Зной в Калькутте

За время проживания в отеле Лима запомнила ритм шагов Киллиана, поэтому весь вечер терпеливо ждала, пока не услышит их в тишине коридора. Она то и дело упрекала себя: "Опустилась до такого - выжидаю парня...". Но её мутило от одной мысли о том, что она упустит этот шанс и продолжит в одиночестве укреплять стены вокруг своего сердца. " Он не должен отвечать за поступки людей из моего прошлого." В голове то и дело мелькала улыбка Рэйтана и его слова: "Дышать полной грудью - не означает быть беспечной." Когда знакомая солдатская походка всё-таки пошатнула безмолвие, царившее на этаже, Лима вскочила с постели и подошла к двери. "Успокойся. Успокойся, твою мать!". Она закрыла глаза и сжала кулаки. Дыхание сбилось, колени дрожали. Казалось, она никогда не решится сама выйти из номера, но этого и не пришлось делать - в её дверь вдруг коротко постучали. "Он будто почувствовал, что я здесь!". Эта мысль и радовала, и пугала одновременно. Лима выдохнула и повернула ручку двери. Киллиан не сразу вошёл, будто ждал разрешения. - Здравствуй. - Привет. Заходи. Шагнув вперёд, он замер, будто обдумывал что-то. - Киллиан,все нормально? Голос Лимы дрогнул от волнения. Мужчина тотчас обвил руками её талию, прижал к себе и прошептал: - Теперь - да. Киллиан подхватил её на руки и отнёс в постель. Сперва навис над девушкой, затем лег рядом. Они обняли друг друга и соприкоснулись лбами. Долго, с улыбкой смотрели в глаза. Им уже не хотелось говорить о работе, о том, как прошёл день, ведь было совершенно очевидно - только их долгожданная встреча имела значение. В груди Лимы вновь будто распустился прохладный цветок. Она ощущала, как под кожей движется поток её жизненной энергии, все чувства были обострены до предела. "Что ты со мной сделал, Рэйтан?!". Где-то глубоко в душе она знала ответ на этот вопрос, но разум ещё не подпускал эти мысли достаточно близко, оставляя их где-то на периферии сознания. Киллиан первым нарушил молчание. - Всего несколько часов прошло - а я соскучился. Весь день о тебе думал. Лима понимала, что эти слова не были пустым звуком, что он говорил их именно ей, и на её месте не мог быть больше никто. Впервые в жизни она не сомневалась в искренности мужского признания. Вместо ответа она прижалась к Киллиану. Терпкий, напоëнный нежностью поцелуй. Скольжение губ. Стук сердца. Они помогли друг другу раздеться. С каждым движением ласки становились всё откровеннее. Лима пыталась держать глаза открытыми, хотела в полной мере ощутить его близость, но когда Киллиан медленно вошёл в неё, веки опустились. В этот раз ей совсем не было больно. Наоборот. Увидев довольную улыбку девушки, Киллиан стал двигаться быстрее. Они отдавались друг другу без остатка, без сомнений, без единой мысли о возможных последствиях. Страсть, настигшая их, смела с шахматной доски все прочие фигуры. Они были слишком молоды, слишком красивы, слишком одиноки в чужой стране.