейстеров»). Вот и тут объяснение (авторское или, по крайней мере, фанатское) получается в духе «труЪ-монарха сверг и убил не-труЪ маньяк-сатанист — вот и погибла держава».       Впрочем, в подобной парадигме тоже можно писать — хотя в итоге получается триумф вроде бы старательно «деконструктированного» Мартином (про восьмой сезон «Игры Престолов», где всех Таргариенов дружно слили, я уж молчу) принципа сакральной династической монархии. Проблема в том, что магия и метафизика в целом у Мартина толком не прописана и пока что не играет в сюжете ключевой роли. Основные конфликты его мира вращаются вовсе не вокруг некого метафизического конфликта «Льда» и «Огня», а вокруг вполне земных политических вопросов.       В итоге вся эта тема с «угрозой Иных» и спасающей от них «труЪ-династии от крови дракона» начинает выглядеть как пятое колесо в телеге. Причем пятое колесо, старательное пихаемое аудитории как ключевой элемент той самой телеги — вроде появившейся в «Доме Дракона» идеи, что Эйгон I Завоеватель решил подчинить Семь Королевств якобы для того, чтобы сплотить их против угрозы Иных (так ещё и задним числом амбиции Таргариенов оправдываются соображениями общего блага).       По сути, суть гипотезы, проводящей параллель между Предательством Крови и Танцом Драконов, в сущности, не в объяснении событий Долгой Ночи (или, наоборот, Танца Драконов), а, в первую очередь, в демонизации Зелёных через сравнение их с инфернальными персонажами вроде Императора Кровавого Камня. Напротив, какую-либо объяснительную функцию у них найти откровенно затруднительно. Поэтому (лично у меня, по крайней мере) не получается принимать их сколько-нибудь всерьёз. [1] Хотя, по иронии судьбы, именно в правление Рейниры и не без её усилий (взять хоть использование драконов для казней, хоть тотальную некомпетентность её политических решений) дело дошло до народного восстания, в ходе которого драконов истребили. Наоборот, подавил это восстание (и движение Пастыря) именно Эйгон II. [2] Причем отмечу, что если младший брат Аметистовой Императрицы, скорее всего, являлся откровенным узурпатором (в Великой Империи Зари могла существовать абсолютная примогенитура, как в Дорне; кроме того, мы не знаем, был ли Император Кровавого Камня законнорожденным), Эйгон II претендовал на трон на основании андальского права, то есть не разрушал существующие нормы (как Император Кровавого Камня, открыто поправший все законы), а, напротив, апеллировал к ним. [3] https://ficbook.net/readfic/12120554/35085584 https://ficbook.net/readfic/12120554/36576162