Не в мою смену

Аккуратные руки кистью писали на холсте. Краска ложилась ровно, из мазков появлялось что-то похожее на картину весеннего леса. Изображение было явно не идеальным, в некоторых местах не хватало гуаши. Оставалось лишь немного доработать тени и можно на этом сегодня закончить. В окно задул ветер и светлые шторы приподнялись. В комнату залетела свежесть. Стояла весна. Девушка посмотрела на рядом стоящие часы и обомлела. Опаздывает. Быстро закинув краски и кисти в черный большой рюкзак с крошечным брелком в виде плюшевого темного монстрика, она посмотрела в зеркало. Вроде ещё недавно она была маленьким ребёнком, только что начала учиться в начальной школе. Тогда не было проблем. Вроде не было. Маленькие дети не замечают проблем. А сейчас она уже студентка и поступила в лучший университет Кореи. А ведь её семья не была богатой, совсем наоборот. Отец вместо еды нёс домой свое пьяное тело. Частенько проигрывал зарплату в казино, пил, и не появлялся дома. Матери приходилось работать вдвое усерднее, пусть даже семье платили пособия. Мама на него из-за этого очень злилась, женщина даже несколько раз выгоняла его на улицу и он спал рядом с дверью на коврике, но отец просил простить его, и пелена гнева спадала, и она снова принимала его. Хватало ему этого лишь на месяц. Затем снова не появлялся дома и не обращал внимания на свою дочь. Для него она была обыденностью, которую он ненавидел всей душой. Родители часто ссорились и мама беззвучно плакала у себя в комнате. Дабы порадовать её, маленькая девочка начала учиться. Она забыла про друзей, забыла про детские площадки. И это правда действовало. Мама стала больше улыбаться, думала, что у неё растёт маленький гений, но это была не гениальность. Девочка часто не выходила из своей комнаты, предпочитала сидеть одной и читать книжки, учить конспекты. Так и прошла начальная школа. На очередь пришла средняя. Девочка готовилась все каникулы, почти не выходила из дома. Для нее учеба стала частью обычной жизни, легко перейдя в привычку. Друзей у нее так и не появилось. К тому моменту одноклассники прочуяли, что их тихоня была не глупой, и без стеснения подходили узнать ответы. Они даже звали её гулять, но та лишь улыбалась и вместо ответа давала тетрадку с ответами. Девочка понимала, что они дружат с ней не потому, что она интересна, а потому что она выгодна. Знакомые думали, что их одноклассница знает ответы на любые вопросы, но это было не так. Однажды девочка ответила неправильно на вопросы учителя корейского языка, и тот поставил, через слезы и просьбы маленькой девочки, не особо хорошую оценку в дневник. Придя домой, она увидела разгневанную мать. По ее лицу словно молния прошлась. Она думала, что у неё растёт гений, но снова столкнулась с суровой реальностью. Тогда пришлось несладко и она около месяца просила у мамы прощения. С того момента и ухудшились их отношения. Из-за одиночества она нашла в себе маленький талант. Рисование. Сначала она лишь рисовала карандашами незамысловатые предметы. Например, ручку, которой написала конспекты или цветы, которые росли у них на маленьком участке. Именно с рисованием она забывалась и начала часто опаздывать. И дома и в школе у неё был разлад. Мать часто выкидывала рисунки, ворча с недовольством о том, какая у неё лентяйка дочь и пусть лучше она займётся уроками, а не своими каракулями. Возвращаться в свою комнату ей не хотелось. Девочка допоздна засиживалась библиотеке. Старшая школа. Тогда в семье начались реальные проблемы. Маму уволили с работы, и тогда денег стало не хватать. С образом жизни отца они и так жили в проголодь, не имея лишней копейки, а тут увольнение из-за маленькой ошибки. Все сбережения тратились на еду, а о хобби можно было и вправду позабыть. Краски и холсты стоили неприлично дорого. Тогда в голову девушки пришла мысль почти нереальна, но лучше рискнуть, чем сидеть и ждать светлых дней. Она могла бы работать где-нибудь и тогда у неё были бы лишние деньги. Сеул — развитый мегаполис, а значит работу там найти почти нереально, особенно без образования, особенно учащимся. Долгие поиски принесли свои плоды. Она нашла работу за три версты от дома, но почти в самом центре. Это оказался маленький, почти не приметный, круглосуточный магазин в тихом спальном районе, где нет гуляк и протекает спокойная жизнь. Приняли её за нового работника, который будет обслуживать людей, надрывая свою спину, в ночную смену. Тихоне ночные смены нравились. Ей не мешали, как дома, бессмысленные разговоры пьяного отца или выкрики матери. Девушке было достаточно себя одной и локация подстраивалась под нее. Посетителей в магазинчике было мало, а это означало, что она могла позаниматься своими делами. Она зубрила конспекты или читала. Спать совершенно не хотелось, но когда глаза уставали и начинали зудить, она или на время переставала читать, или вовсе закрывала книгу. Тогда чтобы не умереть от скуки, девушка смотрела на крошечный «пузатый» телевизор в углу магазина. Там обычно показывали спортивные матчи, музыкальные клипы, и прочие программы, не попавшие в дневной эфир. Сказывались ли на учёбе её ночные смены? Абсолютно точно. Именно тогда в школе начался конкурс, по которому все ученики могли вытянуть свой счастливый билет и попасть в Сеульский Национальный университет. Их было всего три, что означало жёсткую конкуренцию среди учеников. Особо дерзкие или богатые пытались подкупить учителей, учеников, украсть билеты и пытались проворачивать сложные схемы и перекупы, но всё без толку. Бюджетные места в главном университете страны, об этом и мечтать до этого никто и не мог. Конкурс состоял из двух этапов. Первый этап, это те учащиеся, которые за всю старшую школу стояли на первом месте своих классов. Так сказать, круглые отличники и зубрилы, которые ничего кроме книжек и не видят. Хотя и девушка была точно такой же. Отбор был строгим, да и со всей параллели найдется человек десять «достойных». Никакой уверенности в том, что выберут её не было, да быть не могло. Второй этап, баллы с экзамена по завершению старшей школы. Ходили слухи, что набрать там самый высшую оценку невозможно, это подтверждали тысячи учеников. По итогу, должны были выиграть в эту лотерею самые самые. Как только девушка узнала об этом, она стала ошиваться рядом со стендом информации. Для нее победа считалась невозможной, и этот стенд, где на первом месте весело ее имя, был для нее утешением. Дошло до того, что за две недели школьница запомнила каждую складку, неровность и шершавость. Запомнила каждое имя учника и номер рядом с ним. В понедельник доска информации обновилась. Рядом стояла целая толпа школьников из разных классов, даже те, кто с учебой на «вы». Кто-то ревел, истерил и уходил совсем подавленный. Царила атмосфера горя и разочарования. Лишь один человек, найдя свое имя и выговор рядом с ним, закричал от счастья. В то время девушка была сонная, все же ночные смены плохо на ней сказывались. Кто знает, может, у неё уже был хронический недосып? Она медленно, зевая, подходила к нему. Стенд сиял в её глазах и девушка начала бегло искать свое имя среди всех победителей и проигравших. Усталость прошла, голова перестала болеть и чувство встревоженности разгорало в ней уверенность к победе.В горле почувствовался комок эмоций, который нельзя было проглотить, коленки непроизвольно затряслись и подкосились. Ее бросило в пот. В глазах слегка потемнело, а в ушах, кажется, зазвенело. — «Где же мое имя, черт возьми?» — разгневано думала про себя девушка. Нашла. «Ли Юнми — получает один из трех билетов.» Можно ли передать все те эмоции, которые были у девушки в тот момент? Сложно. Это то чувство, когда ты всю жизнь хочешь чего-то и когда ты этого добиваешься, в этот миг твое тело окутывает легкая волна эйфории. Как будто внутри тебя взрывается маленький фейерверк и пытается тебя разорвать от радости. Для Юнми целью было выиграть, хоть она и сомневалась, даже топила ту мысль, что она может быть той самой и поступит на бюджетной основе туда, куда она больше всего на свете хотела. Не хотелось жить на ожиданиях чуда, и она готовилась к худшему. Благо, это худшее прошло стороной и, возможно, стоило себя подбадривать в те дни, когда она готовилась к плохому? Вспоминая все моменты, которые случились за ее нескучную жизнь, студентка первого курса вышла из дома. Она боялась того, что будет с ней сегодня. Как её встретят. Будут ли у нее знакомые или она будет серой мышкой в змеином логове? Это тревожило юную даму, и она не могла собрать свои мысли в порядок. Её разум был похож на пчелиный улей, сотни мыслей роились там, и студентка никак не могла уловить хоть одну конкретную. Юнми хотела туда, зная, что там учатся не бедные люди, а теперь, когда всё получилось, случилось, просто так сдаваться? Было бы очень глупо останавливаться на полпути и ныть о том, какая она жалкая, и как бедна по сравнению с другими студентами. Это всё так неважно и мелочно. Самое главное, что хватает денег на краску и холсты, остальное можно выучить или найти. Сев в автобус, девушка чуть не проспала свою остановку и, усмехнувшись от своей задумчивости и невнимательности, она вышла возле огромного здания. Именно сюда она хотела попасть около половины своей жизни. Улыбнувшись во весь рот и подтянув лямку уже старого рюкзака, направилась ко входу. Войдя в здание, она тут же словно потерялась. Прямо у входа. Её встретил шум и гам не похожий на школьный, ведь почти все люди, находившиеся там, куда-то суматошно спешили и попутно о чём то говорили. Она не привыкла к большому количеству людей в одном месте, а тут, кажется, пол Сеула собралось. И люди здесь тоже разные. Иностранцы и корейцы вперемешку, да ещё какие. От таких людей становится некомфортно, особенно когда они оценивающе оглядывают вас, словно недоумевая, что такая девчушка забыла здесь. Юнми предпочла бы остаться дома, лишь бы не чувствовать себя лишней и одинокой. Она уже шла без улыбки, проходя зону отдыха, а скорее со смесью грусти, растерянности и потерянности. Совсем одна. Сначала неудобно, даже скучно, а потом привыкаешь, начинаешь сам себя развлекать или саморазвиваться. Честно сказать, у студентки нет и не было настоящих друзей, отчего иногда становилось не по себе. Она не завидовала никому, просто ей тоже хотелось с кем-то пообщаться, найти товарища по интересам, или даже, весьма сносную подружку. Кто знал, что университет такой огромный и внутри? В нем все было прекрасно, но была проблема лишь в направлении аудиторий. Казалось, их было тысячи. Ли ходила по кругу, нервно кусая нижнюю губу из-за того, что уже десять минут идет лекция, а она до сих пор найти место её проведения не может. У нее были небольшие проблемы и стоило поинтересоваться у другого, хорошо знающего здание, человека. Юнми заметила парня, лет двадцати трёх. Тот стоял и похоже ждал кого-то, то и дело посматривая на часы. Его лицо украшало, будто вишня на торте, берет, холодного коричневого цвета. Пиджак в клетку смотрелся странно, ибо был немного великоват. Широкие, под цвет берета, штаны создавали впечатление, что он хочет быть больше. Возможно это было так, но трудно было не отметить, с каким вкусом юноша был одет. Каждая деталь идеально сидела и не смела портить вид. Стыдно стало даже подходить. Юнми могла смотреть на него издалека, нервно теребя свой розовый резиновый браслет. Прошло уже много времени. Около десяти минут, за которые Юнми успела потеряться в пространстве, тупо смотря на того, кто все так же ослеплял красотой. Она уже тысячу раз успела взять себя в руки, даже сделала шаг, но потом ноги словно отказывались идти дальше. Вроде бы так легко подойти к незнакомцу, просто спросить направление. Юнми так не думала. Она ждала когда же он уйдет, покинет её. Впрочем, уже стало неважно, что и о чём она как раз его хотела спросить. Как назло парень не смотрел на часы, а отвечал кому-то на смс, периодически слегка хмурясь или наоборот, поднимая брови. В нем все было идеально, только один глаз был с двойным веком. Не то, чтобы это делало его некрасивым. Наоборот. Теперь студентка поняла, почему девушки слушают песни айдолов и массово их любят. Он выглядел как певец или актёр. Только это было не кино, а жизнь, и из-за этого ей становилось душно. Незнакомец отрывается от телефона. Чем-то недовольный, он пытается найти это что-то глазами, смотрит прямо на Юнми, а та смущается. Она сама не замечает, как на её лице появляется ярко розовый румянец. Хочет убежать, скрыться и сгореть от стыда, но ее хватает лишь на неловкий поворот головой. Парень, бурча неразборчивое ругательство, подходит к первокурснице. Его походка легка, как будто он её месяцами выстраивал, и сразу улыбается когда останавливается рядом с ней. Та не понимает как, они незнакомы, а тут он подошёл к ней как к приятелю, с которым долго не виделся. — Привет. — его грубоватый голос хрипит, наверняка, от долгого молчания, но Юнми слушала бы его часами перед сном. Для нее он приятный, такой же, как и его владелец. — Ты не видела тут парня? С темной причёской, во всем чёрном? Я вижу ты давно тут стоишь, если я не заметил, может ты… — П-парень? — да как она могла обращать внимание на других парней, когда перед ней эталон красоты? Конечно, она не заметила. — Нет… я, похоже, тоже проглядела. Буркнув, незнакомец хотел было уже пойти обратно, только Юнми вовремя успела его окликнуть. — Я тут потерялась… Н-не могли бы вы помочь мне? Не знаете, где аудитория искусств? — парень вопросительно посмотрел на девушку. — Знаю. Сначала направо, потом прямо до конца, поворачиваешь влево и ищешь аудиторию номер пять. Вроде там… — жестикулируя, доходчиво объяснял незнакомец. Поблагодарив своего спасителя, Ли совсем не хотела уходить. Желание посмотреть на парня еще несколько минут было сильным, но она взяла все свои силы в кулак и направилась к своей цели. В разме одна за другой начали появляться мысли о том, какой же этот незнакомец симпатичный, да еще и вежливый. Он будто знал, как нужно обращаться, чтобы девушка забыла как разговаривать. Направление юноши оказалось правильное. В аудитории номер пять уже рассказывали о технике нанесения акварели на холст, так, чтобы та имела яркий цвет. Юн только что пришла. Она уселась за первый ряд, достала красную толстую тетрадку, и со вздохом начала слушать преподавателя. Это был мужчина уже в возрасте. Что запоминалось — густые усы, которые он иногда крутил, теребил, придавая им вид статный. Несколько раз он запинался, осматривая зал, но потом объяснял некие термины. С таким учителем не было скучно. Иногда он шутил, и его своеобразный юмор понимали не все, но он не отчаивался и пояснял, почему это должно быть смешно. Тогда, со второй попытки, зал заливался смехом. Остаток лекции прошёл быстро. Настало время отдыха и перерыва. Возможность целый час потратить на себя, хоть Юнми и не так сильно и устала, в каком-то роде радовала. Университет она представляла не таким. Думала, что тут строгая дисциплина, профессора хамы, а студенты мажоры. С последним она и до сих пор согласна. Все, то и дело оглядывались на Ли, ведь бюджетное место настолько трудно заполучить, что все сводились к мнению, что девушка просто зашуганная зубрила и тихоня, которая и постоять за себя не умеет. В голову пришла идея осмотреть весь университет и, казалось, часа было сверх меры достаточно. Но Юнми хотелось не посмотреть где она будет учиться шесть долгих лет, а найти того самого незнакомца, который первым в университете заговорил с ней. Ли ходила по коридорам, смотрела на том этаже, где она повстречала, на первый взгляд доброго паренька, но попытки были провальными. Он как будто испарился. Взял и исчез. Это терзало девушку, ведь она могла спросить у него имя или хотя бы номер телефона. Обойдя почти всё помещение, уже без всякой надежды она повернула назад в свою аудиторию. Юнми томно вздыхала, ведь кое-что не давало ей спокойно заниматься и учиться. Целый день она думала о том самом парне, а в голове прокручивался тот момент, когда он к ней подошел и очень любезно начал разговор. Она уже успела забыть его голос, потому что многое себе воображала и представляла вновь и вновь как он говорит с ней, но уже не о каком-то парне в чёрном, а о том, что она любит, что нет. Совсем юной Ли это казалось странным, она несколько раз била себя по щекам, из-за чего они становились красными, но было не понятно. Красными они были из-за легких пощёчин или из-за того, что она там себе напридумывала? День прошел незаметно, близилась ночь, а девушка только вышла из учебного заведения полностью измотанной, но невероятно счастливой. Такого раньше не наблюдалось. Она втянула в себя порцию свежего воздуха, улыбнулась и пошла к автобусной остановке. Сейчас она должна быть на работе, готовиться к ночной смене, но Юнми снова думала не о работе или не о том, как правильно закончить картину с лесом. Как оказалось, работа была недалеко от университета. Она и отдохнуть не успела, как показалась ярко-красная вывеска магазина. «Круглосуточный магазин». Встав с уже насиженного и оттого тёплого места, девушка нехотя вышла из теплого автобуса. Вечером похолодало и именно это не нравилось Юнми. Она успела это прочувствовать, когда около пятнадцати минут ждала автобус, девушка вся замерзла, ведь на ней была лёгкая ветровка, совсем не защищающая от холода. Мысленно себя подбодрив, Ли открыла дверь магазинчика и вошла. — О, малявка, мы тебя заждались! — вроде с радостью вскрикнул ее напарник Ханбин. — Как прошёл первый день на новом месте? — Я жутко устала. У меня нет сил даже расставлять продукты по полкам. — кротко намекнула девушка. Парень кивнул, понимая всю проблему, но помогать пока не собирался. — Посиди чуток. — Ханбин глянул на тихоню и всё-таки проявил сочувствие. — Ладно, так уж и быть. Ты расставляешь снэки и готовые блюда, а я что потяжелее. Они с Ханбином не были друзьями как могло показаться. Просто приятели, которые если бы не работа, давно забыли бы друг о друге. Когда Юнми только пришла работать, он рассказал и показал что к чему, особо не зацикливаясь на теме работа. Поначалу бывали рассказы, когда он сам себя нахваливал, думая, что девушка правда поверит в то, что он окончил школу на высшие баллы, хотя сам не знал ответа на легчайшие вопросы. Отговорки у него были еще смешнее и нелепее, чем ответы на вопросы. Зарекомендовав себя как простого дурака, который может в три счета рассмешить любого, он лишь иногда обращался к Юнми по имени. Он называл ее малявкой, потому что разница в возрасте у них была около пяти месяцев, за что периодически получал щелбан. Тогда он отшучивался, но не проходило и пяти минут как он снова с ухмылкой называл ее мелкой. Это не нравилось Ли, поэтому она часто обижалась на Ханбина и предпочитала просто уходить в сторону, игнорируя его. Парень не терял времени и бережно расставлял напитки в холодильник напротив кассы. В ушах у него гудела музыка, он даже двигал бёдрами, подплясывая вроде как в такт. Похоже, у него сегодня хорошее настроение, поэтому и брызжет энергией. Юнми лишь мигом глянула на него, надевая на себя красного цвета фартук с логотипом в виде курицы, и принялась складывать снэки, как договорилась с напарником. Они закончили не быстро. Работенка вышла запарная, ведь все главные товары привезли именно в их смену, забивая на то, что их всего двое. Вытирая испарину со лба и наконец садясь на более менее удобный стул, девушка вопросительно взглянула на парня, что уже успел снять фартук и оказаться около двери. Такая наглость даже задела ее и та, неловко промычав сказала внятно: — Куда это ты? Разве мы сегодня не вместе в ночную смену? — Я договорился с начальником, сегодня не смогу, у моей мамы день рождения. Мы сегодня целую ночь гулять будем, дождаться не могу. — Ханбина вмиг осчастливила идея о том, что он сможет целую ночь пить пиво и отмечать праздник. — Ладно, я побежал. И так опаздываю. Смотри мне, хорошо следи за магазином! Юнми осталась одна. Ей оставалось присматривать за магазином и постараться как-нибудь не заснуть. Из-за того, что сегодня получился слишком насыщенный день, получалось у нее это сложновато. Она несколько раз вставала, выходила на улицу проветриваться, но сон как змея, обхватывал и, пытаясь душить, показывал все свои чары. Даже холодная вода не помогала, а лишь приближала сон. Веки становились невыносимо тяжелыми и из-за этого Ли моргала совсем редко, предпочитая не открывать глаза. Она сложила руки и положила на них свою дурную голову. Она медленно засыпала. Кто-то постучал по голове. Легко, не пытаясь навредить, а просто разбудить. От этого спать хотелось еще пуще, и девушка упорнее закрывалась руками. Прозвучал смешок. Теплая рука повторила действие, но ещё нежнее, чем было раньше. Послышался голос который, кажется, приветливо звал её. Юнми поняла, что она далеко не дома, а голос не похож на мамин. Что делать в такой ситуации? Ли ничего умного не придумала, как вскочить, поклониться и быстро выкрикнуть «Извините, пожалуйста». У молодого человека, стоящего перед ней, это вызвало настоящий смех. — Да все в порядке. Зачем так резко вскакивать? — парень с забавой посмотрел на девушку. — Простите, я не хотела… — Не выспалась? — незнакомец подошел к холодильнику, осмотрел все напитки и немного подумав, взял банановое молоко. — Да, простите, сегодня выдался очень сложный день, — Юнми, зачесав пятернёй короткие черные волосы назад, пробила молочный напиток. — Это всё? — И ещё… — парень вытянул коробку мороженного из морозилки. — всё, теперь всё. Юноша выглядел помятым. Как будто он только что вышел из бурной вечеринки, успел напиться, протрезветь и снова напиться. Во всем чёрном, он выглядел дерзко, рвано, как любят одеваться те люди, которые не хотят привлекать внимания. Но он совершенно не соответствовал этой одежде. На первый взгляд милый, даже красивый хоть Юнми не могла полностью рассмотреть лицо молодого человека, потому что его закрывала чёрная тканевая маска. — Спасибо за покупку. — Ли быстро поблагодарила его, улыбнувшись. — Заходите еще! — Обязательно, только постарайтесь не заснуть, а то можете проглядеть. — по глазам девушка поняла, что тот улыбается, вспоминая это маленькое происшествие. Он уже вышел, а Юнми проклинала саму себя за всю ту нелепость, ибо сама её сотворила. Для неё всегда ночные смены были спасением, потому что она могла уединиться, и лишь редкие покупатели вырывали её из выдуманного мира, книги или текста научной энциклопедии, а тут она прямо заснула на рабочем месте. Это терзало её, даже мучало и она ничего не могла поделать кроме как залезть в телефон, чтобы немного отвлечься. В тот момент девушка посмотрела на время. На часах показывало 2:23.

***

Юнми последние часы показались мукой. Она уже не помнит как приехала домой, поспала около трех часов и снова встала, вся измотанная. Это как будто высасывало из неё жизненные силы, настолько медленно, почти незаметно. Однако последствия ощущались весьма остро и тяжело. Сейчас, сидя в автобусе она дремала, утыкаясь головой в окно. Это её раздражало, потому что шея болела и доставляла не самые лучшие ощущения. Оставалось только терпеть. Злая, Ли вышла из транспорта возле университета. Утро было испорчено. Что могло спасти Юнми? Или отмена нескольких лекций, или встреча с тем парнем в коричневом берете. На второе она отреагировала бы более ярко, но и первое было бы приятным. Зря студентка надеялась на то, что пары отменят и она хоть немного отдохнёт. На второе надежд совсем не было. Вяло перебирая ногами, Юнми зашла в аудиторию. Впервые за несколько лет она не хотела учиться. Её мутило. Ком в горле ещё больше выматывал и, пытаясь его проглотить, Ли закрывала глаза, морщась. Казалось, ничто не сможет ей помочь справиться с этим ужасным днём. Юнми положила свою голову на руки. У нее нет сил и все, что хочется, это немного поспать. Как же она желала о мягкой постели с несколькими воздушными подушками и пуховым одеялом.С таким распорядком дня она должна была давно покрыться морщинами и заполучить синие круги под глазами, но каким-то чудом ее кожа была чистой, без покраснений. Генетика? Шумно. Все бурно что-то обсуждают, смеются и вообще в хорошем расположении духа, атмосфера радостная, как будто перед Рождеством. Все сдурели? Сегодня же простой, самый обычный день, а они устроили карнавал, мешая другим например чуть поспать. — Хе-е-ей, ну что такое? Не слышали разве? Время для учебы. — знакомый голос обратил всё внимание студентов на себя. — Быстрее садитесь на свои места. Поднявшись, Юнми вмиг раскрыла глаза, выражая шок. Перед ней стоял тот самый парень, как ей казалось, одного возраста с ней. Тот самый, который буквально спас её. Неужели он её препод? Это ведь слишком странно. Такой молодой, явно с горячей кровью человек, мог учить других уму-разуму и искусству. Ли не заметила как покраснела, и из-за незнания что делать начала чиркать ручкой в красной тетрадке. Он и сегодня выглядел прекрасно. Юнми могла бы поспорить, что красивей на свете никого нет и явно выиграла бы этот спор. — Сегодня мы начнем новую главу в разделе «История искусств». — он встал перед доской и начал писать названия известных картин. — Как вы знаете, не все шедевры были созданы за несколько дней… Студентка перестала писать какие то каракули на листке. Она могла лишь исподлобья смотреть на парня… Или учителя? — Извините, вы забыли представиться. — кто-то быстро выкрикнул с задних рядов. — Неужели я забыл? Хм… Простите, заработался. Мое имя Ким Тэхён. — отвлекаясь, легко и небрежно сказал преподаватель. — Так вот… — и продолжил лекцию. «Ким Тэхён». Внутри Юнми разгорелся пожар, который нельзя было потушить ничем похожим на воду. Либо он сам пройдет со временем, либо нужно было привыкнуть и как-то смириться. Даже его имя она начала проговаривать лишь губами и оно выходило слишком сладким, поэтому Ли не могла остановиться. Как же его украшал красный галстук. Она поняла, что он тоже узнал её, поэтому старался не смотреть в её сторону, то ли смущаясь, то ли понимая, что его любезность сейчас будет не к месту. Иногда, совсем редко, он, так уж и быть, окидывал её взглядами, которых Юнми не замечала. Тэхён тоже был в небольшой растерянности. Для него эта девушка, что сидит прямо сейчас на первом ряду явно смущённая, была просто справочником. В их первую встречу он даже не хотел подходить к ней. Простая, явно не царицей красоты, она была до тошноты обычной, возможно, именно это и отторгало от неё прохожих. Сразу было видно — она бюджетник. Он привык видеть девушек со всеми корейскими стандартами: двойное веко, острый подбородок и милое личико, а та дама была похожа на сироту. Подойдя к ней, первое, что он заметил это усталый, вялый вид и красноватый цвет щёк. Где-то внутри себя он усмехнулся. Как такое могло пробраться в его родной университет? Для него это здание было не просто работой, но и местом, где он мог бы привести мысли в порядок, поэтому и охранял он его подобающе. Ким видел не мало бюджетников, которые были еще те «орехи». Придя, они сразу начинали давать слабину, шумно общаться и впервые забывать об учебе. Это та иллюзия, из-за которой ты думаешь, что выбрался из всего того дерьма, что больше трудиться не нужно, но она ложная. Тэхён сразу подумал о том, насколько долго перед ним стоящая девушка продержится, хотелось посмотреть над её упорством, на что та способна. Ким любил предполагать и даже выдумывать чужие качества людей его окружающих. Если произошёл короткий диалог с незнакомцем, тот сразу смекал какой это человек, понимает ли он его и какие у этого ума минусы, слабые места. Легко управлять любым, зная его слабые точки. Парню это бесспорно нравилось. Все были с ним милы, боялись сказать лишнего, а особенно осудить его в чем-то. Никто не имел права его критиковать, лишь он сам, и то редко, когда он заливался смехом с глупых поступков, совершенных им. Боялись потому, что Ким был на многое способен. Имея отличные отношения с другими преподавателями, тот мог с легкостью буквально разрушить чужую жизнь. Юноша активно манипулировал общественным мнением, любил, когда огонёк в глазах медленно исчезал у его соперника, обожал, когда его слушались. Его с легкостью можно было назвать змеем. Тот наивный взгляд, которым окидывала его бюджетница, казался странным. Так смотрит голодная собака на огромную кость, норовясь её побыстрее стащить и разгрызть. Как же парень хотел засмеяться ей в лицо. Разве можно быть такой? Университет не благотворительный фонд, а учреждение с высокой конкуренцией. Здесь ее никто не пожалеет, не полюбит и не защитит, но та с надеждой смотрела на Тэхёна. Вспоминая ту встречу он пустил смешок, но ловко поймал его в кулак. Для нее это должно быть невообразимым. Совсем недавно, он уверен, она его искала среди студентов, а тут он стоит перед ней в виде преподавателя. По ее глазам все было понятно. — Я хочу узнать ваши имена. — Ким уселся на кресло, сдержал паузу и продолжил. — будем действовать так. Я говорю, вы поднимаете руку. Поняли? Прозвучали имена нескольких учеников, а их обладатели ловко подняли руки. — Ли Юнми. — осмотрев задние ряды, Тэхён опустил глаза на первые, увидел руку. Вот он уже знает её имя. Перекличка пошла дальше, не заостряя внимание на маленьком открытии. У парня не было цели узнать имя простушки. Сказать прямо, ему было все равно на девушку, чиркающую у себя в безобразной ярко алой тетрадке. Он считал, что лучше переспать с последней шлюхой, чем трогать такое и давать шанс. Лишь одна встреча ничего не решает. Студентка для него повод для смеха, не более и он уже решил как им пользоваться. Лекция закончилась и, попрощавшись, Тэхён вышел из аудитории с улыбкой на лице.

***

Почти целый день он пробыл в университете. У него ужасно ныли ноги, голова болела, да и сам он хотел лишь уснуть. Проспать весь вечер и позже посмотреть какую-нибудь комедию, которая должна поднять его настроение. Ким чувствовал себя сухарём, черствым, старым, и единственное, что могло его смягчить, это или гулянка с Чоном и его друзьями, или прогулка одному по парку поздно вечером. Завалившись на кровать уже в полудреме, Тэхён набрал номер на телефоне и поднес к уху. Гудки. Звонкий голос приветствующий его. — Гуки, потише. — с болью произнес парень. — Неужели перепил? Давно у тебя такого не было. Ты же сказал, что тяжелый алкоголь больше не пьёшь, но… — Я не пил. Просто устал. Так устал, что кажется, лучше выпить и забыться. — СТОП. Ким Тэхён сам предложил выпить? — Чон залился смехом, услышав маты своего друга. — Раз ты просишь, так и быть, буду пить за твое здоровье восьмой день. — Ты все это время бухал? Блять, Чонгук, нужно иметь меру. — осуждающе произнес парень. — Со мной все в порядке, Хён. Так что? Сегодня идем в «Красный Рай»? — Посмотрим, — Тэхён тяжело выдохнул. — я напишу тебе часика через два. — Хён, тебя Еджин спрашивала. Ким ничего не ответил, лишь сбросил вызов и зарылся в подушку. Предстоял веселый вечер. Его друг Чон Чонгук знал толк в развлечениях. С виду грубый, он мог поднять настрой любому, подстроившись под ситуацию. На публике Чон был черным зайцем, стараясь, не привлекать внимания к своей персоне, но вот в VIP-зоне этот милый кролик превращался в хищника. Получая удовольствие от двух девушек сразу, он впервую очередь хотел доставить удовольствие своим друзьям. Для своих старших он готов был миллионы потратить, но чтобы те были довольны. Парень славился своей щедростью. Он не щадил деньги родителей, лишь каждый год расходы с его стороны повышались. Вскоре парень просто жить не мог без карточки семьи. Отец иногда прекращал спонсировать сына, но это дело было кратковременным. Сын всегда оправдывал свои ненужные покупки важными целями, показывая их значимость в экономике семьи. Чонгук ненавидел личностей истеричных и нервозных. Он прямо выкладывал свое отвращение к собеседнику, просил больше не появляться на его глазах. Это высокомерие он хотел саморучно уничтожить на корню. Еще больше он любил видеть потерянность в глазах истеричек. Тогда они на миг замолкают, обдумывают, а позже, разразясь громким криком, пытаются навредить Чону. Такие моменты запоминаются своей яркостью и неожиданностью. Если сравнить Тэхёна и Чонгука, кажется, что они похожи, но это не так. Для Тэхёна нет препятствий, он готов по головам идти, шеи ломать, а Чонгук так не может. Для него важнее денег только одно. Это чувства. Для Тэхена важнее чувств только деньги. Чон помогает слабым, Ким таких закапывает. Тэхён понимает, когда его используют, а Чонгук закрывает на это глаза. Ким предпочитает чтобы о нем заботились, Чон обожает оберегать других. Они были настолько разными, что иногда ссорились на этой почве. Лучшие друзья были сборниками худших качеств друг у друга. Войдя в шумное здание, парень окинул взглядом барную стойку. Она горела красным, завораживая и привлекая только что прибывших посетителей. Переливаясь, оттенки красного менялись и сначала это было заметно, но позже глаз привыкал, переставая различать их. Это не было так важно, ведь красотки, крутясь на пилоне и, извиваясь словно розы, посылали воздушные поцелуи мужчинам, глазеющим на них. Те расплывались в улыбке, кидали несколько купюр в них, а дамы вежливо их поднимали, показывая прелести. Многие выпивали и отправлялись на танцпол, танцуя в лучах красного цвета. Кто-то курил кальян, кажется, со вкусом клубники, дым которого мягко разносился по залу и в лучах подсветки был алым. Вся элита знала это место, даже активно туда приезжала несколько раз в неделю, а люди бывали в этом борделе чуть ли не каждый день. Почему же такая развратная локация пользовалась популярностью? Известные люди не могли позволить себе навещать публичные дома, ведь для всех они — герои с идеальной репутацией. Лояльность аудитории — самое важное в любой карьере, но даже у, казалось бы, всеми забытого человека найдется пара-троек фанатов, что могут отследить и попасть туда, где их кумир отдыхает. А место это не самое лучшее, поэтому притон находился за городом, в лесу за кронами деревьев. Даже пройдя рядом с ним в дневное время суток, не сразу можно заметить вывеску «Красный Рай», и лишь ночью она загорается ярким неоновым алым. А ещё там были прекрасные девушки. Полная конфиденциальность, мимолетное ощущение влюблённости и выбор от блондинок кореянок до афроамериканок с увесистыми бедрами. Лимита нет, да и развлекайся сколько хочешь, пока деньги не закончатся и ты одинокий, но веселый не направишься к своему дому — что может быть лучше? «Красный рай» был одним из немногих мест, где время останавливалось, где можно было всё и после одного шота богачи теряли свою официальность. Тэхён ловко проскочил между уже пьяными личностями, поднимая руки вверх и теряясь в толпе. Ему нужно в VIP-зону. Ким не торопится, встает рядом с барной стойкой, пытаясь привыкнуть к яркому свету и гомону. Сразу заказывает себе водку и выпивает залпом, кривясь и закрывая глаза. Огненная жидкость, кажется, прожигает всё внутри, тепло разносится по всему телу, и парень наконец чувствует себя лучше. Все так же обходя гуляк, Ким поднимается по лестнице, поворачивает голову и окидывает взглядом всех собравшихся, улыбается. Ему нравится атмосфера. Подойдя к дубовой темной двери парень пытается ее открыть, но та не поддается и ему остается только стучать. После нескольких минут его попытки войти замечают, и кто-то прокручивая замок, открывает ему. На входе парень ниже его ростом, белобрысый, с азартным взглядом. Тот облизывает губы, поправляет свой черный пиджак с какими-то неясными силуэтами. Сам неровно дышит и тогда Тэхён замечает, что ширинка брюк его приятеля расстёгнута, ремень не на своем положенном месте, а висит, чуть касаясь пола. — Юнги, я тебя давно не видел. Как ты? Вижу, нашел себе красотку. — Только что пришедший пытается перекричать музыку, обнимает. — Ты вовремя. — грубый голос кротко отвечает, поворачивая головой в сторону комнаты. Мин Юнги. Именно он заведует этим публичным домом, именно его живой ум и стальной характер смогли создать такое элитное, для своего предназначения, место. Одетый с иголочки, даже в пьяном виде он был узнаваем. Ещё несколько лет назад парень ел дешевую лапшу и пинал бутылки на дороге, а сейчас он питается в самых дорогих ресторанах, забывая о той бедной жизни. Его путь был тяжелым и если бы не его удача, он до сих пор сидел бы где-нибудь на окраине города, куря сигареты. Именно проблемы выковали из него человека непоколебимого, уверенного в своей правоте. Тэхён следует за Мином и видит прекрасный вид. Пробегая глазами по комнате он насчитывает около восьми девушек. Они выгибаются как кошки в весенний период, некоторые из них мурчат, нежатся, подзывают к себе, заигрывая с клиентами. Одна из них, ярко-рыжая, с толстыми черными стрелками и в чулках, нагло обняла Кима, наблюдая за его реакцией. Тот сначала растерялся, но эта растерянность показалась в его глазах на секунду и скрылась за широкой улыбкой. Он подхватил ее за мягкие ляжки и увалился на кожаный диван. Промелькнула мысль, что у него давно не было рыжих. Наконец, обратив внимание на своего друга, парень пожал тому руку. Чонгук выглядел удовлетворенным. На его лице сияла улыбка, глаза были чуть приоткрыты, но и те на миг закрывались, пока его губы соединялись с другими. На его бедрах сидела блондинка с длинными волосами и с сочной задницей, пытаясь двигать её навстречу парню. Они жадно целовались и вскоре малиновая помада была полностью размазана по подбородку, с желанием вытереть она лишь усугубляла положение. Чон с этого посмеялся и отправил неудачливую в ванну, смыть с себя все безобразие, пока тот разливал коньяк по стопкам. — Я обожаю понедельники! — парень закрыл стеклянную банку, поставил ту на место и вылил стопку в себя. — Когда полюбил? — буркнул Тэхён, завлекая рыжую. — Всегда, — уже другая девушка начала массировать плечи Чону. Её грудь прижималась к спине, прозвучал стон. — Потише, детка. Чонгук врал, когда говорил отцу, что осуждает тех людей, которые пользуются услугами бабочек. Можно ли это расценивать как выстрел себе в колено? Парень чуть ли не каждый день заходил в «Красный Рай», сначала курил, потом подзывал к себе красоток. Ему нравилось женское внимание. Как эти бляди умело создают чувство заботы и любви. Юноша понимал, что это временное удовольствие, но оно до безумия повышало его интерес к противоположному полу. А ведь недавно думал о том, если он будет купаться в женском внимании, то ему это быстро наскучит, но ошибался. Женщины как цветы. Сорты, виды, даже запахи у каждой разные, и ему это безумно нравилось. Тэхён пользовался такими услугами редко, но продолжительно. Он мог иметь нескольких сразу и целую ночь, а Чонгук заострял внимание на одной и проводил с ней вечер. Недавно, выйдя из бурных отношений, Ким захотел почувствовать себя свободным. Поэтому возле него, как мухи возле костра в холодную майскую ночь, собрались девушки. У одной из них он заметил яркий блеск в глазах. Почти точь в точь. Этот блеск напоминал ему ту самую девушку, которая сидя на его уроке бесстыже рисовала каракули в тетради и не обращала на парня внимание. Ему было по прежнему все равно на неё, но почему-то она мелькнула, словно фантом глубоко в его сознании. От осознания того, что он только что представил на месте бабочки, чистую и невинную девушку заставила Тэхёна еще сильнее прижаться к той, что смотрела на него щенячьими глазами. — Ребят, — Чонгук, уже выпивший, но с какой-то грустной ноткой в голосе, начал. — Я не могу остаться. Обещал отцу. Простите красотки. Парень угрюмо встает с дивана, последний раз целует блондинку в десны, наслаждаясь. Этот вечер незаметно закончился для него и, сказать честно, он безумно завидовал и Мину, который заливал в себя алкоголь, пока ему сосала миниатюрная кореянка, и особенно Киму. Чон осознавал, что уйдя, все внимание дам переключится на него и тот будет только рад. Попрощавшись, юноша вышел из комнаты. Если бы не отец, он бы знатно повеселился, но обещание — закон. Он заметил, что час назад в зале, окруженным красным цветом, народу было меньше и он насчитал с десяток новых лиц. Место становилось популярнее, а значит, нужно было сказать Мину, что его бизнес процветает. Но сейчас не время. Усевшись в салон черной иномарки, Чонгук закурил сигарету. Его это бесило. Отец мог с легкостью перенести встречу на завтра, но его аргументом было лишь сухое: «Я давно тебя не видел, сынок». Они не виделись каких-то десять дней, а он готов истерику закатывать. Да и какая встреча может быть поздно вечером? Парень прокрутил ключ, машина завелась, издав зверский рёв. Чон аккуратно, не желая повредить ее, выехал с парковки, усеянной другими тачками. Включив какую-то радиостанцию, он наконец комфортно уселся за руль. Он сейчас пьяный, а значит нарушает закон и с таким отношением был похож на подростка, которого все забыли и потому тот хочет показать свою значимость. Чонгуку было наплевать на полицию, он просто хотел побыстрее закончить разговор с отцом и, возможно, успеть на самое интересное в «Красном Рае». Он уже был в городе, который горел разными огнями, люди толпами гуляли в парках, а уже выпившие прохожие ссорились, показывая пальцами друг на друга, не желая видеть перед собой бывшую подругу или друга. Юноша как будто до сих пор оставался в клубе. Не хватало лишь красного цвета и дыма, который, казалось, наполнял Гука изнутри. Из его машины басово орала музыка, мелодия которой казалось похожей на тяжелый металл и из-за этого ему хотелось еще немного остаться в салоне, благо пробка помогала забыться хоть на минуту, пока парень не услышит недовольные возгласы водителей. В голову, будто револьвером, стрельнула мысль. Он долго ей противился, не желая быть навязчивым, но почему-то свернул по направлению к маленькому магазинчику с красной вывеской. Чонгук надеялся, что там будет та девушка, что заснула на своем рабочем месте, а он ее, будучи пьяным, разбудил, да и вообще застал врасплох. Юноше хотелось проследить за ней. Для него это было необычным явлением, но что может прийти в голову, наглухо отбитого алкоголем, человеку? Такие же отбитые идеи. На самом деле, он лишь хотел посмотреть, там ли соня или сегодня не её смена. С предположением что ее там нет, Чон мириться не хотел и нагло объезжал другие машины. Через считанные минуты автомобиль стоял рядом с магазином, но его собственник выходить не хотел. Он думал насколько это грязная идея, что он сам по себе человек грязный, невоспитанный. Девушка может надумать всякого, он может ее испугать своим общением. Но в миг ему стало все равно на ее реакцию и, положив всю ответственность на свой пьяный разум, Чон вышел из машины. Предварительно надев черную маску, парень выпрямился, пытаясь увидеть через прозрачную стеклянную дверь ту девку, но все было безуспешно. Придётся заходить. Не спеша парень открыл дверь, повеяло запахом кофе, свежих булочек и сладких духов.