Лесные существа

      С наступлением зимы всё покрылось одеялом снега, и лес в том числе. Светлое время дня сократилось, уступая тёмному. Римус сидел под одним из деревьев в лесу, хоть и было холодно, а подстилка почти вся промокла от снега. Он купил сигарету, медленно выдувая дым куда-то в сторону. Элени стояла недалеко от него и держала в руках маленького пушистого зверька, чем-то похожего на зайца. Она рассказывала какую-то историю. Наверное. Парень не особо слушал, увлеченно чиркая карандашом в блокноте. Девушка-эльф в это время года выглядела волшебно, ее глаза выделялись на фоне белоснежных кожи и волос. Она будто была воплощением этого места, такая же загадочная и прекрасная. Теперь на ее плечах висела накидка, материала которой Люпин не знал.       – Что ты там пишешь? – девушка отпустила жителя леса и вприпрыжку подошла к знакомому. Она села рядом, поморщившись от запаха табака. Она раньше не знала таких штук и не понимала зачем парень вообще ими пользуется. Он же, заметив ее реакцию, взмахнул палочкой и сигарета исчезла. Благодарно улыбнувшись, Эльфийка заглянула через его плечо. – Вау, это я?       – Ага – Лунатик передал ей блокнот.       На развороте была нарисована Элени. На левой стороне – в полный рост с тем же зверьком, ниже были пару цветочков, а с правой – ее портрет по плечи. Гриффиндорец достал палочку и одним лёгким движением заставил картинки двигаться. Эльфийка мило улыбнулась гладя животное, а второй рисунок начал что-то рассказывать. Мэри завороженно, будто даже не моргая, рассматривала портреты. С минуту она смотрела на них, а потом начала листать дальше. Твою мать. Римус устало вздохнул, он ей так и не рассказал, что ведёт про нее записи. С каждой пролистанной страницей ее восторженная улыбка сходила с лица.       – Слушай... – начал он. – Я должен был тебе рассказать, но как то не получалось...       – Ты ведёшь дневник про меня...? – она перевела на него пронзительный взгляд.       – Прости...       Её глаза продолжили бегать по строкам.

« ...Никаких упоминаний в литературе. Всё, что я читал в библиотеке о "лесных духах", оказалось чепухой, написанной заносчивыми магами. Нет, точно нет. Эти создания — не дух и уж тем более не родня тем бедолагам, что трудятся на кухне... »

« ...Сегодня она наконец заговорила о прошлом. Оказывается, эльфы — исконные жители этих земель. Шотландия, Уэльс, леса северной Европы... Думаю, они были здесь задолго до того, как был заложен первый камень Хогвартса.

Случился какой-то "Великий Перелом" или переполох — она не назвала точного слова, но после этого события их народ начал угасать.

Места обитания: раньше это были бескрайние чащи, теперь — лишь осколки. Малая часть их народа скрывается в Запретном лесу, прямо у нас под носом. Кентавры их знают и, кажется, уважают (или боятся?). Это объясняет, почему Эл. так спокойно уходит вглубь леса, куда даже Хагрид советует не соваться без арбалета... »

      С каждым прочитанным пунктом её брови хмурились всё больше.

« Особенности физиологии (обрывочно):

- Рост: схож с людским (Эл. – примерно 160 см.)

- Слух: Острее, чем у анимага в форме зверя? Узнать.

- Холод: устойчива. Даже не дрожит.

- Старение: скорее всего, замедленное. Узнать.

- Зрение: Видит в сумерках так же ясно, как люди в полдень. »

      Эльфийка продолжала листать страницы. Римус упёрся локтями в колени и закрыл лицо руками. Блять, сейчас он чувствует себя полным кретином. Почему он просто не спросил её, можно ли ему писать о ней, прежде чем начать? Джеймс плохо на него влияет...       Элени переполняли эмоции. Она настолько была увлечена новым знакомым, что позабыла о всех правилах. Она доверилась ему. Была уверена, что он хороший, что он не такой человек, какими их расу описывают её народ. Но сейчас она видит, что, наверное, все они были правы. Что будет, если эти записи попадут в руки министерству магии? Их найдут, начнут изучать, или чего похуже – убьют.       Она откинула дневник в сторону, чувствуя, как по её щекам катятся слёзы.       – Элени, я...       – Зачем? – дрожащий голос ударил в уши Люпина. Он повернулся в её сторону, а эльфийка даже и не хотела смотреть на него.       – Я... Я не знаю, мне стало интересно, я люблю изучать новое, ты мне так увлечённо всё рассказывала, и я знаю что мне стоило бы сначало спросить тебя, я идиот...       – Я хочу что бы ты мне пообещал, что никому. Никому не покажешь и не расскажешь этого, – она всё же подняла на него взгляд. В нем скопилось множество чувств: страх, боль, недоверие и надежда. Римусу показалось, что его сердце сжалось, он видел её такой впервые.       – Да, обещаю, конечно! – он закивал головой, пытаясь убедить эльфийку в своих благих намерениях. Он готов был поклясться, дать непреложный обет, сделать все что угодно, лишь бы она не потеряла свое доверие к нему. Ему нравилось проводить с ней время. Он не мог даже себе объяснить эти чувства к Элени, она будто очаровала его, хотя откуда он знает, быть может, так и есть...       После этого они сидели молча и смотрели на гладь небольшого водоёма скрытым за деревьями. Элени за пару месяцев так же успела привязаться к Римусу. Как не крути, он приятный человек. Именно поэтому и рассказывала о себе. Девушка снова посмотрела на него. Он выглядел бледнее чем обычно: синяки под глазами увеличились, и шрамы выступали сильнее. Мэри знала – завтра полнолуние.       Римус посмотрел на небо, устеленное снежными тучами. Луны было не видно, но он понимал, что в следующую ночь ему снова предстоит пережить то ненавистное состояние. Лучше отоспаться, что бы хоть немного набраться сил перед обращением.       – Я, наверное, уже пойду, – нехотя сказал он, – меня ждут. Элени лишь кивнула, после чего они оба встали со своих мест. При размытом лунном свете ее глаза выглядели восхитительно. Снова они. Парень запомнит их навечно, даже если бы не хотел. Он протянул руку к её лицу и нежно, всё ещё боясь притрагиваться, заправил за ухо выбившуюся прядь платиновых волос. Девушка сделала шаг назад.       – До встречи, Римус. – Элени последний раз взглянула на него и тут же ушла в глубь леса.       – До встречи...       С пару минут он стоял неподвижно, обдумывая, что произошло, зачем он так поступил и простит ли его Мэри на самом деле. В себя Люпин пришел только когда на его лицо упала прохладная снежинка. Он поёжился от холода, забрал свою сумку с полностью промокшим пледом и ушел как можно быстрее оттуда. То ли от мороза, то ли от стыда его щеки покрылись румянцем.       Как только Римус зашёл в свою комнату, он без сил упал на кровать. Лениво отвечая друзьям на вопросы, которые он даже не запоминал.