Мой синдром

      Голова дико болит, от удара, от бесконечных слез или от той зеленой жижи, что я пила вчера. Боль уходит на второй план, когда в поле моего зрения появляется королева сего ада.       - Скоро ты пожалеешь, что вообще очнулась.       - Я жалею об этом каждый день. – Без эмоций. Смотрю в пустоту ощущая, как голова становится все тяжелее, кровь, видимо шедшая из носа после удара, подсыхает и неприятно стягивает кожу над губами.       Краем глаз замечаю на тумбочке несколько предметов: нож, пистолет и еще что-то, что разглядеть не получается. Отличное начало дня…       Облаченная во все черное Алекс кошкой подбирается к инструментам пытки. Я все еще не верю, что она способна меня убить, но знаю, что в ее силах причинить мне физическую боль и это может оказаться куда хуже такого простого феномена как «смерть».       - С чего начнем? – Под руку попадается нож и она тут же легко подхватывает его и подходит ближе. – Молчишь? Ну молчи. – Нож возле моей шеи. – Я проведу тебя через ад. – Ведет кончиком острого лезвия по моей шее сверху вниз. В глазах блестит чистое безумие, хотя, могу поспорить, в моих глазах тоже самое. – А можем поступить иначе. – Отходит на шаг и смотрит презрительно сверху внизу. Смотрю в ответ. – Умоляй. Ползай в ногах и проси не убивать, и тогда, может быть, я подумаю. – Мерзкая ухмылка, некогда даже симпатизировавшая мне, расстилается на лице моей личной мучительницы.       Предлагает моральную смерть вместо физической. Ну нет.       Я медленно расплываюсь в широкой почти искренней улыбке. – Да пошла ты. – С каждым словом оба наших лица становятся все более серьезными и ненавидящими друг друга.       Мгновение и сильный удар в челюсть откидывает мою голову вправо. Чертова истеричка.       Не успеваю полностью выровняться как дыхание перехватывает от резкой боли в левой ноге.       Опускаю взгляд на бедро, в котором видна лишь рукоять небольшого ножика. Кровь сочась темными каплями скатывается по бедру на пол, мое дыхание учащается до предела. Растерянно и даже жалко смотрю в глаза Вейт. Она же смотрит насмешливо, пытливо изучая. Еще недавно этот взгляд я считала родным и манящим, сейчас же мне отвратительно.       Пульсирующая боль сбивает все мысли в кучу и я не верю, что все это происходит со мной.       – Неужели ты думаешь, что я пыталась тебя убить, а затем вдруг начала жалеть об этом, или думаешь это были слезы страха перед расправой?! – Перехожу на крик прожигая ненавидящим взглядом некогда родные темные глаза.       - Именно так, ты просто жалкая трусливая сука. – Наблюдаю как ладонь директрисы ложится на рукоять ножа, торчащего из моего окровавленного бедра. Смотря мне в глаза она резким движением выдирает из плоти лезвие.       В глазах мутнеет, задираю голову к потолку в попытке сдержать крик и слезы, в попытке остаться в сознании. По бедру горячими струями бежит темная кровь. На лбу выступает испарина.       Зажмуриваю и открываю глаза вновь и вновь, надеясь, что это просто кошмар. Просто сон и я все еще в свой комнате в старом детском доме на скрипучей разваливающейся кровати, но я все еще в этой дорогой клетке с ажурной мебелью. Комнате, стены который впитывают каждый мой судорожный вздох и всхлип, увековечивая страдания в камне.       Боль становится менее резкой и я снова могу смотреть на нее. Теперь я вижу, что эта женщина способна жестоко убить меня, и мне даже повезет если она сделает это как можно быстрее.       - Когда все закончится, ты непременно рано или поздно узнаешь, как ошибалась. Но мне плевать, лучше сдохнуть сейчас, чем дальше смотреть на твою тупость. – Равнодушие обволакивает меня окончательно и я выплёвываю эти слова, то ли намеренно провоцируя, боясь долгих пыток и надеясь на быстрый конец, то ли оставляя жирный предсмертный след правды в этом мире.       Вена на лбу Вейт начала пульсировать еще сильнее и чаще, а в руке оказался пистолет уже направленный мне в лицо. Все кажется каким-то сказочно-идиотским. Словно я в видеоигре и после слов game over на экране ударю по клавиатуре и начну игру вновь. Но и в этом ощущении есть доля правды.       - Последний шанс, сучка, признайся, что это была ты. Я хочу услышать это от тебя.       Мой тихий истерический смех нарушил затянувшуюся тишину.       - Ну стреляй. – Уверенно и с улыбкой. Может я думала, что она не сможет выстрелить, может не могла жить после такого предательства, но рассудок треснул по шву. – Стреляй! – Кричу в надежде закончить все быстро.       Резкое движение и выстрел. Но в ногу. В то же самое место, где рана от ножа только перестала столь сильно кровоточить.       Вспышка адской боли. Пот холодными струями начал стекать со всего моего лица. Казалось, что я теряла сознание и приходила в себя каждое мгновение, что оставалась в этом идиотском мире. Стены вокруг плыли адскими волнами накрывая мое затухающее сознание. И лишь одна мысль повторяющаяся в голове: в комнате лишь один предатель, но каждая думает, что прямо сейчас смотрит на него и каждой больно.       Сквозь пелену последних вздохов я слышу, как в комнату кто-то ломится с криками переходящими на фальцет. Наверное, меня должны героически спасти, однако поздновато.       - Пожалуйста откройте! Это не она! Я докажу! – И она открывает. А зачем?       Я вижу того самого человека разбившего голову директрисе дверью ее же кабинета. Слышу мутные объяснения, но сознание покидает мое тело в этот момент.       - Камера в коридоре засняла то, что тогда было в кабинете. Просто посмотрите. – На небольшом экране планшета видеозапись, где этот мужчина резко открывает дверь, где Александра падает и где я помогаю ей, спасаю.       - Нет. Алиса! – Разочарованный и надломленный голос королевы ада. Надменность и решительность разбились о земные, видимо более важные и сильные чувства, но я этого уже не наблюдала - голова безвольно болталась на мышцах шеи. Мое тело, без единого видимого признака жизни, в четыре руки погружают в машину и везут. Везут туда, где из меня вытащат пулю и подключат капельницы. Туда где под монотонное пищание приборов в меня вновь вдохнут жизнь. Где тьма в углу палаты будет с волнением наблюдать за равномерными движениями моей грудной клетки, свидетельствующими о самостоятельных вдохах и выдохах.       А я просто спала зная, что все-таки проснусь все в том же аду. Game over. И новый уровень. Но чья душа темнее теперь?