Долгая дорога к Олимпийскому... Золоту?

Сезон закончен. Если вы не спортсмен, никогда не поймете кайф от этого словосочетания. Все соревнования прошли, впереди заслуженный отдых, выступления в шоу, туры по городам, но сезон закончен. Меня до сентября не увидят на соревнованиях, я буду отдыхать так долго... Командный чемпионат мира прошёл в нашу пользу, мы его выиграли. Нелёгким трудом, сильными падениями, но выиграли. Я, Юля, Слава, Миша, Арина и Стас, Рита и Ярослав – чудесная компания для победы. Мы, черт возьми, стали победителями чемпионата мира и теперь этот титул числится за нами. Я в короткой программе уступала Юле, но нагнала отрыв в произвольной. Мы обе радовались тому, что первые два места наши. Она на конец исполнила четверной тулуп, правда, с недокрутом, но это уже была победа. Я повоевала накануне произвольной программы с флипом, так что он просто устал сопротивляться и вышел весьма чистым. Итого, у нас с Юлей сорок шесть очков. Слава по итогу третий, Миша четвертый. Отрыв от первого у обоих небольшой, два-три балла. В короткой программе лидировал тот японец, про которого я рассказывала, Миронов у него ещё в технике выиграл. В произвольной он же, а следом за ним Слава и Миша. Если бы не короткая, которая у обоих парней была выкатана не на лучшем уровне, то их места были бы второе и третье. В любом случае, парни заработали тридцать восемь очков. В парах всего было шесть участников, от нашей сборной – Стас Ельховских и Арина Дубровина. Они и в команднике на Олимпиаде выступали, поэтому надежда на них была большая. По общему зачёту они первые, равных им не было даже с падением Ариши в короткой программе, поэтому их сложнейшие программы привели их победе и подкинули к нам в копилку двадцать четыре очка. Ярослав Меньшиков и Рита Коваленко, выступавшие в танцах, в ритм-танце уступили паре из Китая, но в произвольном эту ситуацию удалось замять. Ребята большие молодцы, потому что Ярослав, умудрившийся споткнуться на дорожке и упасть, изрядно потрепал нервы всей команде. Несмотря на это, их дуэт принёс нам победные двадцать три очка. По общему зачёту мы, конечно, первые. Если у нас сто тридцать одно очко, то у команды Японии, которые стали вторыми, всего сто двадцать. Я помню, как мы шли по красной дорожке к массивному пьедесталу, как нам вручали золотые медали, как мы гордо стояли под гимн России, игравший на фоне. За нами, восемью фигуристами, закрепился новый титул – чемпионы мира. Помню также, как нас с Юлей радостно встречала Лиза, болевшая на трибунах. Оксана Дмитриевна, которая встретила меня, что называется, с распростёртыми объятиями, долго радовалась нашей победе. Анастасия Васильевна даже пообещала мне по прилёте домой выходной. Домой мы летели через Москву. Там была высадка, а до Питера поехали на поезде. Чувствовалась там та СССР-ская атмосфера, когда за окном сменяются весенние пейзажи, а на столе стоит та самая кружка РЖД. Когда завариваешь дошик и роллтон, а потом ешь его, чтобы тренера не спалили, потому что форму набирать нельзя. Когда на остановке заходят люди и топчатся в этом переполненном и душном плацкарте. Когда вы сами топчитесь у выхода в ожидании конечной, стоя в пуховиках и с тяжёлыми рюкзаками наперевес, в руках держа ручку чемодана, который, того и гляди, сломают или порвут. Когда ты, стоя ночью на перроне, понимаешь, что дома. В родном Санкт-Петербурге, на вокзале и сейчас поедешь домой. Меня встречал Серёжа с мамой и Даней. Я кинулась на них с объятиями, долго не отлипая от друзей и приветствуя их. Меня обнимали также крепко, словно боясь отпустить, но ближайшие три месяца я с ними. Помню, как поздней ночью мы заехали в квартиру Сергея и, пока Лидия Михайловна спала, я с парнями долго беседовала на кухне. Абсолютно на разные темы, а друзья даже не пытались вернуть меня к чемпионату мира – знали, что тяжело. Я делилась с ними эмоциями от пережитых соревнований, отдавала сувениры, приобретённые накануне. Улитки, приготовленные во Французском ресторане, я привезла тёте Лиде. Блюдо поставлено в холодильник, а следом за ним и устрицы. Сергей безумно любил кофе, поэтому именно его я привезла другу. Кофе был в бумажной упаковке, которые часто встречались во Франции, на упаковке был небольшой рисунок. Одним словом, Ершов оценил и сразу же заварил кружку. А что подарить Даниилу, я в тот момент не знала. Решила привести брелок Эйфелевой башни и магнитик с изображением Лувра. Просто, но со вкусом. Парень оценил, улыбнулся, обнял и потрепал по волосам в знак благодарности. Разница в росте все ещё сказывалась. Я помню, как отметила день рождения. Мне семнадцать исполнялось, если что, и отмечала я дома у Серёжи. Нас было пятеро – сам Сергей, его мама, Даниил, Ника и я. Самый дорогой подарок, который я получила, была открытка от Ники. Она нарисовала её сама, бумажка, где на одной части листа изображена я на пьедестале юниорского чемпионата мира, а на второй – недавнего. Разница в четыре года, она велика, но в две тысячи двадцать втором я на первом месте, а сейчас на втором. Серёжка долго не заморачивался, помнил про мою любовь к браслетам и цепям. Парень дарит тонкий браслет с небольшой пластиной, где выгравирован конёк. Мне очень приятно было в тот момент, я помню. Даниил о моих вкусах и предпочтениях не знал, но каким-то образом понимал, что дарить. Я получила от него свитер, правда, на два размера больше, но посчитала это оверсайзом. Самое милое, когда я обняла парня в знак благодарности, то получила невесомый поцелуй в макушку, где вились распущенные волосы. Я помню, что летом пересдала экзамены. Литература, общество и английский были сданы наилучшим образом и я прошла на бюджет в один из лучших университетов города даже без вступительных. То чувство я помню до сих пор, у меня от радости и волнения разрывалось сердце и трепетала душа. Такую лёгкость я не испытывала давно. Помню, как подавала заявки на шоу в Москве, как ездила туда командой. Новый номер был великолепно поставлен и смотрелся очень свежо. А как меня встречали люди, это было просто нечто... Поддержка, вот, что я чувствовала в тот момент. Отчётливо помню, как после чисто откатанного выступления мне аплодировали люди на трибунах. Все это не сравнится с прошедшим годом. Я помню, как начинался сезон. С нелепой травмы, от которой, впоследствии, страдали мои выступления на соревнованиях и здоровье. Помню, как выступила в Москве, как радовалась серебру. Помню, как перед Новым годом познакомилась с Даниилом, как дорожу этим общением. Помню, как он стебал меня за прокат на чемпионате России, за перелом руки, полученный перед поездкой в Хельсинки. Помню, как в порыве злости разбила зеркало, но никто так и не узнал, что это была я. Помню, как ехали в Финляндию, своё выступление, свою бронзу. Помню случай с финской бабушкой, которая напугала меня, Лизу и Ульяну в парке города, тогда страх зашкаливал. Помню, как в один вечер изменилась жизнь подруги, да так сильно, что она до сих пор сама не ходит. Казалось бы, за всю жизнь ко льду можно привыкнуть, но Ульяна умудрилась упасть. Я помню, как мы летели в Оттаву. Тот день остался в моей памяти навсегда, эти эмоции и чувства просто не передать словами. Я долго шла к этой мечте, и вот наконец она сбудется! Я помню командное первенство. В тот момент не существовало никого, кроме нашей сборной, которая выиграла. Помню, как это самое первенство отправило Ульяну домой. Как грозила ей тем, что катание на обезболивающих обязательно вскроется, но слава богу, этого не случилось. Помню, как Абрамова трепетно отнеслась к решению тренеров поставить ей замену. Юля тогда была счастливей всех, но, как показала практика, недолго. Я помню то самое своё выступление. Без единого падения, но с помарками. Этот мировой рекорд, я была так горда собой, находясь на первой строчке рейтинга. Я помню выступление Лизы, которая откатала идеально. Нет, разрушила мне жизнь не она, но так я тоже думала. Помню, в какой истерике была, пока Юля валила программу. Самойлова с четверными не справилась, планку на первом месте не удержала и разрушила все, что могла. Никто не понимал, что с ней случилось, но после её выступления люди кричали «Молодец», пока сама Юля пыталась не заплакать. Больно осознавать, что ты проиграла во благо другим, пожертвовав собой. Я все ещё помню дрожание её плеч, она все же заплакала, когда узнала оценки. «Это не твоё поражение» — сказала ей я, но так ли это? Я помню, какой счастливой была в аэропорту Санкт-Петербурга. Тогда я впервые за долгое время увиделась с Никой, с друзьями, нормально поговорила, а не через телефон. Помню первое знакомство с хулиганом Ванкувером, который рвал штаны другим и ласково относился с моей сестре. Помню, как на следующий день меня выставили за дверь родители. Пришла домой, мне так хотелось плакать, но не было подходящей компании. Тогда я завалилась на диван, даже не взирая на присутствие Даниила, который, впоследствии, станет моим другом на ближайшие полтора часа. Все ещё помню его истории, которые он рассказывал, и свою реакцию на них. Я помню, как отметила его день рождения. Это было восьмое марта, прекрасная дата, но сам парень так не считал. Этот день я запомню навсегда, это начало моих первых отношений. Я помню, как меня уговаривали слетать на чемпионат мира, а я долго не соглашалась. Проигрыш на Олимпиаде глубоко въелся в мою душу, отчего я боялась проиграть и здесь. Да, проиграла. Но эмоции и опыт, которые я получила, сравнимы только с Олимпийскими играми. Следом выигранное командное первенство и долгожданное завершение сезона. Итого, что мы получаем? В первую очередь, как я уже сказала, опыт. Впервые я съездила на Олимпиаду, где показала достойный результат, впервые взяла серебро чемпионата мира и его же золото. Потом, рекорды. Шесть четверных, количество баллов в произвольной программе за технику, за общую сумму компонентов и технических элементов. Эти рекорды я устанавливала сама всю карьеру, а в более взрослом возрасте побила их. Эмоции от пережитых моментов. Счастье от проката произвольной программы на Олимпиаде, я видела в соцсетях, как ярко горели у меня глаза. Память. Множество всего я привезла с разных стран, где побывала за этот сезон. Все вещи, прокаты, сувениры – все это память. Именно за ней я езжу. Ещё много всего подарил мне этот сезон. Каким бы сложным он не был, я им довольна. Показала новые поставленные программы под Sia и Frida, которые публике очень понравились, прямо, также, как и мне. Это уникальное количество четверных, я все ещё восхищаюсь собой, своей смелостью и решительностью. До меня этого не делал никто, да и после вряд ли сделают, настолько это тяжело. Этот сезон мне запомнился своей искренностью, потому что в некоторые моменты её было слишком много. Касаемо это льда и вне его, совсем неважно, сезон подарил незабываемые впечатления, ощущения, чувства, эмоции, и все они – искренние. Думаю, у меня есть силы продолжать карьеру. Следующая Олимпиада дождётся меня, я уверена в этом так же сильно, как в опыте с четверными.