На поцелуй больше

Ник боится засыпать. Из-за кошмаров, конечно. Предсказуемая, естественная реакция на локальный зомби-апокалипсис, устроенный персонально для него и Шона. Нечему удивляться, но снится Нику не гроб, в который Гримма уложил барон-смертоплюй, не драка в разгромленном баре и не зажатый в руке нож. Убийство исправно преследует его наяву, изматывая и размывая привычные ориентиры, но Ник может с этим справиться. Случившееся выходит далеко за границы – его границы! – нормального: что ж, ему (человеку, Гримму, детективу) придётся научиться с этим жить. Случившегося не изменить, каждый участник их любительского зомби-хоррора сделал свой выбор и всем им остаётся лишь идти вперёд. Хороший, мудрый совет. Вот только Ника пугает не прошлое, а будущее. С тех пор, как он узнал о своей роли в ночи живых мертвецов и остаточном действии яда, Гримм познакомился с новым видом страха. Он не боялся барона – что показал очень наглядно, – Эрика и армию его подручных. Разумно остерегался – да, но бояться Ник начал лишь одного человека. Самого себя. В его кошмарах сменяют друг друга картины того, что могло случиться. Эрик вывозит его из страны. Дальше по сюжету – исторически достоверная пыточная камера. Или современная безликая лаборатория. Или – чаще всего – уютный, со вкусом обставленный кабинет и зелье, артефакт или ритуал, после которых Ник оказывается совершенно свободен. Свободен в действиях на благо королевского дома и лично принца Эрика. В финале лучших из снов Ник умирает, в остальных – возвращается в Портленд с отрядом Феррат и списком на устранение, сплошь из знакомых и дорогих имен. Иногда, если Нику редкостно везёт, он просыпается до кровавой развязки… Ник детально помнит эти сны. Ник боится проснуться не собой. В такие ночи он, вопреки желанию встать и сделать хоть что-то, остается рядом с Джульеттой, в их снова ставшей общей постели. Старательно убеждает себя в эфемерности кошмаров, слушая дыхание Джульетты, до утра вглядываясь в медленно светлеющую тьму за окном. Джульетта редко застает Ника за полуночной медитацией с разглядыванием теней на потолке, но знает о его страхах. Она умница, к тому же у них очень наблюдательные и настойчивые друзья. Ник рассказал им совсем немного, но для правильных выводов этого хватило. Всё твердят, что Ник отлично справляется – он не знает, чем заслужил столько поддержки, но уверен: у него чудесные друзья и лучшая девушка на свете. Спать, обнимая Джульетту – как раньше, почти мирно и безмятежно, будто ничего не изменилось – уже подарок, но Ник не может не думать: что если Гримм сожмет руки слишком сильно? Ник притворяется спящим, чтобы лишний раз не тревожить любимую, и пытается думать о хорошем. Фокус с позитивным мышлением проваливается, вместо этого мозг анализирует прошедший день в поисках рабочих зацепок и новых угроз… Чуткий слух выхватывает из гула ночного города шорох на подъездной дорожке, звон и поворот ключа – гость не крадётся. Гримм узнаёт шаги и не собирается вставать за оружием. Через минуту Шон поднимается по лестнице – все-таки сумел сегодня приехать! Ник расслабляется, с удивлением отмечая: а ведь он до сих пор ждал. Ник двигается ближе к Джульетте, делясь местом на кровати. Шон, похоже, устал не меньше него, но всё равно старается раздеваться как можно тише – впрочем, Джульетту они всё равно будят. Ник улыбается обоим. С теплом рук Шона желание отпустить напряжение и, наконец, отдохнуть побеждает. Ник вдыхает недавно – а кажется, давным-давно – ставший знакомым запах его кожи и ненадолго забывает о навязчивом страхе. В голове крутятся приятные мелочи. С мыслью, что стоит купить кровать побольше, он выкидывает кошмары из головы. Ник уверен: если он станет кем-то – чем-то – другим, Шон сможет справиться. Если потребуется, он остановит сошедшего с ума Гримма и защитит Джульетту. Любыми средствами. Гримм не сомневается в Колдуне, коварно захватившем его подушку, и спокойно засыпает в двойных объятьях. Он верит и, пожалуй, доверяет. Доверяет не зря, хотя Ник и не знает, как ошибается. Также как ошибаются многие, уверенные в мотивах принца-бастарда, но, к счастью, лишь в одной вещи и с совсем не трагичными последствиями. Если потребуется, Шон действительно защитит Джульетту. Почти любой ценой. «Почти» включает в себя мало исключений, но жертвовать жизнью Ника Шон не собирается ни при каком раскладе. Он всегда найдет другой выход. И отнюдь не потому, что Гримм был слишком ценным и редким трофеем для любого жадного до власти принца, что бы там не утверждал Эрик. Пусть ценным для Шона – драгоценным, если быть честным с собой, – Ник, несомненно, был, суть была далеко не в этом. Однажды Ник поймёт всё правильно, а сегодня – хорошо уже то, что заблуждение отлично отгоняет кошмары.